Три слова, которые изменили волшебный мир

На следующее утро когда Гарри Поттер появился в гостиной Слизерина, Гермиона его уже дожидалась. Судя по всему, когда девочке говорили, что какие-то чары им просто ещё не под силу, её ответ был один: тренироватся. Ведь на кусочке пергамента, который сияющая Гермиона всунула в руки Гарри, парень обнаружил довольно обширный перечень предметов. – Гермиона, что это? И мы же уже обсудили, что головной пузырь я элементарно не могу наколдовать, – пробежавшись глазами по списку и вздохнув, Гарри поднял взгляд на подругу, которую отсутствие энтузиазма с его стороны совершенно не обезоружило. – А тут ещё какие-то трубочки, соломинки, маски… – Послушай, Гарри, я подумала, – Грейнджер схватила друга за руки и, протащив через всю комнату, заставила присесть возле себя на диван. Драко Малфой и Теодор Нотт, зашедшие в гостиную вместе с Поттером, дружно переглянулись и последовали за парочкой. – А потом ещё хорошенько покопалась в библиотеке. В общем, если тебе не хватит сил и волшебства наколдовать пузырь на такое длительное время, то может быть, ты можешь потренироваться и накладывать его, скажем, на более короткие интервалы? Ну, я имею в виду, там минут пятнадцать или двадцать, а потом его возобновлять? Нужно только хорошенько потренироваться, и я знаю, у тебя всё получится! А ещё мы можем, – поймав на себе предупреждающие взгляды Малфоя и Нотта, уже готовых возразить, Гермиона закатила глаза и поправила саму себя. – То есть, ты можешь заколдовать какую-нибудь маску, чтобы она доставляла кислород. Или мы можем взять длинную трубочку, и её второй конец будет плавать на поверхности воды, позволяя тебе дышать? Да тут много чего… – Не думаю, что идея с периодическим возобновлением чар самая лучшая, – перебил полную интузиазма магглорождённую волшебницу Малфой. – Вполне может быть, что Поттер будет занят. Может, ему придётся сражаться. Кто его знает, что там задумали наши достопочтенные официальные лица, и что его ждёт под водой. В общем, это просто прямая дорога в неприятности. – Да и ситуация с трубочкой тоже не самая надёжная, – задумчиво вставил Теодор Нотт. – Ведь противник может легко догадаться, как именно Поттер дышит под водой, и либо её перерезать, либо просто закупорить на поверхности. И в любом случае это ничем хорошим не кончится.  – Значит, остается маска, – явно восприняв сомнения обоих парней, как конструктивную критику, с готовностью кивнула Гермиона. – В любом случае ничего не делать мы тоже не можем. Это соревнование уже завтра, а Гарри даже согревающие чары толком накладывать не научился. Может, пойдём к Чёрному озеру и всё-таки попрактикуемся?  – Потренироваться не помешает, – вздохнув, пробормотал Поттер таким тоном, словно следующими словами, сорвавшимся с его языка, должны были стать:  «иначе ты ведь не отстанешь», но благоразумно решил промолчать. – А вообще, всё это только напрасная трата времени. Ничего дельного у нас всё равно нет. – Ну и сидеть сложа руки, полагаясь на удачу,  тоже результатов не принесёт, – внезапно решил поддержать Грейнджер абсолютно серьезный Малфой. – В общем, после завтрака пойдём на Чёрное озеро и посмотрим, как оно пойдёт. Будем приспосабливаться и реагировать по ситуации. Вот только спокойно поесть Гермиона им не дала, наскоро побросав в сумочку бутерброды и утаскивая парней на ту самую тренировку, в продуктивности которой они как раз-таки очень сильно сомневались. Что, впрочем, абсолютно не помешало ещё нескольким из их однокурсников присоединиться толи из желания помочь, толи просто из праздного любопытства. Но благие намерения вновь полетели ко всем чертям, а планы пришлось менять. Едва ребята оказались на берегу Чёрного озера, к ним неожиданно присоединилась компания довольно агрессивно настроенных гриффиндорцев. Дин Томаса, Рональд Уизли и Симус Финниган, отделившись от ствола одного из самых старых дубов, подошли к уже готовым начать колдовать над прихваченной Гермионой маской слизеринцам.  – Что я вижу, – первым, естественно, заговорил Рональд. – Вы тут все для того, чтобы придумать новые способы мошенничать? Что вы собираетесь нахомутать на этот раз? – И ещё более конкретно, – перебивая товарища, деловито добавил Дин. – Кто вам помогает? – Ребята, мы же вас не трогаем, давайте вы пойдёте куда-нибудь подальше и займетесь своими делами, – вздохнув, решила предпринять попытку уладить назревающий конфликт Гермиона. – Если вы ещё не поняли, то турнир уже завтра. Гарри должен потренироваться. – Гарри вообще не должен был участвовать в этом турнире! – вновь воинственно процедил Уизли, который всю эпопею с участием Поттера воспринимал исключительно, как попытку Гарри стать ещё более знаменитым. – И тебе совершенно не нужно было ему в этом помогать, ведьма! – Я не помогала Гарри! – возмущенно воскликнула Гермиона, вмиг начиная защищаться. – И ты сам прекрасно знаешь, что Гарри ничего не делал! Кто-то подкинул его имя в Кубок! – Единственное, что я знаю наверняка, – Уизли скривил губы в презрительной ухмылке. – Это что Поттер сделает всё, что угодно, лишь бы быть в центре внимания. Что, все немного поохолодели к твоей персоне за четыре года, и тебе срочно нужно было придумать что-то новое? А насчёт этой вашей версии, что его имя кто-то бросил в кубок, – Уизли вновь скривился, недвусмысленно давая понять, как именно относится к этому предложению, и даже фыркнул. – То сама подумай, Грейнджер. Кому оно надо? – Вот на самом деле нам всем и стоило бы подумать, кому оно может быть надо, а не разбрасываться глупыми обвинениями, – в свою очередь приложив максимальные усилия, чтобы отзеркалить презрительное выражения Уизли, и прекрасно в этом преуспев, прищурился Малфой. – И более того, Рональд, давай уже посмотрим правде в глаза. Профессор Дамблдор самолично заколдовал тот самый круг, который не позволял никому из несовершеннолетних волшебников даже близко подойти к кубку. Ты же сам видел, что сталось с твоими братьями, когда они попробовали обойти возрастной ценз. А они поступили довольно хитроумно и проявили впечатляющую находчивость! Старящее зелье ведь работает практически натурально. И всё равно им это не удалось. – Угу, можно сказать и так, – вновь решив поддержать Гермиону, только выбирая для этого намного менее миролюбивые методы, хмыкнул Драко. – Оба идентичных недоразумения неделю разгуливали по Хогвартсу с белой гривой и пышной бородой. У нас у всех штук по десять колдографий имеется. Для потомков, так сказать. – В общем, все сводится к элементарному факту, – одарив Малфоя раздраженным взглядом, ведь подобные насмешки по отношению к семье Уизли вполне могли вылиться в полноценную драку,  вновь заговорила Гермиона. – Обойти чары профессора Дамблдора довольно сложно. Особенно таким желторотым юнцам, как мы все. – И всё-таки кто-то умудрился это сделать, – Уизли упрямо скрестил руки на груди. – И я очень сильно подозреваю, что этим «кто-то» стала наша самая умная ведьма. Впрочем, может она не самая умная, а просто умеет мошенничать лучше всех? – Уизли, а может ты уже заткнешься, – на этот раз сделал шаг вперёд Гарри Поттер. До этого целенаправленно молчавший, когда оскорбляли исключительно его, Гарри явно решил вмешаться и заступиться за Гермиону. - И я всё-таки поддержу представителей своего факультета. Шел бы ты куда подальше. Увлечённый собственной быстро набирающей обороты ссорой, парни совершенно не обращали внимание на незаметно приблизившегося к их компании Аластора Муди, сейчас притаившегося за стволом ближайшего дерева. А вот профессор «Защиты» и бывший аврор с самым хмурым выражением на лице внимательно наблюдал за развернувшейся перед ним сценой, впитывая каждое слово. – Знаешь, Поттер, если бы твой отец хоть на мгновение увидел, с кем ты тут сейчас общаешься и дружишь, – явно прекратив сдерживать себя, Уизли решил вытащить свое секретное оружие. – Он бы в гробу перевернулся. Потому что ты братаешься с отпрысками Пожирателей, которые самолично при любом удобном случае отправили бы Аваду в лоб твоей собственной матери! И ты, Грейнджер, тоже не забывай об этом! – Уизли, сбавь обороты, – на этот раз сделал шаг вперёд и, сжав кулаки, процедил обычно сдержанный Нотт.  – И вообще, к твоему сведению, все наши отцы прошли через суды, – в отличие от Теодора, Драко сдержанностью не славился, зато и за словом в карман обычно не лез. – И в результате их невиновность была установлена. – Единственное, Малфой, что было тогда установлено, – прищурившись и воинственно поджав губы, Уизли вновь сделал шаг вперёд. – Это что твой отец настолько скользкий, что вывернется из любой передряги. Или откупится, благо средств у него для этого предостаточно. И вообще, тебе хватило наглости намекнуть, чтобы Невилл вам помог? После всего, что твои родственники сделали с его родителями? И ещё нужно доказать, что твой папенька там не участвовал! А то мало ли, денег у него хватит, чтобы все так удобно а чем-нибудь забыли! – Уизли, а может уже действительно сбавишь обороты? Потому что за такие обвинения можно и схлопотать, – на этот раз всё-таки решил сделать ещё одно предупреждение Теодор Нотт. – А то что? Ваши папочки об этом узнают? Что, Нотт, правда глаза режет? – по-прежнему не унимался Рональд, но на этот раз на его предплечье довольно решительно опустилась рука Симуса Финнигана. Со своим коронным шотландским акцентом мальчик миролюбиво пробормотал. – И правда, Рон, пойдём отсюда. А то и на самом деле разбирайся потом, кто и что сказал. Эти змееныши всё равно ведь сведут небо с землёй и скажут, что так и было. – А может, это вы сейчас все переворачиваете? – на этот раз чудеса несдержанности решил проявлять Драко Малфой. – К вашему сведению, во время этой экзекуции, а именно так называл события в доме Лонгботтомов мой отец, его вообще в стране не было! Люциус тогда отлучился во Францию, а вернулся только на следующий день. У него даже свидетели для этого есть! – Какие свидетели, Малфой? Нарцисса? – даже не пытался скрыть из голоса сарказм и пренебрежение Рон. – Ваши домашние эльфы? Очень надёжные свидетели, ничего не скажешь. А вот правда заключается в том, что твой отец такой же убийца, как и все остальные твои родственнички! Просто открутился этим смехотворным утверждением, что его держали под Империусом! Вот уж точно, курам на смех! – Мой отец никого не убивал! – вытащил волшебную палочку Драко, и Симус с Дином мгновенно переглянулись, теперь с удвоенными усилиями пытаясь утащить Уизли куда подальше. – А настоящие убийцей были наказаны! Или ты забыл, что Визингамот единогласно постановил моего отца оправдать, а этих ублюдков Лестрейнджей и младшего Крауча заключить в Азкабан! Рон явно хотел ему что-то ответить, но к тому времени его товарищи уже довольно упорно и решительно тащили рыжего прочь. А вот сам он упирался и выкрикивал ещё что-то обвинительное или просто оскорбительное в сторону отца Малфоя. Впрочем, терпению Драко уже явно пришел конец, и как раз эта самая предварительно вынутая им волшебная палочка внезапно взметнулась вверх, и на развивающейся, длинной мантии Уизли появились надпись, выведенная крупными, белыми буквами: «Зависть родилась раньше меня, а ума на меня не хватило». Уизли уже практически скрылся за поворотом, а заведённый до предела Малфой еще кричал ему вслед:  - И вообще, я тебе много чего мог бы рассказать из тех историй, которые поведал мне мой отец! - голос Драко еще звенел над Черным озером, когда внезапно из собственного укрытия выскочил Аластор Муди. Безумно вращая своим «грозным глазом», бывший аврор выхватил собственную палочку, направив ее на Драко. И все слизеринцы буквально подскочили на месте, оглядываясь по сторонам, когда над Чёрным озером вновь раздался громкий, пронзительный и наполненный нескрываемой злостью голос: – Обговаривать за глаза? Нападать исподтишка? Бросать заклинания в спину? Твой папочка что-то тебе рассказывал? – Аластор теперь с прыткостью, которую вряд ли можно было ожидать от волшебника в принципе не только его возраста, но с протезом вместо одной ноги, спешил к Малфою, который в свою очередь бросился наутёк. – Я тебе такое мог бы  порассказать про твоего папочку, что волосы на голове дыбом встанут! Даже его грязная грива! И в следующее мгновение все присутствующие, и слизеринцы, так и продолжавшие стоять с открытыми ртами, и прибежавшие обратно на шум гриффиндорцы столбами застыли на месте. Слетевшее с волшебной палочки профессора Муди заклинание настигло свою цель, и, волчком закружившись на месте, Драко принялся стремительно сжиматься в размерах, пока вместе со своей мантией не превратился в крупного, белого хорька с пушистым хвостом. И довольно шелковистой шерсткой, как вопреки самой себе отметила Гермиона Грейнджер. – Профессор, что вы тут делаете? – Минерва МакГонагалл возникла, словно из-под земли, одним своим появлением вызывая довольно много вопросов и про её собственную приверженность постоянной бдительности, которую она несомненно безустанно проявляла, и прыткость. Как и восхищение способностью декана Гриффиндора появляться в нужном месте в абсолютно необходимое время.  – Учу, Минерва, – сквозь зубы процедил Аластор, в этот момент сосредоточенно заставлявший хорька-Малфоя делать изощренные сальто и просто колесом крутиться на месте. – Преподаю урок, так сказать. – Вы хотите сказать, что это ученик? – в голосе МакГонагалл отчётливо прозвучали наполненные ужасом нотки, и «бессменная правая рука» Дамблдора с прыткостью, которой мог позавидовать любой аврор вдвое её младше, выхватила собственную волшебную палочку. – Профессор Муди, мы никогда не используем трансфигурацию на учениках, как наказание! Неужели профессор Дамблдор вам об этом не сказал? – Ну, вообще-то я отдалённо припоминаю, что он упомянул нечто в этом духе, – неохотно опуская собственную палочку, пробурчал Аластор, и немного обиженно поджал губы. Едва волшебство старого аврора его отпустило, хорёк шлёпнулся на землю, словно в старой сказке перевернулся через голову и принялся стремительно увеличиваться в размерах. Уже через несколько мгновений перед все ещё ошарашенными учащимися стоял взъерошенный, но успевший принять человеческую форму, Драко Малфой. Загнанно оглядевшись по сторонам, парень стремительно бросился наутёк. Проводив его внимательным, пристальным взглядом своих небесно-голубых глаз, Минерва убрала волшебную палочку и вновь обернулась к Аластору Муди. Прищурившись и серьёзно поджав губы, декан Гриффиндора своим коронным жестом упёрлась одной рукой в узкое бёдро, а второй помахала перед самым носом легендарного своей бдительностью аврора. – Хотелось бы верить, что впредь вы не забудете об этом маленьком наставлении. Никаких трансфигураций учащихся в животных! И это не обсуждается. – Конечно, профессор МакГонагалл, – с таким невинным видом, которому вполне могли бы позавидовать довольно многие из подозреваемых волшебников, когда-либо попадавших к нему на допрос, пробормотал Аластор. – Обязательно запомню. – И добавил уже практически но самой грани слуха, но гриффиндорцы, стоявшие к нему намного ближе других учащихся, всё-таки расслышали. – Никакого удовольствия от работы. Благосклонно кивнув на озвученный ответ Аластора, который она хотела услышать, и благоразумно пропустив мимо ушей окончание его фразы, Минерва с видом королевы подобрала свои пышные юбки и, гордо подняв голову, направилась в сторону Хогвартса. Проводив её хитрым взглядом, Муди обернулся к Гарри Поттеру и, заговорщицки подмигнув парню, усмехнулся. – Дама слишком много возражает. Но я уверен, что даме понравилось, – после чего, поймав на себе изумлённые взгляды практически всех присутствующих, Аластор поспешил удалиться прежде, чем уже готовая разразится возмущенной тирадой Гермиона сделает именно это. - Впрочем, мне пора и честь знать. Уроки, знаете ли, никто не отменял… А еще и Дамблдор может заглянуть на огонек, так сказать, напомнить о парочке-тройке правил… В общем, увидимся на уроках.