На грани дружбы

      — Поэтому, — подытожил Кейр свою относительно долгую речь, — нам нужно как-то нейтрализовать влияние Западных Холмов своими средствами. Если за дело возьмется Адвен, это будет провокация. Надо действовать осторожно, через связных. Мы не доверим им слишком многого, но кое-что с их помощью сделать можно.       — Ну да, — кивнул Сайлас. — Звучит разумно. Поставим Эдвина на уши, пусть тряханет своих: он говорил, у него есть контакты на западе. У меня даже пара идей есть — тогда посмотрю, что он скажет, и выберу что-то по ситуации.       За годы знакомства Кейр научился считывать эмоции Сайласа и чувствовать его настроение. Хотя друг терпеливо его слушал, кое-где вставляя слово и в конце согласившись с доводами, было видно — крайне важный разговор о влиянии Дженни и Амарантайна его не интересует. Вернее, интересует, но над ним есть что-то другое куда важнее, давящее и печалящее. И это состояние Кейр замечал не раз. Поначалу осторожно спрашивал, что не так, но в ответ слышал лишь: «Да нормально все, чего ты». Хотя нормально было явно не все. Было слегка обидно, что Сайлас все еще ему не совсем доверяет — но куда сильнее было беспокойство. Что мешает ему жить? Что гнетет так сильно, что пропадает лишь периодами, а потом появляется вновь? И насколько же это должно быть тяжело с привычкой все держать внутри…       Кивнув в ответ, Кейр выдержал паузу и негромко спросил:       — Сайлас, ты можешь кое-что для меня сделать?       — Могу, — удивился тот. — Но смотря что. Ты про Эдвина и его ребят?       — Нет, я не про Эдвина. Я про тебя. — Он посмотрел другу в глаза. — Ты можешь поговорить с Асаарой?       — Э… — Сайлас озадаченно качнул головой. — А зачем?       — Этого я не знаю. Точнее, не знаю точной причины, и выпытывать ее не буду. Но… мне кажется, ей надо тебя выслушать. Сари умеет хранить тайны и помогать другим. Думаю, она будет рада помочь и тебе.       — Да это, — Сайлас нахмурился, — я же говорил уже, все в порядке, чего ты опять?       — Слушай, — вздохнул Кейр, — если все на самом деле в порядке, так ей и скажи. Она ведь тоже беспокоится о тех, кто к ней не приходит. Говорит, что не уверена, все ли у них в порядке, есть ли им кому выговориться. Может, ты просто поговоришь с ней? — Видя, что друг опять порывается возразить, поднял ладонь вверх: — Я прошу. Можешь?       На лице Сайласа появилось странное выражение. Не обида, не удивление, не печаль… что-то другое. Или все вместе взятое.       — Ладно, — наконец кивнул он. — Раз ты просишь. Хотя я не особо понимаю, зачем.       — Спасибо.       — Все хвалят Сари наперебой. На худой конец, просто спрошу ее о чем-то. Ее послушать тоже интересно.       — Согласен.       Откладывать дело в долгий ящик Сайлас не стал: тем вечером Кейр не видел ни его, ни Асаару. Разговор явно затянулся. Друг появился в общей спальне уже почти перед сном, явно опечаленный. Бросил на Кейра короткий, но пронзительный взгляд — и молча пошел готовиться ко сну.       На следующий день ситуация повторилась.       На третий Сайлас все же перекинулся с другом парой слов, сказав, что отправится в Амарантайн передать Эдвину указания. Кейр кивнул — и после паузы попросил:       — Скажи мне, если тебе что-то нужно.       Сайлас долго молчал. Эти слова, кажется, сбили его с толку еще сильнее. Наконец он сдавленно отозвался:       — Не, все нормально. Просто… пока меня ни о чем не спрашивай.       — Хорошо.       Сайлас вдруг сжал его ладонь — сначала несильно, потом почти до боли. Губы его дрогнули. Но все же он ничего не сказал, просто разжал пальцы и ушел.       Кейр остался в Башне и терпеливо ждал. Он не пытался расспрашивать Асаару, да и она ни словом не упоминала разговоры с другими. Поэтому Кейр просто отсчитывал дни. В Амарантайне можно было провести два дня, учитывая дорогу туда и обратно.       Сайлас вернулся через неделю.       Он выглядел запущенно: щетина была длинной и почти закрывала щеки, под глазами пролегли темные круги, как будто он не спал все эти дни. При этом, похоже, он и не пил: Кейр не увидел и намека на перегар. Чувствовалось, что Сайлас за это время пережил что-то страшное — но Кейр не мог спросить, что. Он обещал не задавать вопросов.       Он не решился даже обнять друга — только пожал руку и похлопал по плечу. Сайлас не удивился. Видимо, ему на самом деле было не до того.       — Я уладил вопрос с Западными Холмами, — шепнул он, — Эдвин пошлет кого надо. Я кой-чего придумал, должно сработать с учетом твоих прикидок.       — Хорошо. Спасибо.       Рассеянно кивнув в ответ и коснувшись ладони Кейра, Сайлас ушел.       Он снова начал избегать Кейра — и вообще всех: даже за трапезой он неохотно отвечал на реплики соседей. Снова в свободное время уходил к Асааре — и, судя по их безрадостному виду после, явно не «сбросить напряжение». Кейр уже почти жалел, что подбил друга к ней обратиться, но вовремя осаживал себя на таких мыслях. Асаара умела помогать другим, найти к ним подход и говорить правду добрым и при этом уверенным голосом. Возможно, она сумеет помочь и здесь.       Спустя несколько дней Кейр все же не выдержал, подошел к Асааре и спросил ее:       — С Сайласом все будет хорошо? Или…       — Сейчас все плохо, — вздохнула она. — Не могу рассказать…       — И не надо. Просто ответь: он не зря страдает?       Асаара посмотрела на него и твердо кивнула:       — Нет. Не зря. Он начинает понимать. Но нужно время и терпение — и ему, и тебе.       — Хорошо. Спасибо.       Она сочувственно погладила его по плечу, но это не помогло.       Потом Кейр напросился в вылазку, чтобы хоть как-то отвлечься от постоянной тревоги за друга. Специально не подгонял отряд, вел их не спеша, старался не думать ни о чем, кроме текущих проблем. Не получалось. Порождения тьмы в этом месте не представляли серьезной угрозы, да и беспокойство никак не уходило.       Он хотел поговорить с Сайласом, наконец обменяться не только дежурными фразами — но боялся. Боялся, что поторопится с этим. Боялся сделать другу еще больнее.       Наконец (довольно рано, учитывая, что поход был коротким) пришлось вернуться обратно.       Во дворе крепости Кейр сразу увидел друга. Сайлас быстрым шагом подошел к нему, проигнорировал протянутую руку и стиснул в объятиях. Облегченно выдохнув, Кейр погладил его по спине.       — Прости, — шепнул Сайлас. — Я с ума сходил, не мог…       — Не извиняйся. Это должно быть, так ведь?       Он тихо усмехнулся.       — Да, Сари примерно так и говорила.       Уже по всем правилам было пора разжать объятия, но он не отпускал Кейра. Слегка отстранившись, тот обеспокоенно коснулся пальцами его щеки. Уже в процессе сообразил, что увлекся, и надо было бы сперва отойти в безлюдное место. Но, к его удивлению, Сайлас не отстранился, а накрыл его ладонь своей. Он не говорил ни слова, но взгляд его темно-карих глаз был все так же пронзителен — и Кейр из него что-то понимал.       — Ребята, я сейчас в обморок упаду.       Услышав восхищенный шепот Маркуса, Сайлас дернулся, но руки не отнял.       — Маркус, уйди нахрен, пожалуйста, — пробормотал он, не отводя взгляд.       — Если можно, — прибавил Кейр, тоже не оборачиваясь.       — Считайте, что я уже там.       Скорее всего, Маркус был не единственным свидетелем — и уж явно не все разделяли его восторг. Но Сайлас, прежде усиленно скрывавший любые проявления недружеских чувств (он даже с Хелой делал вид, что ничего особенного между ними не произошло — хотя провел с ней как минимум пару ночей уже в Башне Бдения), теперь словно нарочно привлекал к ним внимание. Пытался себя переломить?..       Улыбнувшись, Кейр негромко произнес:       — Давай все же не здесь. Я хочу и о делах поговорить.       — Да. Да, тут согласен.       Разобрав вещи с дороги и направившись в сторону чердака, он поймал Сайласа в коридоре и взял за руку — зная, что вокруг есть свидетели. Ласково погладил пальцем дружескую ладонь. Сайлас неловко улыбнулся в ответ, но руки не отнял. Когда же они наконец закрылись на чердаке, он снова сжал Кейра в объятиях и не отпускал несколько минут. Потом рассказал, что он за прошедшее время сделал в Дженни (оказалось, он действительно учел все рекомендации Кейра и на их основе организовал очень толковые вещи), выслушал комментарии. Потом повисло молчание. Не решаясь ничего спросить, Кейр мягко обнял друга за плечо и сказал:       — Ты все правильно сделал.       Он имел в виду операции Дженни, но уже почти сразу понял, что получился двойной смысл. И что вышло неловко.       Сайлас кивнул, соглашаясь, но взгляд его утверждал обратное. В глазах блестели слезы.       — Уж точно не все.       Услышав дрожь в голосе, он судорожно зажал себе рот. Кейр погладил его запястье и хотел было сказать что-то утешающее, но вдруг понял: не нужно. Вместо этого он оставил на запястье поцелуй и прижал друга к себе, укрывая от возможных напастей. Сайлас обвил руками его шею и затрясся в беззвучных рыданиях.       Он произнес только одно слово:       — Спасибо.