Академия Искусств

      Профессор только вернулся с работы. Сань Лан приготовил тофу с говядиной и луком, и теперь оба с аппетитом ели.       Профессора ждали непрочитанные рефераты, но Се Лянь уже успел порядком устать от однообразных работ, которые скидывали ему студенты, и потому старательно не думал о работе. Вместо этого он принялся разглядывать лицо юноши напротив.       — Твой глаз... — вдруг сказал он. — Ты совсем его не снимаешь?       Сань Лан поднял на него немного удивленный взгляд.       — Снимаю, когда тебя нет дома, Гэгэ.       Се Лянь нахмурился.       — Если ты стесняешься меня, то не стоит. Я совсем не против, если дома ты будешь ходить в повязке или вовсе без нее.       Юноша поджал губы и помешал палочками бульон в тарелке.       — Это... не очень красиво, — заметил он, чуть поморщившись.       Профессор покачал головой.       — Что за глупости?       Сань Лан напряженно смотрел в стол.       — Если ты настаиваешь, — наконец проговорил он, — то я сниму его. После того, как мы поедим, конечно.       Се Лянь кивнул и вернулся к еде.       Казалось, юноша всячески пытался оттянуть тот момент, когда придется снять искусственный глаз. Он нарочито медленно и тщательно вымыл посуду, посушил ее полотенцем, протер стол. Кто бы мог подумать, что это заставит его так нервничать.       Но вот откладывать неприятную процедуру стало некуда, и Сань Лану ничего не оставалось, кроме как выполнить обещанное.       Надевал повязку он стоя к профессору спиной. Закончив, юноша помедлил, прежде чем повернуться. В каждом его движении ощущалось странное напряжение.       Обернувшись, он застыл, глядя на Се Ляня, будто бы ожидая чего-то. Здоровый глаз цепко и пристально смотрел профессору в лицо. А справа глазницу скрывала черная ткань.       Се Лянь чуть склонил голову на бок и улыбнулся.       — А тебе даже идет — сказал он. — Вообще, я думаю, что ты даже в лохмотьях будешь выглядеть благородно. А сейчас ты и вовсе как сын богатого лорда, подавшийся в пираты.       Сань Лан заметно расслабился и даже приподнял уголки губ в улыбке.       — На самом деле, спать с искусственным глазом действительно неудобно, — признался он.       — Хорошо, что мне удалось уговорить тебя снять его, — профессор подошел и взял лицо юноши в ладони. — И ты ничуть не потерял в красоте. Так что не беспокойся.       — Надеюсь, Гэгэ, ты не врешь, чтобы успокоить меня, — усмехнулся Сань Лан.       — Я не умею врать, — беспечно отозвался Се Лянь и чуть приподнялся на носочки, чтобы чмокнуть юношу в нос. Сань Лан обнял его и поцеловал в ответ куда менее невинным поцелуем.       — Пора работать? — спросил он, отстранившись.       Профессор с сожалением вздохнул.       — Пора работать, — согласился он. **       С наступлением зачетной недели, поток рефератов иссяк, и Се Лянь вздохнул с облегчением. Он чувствовал себя так, как будто в отпуск пошел. Ведь пары закончились, а все его студенты, за исключением Сань Лана, получили автоматы. Внезапная свобода от уже ставших привычными обязанностей, буквально оглушила профессора.       — У меня зачетная неделя тоже будет легкой, — сказал ему Сань Лан. — Творческие мне все уже зачли, по трем предметам автоматы будут, так что осталось сдать только эстетику. Ну и историю религии и искусства, само собой.       — Кстати об этом, — Се Лянь задумчиво потер пальцем точку между бровями. — Я вполне могу и тебе автомат поставить.       — Все-таки не хочешь идти ради меня одного? — усмехнулся юноша.       — Сань Лан, это просто глупо! Ты единственный из студентов, кто знает мой предмет достаточно хорошо, чтобы получить автомат. Давай не будем устраивать фарс.       Сань Лан спрятал улыбку в ладони.       — Ну если ты настаиваешь, Гэгэ...       — Господи, — Се Лянь ладонью закрыл лицо. — Я, наверное, первый преподаватель в истории нашей Академии, который уговаривает студента согласиться на автомат.       Юноша уже смеялся во всю.       — Прекрати, — возмутился профессор. — Видел бы нас сейчас Цзюнь У, и меня в очередной раз попытались бы уволить.       — Прости, — Сань Лан попытался придать лицу серьезное выражение, но получилось у него не слишком хорошо.       Се Лянь вздохнул и махнул на него рукой.       — Ладно уж. Пошли, что ли, в самом деле фильм какой-нибудь посмотрим.       Они лежали на кровати, устроив ноутбук на коленях. Смотреть с его монитора было не слишком удобно, но никакой альтернативы в квартире Се Ляня не было. Дни стали по-летнему длинными, и чтобы солнце не бросало блики на монитор, профессор опустил жалюзи из циновки, наполнив квартиру теплым полумраком, расчерченным на полосы.       Фильм выбирал Се Лянь. Юноша немного удивился, услышав название «Остров проклятых», но спорить не стал. Сюжет был странным и как будто немного сюрреалистичным. Инспектор, остров-тюрьма посреди океана и заключенные с психическими отклонениями.       — Смотри внимательно, — шепотом говорил Се Лянь. — Тут в каждой сцене зашифрован намек, подсказка. Это просто удивительно!       — Гэгэ, — так же шепотом прервал его Сань Лан, но профессор не обратил внимания.       — Когда я смотрел первый раз, закрадывались подозрения, но я и представить себе не мог, как много намеков здесь! А после развязки начинаешь вспоминать, и понимаешь, что тебе практически весь фильм буквально прямым текстом говорили, что происходит на самом деле. И только пересматривая второй раз начинаешь замечать все эти моменты!       — Гэгэ…       — Вот призрак его жены, например. Ее волосы мокрые, но она сгорает в его руках. Вроде бы мелочь, но это весь сюжет раскрывает! Одновременно указывает и на то, что на самом деле она утопила своих детей, а не та женщина, и что пироман…       Сань Лан шумно прочистил горло и выразительно посмотрел на Се Ляня. Тот умолк и ответил вопросительным взглядом.       — Вообще-то, я смотрю этот фильм впервые, — сдержанно заметил он.       — Ой… — профессор испуганно расширил глаза и прикрыл рот ладонью. — Прости…       Юноша вздохнул и поджал губы, удрученно уставившись в монитор.       Се Лянь не спускал с него виноватого взгляда.       — Я просто думал… Мне и в голову не приходило, что ты мог его не смотреть!       Сань Лан вздохнул и поставил фильм на паузу.       — Ты мне все интриги раскрыл, да? — хмыкнул он.       — Ну не совсем, — попытался оправдаться Се Лянь. — Я еще не сказал тебе, что его напарник на самом деле сотрудник больницы, а… ой…       Он прервал свою речь на полуслове, внезапно осознав, что сделал еще хуже, чем было.       Сань Лан провел ладонью по лицу и убрал ноутбук в сторону.       — Я не вижу смысла смотреть дальше, — проговорил он.       Се Лянь сжался в комок, всем своим видом излучая раскаяние.       — Может, посмотрим какой-нибудь другой фильм? — робко предложил он и поспешно добавил. — Я ни слова не скажу, обещаю!       Сань Лан задумчиво посмотрел куда-то вверх. На лицо его рыжими полосами ложился свет, пробивающийся сквозь жалюзи.       — Настроение что-то пропало, — наконец сказал он. — Расскажи мне лучше что-нибудь.       Се Лянь повернулся на бок, чтобы все время видеть его лицо.       — Что тебе рассказать? — он думал, что юноша, как обычно, предложит какую-нибудь тему из его предмета.       Сань Лан перевел задумчивый взгляд на его лицо.       — Расскажи, за что тебя хотели уволить из Академии?       — Об этом? — профессор растерянно моргнул и рассмеялся. — О, это сущие пустяки! Совсем не интересно.       Юноша вопросительно приподнял бровь, и Се Лянь, пожав плечами, заговорил, не прекращая улыбаться.       — Академии нужно было просто штат сократить. Ну знаешь, чтоб расходов поменьше. А моя ставка в таких вопросах всегда в первых рядах. Ты же знаешь, мой предмет далеко не самый нужный. Так что комиссия в первую очередь всегда рассматривает мою кандидатуру на увольнение.       Юноша нахмурился. Ему казалось совершенно неправильным то, что Се Лянь с такой легкостью и беззаботностью в голосе говорит об этом.       — Разве тебя не задевает это? — спросил он, и голос его прозвучал чуть резче, чем он того хотел.       Се Лянь удивленно поднял брови и пожал плечами.       — Почему меня это должно задевать? Ведь члены комиссии не желают мне зла. Они просто выполняют свою работу.       Сань Лан нахмурился еще больше.       — Уверен, в Академии есть много гораздо более бесполезных должностей. Ты не думаешь, что эти засранцы просто пытаются сделать из тебя крайнего?       — Тебе нет причин сердиться на моих коллег, — примирительным тоном проговорил профессор. — Они честные хорошие люди. Но юноша явно не мог согласиться с его утверждением.       — Сколько тебе лет, Гэгэ? — спросил он, внимательно вглядываясь в лицо Се Ляня.       — Тридцать один скоро будет.       — Тридцать один, — эхом повторил Сань Лан. — Как ты смог сохранить эту беспечную детскую невинность? Неужто все это время ты жил в хрустальном дворце?       Се Лянь улыбнулся немного грустно.       — Разве быть прямым, открытым и немного наивным не легче? — спросил он.       Юноша смотрел на него с задумчивым удивлением, стараясь понять, отчего голос профессора кажется ему таким странным сейчас.       — Очень просто погрузиться в отчаяние, когда жизнь поворачивается к тебе спиной, — продолжал он. — Но никто почему-то не задумывается о том, как трудно жить потом, погрузившись в отчаяние. Я вовсе не так силен, чтобы жить в отчаянии. Мне ни за что не справиться с такой задачей.       — Так значит, твоя улыбка — ложь? — спросил Сань Лан. Сколько бы он ни всматривался в его лицо, понять, что за выражение было во взгляде профессора так и не смог. Быть может, косые рыжие полосы света сбивали его с толку.       — Вовсе нет. Просто я не вижу смысла терзать себя грустью, когда в этом нет нужды.       — Ты действительно святой, — вздохнул Сань Лан.       — Не говори глупостей, — Се Лянь рассмеялся.       Юноша тоже улыбнулся.       — Хочу оградить твою беспечную улыбку от любых невзгод, Гэгэ. Если бы я мог, я и правда возвел бы хрустальный дворец вокруг тебя.       — Это совсем ни к чему, — Се Лянь мягко прильнул к груди Сань Лана, уткнувшись носом ему в шею. — Мне хорошо и здесь.