Шикарно танцует — особо опасен!

Рано утром Арсений сидел в кресле и пил свежесваренный кофе, любуясь еще спящим в кровати Антоном. Он уже успел сбегать в аптеку и купить для парня таблетку от похмелья, что лежала теперь на прикроватной тумбочке рядышком со стаканом воды. За окном было солнечно, и свет, прорывавшийся сквозь не самые качественные шторы местной гостиницы, все же добирался до лица парня, заставляя того сквозь сон смешно морщить нос. Когда Попов привел его вчера сюда, Антон был хоть и пьян, но в сознании. Арс поддерживал парня, аккуратно обхватив за талию, чтобы тот не завалился куда-нибудь ненароком. На этот раз Шастун не сопротивлялся помощи. Он вообще вел себя очень тихо и на удивление скромно по сравнению с клубом. Арсений думал, что тот начнет опять предлагать секс, лишь стоит им переступить порог номера, и уже готовился ему вновь отказать. Но Антон, оказавшись внутри, лишь спросил, какая кровать его. Получив ответ, быстро разделся и юркнул под одеяло. Через пару минут он уже спал. А вот Арсений еще долго не мог заснуть, перебирая, словно четки, свои эмоции и мысли, нанизанные на нить прошедшего дня. Он так страдал эту неделю. Буквально силой заставлял себя не смотреть на Шаста. Пытался не думать о нем и твердо вычеркнуть красной ручкой из сердца с пометкой «забыть, нельзя любить». Но так хотелось передвинуть запятую чуть дальше, стоило лишь заметить обращенный на него взгляд зеленых глаз. В клубе он поддался той танцовщице. После того, как стриптиз закончился, девушка зашептала ему на ухо, какой он горячий и что она хочет показать, насколько она тоже горяча. Попов тогда окинул взглядом их столик, но Шаста не увидел. А ведь мужчина танцевал для него, в очередной раз пытаясь убедить того языком тела. Антон ушел, не желая смотреть, — промелькнуло в голове. Наверно, он действительно противен парню, — ядовито стучала по вискам мысль, и тогда он согласился на предложение. Трахнуть ее и вытеснить этим мысли о коллеге — так когда-то ему предложил Антон, и Арсений решил, что самое время воплотить это в жизнь. Но как только в комнату ворвался Шаст, у Попова аж дыхание перехватило от счастья. Значит, не безразличен, раз приревновал. Есть надежда! Антон заворочался в постели и со стоном разлепил глаза. Организм мстил жутким похмельем. Голову сдавило словно железным обручем, а во рту было сухо как в пустыне. Ну, а чего он хотел? — Даже для молодого организма есть предел. Парень приподнялся на локтях. — Арс, — сипло прохрипел он и закашлялся. Попов бросил шипучую таблетку в стакан и подал страдальцу. — Как ты? Что-нибудь помнишь? — спросил мужчина осторожно, неистово надеясь, что тот ничего не забыл. — Я всё помню, — Антон осушил стакан и с вызовом посмотрел на Арса. — И то, что я предлагал, еще в силе. Мужчина улыбнулся так широко и так светло, что Антон почувствовал, как же хорошо жить, когда рядом такой невероятный человек. — Зато ты сам сейчас без сил, — ласково ответил Попов и спросил: — Я закажу еду в номер? — Еда… — Антон скривился и, зажав рот ладонью, рванул в туалетную комнату. Вскоре мужчина услышал звук слива. «Как же неудобно вышло. Позорище, блять» — только и думал парень, полоская рот и омывая лицо холодной водой. Блевать, когда рядом Поз, было не так стыдно. Арсений же эстет, интеллигент, с ним хотелось показать себя с лучшей стороны. А он, ужратое чудо воронежского разлива, опять продемонстрировал себя во всей красе! — В твоем состоянии тебе не стоит пока спускаться вниз, да и время двенадцать уже — наши уже все позавтракали, — продолжил Арсений, когда Антон, красный от стыда, вернулся из туалета. — Ты спускался к ним? — парень встал посреди комнаты, не зная, куда себя деть. — Нет, Поз мне звонил, интересовался твоим самочувствием, — мужчина кивнул в сторону кровати. — Полежи еще, если хочешь. Не стесняйся, — словно прочитав мысли, добавил он. — Пообещай мне только, что не будешь больше так. — Приставать? — не врубился Антон и удивленно поднял бровь. — Пить, — ответил Арс и улыбнулся. — А насчет приставаний, — мужчина задумался, и Антон затаил дыхание. — Я не хочу тебя торопить. Не нужно из-за меня форсировать события. Мне достаточно, что ты просто будешь рядом и не оттолкнешь меня, если я захочу тебя… поцеловать, — спокойно и уверенно сказал он. Парень подошел вплотную и взял его за руку. Он не смог удержаться. Попов ради него готов ждать! Наверно, именно это он и хотел услышать. Даже несмотря на тот факт, что для себя уже принял решение отдаться. Да, да — не просто переспать, трахнуться, заняться сексом, а именно отдаться, повинуясь трепетному желанию полностью довериться. Рука в руке. Глаза в глаза. — Ты голодный из-за меня остался, — немного виновато. — Все в порядке. Я буду с тобой, — так сказал, словно не про еду сейчас, не про завтрак этот, а про жизнь, про них. «Я буду с тобой». *** Прошло несколько дней, города сменялись один за другим, а Антон все никак не мог найти подходящее время и место, чтобы наконец заняться с Поповым любовью по-взрослому. Селили их по обыкновению в разных номерах, да и график выступлений был плотный. После концертов все ребята обычно ходили куда-нибудь вместе, либо переезжали в другой город. Украсть Арсения, придумав какой-то правдоподобный предлог, не представлялось возможным. Зато теперь Шастун в открытую кайфовал от их близости с мужчиной. Не той, конечно, которой бы хотелось, но все-таки. В автобусе сидеть рядышком, смеяться взахлеб над каждой шуткой Арса и ловить благодарный взгляд в ответ, вместе слушать музыку из одних наушников и смотреть, смотреть на съемках и вне друг на друга влюбленными глазами. В изумрудных — страсть попеременно сменялась нежностью и каким-то доселе неизведанным чувством защищенности. Попов чуть ли не пылинки с него сдувал, что неминуемо приводило к шуткам со стороны коллег, на что Арс отмахивался, а Антон привычно уже стыдливо краснел. Они разве что не сосались при всех. Арс мог бы, конечно, башню ему снесло давно, но ради Антона он терпел. Зато когда им удавалось спрятаться ото всех в подсобках, в туалетах, они целовались со всей страстью, дрожащими руками хватаясь друг за друга, впечатывая тела в стены и пытаясь насытиться непростительно малыми крохами такой нужной близости. Один раз в туалете даже занялись взаимной лаской или по-простому дрочкой. Парни были удовлетворены, но этого было мало. Попов в своих фантазиях уже разложил Антона на всех горизонтальных поверхностях, которые попадались ему на глаза. Перед мысленным взором так и мелькали горячие картинки со стонущим под ним парнем. Хотелось наконец-таки завладеть им целиком и больше не страдать на тему «а вдруг Шастун передумает». Ну не мог Арс никак поверить в свое внезапное счастье, даже когда это Счастье держало его за руку и смотрело преданным взглядом. *** Антон проснулся сегодня поздно, забив на завтрак. Любитель поспать подольше, он не мог упустить случай. Спешить сегодня никуда не нужно, они вчера почти ночью приехали в очередной город, а концерт должен быть вечером. Выспавшись, но пропустив общий завтрак, парень развалился на диванчике в номере очередной гостиницы. Поесть можно и в комнате — он заказал себе еду по стационарному телефону и в ожидании залипал в сотовый. Шастун решил подойти к вопросу анального секса со всей тщательностью и вот уже в который раз читал статьи в интернете, лазил по форумам для геев. Параллельно он старательно отслеживал передвижения Димки по номеру, который вернулся с завтрака, периодически отворачивая экран так, чтобы тот его не спалил. Только он погрузился в описание и отзывы об анальной смазке на силиконовой основе (отзывы, к слову, были очень даже положительные), как рядом плюхнулся Позов. — Что читаешь? — заинтересованный взгляд нагло попытался ухватить информацию с экрана. Антон аж дернулся от испуга и мгновенно повернул телефон в сторону. — Форумы фанаток, — выпалил он не задумываясь. — А… так ты уже в курсе? — задумчиво произнес Позов и зажевал губу. — Э… ты о чем? — Артон. Слышал о таком? — внимательный взгляд из-под очков. — Чего, блять? Поз, это что еще за порнуха? — Порнуха нервно курит в сторонке. Куда ей до вас! — саркастически ответил друг. — До кого «до нас»? Что за загадки? — Антон открыл поисковик и вбил таинственное слово. Спустя несколько мгновений брови удивленно взметнулись вверх, и даже рот приоткрылся в ахуе от увиденного. Фото, фото, просто океан из фотографий, коллажей, на которых Антон и Арс, Арс и Антон. Смотрят друг на друга, держат друг друга за руки, обнимаются. Любое фото — словно пропаганда ЛГБТ, хоть сейчас печатай и на гей-парад иди. А в комментариях все их действия, движения на сцене, слова перебираются и анализируются досконально и скрупулезно, словно это не их фанатки, а детективы, нанятые непойми кем с непойми какой целью. — Это что за хуйня? — спросил Антон предательски дрогнувшим голосом и повернулся к Диме. — Ты меня спрашиваешь? — отвечает тот с легким наездом. — Неужели ты наивно полагал, что ваши радужные брачные игрища на федеральном канале не заметят? Еще неизвестно, во что это все выльется, — озабоченно пробурчал Позов и поправил очки. — А откуда ты узнал об этом? — Вчера у Сереги с Арсом в трансе кто-то написал. Ну, наши и глянули, что за Артон такой загадочный. Сегодня, пока ты спал, за завтраком все и рассказали. Стас в шоке, между прочим. — А Арс что? — спросил Антон с тревогой. — Да что ему будет? Как с гуся вода. Придумывал альтернативные названия, придурок. Арсентонизм и еще какое-то, не помню. Совсем с головой он у тебя не дружит, — Дима покрутил пальцем у виска. — Конечно, это, возможно, поднимет наш рейтинг, но… — импровизатор задумчиво глянул в окно. — В нашей стране это как игра с огнем! Ты вроде как зажигаешь, а по итогу можешь сгореть сам, — закончил он свою мысль и встал с дивана. — Где тут у нас шоколадка была? Ты сожрал, что ли, уже? — Позов подошел к кофейному столику и включил чайник. — Я скоро буду, шоколадка за мной, — бросил Шаст другу, собираясь выйти. — Прогуляюсь. — А завтрак как же? Принесут же скоро! — Пусть, я потом вернусь и съем, — ответил парень и вышел из номера. — Прогуляется он, — пробурчал Дима себе под нос. — Ага, как же. К Арсу своему побежал. Вот же, блять, угораздило… Сладкая парочка. Позов остервенело размешивал ложечкой чай. Пригубив немного, он скривил губы: — А вот сахар тут какой-то несладкий! За что мне все это? Антон спустился на этаж ниже и задумался. «Может, стоит написать Арсу, что жду его в холле внизу. Или все же зайти за ним?» Там Серега, опять подкалывать их будет, особенно после вчерашнего. Антон прямо слышал в голове голос Матвиенко, который произносит какую-нибудь шутку наподобие: «С каких это пор невесты за женихами заходят?» Или что-то типа: «А Артон лечится? Какую мазь посоветуете? Может, сразу уколы в задницу?» «Артон… Хм, придумали же! Делать им, что ли, нечего?» — парень медленно пошел по коридору в сторону номера Арса с Серегой, который располагался в самом конце. Пока мозг пытался навязать свою логичную точку зрения о том, что стоило подождать Попова, написав тому в вотсапе, ноги, повинуясь желанию, сами пошли вперед. Взгляд скользил по картинам, висевшим на стене. В основном пейзажи — лес, речка, луг. Написано было неплохо. «Наверно, решили приукрасить искусством обшарпанные стены, создать уют» — мелькнула мысль. «Как же быть теперь с этим Артоном? И почему Арс шутил, а не возмущался? Ему что, фиолетово? Или радужно?» — губы тронула улыбка. «Арсу бы понравился такой каламбур». «Это, возможно, поднимет наш рейтинг» — зазвучали вдруг в голове слова Позова. Почему же Попов не взбесился? Он же беспокоится об имидже гетеросексуального мужчины, как никто! Шастун вдруг вспомнил, как однажды Арс сказал, что если бы не Импровизация, то он как несостоявшийся актер к своим годам пал бы духом и неизвестно, чем бы все закончилось. «А что если… Да ну, нет» — парень тряхнул головой, прогоняя закравшееся подозрение. Шастун остановился у одной картины, что привлекла его. В самом ее центре, на полянке, окруженной густым темным лесом, в воздухе парило одинокое деревце. У него не было корней. Оно словно не принадлежало этому месту. Полянку заливал солнечный свет. Деревце было полно сил, но ощущение, что оно не такое как все, было передано автором мастерски. Парень завис, впечатленный. Обычно его не цепляла живопись, да и вообще все произведения искусства рассматривались исключительно с практической точки зрения. В юности он водил девушек на свидания в музеи, чтобы те восхитились им и подарили поцелуй. Это стоило утомительного блуждания по залам и прослушивания занудных лекций от экскурсоводов. Пожалуй, из всех видов искусств только кино было страстно им любимо. А теперь еще, видимо, и один несостоявшийся актер, который сам был как отдельный вид искусства. Дойдя до конца коридора, Антон занес было руку, чтобы постучать в дверь, как вдруг услышал доносившийся из номера разговор. — Стас, у меня все под контролем, — голос Арса был немного раздражен. — Да, рейтинги бьют рекорды. Но ты уверен, что тебе это нужно? — сталь в голосе начальника и одновременно их друга красноречиво говорила, что шеф недоволен. — Уверен. Я так долго этого ждал. И плевать я хотел на общественное мнение. Парень замер у двери в шоке от услышанного. Глаза мгновенно увлажнились, а горло словно сдавили тисками от обиды. «Я так долго этого ждал» — фраза билась в черепной коробке, острыми краями задевая за живое. Это он про нахлынувшую славу и популярность… Арсений играет с ним, умело манипулируя любовью фанаток ко всякого рода романтичной приблуде. Он не любит Антона, а просто использует его самым жестоким образом для поднятия рейтинга шоу и своей популярности. От осознания другой реальности, в корне отличной от того, что он считал истиной, от стресса сознание слегка затуманилось, звуки доносились словно через вату в ушах. Ноги стали слабыми, и парень опустился на пол, часто дыша, привалившись спиной к стене. Как же так? Как он мог так ошибаться в нем? Ведь он поверил, что действительно дорог Попову. Неужели все фарс, игра? — Антон закрыл лицо ладонями и тихонько застонал.