Третья любовь Дамблдора

Тем августовским утром Геллерт разбудил Тома до зари. Ранняя рань, глаза сами собой слипались, воздух спальни обдавал зябким холодом. Том, широко зевая, послушно одевал всё, что ему подавал Геллерт - высокие шерстяные чулки, плотные твидовые шорты, совершенно чёрные, белая праздничная рубашка и теплая мантия глубокого синего цвета без единого украшения. Чувствуя себя несколько неловко в таком наряде, Том умылся нагретой для него Геллертом водой и последовал за отцом. Том отчаянно пытался пригладить встрепанные после сна волосы, но они остались в ещё большем беспорядке. Длинные пальцы Геллерта, крепко держащие ладонь Тома, едва заметно вздрагивали. Мальчик почти сразу это заметил, но решил не спрашивать. В его голове проносились сотни мыслей, но Том осторожно молчал, пытаясь успеть за широким шагом отца. Они прошли узкими пустыми коридорами Хогвартса и оказались на небольшом балконе. Альбус стоял рядом с двумя метлами. По свежему небу рябью проходили редкие облака. - Я не умею летать, - обеспокоено сообщил мальчик. - Я научу тебя позже, а пока просто садись вместе со мной, - мягко ответил Геллерт в совершенно несвойственной ему манере. Это была </i>настоящая</i> мягкость, без скрытой резкости и раздражения обычно выглядывающих осколками стекла из него. Альбус немного грустно улыбнулся Тому, а потом отвернулся, пряча лицо в первых лучах тусклого солнца. Несколько озадаченно мальчик сел на метлу, прижимаясь к впалому животу Геллерта. Метла задрожала, поднимаясь. Ледяной ветер проносился сквозь них, царапая краями щеки и ладони. Альбус, заметив, как покраснели пальчики Тома, взмахнул палочкой. Они летели несколько часов, молчаливые и погруженные в себя. Том впервые почувствовал себя неуютно, как будто его исключили из общих игр. Это слишком напоминало приют, поднимая в его груди холодный гнев и обиду одиночества. Чтобы не плакать, мальчик смотрел по сторонам и вниз, на проносящиеся внизу деревеньки и холмистые зелёные луга. Геллерт опустил подбородок на макушку и Том замер, боясь пошевелиться. Одной рукой Геллерт притянул его ещё ближе и крепко обнял. - Не вертись, малыш, это опасно, - прошептал отец. Том беззвучно всхлипнул. Они пролетели широкий лес и очутились перед долиной, чашей уходящей вниз. По её холмам были рассыпаны дома. Они находились достаточно близко друг от друга, чтобы посчитать поселение небольшим городком, но большее сказать было трудно - на дне долины клубился туман, если там стояли чьи-то жилища, то они были погружены по самые флюгера в него. Метлы замерли в воздухе. - Мы слишком рано, - сказал Геллерт. - Ничего, - отозвался Альбус. Медленно метлы полетели к земле. Они остановились над сырым камнем дороги, волной уходящей вниз. Альбус аккуратно убрал метлы в небольшую сумку на бедре, и Том снова с трудом удержался от вопросов. Они неторопливо спускались вглубь долины. У Тома слегка кружилась голова, может, от долгой дороги, может, от голода - они не позавтракали, и он то и дело спотыкался, хотя мужчины помогали ему не упасть. Через десяток шагов Альбус остановился, присел рядом с мальчиком и осторожно взял его на руки. Том устало прикрыл глаза, чувствую, как пальцы Геллерта по-прежнему держат его ладонь, и это было тепло. Тома покачивало от размеренной походки Альбуса и незаметно для себя он задремал. Сквозь сон он почувствовал, что сырость тумана касается его щек липкими щупальцами, но крепкие руки отцов защищали его, и этого было достаточно. Том не мог сказать, сколько длилась его дрёма, но в какой-то момент одна из ладоней Альбуса отнялась от его спины. Том вздрогнул и открыл глаза, озадаченно озираясь вокруг. Они стояли на пороге поседевшего дома, о котором уже давно никто не заботился. Альбус аккуратно передал мальчика Геллерту и громко постучал в дверь. Пару минут ничего не происходило, только где-то в темноте скрипели старые деревья, потревоженные ветром. Дверь скрипя приоткрылась и в щель выглянула невысокая женщина с отпечатком лет на лице. - Альбус, Геллерт! - воскликнула она. - Вы так рано... Ещё ничего не готово. - Мы поможем, - отозвался Геллерт. - А что это за мальчик с вами? - спросила женщина, отступая в темноту и пропуская мужчин в холл. - Это наш сын, Том Дамблдор, - сказал Альбус. - Познакомься, Том. Это Батильда Бэгшот. Уважаемый исторический исследователь. Иметь знакомство с ней - честь. - Здравствуйте, - робко отозвался мальчик. Женщина была похожа на немного сморщенный персик и пугала, пока не отвела настойчивый любопытный взгляд. - Слышала, слышала, - протянула женщина, теряясь в сумраке дома. Впрочем, Альбус и Геллерт спокойно двинулись дальше, не обращая внимания на кромешную темноту. - Зажгите свет, мальчики, - выкрикнула женщина откуда-то издалека. Геллерт опустил мальчика. Том испуганно вцепился в край его мантии. Темнота очень пугала его - казалось, хозяйка дома перевоплотилась в змею и сейчас по стенам ползла вместе с другими змеями прямо к нему, целясь в его сердце, чтобы наброситься и медленно сожрать его по кусочкам... Мальчик крепко зажмурился. - Чего ты испугался, малыш? - тихо спросил Геллерт, присаживаясь напротив мальчика. - Эта женщина - змея, - едва слышно сказал Том. Геллерт глухо засмеялся. - Это ты точно подметил. Том улыбнулся в ответ и несмело открыл глаза. Дом был неуютным. Мебель в большинстве своём стояла массивная и деревянная, на стенах висели мрачно переговаривающиеся портреты. Но главной здесь была гулкая тишина. Словно здание не хотело, чтобы в нём был кто-то живой. Оно хранило скорбное молчание по тем, кто навсегда покинул его стены, и ненавидело каждого, кто потревожил его покой. На слишком чистой кухне с большими печами женщина выставила на стол кастрюлю с овсянкой и десяток тостов. - Чай ещё не готов, - предупредила она и вышла из кухни. - Что с ней не так? - спросил мальчик, ковыряясь в клейкой каше. - У Батильды всегда были сложности с прощением, - покачал головой Альбус и снова замолчал на долгое время. - Мне здесь не нравится, - шепнул Том Геллерту. - Мне тоже никогда здесь не нравилось, - ответил мужчина. - Пойдём, я покажу тебе библиотеку. Альбус остался в одиночестве, не заметив этого. - Почему мы здесь? - Том внимательно следил за отцом, стараясь не выказывать беспокойства. - Сегодня такой день, - Геллерт нахмурился. - Я расскажу тебе всё позже, хорошо? Том согласно кивнул. Геллерт оставил его одного в библиотеке, понадеявшись, что мальчик увлечется книгами, интерес к которым он часто проявлял в Хогвартсе. Мужчина задумчиво бродил по дому, мимоходом прикасаясь к каким-то вещам. В дверь постучались. Не задумываясь, Геллерт пересёк холл и открыл дверь. Мужчина на пороге замер, заморозив Геллерта ледяным взглядом. - Геллерт, - мужчина сдержанно приподнял шляпу, проходя мимо застывшего Дамблдора. - Аберфорт, - слабо отозвался Геллерт, уступая дорогу гостю. Не глядя друг на друга они покинули холл. Весь день Том чувствовал это давящее вязкое чувство пустоты, отчуждённости, страха. Это выматывало и разрушало. К полудню собрались все гости, они старались мило беседовать, но напряжение стальными тросами протягивалось между ними, связывая и душа. В основном говорили о незнакомой для Тома девочке. Её портрет висел прямо над камином в гостиной. Она отчужденно улыбалась и подмигивала мужчине, как две капли воды похожему на Альбуса. После обеда, по большей части состоящего из закусок, гости разошлись по дому. Брат Альбуса исчез, и Том боялся расспрашивать об этом. Он уже хотел поскорее вернуться домой и никогда больше не думать об этом ужасном дне. Едва солнце коснулось края долины, Альбус с Геллертом собрались и вышли из дома, Том с трудом успел за ними. Они виновато улыбнулись ему, беря его за руки. Вместе они прошли мимо красивой статуи в центре небольшой площади, миновали несколько улочек и оказались на кладбище, ровными рядами протянувшемся до самого края долины. - Годрикова Впадина - это древнее поселение волшебников, - глубоко вздохнул Альбус. - Наша семья жила здесь поколениями и здесь её останки. Альбус впервые раз весь день произнес что-то настолько длинное. Мальчик внимательно всматривался в лицо отца, хотя от могильных плит по его позвоночнику карабкался ужас. - Я боюсь кладбищ, - сказал Том, стараясь не дрожать. Геллерт легко подхватил его на руки. - Мертвые просто мертвые. Они давно ушли и продолжили свой путь за гранью, своё большое приключение, - Альбус говорил медленно и тихо, будто читал книгу, где сложно было разобрать истершиеся слова. Вдалеке, среди каменных статуй, темнела фигура рядом с окружённой цветами могилой. - Здесь Абефорт, - Геллерт коснулся рукава мантии Альбуса. Человек вдалеке обернулся, словно услышал как его зовут. Минуту, за которую солнце ещё больше погрузилось в землю, он разглядывал мужчин, а потом резко развернулся и ушел в противоположную сторону. Альбус снова тяжело вздохнул, пропуская вместе с воздухом боль в свои лёгкие. - Мне кажется, это не хорошо, - вздрагивая сказал мальчик. - Но я должен знать. Мертвецы здесь не поднимаются? Геллерт печально усмехнулся. - Нет. Мужчины медленно двигались между каменных плит и постаментов, приближаясь к той самой могиле. Альбус застыл, впитывая каждую чёрточку высеченных на камне букв. Геллерт не отводил взгляда от его лица. - Ариана Дамблдор, - прочитал Том вслух. - Да, - хрипло подтвердил Альбус. - Это было много лет назад. Ариана была моей сестрой.