Даже дьявол когда-то ангелом был...

Похоже, что просыпаться обнажённой в объятиях Громова скоро войдёт в привычку. Приятную привычку. М-м-м… Как же приятно просыпаться на прохладных бордовых простынях, но ещё приятнее прижиматься к этим самым простыням голой грудью (двумя кусками жира). Хотя… почему просыпаться? Меня ведь снова разбудили. Мой милый, любимый котик, которого я обожаю всеми остатками души. Ну и Громов. Он вообще офигел, поспать нормально не даёт, навис надо мной весь обнажённый такой и не даёт .Вот как так можно? А мой маленький Лиамчик трётся милой мордочкой о мой бочок прося ласки. Как бы не укусил… Перекатываюсь на сторону Лена и накрываю голову подушкой. Стоп-действие ёмаё. Это намёк для тебя Владленка, так что отстань. Я сплю. — М-мх, что ты делаешь? — прохрипела сонным, от недавнего пребывания во сне голосом, когда мужчина начал целовать мою спинку в разных участках. — Считаю твои родинки. — явно улыбаясь ответил мужчина. Ему что, заняться нечем? — Ну удачи в этом… — хмыкнула я. Мда… Несмотря на то, что я узнала, моё отношение к Громову мало поменялось, а точнее совсем не изменилось, разве что мнение о нем. Чу-чуть. — Переворачивайся, — когда поцелуйчики прекратились, Владлен огладил мою спину, как это делают детям от года до трёх, типа «расти большой, не будь лапшой». — Сколько насчитал? — На спине восемь, чуть выше сгиба коленки одна. — не дожидаясь когда я сама это сделаю, он перевернул меня и продолжил считать. Только с груди, а не с лица. — По-моему ты пропустил пять на лице и одну на моём втором подбородке… — хихикнула я когда, мужчина незаметно перешёл от родинки на груди, к бусинке соска. — Не волнуйся, я к ним ещё вернусь. — В таком случае ты ещё пропустил две родинки на животе. Одну под левой грудью, вторую около этого… как там его… слово забыла… шрама…вроде… — когда голубоглазый уже в открытую начал ласкать грудь оповестила я его. — Шрама? — нахмурившись переспросил мужчина немного отстраняясь и заглядывая мне в глаза, а рукой легонько огладил очертания когда-то мало про тренированного кубика, а точнее немного ниже его. — от ножевого? — Скорей всего да, там же печень. У меня есть теория, что меня в прошлой жизни убили где-то в переулке или я опять попала в какую-то передрягу ну или в крайнем сучае, я сражаясь как рыцарь или самурай и погибла в битве. — Что? В прошлой… — Да. Считай дальше. Там одна на внутренней стороне бедра и ниже… Вспомнила! Родимое шрам… не, хм… точно! родимое пятно! А ещё ты на плечах не посчитал. А потом… я курочку хочу. — Курочку? — недоуменно переспросил длинноволосый. — Еа, чикен. Ножки или филе. О ещё наггетсы хочу. Домашние. Да. — Как пожелает моя принцесса, — фыркает он продолжая опускаться всё ниже и ниже, теперь уже оставляя следы на чувствительной и тонкой коже. — На протяжении этих дней ты была хорошей девочкой. А знаешь что хорошие девочки получают за свое послушание? Он ловит мои любопытно-наивный взгляд и, усмехнувшись, касается поцелуем там, где не бывали ещё не одни губы… От неожиданности всхлипываю, хватаясь за простыни сжимая их. Мужчина отстраняется заглядывая мне в глаза, словно спрашивая, буду ли я и дальше вести себя как хорошие девочки. — Да-а. — слово тонет в стоне. Выгибаюсь к нему навстречу, сильнее сжимая простыни в руках и он продолжает награждать меня божественными ласками параллельно оглаживая бёдра.

***

— Моя чикен! — радостно воскликиваю забрав у доставщика мою курочку, оставив оплату на Лена и бегу на кухню. Распаковывать. — Ваша младшая сестра? — раздаётся из прихожей. Да, не похожи мы с Владленкой! Я бледно-загорелая, а он вообще чё-то в последнее время бледнее чем раньше. Хотя о чём я? У нас ведь ни форма лица, ни телосложение, а уж тем более глаза, непохожи... — Девушка. — отвечает ему Громов и я взяв ещё тёплую ножку иду на голоса. — Она милая, — кивает на появившуюся в проёме меня парень, и убирает деньги которые ему по видимому дал мой мужчина. О-ой паренёк… тикай с села, тоби пизда. Нельзя такое говорить в присутствии Громова. Он же такой же собственник как и я… а из этого делаем вывод, что он вполне способен на убийство… — Я знаю. — относительно спокойно отвечает голубоглазый мужчина и смотрит на бедного пареньёчка так, что тому сейчас либо быстро убегать отсюда, либо Громов всё же достанет пистолет. И парень выбирает первый вариант, выдохнув спешит скрыться за дверью. О-о-о… Ревнульки… — Хочешь курочку? — подхожу к нему и предлагаю ту, что сейчас у меня в руках. — Если покормишь меня,— откусывая кусок курочки у меня с рук, мой домашний и прирученный монстр, который ест только с моих рук, убрал кошелёк в карман куртки. — Не думаю, что это будет удобно, это же ножки. Так же, если я буду кормить тебя, то я не смогу есть сама. Вот наггетсы можно, но не как ни ножки. — задумчиво тараторю я и… чёрт… забыла… я только что хотела сказать Владлену что-то важное и… забыла. Грёбаный склероз! Скле-ероз, я медленно забываю, ты «Глицин». Забываю-ю! Разворачиваюсь и задумчиво ступаю на кухню пытаясь вспомнить, что же такого я забыла… Бля… нет ну это просто… катастрофический пиздец, товарищи мои… — Владле-енка, — крикнула я ставя наггетсы в микроволновку и попутно зовя мужчину, который только закончил телефонный разговор. Подкравшись сзади, приобнимая меня со спины, мужчина вопросительно замычал. — Го погуляем? Сегодня же последний день нашего пребывания здесь, а у меня ни одной новой фотки с августа, но ещё важнее то, что у меня ни одной фотки с тобой, а раз уж мы вроде как вместе т… — Не вроде как, а вместе, — поправляет меня Громилка проводя носом по шее. — Кхм. Так вот, а у нас не одной совместной фотки. Ну и самый большой мой аргумент. Нет, я не убегу от тебя. Скрывать ложь про то, что я мертва больше не надо, ну, а если нас заснимут вместе ни тебе ни мне, ни холодно не жарко. Развернув к себе передом, а к кухонному гарнитуру задом, прижимает к столешнице, и расставив руки по обе стороны от меня так, что бы я не имела способа отступления, наклоняется ближе к моему лицу. Правда для этого он сгибается в три погибели. Разница в росте как-никак… большая разница… — Хорошо, — Ого, как он быстро согласился… — но, что я получу взамен? — Э? чего? ты ща серьёзно? Ты вообще чё за мной повторяешь? это мои слова! Это я всегда и везде желаю выгоду! — А что ты хочешь? — Громов переплёл наши пальцы на одной руке и поднёс их к губам целуя мои пальчики, а по мне будто прошёл разряд тока в тринадцать вольт, как года три назад накануне нового года, когда я разобрала гирлянду ради интереса и нажала не на ту кнопочку… — Тебя. Хочу всегда и везде, — нежный шёпот опаляет ушко и я уже тянусь рукой к его, чтобы переплести пальцы, но он сам переплетает их. — Ну… думаю частично это можно исполнить… Хотя… если учесть твои ночные и не всегда ночные марафоны… не уверена. И зачем тебе вечно измотанная я? — с задумчивым видом прищуриваю глаза и перевожу взгляд справа налево и обратно. — ну или в крайнем случае вечно спящая, ведь с твоим завышенным либидо я, с этим твоим желанием, вообще не буду вылазить из постели. Поэтому давай другое. — Начни отвечать мне. Отвечай взаимностью. — с холодильника перевожу удивлённый взгляд на серьёзного мужчину. —  Ты даже представить не сможешь, как больно, когда ты готов мириться с её хуёвым характером, — Сам такой! А я принцесса! — одаривая её подарками, быть готовым измениться ради неё и бросить к её ногам весь мир, но в ответ получать игнор. А нет. Ты ещё и скажешь, что это я виноват. Даже сейчас ты просто стоишь…— Нет. Не просто стою. Я позволяю тебе прикасаться к себе и я ведь… пытаюсь… — Сашенька, любовь моя, — Как непривычно слышать от такого грозного,угрюмого и брутального мужлана, что-то такое нежное и смущающие… — ты единственная кто не должен бояться меня. Тебе я, никогда не сделаю больно, никогда не обижу. Я твой защитник и я готов умереть за тебя и для тебя. — кроткий поцелуй в уголок губ. — Я пытаюсь, — хмурю брови — но что я сделаю, если не умею выражать чувства, а тем более любить. — присев на корты вылезаю из кольца рук. — меня не научили. Тётя учила любить лишь себя, а другого примера перед глазами не было, родители не любят меня, а про выражение тёплых чувств я вообще молчу. Я могу любить тётю, Максимиллиана, мой малый круг друзей… и всё… как проявлять чувства противоположному полу я не знаю, хотя многие говорят, что я постоянно флиртую, но я что, виновата, если у меня такая манера речи? А в аниме девочки были просто милыми и иногда липли к семпаям, ну я тоже пыталась… липнуть… — обнимаю себя руками двигаясь к окну — О чём я вообще? Я ведь поняла, что ты мне нравишься только когда закрыв глаза, представила твой образ и моё сердце начало биться быстрее… и для этого мне пришлось измерять пульс… - горько усмехаюсь. И почему я так не похожа на остальных? Смешно. Кто-то хочет выделяться и не быть как все, а я хочу слиться с серой массой... — Тс-с-с… — обнимает меня со спины — Я тебя научу… — складывает руки у меня на животике — Только не отталкивай меня. — Я и не отталкиваю… я так флиртую… — буркнув разворачиваюсь и обнимаю его в ответ прижимаясь, как воробушек к, как оказалось доброму и любящиму, ястребу, что бы согреться, уткнувшись в его грудь закрываю глаза. Слышу его смех. Громов очень странный человек, я не могу его просчитать, он очень скрытный и… невероятно милый… и он мне нравиться. Я бы даже сказала, что это влюблённость. — Знаешь что? — жду когда он спросит и отвечаю, — я не уверена что люблю тебя, но и что ты мне просто нравишься я сказать не могу. Так вот. Ты мне любишься. — Маленькая, милая дурашка, словами не передать как я люблю тебя — явно улыбается он и целует меня в макушку. Мда… от кого, от кого, но от него я не ожидала услышать такие слова… и почему я чувствую себя так неудобно и смущённо? Ощущение будто я не могу дать ему ничего на его любовь… Виновато так… — Хорошо, — поднимает моё лицо так, чтобы смотреть глаза в глаза, но мне хочется опустить их… — Рядом с моим офисом есть парк и с десяти до двенадцати мы будем там, а с двенадцати до двух в офисе. С двух до трёх у меня конференция. Решим последние вопросы, а дальше с ними будет разбираться твой брат. Твоего котёнка доставят через несколько дней. Одежда собрана, чемоданы загрузим в машину, а после тебе доставят остальное. — Одежда точно будет? — с сомнение спросила я, делая отсылку к тому, что он тогда сказал, что моя одежда здесь тоже есть. — На этот раз да, — хмыкнул он не прекращая улыбаться. — Иди кушай и одевайся.

***

— Фоткай ты! У меня руки короткие. — просматривая очередную фотку с его обрезанной головой, я топнула ножкой для доказательства того, что я сердюсь… сержусь… Да сержусь… вроде… — О! вспомнила! — Точно! у меня же есть палка-копалка! Окунаю руку в боковой карман моего любимого рюкзака доставая её. — Смотри чё у меня есть! Поставив и подключив телефон к селфи-палке, раздвигаю её, и наконец получаю нужный мне результат. Вот эту, где я чмокаю его в щёку и идёт крупные хлопья снега я поставлю на аву. Счастье любит тишину, поэтому не отмечу его. — Теперь одень шапку, — хмыкнул он натягивая её мне на голову. — только попробуй заболеть. — Ладно. — улыбаюсь поправив шапку — Я только попробую — передразниваю его, показав язык, на что мужчина лишь закатывает глаза улыбаясь. Он такой красивый когда улыбается… Взяв меня за руку ведёт дальше. — Теперь куда? — спрашивает Громов не отпуская мою руку и совершенно не обращая внимания на людей, что иногда смотрят на нас. — Туда! — подтолкиваю его бёдрами к снегу — Снеговика хочу. — взяв в руки снег и сделав снежок, кидаю обратнов сугроб какая туда-сюда, что бы он силушки набирался и рос. — Зачем? Его сломают. — несмотря на свои слова, он всё же сделал снежок. — И что? Главное это то, что мы его запомним и я его запечатлею. Увековечу так сказать… — А может лучше… — не договорив мужчина замолчал, а когда я повернулась к нему, чтобы посмотреть что не так, в меня прилетел снежок. — Да как ты смеешь, Гитлер несчастный?! Без объявления войны, и напал! Сейчас я тебе покажу как родину мать любить! — несостоявшегося снеговика, но очень большой комок, прицелившись кидаю в мужика под сто девяносто. Но увы, попадаю лишь в плечо. Вот же…пёс… — Мне достаточно того, что я люблю тебя и боюсь ты будешь ревновать. — смеясь мужчина вновь кидает в меня свой снаряд и прячется за дерево. — Ты! Долбошлёп фашистский! Сражайся как настоящий мужчина! бери свой меч и сражайся! — кинув в него снежок, к сожалению попадаю в древесину. Медленно, словно хышник подкрадываюсь к дереву, за которым прячься моя добыча, немного шурша длинной серебристой курточкой. — Ага! — воскликнула я приготовившись ловить его, но за деревом никого не оказалось. Куда он делся? — Попалась! — Вот же… Он со спины подкрался! С тыла! Подхватив меня он понёс меня в неизвестную даль. И уносят меня, и уносят меня в звенящую пьяную даль и три белых коня и три белых коня: мартини, коньяк и вискарь… — Куда? — растерянно спросила я оглядываясь. — Снеговика лепить, — невозмутимо ответил Владленка и поставил меня в чистый снег без следов чьих-то ног. — Ты лепишь голову, я нижнюю часть и туловище. — Нет. Я леплю голову и туловище, а ты нижнюю часть. Иногда лучше разделить исполнение моих желаний со мной, чем выполнять одному. — Какой я философ… — И кого же мы будем лепить? - поварачиваюсь к нему в пол оборота и спрашиваю, - Кого ты хочешь, мальчика или девочку? — Хорошо, я леплю нижний часть.— Какой он молодец, что согласился. — Снеговик мужской род, пусть будет мальчиком. Но от тебя хочу девочку, что бы она была такой же красивой. Замерев ошёломлённо смотрю на мужчину, что выглядит очень серьёзно и решительно... он уже о будующем задумался? а неважно... потом подумаю об этом, а сейчас... Скульптор берётся за работу! Зря что ли в художку пять лет ходила? (Вообще-то да, зря.) У меня по скульптуре пять было! Иногда правда… Когда я не ленилась… Сделав небольшую голову, делаю носик, надавливая, налепливая, и сглаживая. Хотя бы не криво… Теперь впалости для глаз, и губы. Ва-а какой мой сыночек красивый… И последнее. Наваливаю бананы из снега на его голову, как пряди волос. — отныне и навсегда, пока не разрушат тебя или ты не растаешь, нарекаю тебя… Големмом Фисштехом. Ты создан для защиты сокровищ и своей хозяйки. Защищай их ценой собственной жизни. — закончив торжественную речь, перевожу взгляд с головы на моего мужчину. Так. Я не поняла. Почему к моему, МОЕМУ, сука, мужику опять подкатывают какие-то суки? Чё на него бабы липнут, как мухи на… варенье? Хм… Вмешаться или остаться стоять? Пф… Полежи-ка здесь Фисштех. Взяв снежок, добиваюсь того, что бы он стал более твёрдым и прицелившись в её кобылиную рожу, кидаю. Накуси-выкуси! Взяв голову Големма подхожу к ним, обнимая руку Громова. — Это моя территория! Брысь. — Под ржач подруги ругаясь как алкаш, которому не продали бутылку в 23:01, эта… женщина отряхивая голову. — А ты чё молчишь? М? — Я восхищён и поражён тобой. — Отвечает мужчина обнимая меня, только вот мне этого не надо. Ещё Фисштеха мне раздавит. — О чём вы говорили? — вывернувшись из его рук, вкладываю в них голову и начинаю лепить туловище. — Ты ревнуешь, — Присев рядом рассматривает меня давя лыбу. - И не отрицай этого, это слишком очевидно. — Я и не отрицаю. Отвечай иначе… уебу съука! — Воспользовавшись любимой фразочкой одной из моих бывших одноклассниц, что в классе шестом, когда мы прогуливали физру, потому что мы тогда катались на лыжах, а мы этого не любили, спрятались в туалете на третьем этаже и она пела про «абели вакен флай» и мечтала встретить горячего канадца. — Та в которую ты бросила снежок, хотела познакомиться, но была послана, потом ты атаковала её и я понял, что мы похожи больше, чем я думал до этого. И, принцесса, пожалуйста перестань материться. Мне это не нравиться. До твоего совершеннолетия, я запрещаю тебе материться, иначе будешь наказана. — Какое ещё нахуй блять наказана? — и узнаем и проверим. Двух зайцев одним выстрелом. Ухватив голову, поворачивает к себе и целует. М-м-м… Так грубо, но в то же время нежно, оттянув мою нижнюю губу он мягко укусил, и в этот момент я не замечала ни холода, жалящего кожу рук, ни ветра, что усиливался, а на душе будто расцвела весна… И почему все эти поцелуи с ним вызывают постоянно во мне такие пожары? Насколько я помню Лера рассказывала, что когда она поцеловалась первый раз, это было похоже на обмен слюнями и единственное, что она чувствовала, это волнение, от первого поцелуя и от поцелуя с возлюбленным. — Владлен, да ты чёртов волшебник, — отдышавшись сказала я всё же приделав треуголобразное туловище. Осталась голова и руки. — Я ждал этих слов дома, когда пересчитал твои родинки… — от его напоминания я вспыхнула.Чёрт. Я могу долго говорить на подобные темы с любым спокойно, но он одним словом и воспоминанием, заставляет меня краснеть. Так. Спокуха. — Отстань… Иди лучше… найди руки для Големма. Только красивые. Это, как-никак, будет наш общий сыночек… — Сыночек? — переспросил Громов с сомнением оглядывая Фисштеха. — Да. У меня это пятый. — прикрепляю голову к туловищу делая шею. — Первые у меня были близнецы мальчик и девочка, только они немного бессмертные и могущественные демоны, которые любят друг друга. Дальше у меня родился Альфред, он омега. Родился он у меня в алгебре в восьмом классе, поэтому фамилия у него соответствующая. Мой последний до этого времени сыночек, это Вивиан, он родился когда я скучала на химии, после того как я прошла одну новеллу и это единственный мой персонаж у которого не надо было придумывать родителей, это была я и Оуэн. — рассказала я ему о моих детках — Всё, иди ищи руки для Големма. Ведь мы в ответе за тех, кого придумали. Пришёл Владлен минуты через три с двумя веточками и воткнул он их Фисштеху в плечики. — У тебя десять минут. — поставил меня в известность мужчина взяв снежок в руки. Опять в меня кинет? — Но до двенадцати ещё тридцать минут… — возмущённо бормочу заглядывая в экран телефона, смотрю на время. — Минут двадцать до офиса. — начал вырезать пальцами из снежка что-то. — Мы пешком? — делая селфи с моим творением спросила я. О да детка! Мой Големм Фисштех взорвёт интернет! — На машине. — Посадил на плечи Големма своё творение и достав свой телефон сфоткал пару раз немного опешившую меня. — Давай нормально! Иди и сделай фото с сыном. — тяну его за руку к себе и делаю на его телефон несколько фоток счастливой семьи. — Теперь на мой. — и повторяю то, что уже сделано.

***

Выйдя из машины, уверенно ступая иду в офис. Теперь это мои владения. — У тебя снег на шапке. — поймав меня за руку Лен осторожно отряхнул мою шапочку и не отпуская руки повёл в высокое здание. Ц… ну не потеряюсь же я… Пропустив его без пропуска охранник с удивлением и неподдельным интересом таращился на меня и на наши руки. Может ему язык показать? Он у меня длинный. Однако Владленка тянет меня к лифту, не давая сделать задуманное. В лифте был лишь один мужчина с камерой висящей на шее и сумкой через плечо. Журналист чтоль? Вновь прижавшись ко мне со спины и перекинул свои ручищи через мои маленькие плечики. Чё он ко мне постоянно жмётся? У него что, других больше дел нет? Нажав на нужную ему кнопку этажа, Лен немного отошёл от дверок, заодно и меня оттащив. Мужчина с фотиком вышел на шестом этаже, а мы продолжили своё движение наверх в полном молчании. Только он стащил у меня шапку и уткнулся в макушку. Чёрт. У меня носик замёрз… Когда лифт остановился, мужчина поволок меня прямо по коридору. Пройдя мимо женщины лет тридцати-тридцати пяти, меня завели в кабинет, не дав толком ничего рассмотреть. Громов поставил меня, поднял мои руки на уровне плеч и расстегнул мою курточку, только для этого ему пришлось чуть присесть, ведь я маленькая, а куртка у меня ниже колен. Вновь возвысившись надо мной, он зашёл за спину и снял куртку, в которой я ,кстати, уже запарилась. Повесив её на плечики и убрав в шкаф без дверок, Лен начал раздеваться сам. Пока он раздевался я начала разведывать новую территорию. Подойдя к шкафу с книгами в котором ещё и цветы стояли, я прочитала некоторые корочки книг. В основном классика и толстые папки. Мда… негусто… а вот белая софа очень миленькая. мне она нравиться. Но больше всего этого, меня привлекает его стол с креслом, на которое я уже планирую сесть. Но… Громов меня опережает… вот холера… Взяв в руки несколько бумаг, он начинает их изучать. Но нечего, сидеть могут и двое. Подхожу к нему, жду когда он обратит на меня внимание, и теперь… плюхаемся ему на коленки и греем мой бедный носик у него на груди. — И что ты делаешь? — спрашивает меня мой мужчина возвращаясь к изучению бумаг. — Носик грею. Если не согрею, он потечёт, а это очень и очень плохо. Тогда он не остановится пока не придёт весна. — обнимаю его, прижимаясь теснее, — Ты долго будешь? Мне уже скучно… — Мы же договаривались. Два часа. — А можно я тогда тебе волосы заплету? — тянусь рукой к его голове. — Нет. — А массаж сделаю? — Заманчиво, но у нас нет столько времени. — Ц. Всё к одному склоняет… — А мож… Меня перебивает открывающаяся дверь и голос его секретарши. — Ваш кост… Ой извините, я зайду позже… — Анастасия, продолжайте, нет, вы нас не отвлекаете, — начиная печатать что-то на компьютере и совершенно не обращая на неё внимания. — Ах… да… Ваш костюм доставили из химчистки. — показывая его как бы в доказательство, она входит в кабинет и попадает под мой любопытный взгляд. — Повесь где обычно. — Она согласно мычит, вешает в тот же шкаф, только в другой отдел у которого есть дверцы и спешно уходит. — Так можно? — спрашиваю я и обнимаю его за шею, а он… страус неблагодарный нажимает на какую-то кнопочку и говорит. — Анастасия позови ко мне менеджера. — Какого? — удивлённо спрашивает Настя. — Любого, только позави. — Вот гандон, он меня слить хочет. — Знаешь что, ща возьму, обижусь и убегу с твоим менеджером в закат. — обиженно фыркаю я отпуская и вставая с него. — Не волнуйся, вас не выпустят из здания. А для тебя персональная экскурсия.

***

Выгнув губы в отрицательной галочке из алгебры недовольно таращусь на Громова. Мешаю я ему видите ли… Сосредоточиться на важных бумажках он не может… НЕТ НИЧЕГО ВАЖНЕЕ МЕНЯ!!! — Я Даниэль и я проведу вам экскурсию по нашему чудному офису, — улыбаясь рассказал меня мужчина лет двадцати восьми — тридцати двух. — как на счёт того, что бы перейти на ты и общаться не официально? — на его предложение киваю. Смешно, что босс младше некоторых сотрудников… — Принцесса, сходишь развлечешься, ты же сама сказала, что здесь тебе скучно, а так походишь прогуляешься. — обнимая меня за плечи попросил «грозный» мужчина, но я вырвалась и вышла из его кабинета. А за мной, через несколько секунд хвостиком вышел и Данила. — Проведу тебе небольшую экскурсию по главному, плюс то, что попросил показать Владлен Евгеньевич. — Сказал брюнет вырываясь вперед, заставляя меня, тем самым, смотреть ему в спину. — Что? — спросила я останавливаясь напротив закрытых комнат. — Не расскажите что здесь? — Здесь? — Смотрит сначала на меня, потом на большую дверь. — Ничего интересного, на этом этаже расположены кабинет Владлена Евгеньевича, его секретарша и конференц-залы,— улыбнулся Данил и нажал на кнопку лифта, — К сожалению, полную экскурсию я провести не успею... — О май гарабл Данила, ты что крейзи? Если мы не будем задерживаться на каждом этаже, то успеем. — Нет, что ты, даже если так, мы всё равно не успеем. Этажи здесь большие. Всё сделано для того, чтобы компания росла. — Выйдя из лифта на несколько этаже ниже, я с интересом смотрю на Даню. — Росла? — Да, например сейчас мы на этаже дизайнеров разных направлений. Серьёзно, это кажется невероятным, но это правда. До прихода, так сказать, к власти Владлена Евгеньевича, — посмеявшись со своей шутки он продолжил, — Это были просто серые офисы, однако сейчас… Владлен Евгеньевич невероятный человек! Он смог объединить стольких людей и направлений. Если честно, я восхищаюсь им. — М-м-м… Как интересно. — Это… главный офис? Раз он так развил эту компанию, то вероятно он проводит здесь много времени… — Ам… нет, это не главный… Могу я поинтересоваться, какие у вас с Владленом Евгениевичем отношения? — Нум. Он похитил меня, силой удерживал и заставил быть с ним… Ведь сама, я бы врятли на такое согласилась… — А вы с юмором — хмыкнул мужчина, вероятно думая, что его идеал не мог так поступить, но как говориться даже у Ангела есть свой омут с чертями. — А куда мы идём? — проходя мимо занятых людей, что заняты своей работой, спросила я. — Знакомиться с главным у дизайнеров — их директором. — Зачем? — склоняю голову на бок. Зачем мне с ним знакомиться? — Так сказал Владлен Евгеньевич. — Пф… ну ясно всё с ним, решил задержать меня как можно дольше… — Здра-авствуйте! — тяну я заходя в кабинет и с моих прекрасных уст чуть не срывается «Как у вас дела?» то, что я очень часто говорила учителям в своей школе. Учителя меня любили. Все. Кроме классухи, та ещё ведьма, хотя деньги я ей всегда первая сдавала… Мужчина лет сорока встрепенулся и не понял что происходит, но Данька ему всё объяснил. — Кхм… Да. Я Ампидов Феромон Андреевич. Рад нашему знакомству. Если вас знакомят со мной, то это значит, что вы войдёте в наш дружный коллектив. — Я Александра и нет, не войду я в ваш коллектив. Владленка просто хотел избавиться от меня на часок другой, чтобы я ему бумажки всякие читать не мешала… Что ж, приятно было познакомиться, До свиданья. Выйдя из кабинета и оставив двух мужчин так сказать, тет-а-тет, быстро достаю телефон из заднего кармана и пишу Грише. Саша: «Швабрик, прикинь, чувака зовут Ферамон Андреевич XD.» Настрочив три смеющихся смайлика убираю телефон и прячу улыбку когда выходит Данила. — Вперёд Данила и только вперёд! — подняв руку как это делал Гитлер двигаюсь вперёд. — Только давай не будем заходить знакомиться, просто покажешь и расскажешь про этажи.

***

— Теперь… — Неважно, просто идём по этому этажу и спустимся ниже. Пожалуйста хватит рассказывать мне всё это. В этой жизни я не люблю политику и скучные исторические события, а ты Данечка, только и делаешь что рассказываешь об этом. Знаешь со мной можно поговорить на многие темы. Я, например, люблю видео-игры, интересуюсь живописью, музыкой, литературой ну и так далее… — Саша, если ты устала, мы можем сходить в кафетерий. Владлен Евгеньевич уже всё оплатил. — О! А вот это уже интересно! Чего ш ты раньше-то молчал?! — Пошли быстрей туда! Зайдя в лифт и нажав нужную кнопку мы начали спускаться

***

Я потерялась… Совсем чуточку отстав от Дани, засмотревшись на картины, что висят в коридорах я отстала и немного заблудилась… и брожу я здесь уже минут десять ищу лифт… Чёрт… может спросить у кого? — Девушка, не подскажите где лифт? — немного опешив девушка остановилась, посмотрела на меня и спросила. — Ты новенькая да? Я тебя уже раз третий вижу. — невозмутимо спросила она со скрытым интересом. Может это офисная сплетница? Раз уже сейчас она жаждет быстрее сообщить всем новую новость… Да наверно это она… — Да нет… Помоги лифт найти. — Я подобно самой большой и скалистой горе, буду стоять на своём. — Тогда, получается вы посторонняя… — нахмурившись, выдаёт она задумчиво оглядывая меня. — Как вы зашли сюда? У нас без пропусков не пускают, и я не думаю, что у тебя такой найдётся. Если посмотреть, то я не думаю, что ты совершеннолетняя. — Я? Ну да, мне шестнадцать, попала я сюда легко. И знаете, даже если я вас младше, это не даёт вам права обращаться ко мне на ты. Мы с вами не так близки. И не врите, что пускают только с пропуском, у Владлена его даже не потребовали. — фыркнула я скрестив руки. Ясна теперь?! — Теперь, покажите где лифт! Если холоп не понимает, когда ты с ним ласков, то нужно показать кто здесь хозяин Покажи где выход, глупая курва! — Подождите-ка здесь… Ц! Похоже она сама не знает где лифт. Ну что ж, вы в программе найди лифт, и сегодняшняя задача нашего дня, найти лифт! Давайте пожелаем удачи участнице! Боже… потеряться на этаже… Так только я могу… но в своё оправдание я скажу, что этаж ну о-о-о-очень большой… Гуляя и ища выход, натыкаюсь на ту самую девушку и мужчину в униформе охраны. — О! Вы-то дяденька охранник мне и нужны! Где лифт? А во-вторых, где план этажа? А если проверка? О чём вы вообще думаете? — Я, девушка, думаю о безопасности, так что будьте добры, пройдёмте за мной, а по пути, расскажите кто и почему вас впустили. Особенно когда главный в офисе… — последнее он пробубнил, а я вспомнила. У меня же Владленка есть! — Звони своему этому главному. Тот который Владлен Евгеньевич, и будь готов расплатиться головой, за то что обвинил безвинного человека в таком преступлении. Мда… Задействовать главу охраны, чтобы найти потеряшку, о которой ещё не знают… это у меня впервые… Хотя это уже меня давно искать должны были! Тот первый мужик охранник засыковал звонить Громову, а этот засмеялся подумав что это шутка… Владленка он здесь типа грозовой тучи? Тогда уж скорее громовой… Гы… Громовские каламбуры… Гудки в трубке о, взял. Прежде чем он начнёт орать, что его отвлекают, начинаю тараторить. — Владленка… — Обязательно плаксивым голосом… — Мне твои люди обижают, а ещё я потерялась и мне не говорят где лиф, что бы я могла к тебе вернуться… А ещё мне не верят, что я с тобой пришла и, ты так и быть прощён. За сладости… — Почему я не удивлён? — Так! вымысле? Почему в голосе столько обреченности? — ты где? — Ты что, глупый? Я же сказала не знаю, Даниил за кнопки в лифте отвечал, а не я! А эти… не скажут и не покажут! — возмущённо детским голосом и для правдоподобности ножкой топаю. — Принцесса, будь хорошей девочкой передай телефончик тому кто обижал тебя. — А если их много? — Самому главному. — киваю и передаю телефон обратно. А мужик глаза вытаращил, побледнел и через какое-то время заикаясь сказал: «двадцать восьмой». Это типа он про этаж? А потом закрыв глаза отодвинул телефон от уха, потому что даже я, стоя от него в пяти шагах прекрасно слышала отборный мат Лена… — Нум? — несмотря на то, что я ниже каждого здесь мужчины, смотрю на них с высока. — В…Влад… Владлен Евгень…евич, сказал вам оставаться здесь, он сам придёт за вами… — заикаясь сказал мужчина и мне кажется или он поседел немного? — Саша, как ты блять могла потеряться? я к тебе, что бы избежать подобного, человека приставил. — Ну уж прости, он быстро шёл, а у меня, как видишь ноги короткие — указываю на свои ноги. Как иногда удобно пользоваться низким ростом… — И вообще… — Да, да, это я виноват. — Прям с языка снял. — кивнула я и пошла вперёд. — Принцесса, нам в другую сторону. — ухватив меня за руку повёл к… О Аллилуйя! К выходу! — Почему сразу мне не позвонила? — У меня твоего номера нет. — Есть — затащив меня в лифт ответил он приобнимая за плечи. — Откуда? — подозрительно прищуриваюсь и смотрю на наше отражение. Человек который придумал зеркало в лифте, обожаю тебя. — Я записал. Проверь. Контакт «Любимый». — Э? Чего? Быстро достаю смартфон и иду в контакты. И правда… — Слышь, «любимый», те кто разрешил, м? — Неужели я похож на того, кто будет спрашивать разрешения? — Пф Нет, но ты похож… Хм… Ты похож на того кота, которого я два года назад нашла на улице и приютила. Он сейчас у тёти живёт. Он такой же большой, наглый, немного озлобленный на мир, поэтому иногда царапается, не любит когда его трогают, когда он этого не хочет, но при этом жаждет любви и ласки. — Ну так почему ты не зовёшь меня котиком? — обнимая спросил он. — Впредь, как и сегодня сообщай мне о своих проблемах. Я решу их. Договорились? — прижимает к груди. Что за день нежностей и признаний? — Не надо. Я сама. Я сильная, я справлялась, справляюсь и буду справляться. Поэтому, свои проблемы решу сама. — наслаждаюсь столь близкими отношениями и этим приятным чувством… защищенности что ли… оно так приятно разливается в грудной клетке… — Сильным буду я, а ты просто люби меня. — Люби? — поднимаю голову и заглядываю ему в глаза. — Рано или поздно ты всё равно полюбишь меня. — улыбаясь отвечает голубоглазый мужчина и под мой вскрик подхватывает и берёт на руки, как носят невест. Давненько он меня так не носил… Выйдя из лифта и пронеся меня мимо Насти, которая осведомила его о том, что через минут двадцать всё начнётся и что-то там про молодёжь. — Теперь здесь сидеть будешь. Если что-то потребуется, обратись к Анастасии. — Тогда давай, ты сразу закажешь нам птицу. Мне с грибами. — Ты же недавно обедала. — Из-за всего этого я немного проголодалась. — пожимаю плечами и принимаю его кошелек.

***

— Ты сейчас спать собираешься? — спрашиваю я, когда он убрал ноутбук и пытался устроиться поудобнее. Кивнув мне в ответ он решает за место подушки задействовать мои ноги. Ляшечки мои. Ну что ж… Обломаю я тебя милый мой… По пакостим немножечко. Как говориться, если скучно стало жить, надо что-то натворить! — Знаешь, когда ты рядом, иногда, то есть постоянно, я немножечко постоянно влажная. Для тебя это конечно хорошо, но для меня… это вызывает некоторое… неудобство… А ещё бывает когда ты делаешь или говоришь какие-нибудь милости как сегодня, у меня сердце начинает биться быстрее, но я уже не обращаю на это внимания… Не подскажешь что мне делать? — смотрю на него, а он на меня. Искра, Буря По ебалу на! Безумие! Но, ох уж эти гормоны... с ними явно надо что-то делать... — Доверь всё мне, делай всё, что я скажу, или о чём попрошу. — подняв руки ко мне гладит по голове. Капец ты слэндр… — А сейчас решим твою первую проблему, идем в... — Нет. Во-первых, ещё чего? не буду я делать всё по твоей указке. Тогда ж это буду не я. Разве что, если наши желания будут совпадать… А во-вторых, если мы пойдём, то закроемся ну… минимум часа на три… или немного меньше… А прилетим мы через два часа с тапочками. Поэтому давай лучше поспим, а нас если что потом разбудят. Чего ты на меня так смотришь? Сладких снов Ленушка… — глажу его по голове, наслаждаясь тем, что отняла у него несколько минут сна, обломала и гордясь собой за то, что рассказала ему правду.