Углекислый газ

Язык прилип к небу, не позволяя мне ответить на слова парня. Я не мог понять, почему он так спокойно говорит об этом здесь. Разве нас не могли услышать? — Расслабься, Миша, — хотел успокоить меня Егор, однако я еще сильнее напрягся от этих слов. — Чего ты хочешь? — У меня тоже есть секрет. Куда хуже, чем твой, — на секунду он замялся. — Я предал Пашу. Я бы сам пошёл к нему с повинной, но не могу. Как не могу и держать произошедшее от него в тайне. Виола не любит Пашу. — Это не новость. — Как и то, что мы с ней влюблены? Этот вопрос удивил меня. Казалось, внутреннее равновесие Егора пошатнулось. На мгновение он стал ранимым влюбленным парнем, но тут же скрылся за привычной маской. — И как давно? — только и смог спросить я. — Я — больше года, а она… Он словно не был уверен в чувствах Виолы, но за свои точно отвечал. — Я не могу признаться сам, поэтому хочу, чтобы ты это сделал. Но не упоминая моего имени. — Я не стану отчитываться за тебя, — сам я потонул в море лжи и не хотел попадать в океан. — Как ты себе это представляешь? — Скажешь ему, что услышал об этом от Саши или еще кого. Да, мой поступок ужасен, но их отношения обречены, ты сам прекрасно знаешь. Но с моей стороны неблагородно говорить напрямую Паше, что… — Благородно заставлять друга? — перебил я. — О каком благородстве идёт речь? Что ты такое несешь? — Она не хочет быть с ним, но и признаться не может. — Это все, конечно, чудесно, но причем здесь я? Не стану я такого делать. — Тогда мне придется рассказать Саше о тебе и… — Ты шантажируешь меня? Я замер в оцепенении. В эту минуту я был готов забыть, что передо мной стоит друг, и нанести удар по его непроницаемому лицу. — Я бы не стал, но мне приходится. — Да иди ты… На этих словах я вышел из кухни, не отзываясь на обращения Егора. Его предложение вывело меня из себя. Я даже не успел спросить, откуда ему было известно про меня и НН. А что, если и Саша знала?

Саша

Почему его все нет? Я надела свою самую красивую ночнушку, набрызгалась духами и легла в кровать в ожидании Миши. Но парень, как сквозь землю провалился! Да, прошло всего минут двадцать, но они показались вечностью. Я так сильно волнуюсь, а он где-то ходит! Наконец я услышала шум за дверью. Первой реакцией Миши было удивление, затем лицо преобразилось, став более радостным. Но это была не та реакция, какую я ожидала увидеть. Миша подошел к кровати и сел на край. Приблизившись ко мне, он тут же, с непониманием, отстранился. — Это духи Натальи Николаевны, — дрожащим голосом произнес он. — Да, — улыбнулась я. — Что-то не так? — Нет, просто… — Мы можем продолжить то, на чем остановились у меня дома. — Ты уверена? — Абсолютно. Он уткнулся мне в шею, вдыхая аромат. Постепенно руки парня, скользя по моим плечам, стянули бретельки. Подушечки пальцев, едва касаясь меня, щекотали кожу. Волоски на руках встали дыбом. Я постаралась выкинуть из головы все стеснение и позволить парню насладиться моим телом. Постепенно расслабив плечи, словно защищающие грудь, я откинула голову назад. Его горячий язык накрыл левый сосок, заставив тело покрыться мурашками. Миша плавно проводил руками по моим ногам, раздвигая их в стороны. Внутреннюю часть бедра стянуло прохладой. Когда его ладонь легла мне на трусики, я не смогла сдержать стон. Когда я сама делала это, то не ощущала такого блаженства. А ведь Миша даже не дотронулся до меня полностью. Его палец, совершая вращение, дразнил меня. Мокрый язык оставлял следы на ключицах и шее, от чего стоны, выходящие из меня, не прекращались. — Пожалуйста, — выдохнула я. — Потрогать тебя по-настоящему? Он отодвинул ткань трусиков, увидев мой кивок. К щекам прилила кровь, а всему телу стало жарко. Проведя несколько раз по половым губам, парень дотронулся до клитора. Это сильно возбудило Мишу. Его поцелуи стали более резкими и напористыми. Я не успевала реагировать на движения его рта, и несколько раз губы вспыхнули от боли укуса. — Ты хочешь, чтобы я это сделал? — в голосе парня сквозило сомнение. — Дааа, — простонала я. Я услышала шум застежки его брюк, шелест ткани, а потом почувствовала теплый твёрдый объект, уткнувшийся в ногу. Парень стянул с меня трусики и навис надо мной. Головка члена уперлась в мой клитор. Миша тяжело дышал, водя там членом. Я понимала, как сильно он хотел сразу же войти в меня, но должен был сдерживаться. Сжав его руку в области локтя, я закрыла глаза. Внизу все стянуло, живот наполнился сладостной болью. Внезапно за дверью раздался шум: звуки борьбы, а затем протяжный вскрик, после чего упало что-то тяжелое. Миша поспешил отстраниться от меня и, на ходу натягивая штаны, открыл дверь. Через щель я увидела напуганное лицо Виолы. Девушка посмотрела на Мишу и сбежала вниз по лестнице.

Миша

Паша взглянул на меня безумными глазами и скатился вниз по стене, схватившись за голову. Я сразу понял, что здесь произошло. Сбежав по ступеням, я обнаружил внизу Егора. Его правая рука была неестественно вывернута, из носа сочилась кровь. Пожалуйста, пусть это будет сон! Рядом с парнем сидела заплаканная Виола, водящая руками по его телу. Она то бросала на меня испуганный взгляд, то вновь смотрела на Егора. Лихорадочно пытаясь восстановить в голове все знания, полученные на уроках ОБЖ, я дал девушке команду: — Не трогай его! Нужен жгут, обезболивающее и какая-нибудь деревянная плоская штука. Еще вата — убрать кровь. — Жгут… — Ты показывала Саше свой новый ремень. Неси его. Девушка кивнула и побежала на второй этаж. Я вспомнил, что прошлым летом Паша с отцом полировали доски, чтобы сделать будку для собаки, но так и не построили ее. Забрав их из гаража, я вернулся к лестнице. К Егору уже подоспела Саша. Я попросил девушку поискать таблетки, а сам присел к парню. Виола принесла ремень, и я аккуратно затянул им руку парня. Не уверен, что получилось правильно, но ничего другого не оставалось. Он чуть слышно застонал и открыл глаза. Выпив таблетку, Егор осмотрелся. Он словно забыл, что произошло. Я хотел вызвать скорую, но вспомнил прошлогоднюю ситуацию. У мамы разболелся живот. Мы вызвали врачей, а они не появлялись около двух часов. Пришлось просить знакомых отвезти ее в больницу. Это произошло в городе. Я сильно сомневался, что они отправят машину загород из-за перелома. Ещё и так поздно. — Лучше не двигайся, — посоветовал я. — Сильно болит? — Терпимо, — отозвался парень, не смотря мне в глаза. — Тебе надо в травмпункт. — Можно попросить родителей отвезти нас, — пискнула Виола. — Мой отец ни за что не должен узнать об этом, — сказал Егор. Я понимал причину испуга парня. Мне хватило лишь пары встреч с Власовым-старшим, чтобы понять, насколько это жесткий человек. Если Егор не получал лучшую оценку во всем классе, отец запрещал ему встречаться с друзьями после школы целый месяц. Это было несколько лет назад, но я уверен, что система воспитания не изменилась. — И что, ты будешь прятаться от него? — не поняла Саша. — Звонить ему так поздно точно не следует, — сказал я. — Чьи родители могут приехать? — Я позвоню своим, — сказала Саша и вышла из комнаты. Мой отец уехал в Москву на встречу. Если все пройдет хорошо, он сможет наладить дела с бизнесом. Мама же не получила права в молодости, а сейчас не хотела тратить на это время. — За нами приедет мама, — отозвалась Саша из кухни. — Ох, Наталья Николаевна, — от боли Егор сморщился. Саша вопросительно посмотрела на меня. Я лишь пожал плечами. НН приехала довольно быстро. Она спросила, что произошло, и Виола рассказала о драке парней. Недовольно посмотрев на девушку, НН уточнила, что с Пашей. — Кажется, он уснул наверху, — прошептала Виола. Она все напрашивалась поехать с Егором, но НН пресекла просьбу девушки: — Незачем толпиться в приемной. Он не умирает, а всего лишь повредил руку. Наложат гипс, и будет здоров. Лучше вам переночевать здесь, чтобы не будить родителей. Кстати, а где парень, который вас сюда привез? — Кирилл! — воскликнула Саша. — Он пошел гулять, но так и не вернулся. — Как любопытно. Но нам некогда его искать. Виола опустила голову и молча поплелась к дому. Я последовал за девушкой, когда Наталья Николаевна окликнула меня: — Миша, составь мне компанию, пожалуйста. Одна я не справлюсь. Я растерялся, но кивнул. Доведя сонного Егора до машины, я погрузил его назад. Парень сразу вытянулся на сидениях, положив поврежденную руку на грудь. — Кажется, не только у тебя веселая личная жизнь, — усмехнулась НН. Я в панике обернулся на парня, но он миролюбиво спал. Не зная, стоит ли отвечать на вопрос женщины, я принял защитную позу, скрестив руки на груди, и уставился в окно. Мы ехали в молчании до самой больницы. Отдав Егора в распоряжение врачей, мы вернулись в машину. Я думал, что делать дальше. Нельзя было вести Егора домой из-за отца. Возвращаться назад в коттедж? — Хочу пить, — сказала НН и развернула машину. Она забежала в ближайший магазин-24 и принесла газировку. При открытии бутылки шипучая вода разлетелась по всему салону, обрызгав меня и НН. Женщина посмотрела на меня и расхохоталась. По инерции я заразился ее смехом. НН достала из шкафчика тряпку и принялась вытирать пострадавший салон. Тряпка упала на мою часть, я потянулся за ней на пол. Рука Натальи Николаевна скользнула следом. Через меня будто ток пропустили, когда наши пальцы соприкоснулись. Щеки запылали, словно в машине включили печку на максимальную температуру. Да что со мной происходит? — Саша пыталась переспать со мной сегодня, — не зная, зачем, произнес я, сжимая в руках тряпку. — Набрызгалась вашими духами и… — Что ты хочешь этим сказать? — Что она знает. — Знает? — О том, что было между нами. Не просто же так она их взяла. — У тебя странное представление об этом, Миша. Она замолчала, и я был вынужден посмотреть на женщину. Ее пустой взгляд, направленный на горящую вывеску магазина, переместился на меня. В зеленых глазах ничего не отражалось, но я был готов потонуть в них. — О чем ты хотел поговорить в кабинете? — внезапно спросила НН, от чего мое тело непроизвольно напряглось. — Это глупости… — Несколько дней назад ты так не считал. — Пока Саша не… — Это ее желание — переспать с тобой. А чего хочешь ты? Конечно, я хотел Сашу. Она была девушкой, которую я выбрал, к которой ощущал симпатию. Но с другой стороны была НН. Страсть к ней пересилила чувства к Саше, как бы я не старался убедить себя в обратном. — Ты можешь исполнить мое желание сейчас, — сказала НН. — Сейчас?! Она предлагала мне заняться сексом в машине посреди улицы? Я не был ханжой, но такие ситуации казались мне странными. Особенно, когда Егор знал о нас. Егор! — Власов узнал о нас, — произнес я. — Но он не станет говорить Саше, — в голосе НН послышались легкие нотки страха. — Ведь так? — Да. Если я исполню его просьбу. Хотя, это уже не важно. — Он пытался шантажировать тебя? — Вроде того. Наталья Николаевна протяжно вздохнула. — Ты не против, если я закурю? — спросила она. Я был удивлен, что НН курит, — одежда не пахла дымом — но кивнул. Женщина извлекла из сумки пачку и достала длинную тонкую, типично женскую сигарету. Я сглотнул, чувствуя подступающее желание никотина. Обычно я стрелял сигареты у Паши, а сам никогда не носил их с собой. Я был, вроде как, пассивным курильщиком. Учительница зажгла сигарету, открыла окно и сделала первую затяжку. По салону разнесся ментоловой дым, возвращаемый ветром назад в автомобиль. — Хочешь? — спросила Наталья Николаевна. Я согласился. Вместо сигареты, женщина приблизила ко мне свое лицо и выдохнула дым. Я закашлялся. Она обнажила зубы и нисколько не отстранилась от меня. Ее грудь касалась моего плеча, заставив стук сердца ускориться. При следующей затяжке я открыл рот и позволил дыму заполнить полость. Следом мне в рот направился язык НН. Оперевшись о дверь, она перекинула через меня ногу и села лицом ко мне. Я быстро нащупал кроя толстовки, и пальцы уткнулись в тёплую кожу живота. От моих поглаживаний живот НН сокращался, и она чуть отодвигалась от меня. — Саша может стать твоей первой девушкой, — прошептала НН мне в губы, сильно сжав мои кисти в своей ладони, — но ты все равно должен выполнить мое желание. Я без возражений кивнул. Она опять завладела мной, а я послушно поддался чарам. Женщина двигала тазом, трясь о мой стоячий член. Она была не в джинсах, потому я смог легко просунуть руку в свободную ткань штанов и опустить ей в трусики. Почему Саша даже в первый раз не была такой мокрой со мной? Я ввел сразу два пальца, которые с легкостью проскользнули во влагалище. — Я хочу вас, — прошептал я, не в силах больше сдерживать свое желание. — Ты уверен? — играла со мной НН, начав сильнее тереться об меня. Я грубо толкнул ее в плечо, отчего женщина упала на соседнее сидение, спиной ко мне. Стянув с нее штаны вместе с трусиками, я расстегнул молнию на своих. НН опять нависла надо мной. Ее ладони накрыли мой член и совершали плавные движения. — Просто позвольте мне трахнуть вас, — на выдохе произнес я, удивляясь своей смелости. Учительница поднесла член к своей вагине и медленно опустилась на него. Он сразу прошел в нее, будто идеально подходя по размеру. Это было неописуемо. Все во мне перевернулось. Плохие мысли, преследующие меня последние дни, растворились. Она была лекарством, моим исцелением. Продолжая медленные движения, НН уперлась ладонями мне в грудь и тихо постанывала. Я замер в мгновении. Вот она поднялась — я в ней наполовину. Она опустилась — я вошел до упора. Но это она имела меня даже сейчас. Она была сверху и все контролировала. Не знаю, как она поняла, что я подхожу к финалу. Быть может, по моим сведенным бровям и полуоткрытому рту. НН начала двигаться интенсивнее. Вместе с тем ее стоны становились громче. Ее рука, ласкающая клитор, билась о мой живот. Мы кончили одновременно. Словно шар заполняли гелием, а затем он взорвался, не перенеся нагрузки. Наши тела сотрясали в такт друг другу. Мне безумно хотелось разделить этот момент с ней. Пусть я и был в ней, но желал подкрепить это. Она позволила поцеловать себя в расслабленные губы, но я не ощутил прежней связи — уткнулась щекой мне в плечо и сидела так несколько минут, тяжело дыша. Я хотел и дальше ощущать НН, прикасаться к ней, однако женщина встала и вернулась в свое кресло. Она даже не смотрела на меня. Просто сидела, обхватив себя за колени. Я молчал. Хотелось успокоить ее, но боялся все испортить. Мой телефон завибрировал. Егора можно было забрать. На входе НН опередила меня и, обхватив за голову, прошептала: — Ты мой самый любимый ученик. Но эта фраза не повысила моего настроения. Я чувствовал, что что-то не так. Точнее, все было не так. Но сейчас я думал именно о женщине. Я не мог понять, что ей движет. Почему она соблазняет меня, а затем впадает в тоску? И я не мог выбросить эти мысли из головы, потому что знал, что уже слишком поздно.