Три слова, которые изменили волшебный мир

На следующее утро Гермиона проснулась пораньше, наскоро одевшись и приведя себя в порядок – выглядеть всегда, словно с иголочки, было абсолютным правилом на Слизерине – и отправилась в общую гостиную комнату дожидаться Гарри. Поттер появился строго в обычное для него время, но в компании Малфоя, что на самом деле было не очень обычным. Приветливо кивнув подруге, Гарри направился к двери, и Гермиона последовала за ним следом. – Гарри, так что от тебя хотел профессор Муди?  Ты вернулся довольно поздно, я даже тебя не дождалась… Он сказал что-то интересное? – едва за ними закрылось дверь гостиной факультета,  Грейнджер обернулась к другу. – Ты меня дожидалась? Прости, я не знал, - Гарри смущенно улыбнулся. - А Муди  в основном интересовался моими успехами по подготовке к Турниру, и честно говоря, у меня создалось такое впечатление, что он особенно многого не ожидал. – Но и ты же ему не сказал, что мы решили заняться языком драконов, – хмыкнув, напомнил Поттеру Малфой. – И в чем я, между прочим, тебя полностью поддерживаю. Я бы тоже ему ничего не говорил. Мало ли, на чьей он стороне на самом деле, а если он наших планов не знает, то и саботировать их не сможет. – Ты считаешь, что профессор Mуди способен на саботаж? Да и честно говоря, что он может возразить нашим планам просто поговорить с драконом? – удивлённо взметнула брови вверх Грейнджер. – Да мало ли, – Малфой пожал плечами, правда, в его голосе не было ни агрессии, не раздражения. – Мой отец всегда утверждал, что ты не можешь знать мотивации другого человека. А если этот человек изначально не на твоей стороне, то кто знает, что ему взбредет в голову. Если наш план сработает, то Поттер просто договорится с драконом,  и можно будет избежать довольно много проблем. Поэтому, кто может гарантировать, что Муди вдруг не надумает сказать, что подобное против правил? Кто вообще знает эти правила? И более того, если мы уже составили такой план, то назревает довольно логичный вопрос: откуда мы знаем о драконах?  – А откуда мы знаем о драконах, Малфой, ты распространяться не особенно намерен, – иронично отметил Гарри и усмехнулся. – К слову, Муди намекнул, что дал нам подсказку нарочно. А точнее, он чуть не в открытую это сказал, поэтому не думаю, что он планирует какой-то саботаж. Мог бы ведь вообще ничего не говорить. Да и самое забавное, что у меня создалось впечатление, он по-прежнему хотел помочь. Намекнул, что Виктор Крам и Флёр Делакур не дремлют, и что Каркаров даже не скрывает, что намного больше вовлечен, чем ему следует. Да и Делакур не принцесса, говоря словами самого профессора, кстати. – Похоже, профессор Муди тоже далеко не против помочь намного более существенно, – задумчиво проговорила Гермиона. – Забавно. – Действительно, забавно, – кивнув, согласился Гарри и продолжил. – А потом Муди недвусмысленно намекнул мне, что я должен ставить на то, что считается моим коньком. В общем, он посоветовал призвать метлу. – Прямо так и посоветовал? Открытым текстом? – Драко округлил глаза и аж застыл на месте от удивления. – Честно говоря, Поттер, это уже даже не забавно. Это очень даже любопытно. – Ну, не могу сказать, что открытым текстом, – пожал плечами Гарри. – Но в принципе, да. Он довольно непрозрачно намекнул, что палочка у меня будет, заклинание я знаю, а значит, и призвать что-то вполне могу. Особенно мне может помочь что-то, что способно летать. В общем, я оставлю это, как «план Б».  – На самом деле, иметь при себе метлу может быть вполне логичным шагом. Скажем так, если переговоры с драконом не сработают, ты всегда имеешь средство к отступлению и способ побега, – задумчиво проговорила Гермиона и вновь погрузилась в собственные мысли. Впрочем, через какое-то время она всё-таки покачала головой и добавила. - Но одно я могу сказать точно, мальчики. Поведение профессора Муди действительно довольно любопытно. За завтраком Гарри обычно молчал, и это утро не стало исключением. Гермиона тоже не участвовала ни в каких разговорах, погруженная в собственные мысли, и со стороны казалось, что на самом деле весь стол Слизерина погрузился в тишину. Все как-то вели себя тише, чем обычно.  Учащиеся Рейвенкло были тоже задумчивы, иностранные гости школы – старательно пытались общаться с теми, за чьи столы их посадили. Гриффиндорцы периодически бросали злые или просто рассерженные взгляды в сторону своих извечных недругов – змеенышей, и даже обычно державший нейтралитет Хаффлпафф на этот раз недовольно морщился, периодически поглядывая в сторону Гарри. Барсуки считали, что Поттер пытался «похитить их славу». Седрик Диггори зашёл в большой зал, когда завтрак уже практически окончился. На лице всегда ухоженного и на самом деле довольно привлекательного парня читалась усталость, а под глазами залегли глубокие тени, да и вообще весь его вид выдавал отсутствие сна. Оглянувшись по сторонам и кивнув товарищам по факультету, Седрик под любопытными взглядами всех присутствующих, вопреки ожиданиям направился не к собственному столу, а к тому месту, где сидел Гарри. – Спасибо, Поттер, что поделился информацией, – явно выглядя «не в своей тарелке» и переминаясь с ноги на ногу, сумбурно поблагодарил слизеринца Седрик. – Признаюсь, что поспать мне сегодня после такой новости не удалось, зато теперь я хотя бы смутно представляю, как готовиться дальше. Я твой должник, если что. После чего под такие же любопытные взгляды всех присутствующих, Диггори направился к собственному столу, а Гермиона перевела удивлённый взгляд на Гарри. – Ты рассказал ему про драконов? - девочка даже не скрывала из голоса удивление. – Мне казалось, – Поттер небрежно пожал плечами. – Что на самом деле за исключением Седрика все о них уже знают. И это несправедливо, Гермиона. В конце концов, именно он был выбран официальным чемпионом от Хогвартса, пока непонятно каким образом Чаша не решила добавить ещё и меня. Знаешь, - Гарри прищурился. - Четвёртым участником в соревновании Трёх волшебников. – И все-таки ты странный, Поттер, – когда Гермиона избрала никак не отреагировать на слова Гарри, кроме лёгкого кивка головой, заговорил Малфой. – Говоришь о какой-то справедливости, когда тебя, той самой справедливости ради следует отметить, всунули в этот турнир в совершенно проигрышной по отношению ко всем остальным участникам позиции. Ты младше, несовершеннолетний, и вообще по логике не должен соревноваться ни с одним из этих троих. А еще говоришь о какой-то справедливости.  – А тебя, несомненно, это удивляет, –  мгновенно нахохлился Гарри. – Но да, я считаю, что все это несправедливо по отношению к Диггори тоже. А если уж говорить о соревновании, то Гермиона была права. Я вчера просмотрел те книги, и должен согласиться: при должных тренировках язык драконов я могу освоить если и не легко, то во всяком случае достаточно, чтобы договориться с парочкой тварей. А поскольку я уверен, что никто больше воспользоваться подобным методом не сможет, то и, честно говоря, я ничего не теряю, предупредив Диггори. Ему всё равно придётся пользоваться другими методами. – Что ж, тебе видней, – вопреки ожиданиям всех вокруг, уже выглядевших так, словно ожидали следить за теннисным матчем, легко согласился Малфой. – Более того, я тоже вполне вижу некоторые достоинства в том, что ты добровольно поделился с Седриком информацией. Теперь он твой должник, а это вполне может быть полезным во время турнира. – На самом деле, я не смотрел на это с такого угла, а рассказал ему о драконах не для того, чтобы Диггори был мне должен, – вновь пожал плечами Гарри. – Даже не сомневаюсь, Поттер, – покачал головой Малфой с таким видом, словно наблюдал за довольно забавным представлением в цирке, и клоуны в очередной раз его развеселили. – Вот скажу тебе честно. Даже на минуту не сомневаюсь. А потом Драко вновь принялся за еду, все присутствующие постепенно тоже занялись своими разговорами, и мало кто обратил внимание, как, проходя мимо стола факультета Слизерина, Виктор Крам задержал взгляд на Гермионе Грейнджер намного дольше, чем полагалось любыми правилами приличий.