Dragon's place: MobPsycho100

      – Умно.       Аратака вздрагивает и разворачивается, неуклюже сметая подвернувшиеся под руку бумаги со стола. Край впивается в поясницу, а ноги едва не подкашиваются.       Чёрт возьми.       – Неплохой спектакль ради, мм... Информации? Или за что тебе заплатили?       Мужчина, который должен был сейчас находиться в душе (Аратака недооценил его – отвлекающий шум льющейся воды всё ещё доносится из-за прикрытой двери, ведущей в ванную комнату), стоит, прислонившись плечом к косяку, в одних расстёгнутых брюках и так и не снятой разодранной рубашке. Он буквально ловит Аратаку за руку. На горячем, так, что не выпутаться. И либо он слишком хорош, либо у Аратаки успевает атрофироваться мозг после двухчасового марафона – что, между прочим, прежде с ним никогда не случалось.       Как бы то ни было, они застывают – точно любопытный охотник и дичь, замеревшая под прицелом.       И Аратаке совершенно не нравится чувствовать себя загнанным в угол: он успел забыть, каково это.       – Что, даже имя не твоё?.. – чёлка небрежно спадает на глаза, придавая взгляду мужчины заискивающую невинность. – ...Рей?       Аратаке хочется уменьшиться до размеров иголки и затеряться в пёстром старом ковре.       Парень шумно сглатывает, не сводя глаз со своего объекта.       – Технически... – губы выдают нервную растерянную улыбку. – Это часть фамилии.       Кагеяма Шигео смеётся – приглушённо, гортанно и непозволительно нежно. Тёмные глаза почти осязаемо скользят по юношеской скуле.       Три шага, и Шигео оказывается в десятке сантиментов от лица Аратаки.       Два глубоких размеренных вдоха, прежде чем вопрос растворяется в нагретом воздухе между ними.       – Тебя купил Коготь? – лёгкая улыбка на губах, но снедающий радужку зрачок не выказывает ни намёка на веселье.       – За кого ты меня принимаешь? – а вот усмешка на этой ноте кажется совершенно искренней. – Я не работаю с идиотами, страдающими от мании величия и раздутого эго.       Собственные слова придают ногам твёрдости, а духу – уверенности, и Аратака и сам начинает верить в свою принципиальность, словно всю жизнь придерживался предписанных заповедей.       Парень не отслеживает, но словно чувствует, как мужчина, медленно рассекая воздух, приближается, нависая, вдавливая в край стола, не прерывая молчаливую беседу взглядами. Самое смешное во всей ситуации, когда продажный мальчишка взялся соблазнить и обворовать влиятельнейшего мафиози города ради мнимой справедливости, в которой он позже усомнится, – самое смешное во всём этом: они оба ещё ни разу не солгали друг другу. Аратака знает это наверняка, Шигео – чувствует. Оба прекрасно помнят:       страшнейшее орудие в руках лжеца – правда.       И у обоих за поясом спрятано по пистолету.       – Бери то, что нашёл, – мягко, но равнодушно выдыхает Шигео, и в какой-то момент Аратаке кажется, что мужчина сорвётся, позволит себе игривую шалость и укусит его за нос. Но кончик остаётся нетронутым, хитрый прищур докапывается до самой души. – Боюсь, тебя это не удовлетворит.       Возродившаяся самонадеянность прорезается сквозь лучезарную мальчишескую ухмылку.       Пальцы требовательно дёргают за шлёвки брюк.       Сантиметр между губами.       – Ты не знаешь, с кем связался, – шёпот разбивается о влажную кожу, и Аратака прикусывает себе язык, чтобы не заиграться.       Шигео вскидывает брови, неподдельно удивляясь напору, вернувшемуся в чужие движения.       Его взгляд искрится азартом.       – О, – тянет он, сокращая расстояние. – ...неужели?       Улыбки тонут в поцелуе, дула приставлены к сердцам.       Якудза и мальчишка с улицы смогут найти общий язык.