Кукловод

- Ты из-за этого такой расстроенный? - он всё-таки заметил. - Эм, нет… то есть да, - блин. Я запутался. Поворачиваюсь в сторону Билла, а он стоит, облокотившись на стену, со скрещенными руками на груди. Он, что требует объяснений? Я не обязан. – Что? – смотрю на него, но не в глаза. Взгляд остановился где-то на губах. - Ты можешь сказать, почему? - Да, - ну, Том, давай, выкручивайся. Что же такого могло случиться, что ты стал размазнёй? Ну? То, что реально произошло, я не могу рассказать. Просто не хочу. Это не его проблемы. – Лизи, её мама забирает к себе не на долго. - Бабушка, то есть? – переспрашивает он, а в груди сердце предательски сжимается. Я отворачиваюсь, накладывая еду. - Нет, её мама. В смысле, Лэсли. - А-а-а! Понял. И ты не хочешь её отпускать? – Подходит ближе. - Нет, не хочу Билл, можешь поиграть с Лиз, пока я тут уберу? - Без проблем. Я люблю детей, - улыбаясь, брюнет покинул кухню. Я быстро сунул все грязные тарелки, кастрюли, доски в посудомойную машину и, достав новые столовые приборы и блюда, я присел на стул, успокаивая себя. Через пару минут я вышел в зал. Так, вроде бы погрома нет, и это радует. А где все? - Ау?! – кричу я, но везде тихо. Что они делают? Поднимаюсь наверх и натыкаюсь на Сириуса, бегущего вниз. Они там, что в «Джунгли» играют? – Билл? Вы где?! - Мы в комнате, пап! – долгожданный ответ. – У тебя, - орет Лизи, добавляя, слышу смех брюнета. - О, Боже! – восклицаю я, когда вижу Билла, лежащего на животе, и Лиз, которая делает вид врача. Я не смог не заржать. Вокруг парня были рассажены игрушки. Билл тоже сдерживался из последних сил. - Мы его теряем, Бир! – говорила дочь игрушечному медведю. - О, ГОСПОДИ!!! Я умираю, - смеясь, горланил парень. – Нет! Я же ещё такой молодой! Я не хочу умирать! Я даже ещё не женился!!! СПАСИТЕ! – эта фраза меня просто убила, и я уже держался за живот от смеха. - Разряд! – она залезла на Билла, потерла руки друг о дружку и начала изображать дефибриллятор, прикладывая ладони к спине брюнета. - Милая, что бы его спасти, нужно перевернуть на спину! – сказал, а Билл в том время уже, перевернувшись, свалился с кровати на пол и судорожно трясся из-за смеха. Увидев его выражение лица, я уже не мог держаться на ногах и упал на задницу, а затем и вовсе лег. Господи! Это ж надо было такое сморозить! Мы с Биллом смеёмся в один голос. Лизи ещё что-то говорила, но я лично её не слышал. Ещё минут пять мы смеялись, как сумасшедшие, а потом успокоились. - Ой, мама! Я не могу! – говорил брюнет, когда мы начали успокаиваться. – Ты бы себя слышал «его нужно перевернуть»! Ахахах, - засмеялся он. Билл попытался спародировать мой голос, что у него получилось очень не плохо. - На себя посмотри! Тебе в актеры надо. – Говорил я, хлопая парня по плечу. – Ну, пойдемте обедать? Мы спустились по лестнице, как стадо коров. Даже стекла зазвенели, честное слово! - Ммм! Как это аппетитно выглядит, - улыбнулся брюнет, упав на стул. - Скорей бы попробовать. - Пап, я так люблю твои спагетти, - дочка обняла меня. Как же приятно. - Милая, я знаю, - беру её на руки и целую в щеку. Она моя самая любимая на свете. - Дядя Билл, ты ещё не знаешь, как папа готовит. Ммм, - она закрыла глаза, будто бы находится в состоянии эйфории, - пальчики оближешь!