Три слова, которые изменили волшебный мир

В день первого тура Соревнования Трёх Волшебников Гарри проснулся довольно рано. Конечно, подобное было вполне предсказуемо и совсем не удивляло: ведь даже несмотря на то, что они с Гермионой все старательно просчитали, провести предложенную Грейнджер проверку так и не удалось. Когда прошлой ночью после повторения всех выученных им фраз на языке драконов Гарри и Гермиона попытались вновь проникнуть к клеткам чудовищ, им это не удалось. И если доверять выводам подруги – а как раз на это Гарри уже давно научился полагаться – то на клетки были наложены какие-то чары недосягаемости. Что, безусловно, звучало намного более логичным, чем робкое предположение самого Поттера: быть может, они передумали и увезли драконов обратно в Румынию? За завтраком Гарри буквально кусок в горло не лез, но всё-таки под бдительным оком и после настоятельной лекции Гермионы – перед таким ответственным и энерго-затратным соревнованием  следует поддерживать силы – ему пришлось съесть довольно внушительную тарелку каши, а также яичницу с беконом. На последнем Гермиона особенно настаивала, утверждая, что Гарри сегодня просто обязательно требуется как можно больше протеина.  Впрочем, под насмешливые замечания некоторых однокурсников, что слишком много клетчатки употреблять с утра совершенно не следует, и поэтому лучше держаться подальше от любых соков, Гарри закончил со своей тарелкой и покинул Большой Зал.   Седрик Диггори последовал за ним буквально через несколько минут, и судя по комментариям старшего парня, «мамочки» у него за столом не наблюдалось, и поэтому никто не помешал ему, поковырявшись в тарелке положенное время, отставить её в сторону практически не тронутой.  Уже переодевшись в предназначенную для Турнира форму, Поттер вместе с другими чемпионами нервно мерил помещение, когда в палатку вихрем ворвалась Грейнджер, мгновенно повиснув на шее лучшего друга. А потом у них за спиной раздались вспышки колдокамер, а когда оба обернулись и испуганными глазами, всё ещё не разжимая объятий взглянули в объектив, уже знакомая им Рита Скитер сделала ещё несколько снимков. – Ах, как вкусно, – расплылась в плотоядной улыбке блондинка, широко известная в волшебном мире Англии, как самая скандальная журналистка, но продолжить свою тираду про «молодую любовь» ей не дали. Внезапно поместив самого себя между объективом камеры и Гермионой с Гарри, Виктор Крам недвусмысленно приказал ей убираться куда подальше.  Впрочем, привыкший не церемониться с репортёрами, знаменитый игрок в квиддич среди аргументов привел тот факт, что как раз в этот момент в комнате могли находиться только участники Турнира, наставники и близкие друзья. А поскольку Рита в этот перечень не входила, то и делать ей сейчас здесь было абсолютно нечего. Как-то странно ухмыльнувшись, журналистка почему-то решила не спорить с известным болгарином, хотя из палатки всё-таки не вышла. А потом туда же ворвались все три директора волшебник школ, мистер Крауч, и начальник отдела магических игр и спорта из министерства. – Господа, сейчас мы приступим к жеребьевке, – явно на правах хозяина мероприятия и директора Хогвартса заговорил Альбус Дамблдор, и только объяснив, что ожидалось от всех участников, обратил внимание на Гермиону. – А вы что здесь делаете, мисс Грейнджер? Гермиона поспешно сделала шаг назад, попытавшись скрыться за спиной Гарри, но невысокий парень явно не представлял из себя значительного укрытия от всевидящего ока директора. Зато Виктор Крам, решительно сделав шаг вперёд, надёжно укрыл её от глаз всех вокруг, и тут же вызвался тянуть жребий первым, тем самым эффективно привлекая внимание присутствующих к себе. Впрочем, по мере того, как каждый из участников вытягивал из мешка все ещё двигающихся и пытающихся дышать огнём игрушечных драконов, Гермиона все больше чувствовала, как внутри всё холодеет. К тому моменту, когда за своим жребием потянулся Гарри, они уже оба прекрасно знали: Поттеру достанется самый опасный из увиденных ими накануне драконов. А потом Гермиону вежливо, но настойчиво выпроводили из палатки, настоятельно порекомендовав возвращаться на трибуны, и довольно в скором времени соревнования начались. Нельзя сказать, что Грейнджер на этот раз спокойно сидела на трибунах. На самом деле Гермиона даже не могла себя заставить опуститься на скамейку, с замиранием сердца следя за развивающейся перед ней картиной. Флер Делакур по какому-то непонятному принципу оказалась первой, сходу наложив на дракона чары сна. Про себя Гермиона искренне признала, что это было довольно находчиво, и более того, судя по её исследованиям, для усыпления драконов требовалось довольно могущественное колдовство. – Вейла, она и есть вейла, – насмешливого откомментировал события у самого уха девочки Малфой. – Им особенно хорошо удается магия контроля над сознанием, наподобие одурманивающих или усыпляющих, и в принципе, Делакур довольно ловко использовала все свои козыри. – Да, я как раз думала на эту тему, – неохотно кивнув, согласилась Гермиона. – Я ведь рассматривала все возможные варианты для Гарри. Там требовалось колдовство намного более высокого уровня, чем он сейчас имеет в своем распоряжении. У него бы не получилось. – Во всяком случае, пока, – благоразумно напомнил всегда хладнокровный Теодор Нотт. – Быть может, через пару лет, когда ему тоже будет хотя бы семнадцать лет, у Поттера тоже все получится. – А пока имеем то, что имеем, – подытожил Малфой, и все трое принялись наблюдать за появившимся на арене Виктором Крамом. Болгарин не заставил себя долго ждать, сходу приступив к боевым действиям, и под конец его довольно успешной, хоть и прошедшей не без некоторых жертв операции – под действием заклинания конъюктивита дракониха передавила довольно много настоящих яиц – Малфой глубокомысленно добавил. – Эффективно, но я бы сказал: жёстко и грубо. И не завидую тем укротителям драконов, которым придётся теперь заливать капли в глаза драконихе. – Можно подумать, что весь тур «мягкий, нежный и предусмотрительный». Особенно если учесть, что ни Делакур, ни Крам не избежали лёгких ожогов, – вновь озвучил очевидное Теодор. И конечно же, Нотт был прав. Оба чемпиона от противоборствующих Хогвартсу школ  получили ожоги: Виктора задело, когда обезумевшая от боли драконниха наугад дыхнула огнём, а в случае Делакур заколдованный зверь элементарно всхрапнул во сне. Следующим на арену вышел Седрик, и следовало признать, что за исключением Поттера, разработанная Диггори стратегия была самой изящной. Первый чемпион от Хогвартса трансфигурировал один из булыжников в довольно крупную собаку, которая и отвлекла дракона, пока сам парень не выхватил золотое яйцо. И конечно же, под дружное ликование факультета преданных, получил самое крупное число баллов на этот момент. – При всем своем желании и учитывая тот факт, что от всего сердца поддерживаю Поттера, не могу не восхититься элегантностью решения, – зачем-то подчеркнул Малфой, но никто уже не обращал на него внимания. Глаза Гермионы и всего факультета Слизерина, как практически и всех присутствующих на трибунах, сейчас устремились на Поттера.  Появившись на арене, Гарри первым делом обменялся взглядами с Аластором Муди и призвал свою метлу. Старый аврор одобрительно улыбнулся, кивнув головой и скрестив руки на груди. Где-то самым уголком сознания Гермиона для себя отметила, что для человека, у которого одна нога на самом деле была искусственной, пусть даже и волшебной, постоянно выбирать оставаться в стоячем положении было довольно необычным. А их преподаватель «Защиты» всегда предпочитал в большинстве случаев не садиться. Привычки старого аврора и постоянная бдительность?  Впрочем, развить эту мысль Гермиона не успела. Поттер уже успел забраться на свою метлу и уверенно направил её в сторону драконихи, изумлённо наблюдавшей за ним, как, впрочем, и в точно таком же удивлении созерцавших подобный манёвр зрителей. А тем временем, остановившись на достаточном расстоянии от чудовища, чтобы при возможности можно было довольно быстро отлететь в сторону и избежать струю огня, Гарри приподнялся на метле и заговорил. Вот только никто из присутствующих не смог разобрать ни слова, и по трибунам пронёсся изумлённый шопот.  «Что он делает?» «Он совсем обезумел?»  «Он разговаривает с драконом?»  «Дракон же сейчас сделает из Поттера жареное рагу!» «Нет, скорее, шашлык на шампуре из его собственной метлы!» «Поттер разговаривает с драконом?!?!?!» «Поттер – Укротитель драконов!» – и последним аккордом, прозвучавшим, как всеобщее осознание очевидного, но абсолютно невероятного факта. Ведь как раз в это мгновение дракониха приподнялась из своего гнезда, с изумлением оглядывая весь свой будущий выводок, и фыркнула. Вот только вырвавшийся из ее ноздрей пар был направлен совершенно не в сторону Гарри, для собственной безопасности всё ещё державшегося подальше от гнезда чудовища. Или, теперь союзницы в этом туре Турнира? Ведь, покачав огромной головой и сверкнув жёлтым глазом в сторону Гарри, дракониха внезапно носом отшвырнула то самое золотое яйцо, которое и было призом первой стадии Турнира Трёх Волшебников, и демонстративно отвернула голову. Вот только внимательно наблюдавшая за развернувшимся перед ней представлением, Гермиона могла поклясться: при этом дракониха что-то сказала Поттеру. А потом Гарри, как после оказалось – озвучив, что понял её намерения и поблагодарив самую опасную из участвующих в соревновании дракониху – уверенной рукой направил свою метлу вниз. Спешившись под ленивым и совершенно не заинтересованным взглядом чудовища, Поттер подбежал к отброшенному в сторону, как ненужный мусор, золотому яйцу и, под всеобщее ликованье учащихся Хогвартса, разъярённый вздох мадам Максим и злобное скрежетание зубов Каркарова подхватил свой трофей с земли и с победным видом поднял его над головой. И конечно же получил за этот тур соревнования больше баллов, чем кто-либо другой из учащихся. Ведь в отличие от остальных троих участников, он единственный умудрился избежать ожогов и вынужденного посещения медпункта. На втором месте оказался Седрик Диггори, на третьем – Виктор Крам. Абсолютно все судьи за исключением мадам Максим, прекрасно понимая, что позволило Флер Делакур усыпить дракониху, поставили её на последнее место. – Красиво, чисто, элегантно и со вкусом, – проконстатировал события первого этапа Турнира Трёх Волшебников вообще, и выступление Гарри Поттера в частности, Малфой. – Должен сказать, что мы действительно нашли отличное решение задачи. – Ты хочешь сказать, что Гермиона нашла решение этой задачи, – насмешливо фыркнув, подчеркнул Нотт. – Потому как если мне память не изменяет, то именно Грейнджер додумалась до этого. – Не суть, – небрежно пожав плечами, отмахнулся от Теодора Драко. – Главное, что Поттер справился, нужно сказать, особенно не рискуя, и избежал любых увечий и повреждений. – И одновременно выиграл первый этап Турнира, – привлёк внимание всех присутствующих ещё к одному немаловажному факту Тео и перевёл вопросительный взгляд на  Гермиону. Вот только никакой реакции от девочки добиться ему не удалось. Грейнджер сейчас казалась совершенно безучастной ко всему, что происходило на её собственном факультете. Взгляд Гермионы скользил по лицам всех присутствующих, словно впитывая в себя их реакции и пытаясь расшифровать, что скрыто за вежливыми и поверхностными улыбками.