Шикарно танцует — особо опасен!

С того инцидента в гримерке прошла неделя. Бешеный график гастролей выжимал все соки, и Антон после выступлений просто падал от усталости пластом на кровать. Только вот заснуть удавалось не сразу. Все думы были об Арсении. Парень вставал с мыслями о Попове, потом работал с ним бок о бок, а потом засыпал в своем номере, думая об одном наглом коллеге, который вне сцены его игнорировал. Какое-то сумасшествие! «С одной стороны, вроде бы, логично» — размышлял Шастун, развалившись в кресле в номере и в тысячный раз рассматривая фотку Арса в инстаграме на фоне очередной городской достопримечательности. Мужчина обижен, и это прям видно. Попов пытается держать лицо — на сцене он балагурит, как и прежде, игриво взаимодействует с Шастуном, что доводит зрителей до экстаза, но, стоит им уйти за кулисы, как отношение Арса к Антону резко меняется. Он холоден и неприступен. Обычно словоохотливый, но теперь парень из него слова чуть ли не клещами вытаскивает. «С другой стороны, Попову что — только секс от меня нужен? Ну не решился еще я на ответочку, даже поцеловать по собственной инициативе зассал, так что — сразу вычеркивать меня из друзей?» — размышлял Шастун, листая ленту Арсения в телефоне. Парень еще долго не мог прийти в себя после своего побега в тот вечер. Он страшно тупил на сцене, за что даже Стас слегка пожурил его. Занеся было палец над сердечком, чтобы, как всегда, поставить лайк на свежевыложенной фотографии, он призадумался. «А вот нелайканным будешь» — мстительно подумал он и пролистал ленту дальше. Ему не хватало их общения по душам и каждодневных разговоров ни о чем, после которых Шаст светился ярче светодиодной лампочки. Он скучал по особенному взгляду, которым Арс одаривал только его. В нем были и нежность, и забота, и желание обладать парнем от кончиков пальцев на ногах до макушки. Попов смотрел так, словно Антон — новое чудо света и возможность прикоснуться к нему, а лучше обнять — уже счастье! Так куда же все это исчезло? Шастун бросил взгляд на расхаживающего по номеру Димку. Тот ворковал по телефону со своей Катей, обсуждая, как лучше обустроить детскую, и впервые Антон позавидовал ему. У Позова все так просто, так как и должно быть — жена, а скоро и дочка появится. Все по-нормальному… Он не сохнет по одному голубоглазому идиоту, одновременно коря себя за неправильность. Вдруг телефон пиликнул уведомлением. Стас в общей группе ватсап написал, чтобы через час все были в холле гостиницы. Один его знакомый приглашает всех в какой-то свой недавно открывшийся клуб. Для них как для вип-гостей вся еда и выпивка за счет заведения. Раньше Антон обрадовался бы такой халяве, а сейчас у него было желание заползти в свою раковину и закрыться ото всех. «Нехило ты себя с жемчужиной сравнил, — насмешливо вякнул голос в голове. — Какая такому тощему дождевому червю, как ты, раковина? Уютная норка под землей — твой максимум». Дима закончил болтать с Катей и, прочитав сообщение, радостно сказал: — Отлично, вот и планы на вечер! Да, Шаст? — окликнул он парня, который пустым взглядом смотрел в стену напротив, о чем-то думая. — Лучше бы поспал, — недовольно отозвался Антон. — Тебе надо развеяться. В следующий город нам только завтра вечером ехать. Времени вагон, успеешь выспаться! Кто тут, вообще, молодой? — Димка присел на корточки перед Антоном.— Ты и так всю неделю будто не с нами. Наушники в уши и привет! Когда я с тобой последний раз футбольный матч обсуждал, а? Не будь букой, поезжай с нами. С кем я там тусить буду? Один баб будет клеить, другой — танцы танцевать и фоткаться во всех ракурсах. Давай соглашайся! «А ведь и правда, Арс там опять зажигать, наверно, будет, — уныло подумал Антон. — Опять придется держать себя в руках, чтобы не смотреть на него постоянно. Ибо нефиг меня игнорировать! Только вот…» — Тогда я буду там пить! — ответил Антон. — Я устал, — решив, что это может сойти за причину попойки, добавил он. — Ну, хоть в меру? — Димка с надеждой смотрел на друга. — По-хорошему, тебе много пить не стоит. Зачастил ты что-то, — переживал за друга Позов. — В меру, в меру. Хватит меня контролировать, не маленький уже, — Антон натянул улыбку и хлопнул Диму по плечу. «Только мера у всех своя» — мелькнуло в голове, но озвучивать он это не стал. *** Новый клуб оказался расположен в центре города. Вывеска ярко горела неоном и приглашала всех посетить «Рай». Насколько «Рай» соответствовал названию, парням лишь предстояло узнать. Они прошли внутрь мимо фейсконтрольщиков вместе со знакомым Стаса — Олегом, который оказался очень активным человеком средних лет. В нем сразу можно было распознать дельца. С неиссякаемой энергией он рассказывал о своем детище. О том, как трудно было выбить аренду в самом центре, как он ремонтировал пришедшее в упадок здание и как нанимал дизайнера из Москвы, чтобы было «не хуже, чем в столице». И, действительно, парни, очутившись внутри, словно попали в московский клуб. Все было обставлено дорого и со вкусом. Полумрак на танцполе с грохочущей музыкой в одном из помещений соседствовал с отдельной зоной, где рядами стояли столики. Там же напротив располагалась сцена, подразумевающая проведение каких-то шоу-программ, выступлений артистов. Почти все столики были заняты. На танцполе отплясывали в основном девушки, изредка разбавляемые молодыми людьми, которые предпочитали в основном либо пить за барной стойкой, недалеко от сцены, либо занять забронированный стол и потягивать алкоголь, смотря на танцующих. Контингент в основном состоял из местной элиты. Мужская половина была представлена либо бизнесменами за сорок, либо их сынками. Женский пол был при полном параде — ярко накрашенные, на каблуках и в основном в мини-юбках. Они вышли на охоту на богатеньких Буратино, удачно собранных в одном месте. Шастун скользил взглядом по публике, и его передергивало от вульгарности местных девиц. Главное, чтобы девушки не начали их клеить! Разместились парни за столиком в первом ряду как вип персоны, и к ним тут же подошел официант за заказом. Так получилось, что Антон и Арс, не спешившие рассесться, в результате сели друг с другом. Только два местечка рядышком оказались свободны. Стас трепался со своим знакомым, Димка в очередной раз уговаривал непьющего Серёгу хотя бы пригубить за компанию, а двое парней на А молча пили заказанный коньяк в ожидании основного блюда. Антон был зол на Арсения. Тот все так же не смотрел на него и не делал ничего, чтобы наладить хоть какие-то отношения вне сцены. Попов смотрел куда угодно, но не на Шастуна. Парень украдкой следил за коллегой, отмечая, что Арс скользит взглядом по пышным бюстам девушек, задерживая взор на особо крупных размерах. «Вот сука» — Шаст залпом осушил свой бокал. «Быстро же ты переключился, Попов» — мелькнуло в голове. — Эй, Шаст, ты бы не налегал так на алкоголь, — Позов отодвинул бутылку от парня подальше. — Ешь вот лучше, — Дима положил на тарелку друга большой кусок мяса с принесенного блюда. — Ты, вроде, про матч последний поговорить хотел, — парень демонстративно повернулся к Попову спиной, лицом к Диме.— Судья там совсем охренел — карточку желтую ведь ни за что вытащил! Дима поддержал разговор, обрадовавшись, что Шаст отвлечется и выпьет меньше. Вечер протекал, как и предсказывал Позов. Серега клеил какую-то сексуальную блондинку и, судя по её довольному смеху на любую его шутку, весьма удачно. Арс фоткался за столом, у стола и, возможно, снялся бы под столом, но пока был не настолько пьян. Стас только успевал щелкать его на телефон и убеждать, что он шикарно получился. А ведь раньше его фоткал Антон… Теперь, видимо, недостоин. Шастун дискутировал на тему футбола и пил одновременно. Хотелось выкинуть все переживания и тревоги из головы. Пусть хотя бы на один долбаный вечер! Нестерпимо хотелось коснуться Арса. Хотя бы только плечами и просто чувствовать его. Склонить головы и, улыбаясь, слушать вместе музыку из одних наушников. Провести рукой по его спине как знак одобрения и поддержки и словить благодарную улыбку в ответ. Очередной глоток коньяка уже не обжигает горло, а дарит тепло, которого очень не хватает. И только Антон открыл рот, чтобы оспорить доводы Димы, который убеждал его, что матч явно куплен, как на сцене появились… стриптизерши. Музыка на танцполе затихла, уступив свои права сцене. Девушки в обтягивающих кожаных костюмах, лишь частично прикрывающих тело, призывно завертелись вокруг появившихся шестов. — Так это не просто клуб, а стриптиз-клуб, — присвистнул Стас, запихнув телефон в карман и присев обратно за столик. — Олег про это ничего не говорил, — немного извиняющимся тоном обратился он к парням. Стас был женат, как и Позов, но они же не знали, так что и не виноваты, вроде как. Попов тоже сел обратно и уставился на танцовщиц. Жадный взгляд, обращенный на сцену, не укрылся от Антона. — Конечно, он взрослый мужик. Ему секс нужен, а не переглядки твои, — съязвил внутренний голос. — Не дашь ты — дадут другие, — не унимался он. — И похер. Пусть пялится на них сколько влезет. Значит, так я ему нужен, — ответил Антон мысленно сам себе и влил в себя еще немного коньяка. На сцене девушки проявляли чудеса растяжки, заводя зал своими фирменными сексуальными движениями и заставляя мужскую половину пускать слюни. Шаст двинул свой стул в сторону, якобы поправить, и как бы случайно толкнул Попова. Тот молча отодвинулся. — Может, хватит уже на сегодня? — раздался через какое-то время грозный голос Арса, и мужчина накрыл ладонью бокал, не давая Шасту плеснуть в него еще янтарной жидкости. — Я не ребенок, отстань, — упрямо ответил Антон и взял бокал за ножку в попытке сбросить руку. — Да я вроде и не пристаю, — более сдержанно ответил Арс каламбуром. — И раз уж ты «не ребенок», то и веди себя соответственно, — чуть тише добавил он, глядя прямо в глаза. Был бы Антон трезвее, ему, возможно, стало немного стыдно за свой детский поступок (толкаться стульями — реально детский сад какой-то), но, будучи под градусом, парень об этом не волновался. А волновало его то, что его волновал Арс! Его не хотелось делить ни с кем, хотелось, чтобы он смотрел и восхищался только Антоном, чтобы он не отодвигался, а, наоборот, придвинулся к парню, а еще лучше обнял бы его своими руками и крепко прижал к себе. Это странно и непривычно. Такое он не ощущал никогда. Рядом с Ирой именно он был в роли защитника и опоры, собственно, как и положено мужчине. А теперь ему требовалось и хотелось иного — почувствовать себя в роли ведомого. Возможно, сказалось то, что Арс старше и мудрее и то, что он опекал его с самого начала. Все это вкупе с врожденной харизмой и сексуальностью Арсения привело к тому, что Антон не мог спокойно смотреть на коллегу, очень хотелось ему сдаться, капитулировать, признать его власть над собой. Именно это и пугало. Не успел Антон что-либо ответить, как у их столика оказалась одна из стриптизерш. В шоу-программу входило выбрать счастливчика из зала и устроить ему приватный танец, а то и станцевать вместе, если повезет. В этот вечер танцовщице повезло. Вытащив Попова за руку на сцену под улюлюканье Стаса, Димы и вернувшегося за столик Матвиенко, девушка начала танцевать стриптиз вокруг него, постоянно прогибаясь в спине и оттопыривая свою попку, на которой к тому моменту надеты были лишь стринги. Она то прижималась спиной к Арсу, плавно покачивая бедрами, то закидывала руки ему на шею и оглаживала его торс, не забывая томно смотреть на партнера и периодически в зал, оценивая реакцию зрителей. А зрители были от нее в восторге. Все, кроме одного высокого парня. Антон не был впечатлен стриптизершей и ее выкрутасами, зато он с жадностью смотрел на пластику и грацию Арсения, с которого наглая бестия уже стащила футболку. Попов, оставшись в одних джинсах, решил подыграть и изобразить из себя стриптизера. Он подстроился под тягучий музыкальный ритм, задвигался плавно, обхватив девушку руками за талию, и совершил несколько поступательных движений, имитирующих половой акт. Разгоряченный, с идеальным прессом и шикарной фигурой в целом, выглядел он, как заправский стриптизер экстра-класса. Толпа взревела. Стас защелкал сотовым, параллельно снимая видео, Серега крикнул: «Арс, жги!», Дима чуть не поперхнулся, а Шастун почувствовал, что у него встал. Лишь раз Антон выхватил взгляд мужчины. Он был красноречив донельзя. «Все это могло быть твоим и принадлежать тебе, но ты сам сделал свой выбор. Можешь смотреть на меня, а касаться будут другие». Шастун сглотнул, внутренняя борьба с самим собой измотала его, жгучее желание разлилось по телу. Он сгорал от разрывавших его чувств и тушил пожар в груди, снова и снова прикладываясь к алкоголю. Арсений разошелся не на шутку. Он не был пьян, как Антон, но выпитое им на фоне отверженных чувств толкало мужчину на то, чтобы уйти в отрыв. Хотя бы в танце. Он продолжал зажигать со стриптизершей. Теперь они вдвоем заводили зал. Он медленно вел свою руку по груди, откинув голову и закусив губу. Вторая рука лежала на попе партнерши, прижимая ее к себе. Взгляд с поволокой устремлен на Антона. «Хотел бы быть на ее месте?» — словно говорил он. Шаст бы хотел. Очень. «Почему тут так жарко?» — Антон вытер рукой покрытый испариной лоб и оглянулся по сторонам. Парни были веселы и не выглядели такими загнанными, как он. У него же сбилось дыхание, сердце стучало как сумасшедшее, и член в штанах все продолжал на что-то надеяться. Позов отобрал у него в очередной раз бутылку. — Сходи умойся, Шаст! Ты весь красный. Хватит тебе уже пить! Димка, наверно, подумал, что это алкоголь в крови так повлиял на организм и задал жару. «Наивный Поз» — Антон мысленно ухмыльнулся. — Да, схожу, пожалуй, — парень бросил взгляд на Арсения, который, похоже, решил стать местной звездой. Все девушки в клубе, да и женщины постарше смотрели на него, не отрывая взгляд, и уже мечтали о том, чтобы он обратил на них свое внимание после импровизированного выступления. Кто-то снимал его на видео, кто-то пытался сделать селфи на фоне горячего красавчика. «Берегись тех, кто хорошо танцует» — вспомнилась вдруг опять фраза мамы. Ох, мама, мама, если бы ты знала… Парень как в тумане добрался до туалетной комнаты. Холодная вода освежала лицо, но не чувства. Шастун умылся несколько раз. Желание не исчезло. Прополоскал рот. Пальцы коснулись губ, и всплывшие воспоминания об их поцелуе, плавно перетекшие к воспоминаниям о неожиданном минете той ночью, заставили член в штанах дернуться. — Да пошло оно все! — крикнул Антон в зеркало и стукнул со всей силы раковину. Руку огрело, и физическая боль немного привела его в чувства. — Я готов, Арс, — шепотом. — Мама, прости. Ира, … я честно пытался, — из зеркала на него смотрит его отражение и то, что он видит, ему не нравится. Лихорадочный блеск в глазах, пылающие щеки, волосы в беспорядке. Тот еще видок, короче. Уверенным шагом, как ему казалось, Антон вышел из туалетной комнаты и направился к их столику. Стриптиз уже закончился, и снова раздавались биты со стороны танцпола, куда подтянулся народ, заведенный горячим шоу. Арса за столиком не оказалось. Танцевать ушёл, наверно, дальше, или, может, они разминулись в туалете? Идти искать его в скачущую толпу было бессмысленно. — А она мне говорит: «Ты хороший, но не совсем в моем вкусе»! Прикинь, слилась, зараза! А я ей и то, и это, — Матвиенко, активно жестикулируя, жаловался Диме на ту девушку, что так заливисто хохотала над его шутками. — А где Арс? — спросил Антон, присаживаясь. — Попов молодец. Времени зря не теряет, — Сергей пошло улыбнулся и сделал движение руками, изображающее секс.— Шпилит там свою стриптизершу, — он внимательно посмотрел на парня. — Где «там»? — ошарашенно выдавил из себя севшим голосом Шастун. — Тут же вип-кабинки имеются для секса. Все для людей, что называется, — хохотнул Матвиеныч. — Я в туалет, — только выкрикнул Антон и сорвался с места. — Шаст, туалеты в другую сторону! — крикнул ему в спину со смехом Сергей и получил тычок ногой от Позова. — Зачем ты ему про Арса сказал? — карие глаза из-под очков смотрят укоризненно. — Дурак потому что, — философски ответил Серега и задумчиво сунул себе в рот оливку. Вип-кабинок оказалось не так много, как переживал Антон. Всего три штуки. Две были закрыты. А вот в третью парень буквально ворвался, эффектно распахнув настежь дверь — она оказалась не заперта. Перед Антоном предстала картина: Арс стоит, опустив голову, посередине небольшой комнатки, рядом с кроватью, со стриптизершей, которая целует ему шею и рукой пытается расстегнуть ремень на джинсах. — Антон? — удивленно и, как показалось Шастуну, немного обрадованно тянет Попов, тут же выпрямляясь и отстраняясь от партнерши. Девушка, которой пришлось прерваться, недовольно обернулась в сторону вошедшего. — Парень, ты опоздал, — резко говорит она, логично подразумевая, что это ее очередной поклонник, который увидел ее на сцене и приревновал. — Да и вообще, — она оглядывает Шастуна с головы до ног, — ты не в моем вкусе. Извини. Я его хочу, — она кивает на Арса. — Я тоже. Прикинь? — четко произносит Антон. — Уйдите, пожалуйста, — нагло добавляет он и подходит ближе. Девушка в недоумении смотрит попеременно на Арсения, на влетевшего парня и, наконец сообразив, что к чему, даже приоткрывает в изумлении ротик. Такого она точно не ожидала. Не в их небольшом городишке. Живые геи! Не по телеку, не в желтой газетенке, а вот прям стоят перед ней, и тот высоченный, который вошел (от него еще алкоголем тянет), совсем охамев, берет ее мужика за руку и притягивает к себе. И этот Арсений (лицо ей сразу показалось знакомым, когда она его на сцену выбрала, кто-то ей потом шепнул, что это из Москвы артисты приехали), с виду такой мачо, и слова не вымолвил. Стоит и смотрит на парня этого, и по взгляду ей становится понятно, что лишняя тут — она… «Ну, вообще! Вроде и обидно, что секс с таким красавцем обломали, зато будет что с подружками обсудить» — думает она, направляясь к двери. Обернувшись, она бросает, не сдержав сарказма: — Презервативы в тумбочке, а смазку не держим. Вам тут не Москва, — и громко хлопает дверью. Оставшись вдвоем с Арсением, Антон все еще сжимает его ладонь и чувствует себя окрыленным. Он решился, он хочет отдаться целиком и полностью, нет больше преград! Арс должен об этом знать. Парень тянется к его губам и, не встретив сопротивления, целует мягко, но настойчиво, пытаясь передать все то, что он копил в себе, всю нежность и желание ощущать, касаться Попова круглосуточно. Руки сами забираются под футболку и скользят по спине, бокам, дорвавшись до таких нужных тактильных ощущений. Арс отвечает не сразу. Он как в тумане, словно не верит тому, что происходит. Наконец до него доходит, что это не сон, не иллюзия, и он отвечает, с напором сминая губы Шастуна в попытке насладиться тем, что ему предложено в данную минуту. От парня пахнет алкоголем, но Арсу все равно. Он терзает его губы и, проникнув языком в рот, жадно пытается ощутить как можно больше Антона. В какой-то момент Шастун хватает Арсения и тянет за собой на кровать. Они валятся на нее, и Попов оказывается сверху. С удивлением он всматривается в лицо напротив и, приподнявшись над парнем, уже было приоткрывает рот, чтобы спросить, но Антон опережает его и, прикладывая палец к губам Арса, с придыханием произносит: — Молчи. Трахни меня. Я этого хочу, — и смотрит так проникновенно, что у Попова сердце замирает. — Нет, Антон, — строго отвечает мужчина и качает головой в отрицание. — Ты много выпил и завтра, возможно, пожалеешь об этом. Ему сложно, почти невозможно отказывать сейчас, но он должен. Нельзя опять допустить ошибку! Шастун должен решиться на секс не пьяным, а трезвым, полностью контролирующим свои действия. Иначе наутро он возненавидит Арса и будет упрекать, что тот воспользовался положением. — Арс, я знаю, чего хочу, — Шастун упрямо тянет на себя Арсения, но попытка на этот раз не увенчивается успехом, так как мужчина резко поднимается, вырываясь из объятий. — Нет, я сказал, — немного грубо, просто чтобы было легче. Член в штанах офигевает от своего непоколебимого хозяина. Он в позиции «готов ко всему» с момента захода парня в комнату. Ну, там еще пару раз просыпался за столиком, пока они сидели рядом друг с другом. Все зря, что ли? — Да, блять, почему? — Антон садится на кровати и тяжелым взглядом смотрит на мужчину. — Ты же давно меня хочешь, Арс! Так давай трахнемся? В чем проблема? — он что, мстит ему за прошлое? Или вообще решил, что обойдется без Антона, учитывая полный игнор в последнее время? — Я пьяных не трахаю! — кричит Арс и, развернувшись, быстрым шагом выходит из комнаты. Антон обводит глазами помещение с приглушенным для интима светом и со стоном откидывается на кровать. На глазах непроизвольно появляются слезы. Он часто-часто моргает, пытаясь избавиться от этого признака слабости, но они лишь скапливаются в уголках глаз и в итоге виновато стекают по вискам на постель. Таким униженным он себя еще никогда не чувствовал. Он полностью открылся, доверился, предложил себя Попову, а тот отверг, побрезговал. Больно, внутри пустота. Мир теряет свои краски. Ощущение, что у него выбили почву из-под ног и выбросили, как ненужную игрушку. Какое-то время он лежит и пялится в потолок. Злость приходит на смену жалости к себе. Парень резко встает и подходит к зеркалу, висящему на стене. Под ним, на прикроватной тумбочке стоит маленький подсвечник на одну свечу. Видимо, для того, чтобы создавать «романтик». Шастун берет его в руку и со всего размаха разбивает им зеркало. Оглушительный звон разлетевшегося стекла и падающих осколков лишь на мгновение приносит удовлетворение. Пока он стоит, окруженный стеклом, дверь открывается, и на пороге появляется Арсений. — Бля-я-ять! Ты у меня не просто алкаш, а буйный алкаш, — Арс осторожно, минуя осколки, пробирается к застывшему, словно памятник, коллеге, на лице которого нет никаких эмоций. Даже удивления. Только пульсирует и светится перед глазами неоновыми огнями выхваченное «у меня». — Прости, Антон. Я вспылил, — Попов притягивает парня к себе и, обхватив руками, сжимает неподвижную фигуру. С поцелуем в висок из грудной клетки вырывается вздох, и с теплыми родными объятиями лед, сковавший сердце и разум, начинает таять. — Я вызвал такси. Поедем в гостиницу. Ты ночуешь у меня, а Серега у Поза. Сказал, что буду выхаживать тебя с бодуна, — тихим голосом говорит Попов куда-то в шею, и Антон чувствует появившиеся мурашки на коже. Пустота, образовавшаяся после ухода Попова, заполняется ощущением нужности, а в душе распускаются лепестки надежды. — Поедем, — прозвучало тихо в ответ.