Грифоновы Горы

Остаток дня Ксин отдыхал, что было понятно. Впервые за несколько дней он расслабился, поняв, что в ближайшее время ждать атак не стоит. Ушло напряжение — пришла скука. В свой зацикленности на опасностях местности, он даже не взял с собой книг, собираясь на новый надел, и читать ему было нечего (кроме императорского указа, назначавшего его землевладельцем, цзы надела в Грифоновых Горах, но текста там было маловато). Крестьяне же привычно не докучали ему своим обществом, хотя вот именно сейчас он бы не отказался от собеседника. Несмотря на ранение, следующий день Ксин тоже начал с разминки на улице. К его удивлению, чёрная грифоница обнаружилась прямо у входа в его дом, где мирно спала, свернувшись клубком на крыльце. С интересом он подошёл поближе и погладил существо. Она чуть вздрогнула, сонно приоткрыла глаз и практически прокаркала что-то явно матершинное, после чего накрыла голову крылом. Ну ладно, раз не хочет, не стоит её трогать. Сам её факт нахождения здесь свидетельствовал о том, что Ксину удалось совершить невероятное: заключить мир с грифонами. Насколько это вообще было возможно. Он разминался и упражнялся как и ранее, только не столь активно: всё же после вчерашнего боя стоило дать телу восстановиться. Когда солнце взошло, приятно лаская кожу горячими лучами, он был ещё далёк от завершения, и сегодня его никто не прерывал. Крестьяне уже помаленьку выползали на белый свет, зевая, торопясь позавтракать и разбрестись по делам. На чёрную грифониху они поглядывали с опаской, но не без интереса. Сама же она тоже проснулась, и теперь грелась на солнышке, распластав крылья по доскам крыльца. Деревня всё больше обретала обжитой вид. Подданные Ксина строили ударными темпами, и рядом с восстановленными старыми домами уже выросли несколько новых бревенчатых зданий (несмотря на горы под боком, строили из дерева - быстрее и безопаснее). Всё меньше в этих людях оставалось от военного отряда, и всё больше они становились похожи на мирных жителей, которыми когда-то и были. Когда Ксин закончил, грифоница уже спокойно шарахалась по поселению. Она придирчиво наблюдала за заготовкой материалов, совала свой нос в строительство, рылась в оставленных без присмотра вещах, забиралась в дома. Ксин держался к ней поближе на случай, если начнутся проблемы. Всё обходилось — ровно до тех пор, пока он не решил позавтракать. Рис и немного тушёного мяса — хорошая пища для любого сословия. Воин предложил их и своей былой противнице, но как и в прошлый раз, она с оскорблённым видом выбила миску у него из рук (ну, попыталась), после чего просто улетела. Задумчиво доев, Ксин велел своей заместительнице донести до крестьян, что кормить грифонов строго запрещается. Разве что они сами попросят. Дальнейший день не полнился событиями. Не привыкший к долгому отдыху Ксин даже решил со скуки сходить на охоту, но Чин, пожилая бабка-травница, служившая отряду лекарем, чуть не отходила его поварёшкой за такие идеи. Ещё не хватало, чтобы рана опять открылась! Будучи старой и боевитой, Чин совершенно не считала нужным преклоняться перед чинами. «Пусть они перед моим возрастом кланяются, а бояться мне их нечего — уже пожила своё!» Тут, правда, Ксин не мог её понять: ну, допустим, смерть тебе не страшна, но есть же ещё пытки. Пожалуй, у кого другого она бы давно накликала себе бед, тем более, что нынче Лекарское Училище работало уже давно и исправно поставляло врачей как ко дворам вельмож, так и в лазареты у границы с югом. Замена найдётся. Так и вышло, что не нашедший занятия землевладелец до самого вечера маялся от безделья. И немного ждал возвращения грифоницы. Ему было весьма любопытно, что она вообще нашла в этой деревне? Опять же, ответа на вопрос, почему вообще всё произошло именно так, а не иначе, не было — только догадки. Если всё дело в том, что он не убивал грифонов до вчерашнего дня, то это объясняло, почему до сих пор никто не мог найти к ним мирного подхода. Той первой троице повезло по чистой случайности — не оказалось меча под рукой, а то Ксин зарубил бы их без лишних раздумий. Это уже потом ему понравилось дубасить грифонов палкой, так что он предпочёл посох мечу. Выходит, чистая случайность помогла избежать проблем? Ну, конечно, ещё его непревзойдённое воинское искусство, но это вторично. Грифоница вернулась ближе к вечеру, неся в лапах недоеденную косулю. Устроившись подальше от людей, стала пожирать её, отрывая мясо лоскутами и проглатывая их птичьими движениями, будто проталкивая в горло. Человек решился подойти поближе, но был встречен недружелюбным ворчанием и испепеляющим взглядом. Интересно, она вознамерилась сожрать добычу в один присест? Вряд ли грифоны умеют долго хранить мясо. Даже Северной Империи Дань для этого приходилось везти лёд с Замороженных Рудников Озера Вечного Льда из края, где пол-года не видно солнца. Ну или нанимать умелых магов. Ещё не так давно лёд на юге стоил столько, что на границе с Южной Империей Дань мага было нанять даже дешевле, чем оборудовать ледник. Когда мысли Ксина отвлеклись на вопросы сохранения провизии, он даже не заметил, как от косули остался в основном обглоданный костяк да немного потрохов. Грифоница наелась настолько, что её обычно подтянутый впалый живот ощутимо выпирал. Выглядела она при этом весьма довольной и жутко перемазанной кровью. Будто издеваясь над человеком, она швырнула кости ему под ноги. — Ну зачем же так… впрочем, спасибо, — сказал он, после чего подозвал ближайшего крестьянина жестом, — Эй, глянь. Кости обглоданы не чисто, можно сварить хороший бульон. — Да, господин, — поклонился он, — О, да и костный мозг почти не тронут! Я передам это Минзе. Минза в отряде заведовала полевой кухней. Она происходила из племени медведолюдов, но если прочие её родичи ценились в армии за свирепость и силу, то её природа обделила этими качествами, взамен выдав тучность и запасливость. Вот и получилось, что в бою она была бесполезна. Разве что могла неплохо так напугать врагов своим видом. Такого грифониха не ожидала. Проводив взглядом крестьянина, она неуверенно обернулась к Ксину. Глаза того всё рассматривали её, и что бы она ни хотела понять, ответить он не мог. Вскоре ей надоело, и она снова расслабилась, откинувшись на спину. Лениво облизала запачканную лапу, но целиком умываться не стала.Человек же подумал, что неплохо было бы её отмыть от крови. Запечётся — уже не так просто будет. Тут же и велел принести воды и мочало. Когда Ксин приблизился к грифонице с тазом, та уставилась на него с подозрением. На всякий случай осмотрев окрестности в поисках оружия, успокоилась ничего не обнаружив, и подпустила того к себе. Мужчине было явно не по статусу заниматься омовением животного (впрочем, он уже сомневался, животного ли), но поручать это дело сельчанам было просто опасно. Кто может предсказать, как она отреагирует? Не подставлять же простых людей. Увидев мочало, та встрепенулась, но видимо уловила демонстративное спокойствие Ксина. Когда он наконец сделал первое движение по испачканным кровью перьям, замерла в нерешительности, позволив тому продолжать. Раз за разом он отмывал очередной участок от засыхающей на жаре крови, и грифоница всё больше включалась в процесс. Она подставляла своё тело человеку, поворачиваясь то одним, то другим боком, и Ксин получил возможность вплотную рассмотреть это тело хищницы. Бугрящиеся под шерстью и перьями мышцы вызывали у него уважение, а когти на цепких пальцах — лёгкую зависть. Весь процесс проходил в довольно-таки странном молчании. Оба успели убедиться в бессмысленности разговоров, но вроде как они и не требовались. Так было вплоть до того, как Ксин потребовал ещё воды, и плеснул на грифониху из таза чтобы ополоснуть. Это спровоцировало бурное возмущение, сопряжённое с беготнёй, вздыбленными перьями и обвиняющим взглядом. Ксин даже улыбнулся, глядя на такое забавное зрелище. Как ни странно, никакой попытки воздаяния не последовало, хотя мужчина уже ожидал очередного нападения, хотя бы шутливого. Однако повозмущавшись вдоволь, грифоница перестала обращать на него внимание. Уцепившись когтями за землю, она принялась размахивать крыльями, обдувая себя воздухом. Тяжёлая после обеда, она довольно быстро утомилась и опять развалилась на солнышке с довольным видом. Ксин не переставал задаваться вопросами. Она вела себя как у себя дома, но принимать еду не хотела. Спать при людях она считала безопасным, а принимать у них еду — рискованным? Может быть дело было в самой еде. Вдруг грифонам подходило только мясо? Стоит попробовать дать ей свежей дичи. А что насчёт мытья? Для грифонов такой взаимный уход — норма? Она отнеслась к действу спокойно, как будто так и должно быть. В общем, с ней было довольно интересно. Может, в ближайшие дни получится узнать её получше, заодно и с пользой скоротать время восстановления после ранения. Глядишь — наберётся материала на хорошее, грамотное пособие по дрессировке. «Как приручить грифона» или в том же духе.