Углекислый газ

Саша

Я уснула очень быстро. Стоило только коснуться щекой подушки, как подсознание улетело прочь. Но через несколько минут вновь заработало, разбуженное Виолой. Девушка залезла в кровать и уткнулась холодными ступнями мне в икры. — Что такое? — сонно спросила я. — Паша не открывает дверь, — пожаловалась подруга. — Можно поспать с тобой? Я не могла отказать, поэтому Виола легла рядом и обхватила меня за талию, крепко сжав руками живот. Она всегда предпочитала тактильное общение — ей было важно прикасаться к человеку. Сначала эта привычка девушки смущала меня и заставляла отстраниться, но теперь я привыкла. — Что у вас случилось? — спросила я. — Ты ведь знаешь… — Но кто сказал ему о вас? — Не знаю, — вздохнула подруга. — Может, Егор и сказал. По вялому голосу Виолы я поняла, что она не теряла времени даром внизу. Девушка выпила еще несколько коктейлей и теперь чувствовала себя хорошо. — Повернись ко мне, Сашенька, — попросила Виола, гладя меня по спине. Я выполнила просьбу. Виола выглядела плохо: тушь растеклась, образовав под затуманенными глазами чёрные круги. — Пожалей меня, — простонала Виола, выдыхая смесь кока-колы и каньяка. Я поморщилась. Девушка схватила меня за затылок и прижалась лбом к моему. Кончик носа уперся в ее переносицу и сплющился. — Мне так плохо, — прошептала Виола, посмотрев мне прямо в глаза. Прежде чем я успела что-то понять, девушка уткнулась губами в мои и сразу же превратила невинный поцелуй во французский. Ее рот был слишком сладким и липким, но я не сразу смогла оторваться от него. Длинные ногти подруги вцепились в мой бок, и кожу пронзила острая боль. Влажный язык блуждал по моим зубам. Было что-то возбуждающее в этой ситуации, отчего внизу живота стянуло, хоть я никогда и не замечала за собой таких наклонностей. — Прекрати, — жестко произнесла я, отрываясь от губ, который продолжали тянуться к моим. — Брось, детка, когда еще Миша сможет трахнуть тебя? — Замолчи! — Извини, — промямлила девушка и уткнулась макушкой мне в шею. Через несколько секунд она уже спала. Меня редко можно довести до повышения голоса, но слова подруги ударили по самому больному месту. Однако я не могла долго обижаться, пропустив ее состояние сквозь себя. Только я начинала впадать в сон, как Виола дергалась или что-то шептала. Аккуратно выбравшись из-под руки подруги, наброшенной на меня, я спустилась в зал и встретила Кирилла. Он выглядел побитым: футболка в грязи, на штанах дыра, а руки под локтями в ссадинах. — Что стряслось? — обеспокоенно спросила я, готовая помочь. — Наткнулся на соседскую злючую собаку. Пришлось бежать, — он рассмеялся. — А у вас что? Где все, спят что ли? Я рассказала парню о происшествии. — Ну и делааа, — протянул Кирилл, вскинув брови. — И где он теперь? — Кажется, в спальне. — Покину тебя не надолго. Не заскучаешь? Я улыбнулась и покачала головой. Целью было занять диван и постараться выбросить ненужные мысли из головы.

***

Меня разбудили тёплые ладони, приложенные ко лбу, и шепот мамы. Я распахнула глаза и тут же зажмурила их из-за ярких солнечных лучей, режущих сетчатку. — Все в порядке? — я подняла голову и сразу пожалела об этом. В виски словно воткнули сотни маленьких игл, которые с каждой секундой проникали все глубже. Надавив пальцами на эпицентры боли, я подняла глаза. Приступы мигрени происходили пару раз в полгода, и один из них случился именно сегодня. Ну за что мне это? В такие дни я лежала на кровати несколько часов, стараясь не шевелиться. Любое движение отзывалось дьявольской болью в голове. Единственным способом было — просто пережить этот день: таблетки не помогали. Утерев брызнувшие из глаз слезы, я постаралась подняться с дивана. Меня тут же подхватил Миша, придержав за подмышку. — Аспирин? — спросил он. — Это бесполезно, — покачала головой НН. — Ей нужно лечь обратно, а нам — покинуть комнату, чтобы не тревожить Сашу шумом. — Идите сюда, — громким шепотом произнесла Виола, выходя из кухни, так, что каждый слог колоколом ударил по моей голове. — Приляг, милая, — ласково произнесла мама, и я повиновалась.

Миша

Я ни разу не видел Сашу такой. Ее красивое лицо исказилось от боли: брови сведены, губы сжаты, а глаза слезятся. И хоть я понимал, что это лишь головная боль, пусть и повышенной остроты, и она пройдет через время, мне слишком тяжело было смотреть на страдания девушки. Хотелось поцеловать ее в лоб, прижать к себе и успокоить. НН подтолкнула меня к кухне. Мы всю ночь провели вдвоем. Вернувшись в дом, я обнаружил Сашу на диване. Я отвел Егора на второй этаж, где его встретила Виола, а сам направился назад в зал, решив составить компанию своей девушке. Но я наткнулся в коридоре на НН. Она стояла у двери в небольшую спальню для гостей на первом этаже, где должен был ночевать Кирилл. Похоже, парня там не оказалось, потому что женщина, наклонившись на дверной проем, поманила меня пальцем. Этот жест оказал на мое тело магическое воздействие: икры, талию и шею обхватили верёвки, потянувшие меня в сторону НН. Марионеткой я пошагал, подчиняясь командам каната. Мы сразу же упали на кровать, и я уткнулся в ее оголенный живот. Ничего большего не произошло. Несколько минут мы молча лежали, держась за руки, затем я уснул. Меня не волновало, что кто угодно из находившихся в коттедже мог зайти и обнаружить нас в объятиях. Я позволил НН распоряжаться своими действиями. Сейчас же я шел на кухню совершенно выжатый. Не осталось даже мякоти. Я просто хотел поскорее убраться из этого места, закрыться в бункере и не покидать его, пока окончательно не решу, чего хочу. Я застал там Пашу, Виолу и Кирилла. Девушка готовила на сковородке огромный омлет, временами перемешивая его. Казалось, она была в порядке. Паша жевал бекон, сидя за большим круглым столом. Только сейчас я заметил фингал, красующийся под его правым глазом. — Какой ты красавчик, — иронично сказала НН, потрепав его по волосам. — Прямо боец. Парень насупился, но промолчал. Лицо его стало ярко-красным, но не исказилось гневом, как я ожидал. Постепенно мы расселись за столом. Виола поглядывала на Пашу, но я не мог понять, чего больше в этом взгляде: он сменялся от сожаления до недовольства. — Наталья Николаевна, — внезапно начала Виола. — А вы с нами в Петербург поедете? От неожиданности вопроса я выронил вилку, отчего она шумно стукнулась о тарелку. — Я? — удивилась НН, посмотрев на девушку. — Ну да. Вы классная. Не спалили нас родителям. Да и куда лучше, чтобы поехали вы, а не строгая мама Савченко, постоянно ведущая слежку. — Я спрошу у Маргариты Юрьевны, согласна ли она, чтобы я составила вам компанию, — улыбнулась НН. — Скоро уже билеты брать будем, — буркнул Паша, — и гостиницу выбирать. Остаток завтрака раздавались лишь постукивания приборов и шум жевания еды. Временами я поглядывал на НН. Женщина в ответ улыбалась мне. Покончив с омлетом, Виола поставила тарелку с оставшейся порцией на поднос, куда поместила и стакан чая. — Отнесу завтрак Егору, — быстро проговорила она. — Не дури, пусть спускается. Я уйду, — сказал Паша. Девушка стояла с подносом, растерянно смотря по сторонам. Ей нужен был решающий голос. — Давайте сделаем так, — начала НН, — я дождусь, пока Саша с Егором придут в себя. Кирилл отвезет остальных по домам. Ты же в состоянии это сделать? — Так точно! — кивнул парень. — Вот и отлично. Ногти женщины, проходящей мимо меня, пустили по спине мурашки. Надеюсь, мое лицо не отразило внутренних переживаний, разрывающих внутренности на куски. Поблагодарив Виолу за завтрак, я вышел вслед за НН. Она стояла у окна, смотря на стекающие по стеклу капли дождя. В доме было зябко. Хотелось подойти к женщине, укутать ее в плед и обхватить за плечи, чтобы передать хоть каплю собственного тепла. Вместо этого я поднялся на второй этаж забрать вещи. Сбросив щетку и зарядку в рюкзак, я заглянул в комнату Егора. Парень пытался натянуть рубашку, но попытки были безрезультатны. Я помог другу справиться с рукавами и сел рядом с ним. — Как ты узнал? — без прилюдий спросил я. — Когда ты давно знаком с человеком, не сложно заметить изменения в его поступках. Твое поведение стало другим. Я уже видел его изменившимся, когда вы начали встречаться с Сашей. Можно было решить, что в ваших отношениях начался новый этап. Но в ней ничего не поменялось. Значит, дело в другом. Из взгляда, которым ты смотришь на Наталью Николаевну, все стало ясно. — Это так заметно? — Для меня — да. Не уверен, что остальным так интересно анализировать тебя. Самоуверенность Егора раздражала. — Ты расскажешь Саше? — уточнил я. — Нет. Это твое дело. Можно непрошенное мнение? — Давай. — Не обижай Сашу, если ты не уверен в своих чувствах. — Так заметно? — Вы до сих пор вместе. Слова Егора пристыдили меня. Я не был честен даже с собой, что уж говорить об откровениях с парнем.

Саша

— Спасибо, что подвезли, до свидания, — Егор вылез из машины и громко хлопнул дверью, отчего мама вздрогнула. Она ненавидела, когда с дверьми обращаются таким образом. Парень виновато улыбнулся через окно. — Какой симпатяжка, — сказала мама, — к тому же умный. — Ты что такое говоришь?! — не сдержалась я. — Ну, правда. Редкое сочетание. Закатив глаза, я состроила недовольную гримасу. Мне хотелось поговорить с мамой по душам, но я боялась начать эту беседу, опасаясь, что она сразу догадается о моих внутренних переживаниях. Мама любила залазить в глубь, а я лишь хотела пробежаться по поверхности. — Что ты думаешь о нас с Мишей? — выпалила я, тут же зажмурив глаза. Реакции мамы я не увидела, но она ответила слишком нервно: — А что? — Со стороны то виднее. — У вас проблемы? — Не то, чтобы проблемы, — замялась я. — Забудь. Не надо было начинать. — Уверена, что не хочешь обсудить? — Угу. До самого подъезда мы ехали молча. Я изредка открывала рот, чтобы продолжить неудачный разговор, но вопросы застревали в горле. Когда машина заглохла, и мама отстегнула ремень безопасности, я схватила ее за руку и выпалила: — Что, если Миша разлюбил меня? — Правда? — она была удивлена. По-настоящему. Мое лицо, должно быть, исказилось разочарованием, потому что она поспешила добавить. — Прости, я растерялась. Ты никогда не говорила со мной о таком. — Знаю. Но сейчас я потеряна. — Небольшая холодность в отношения, спустя время, — это нормально. Все пары проходят через это. Вам стоит больше времени проводить вместе. Пригласи его на мой день рождения, если хочешь. Познакомимся поближе. День рождения! Я совсем забыла, а ведь он уже через несколько дней. Надо обсудить с папой подарок. Как я могла забыть? — Будет неловко, — промямлила я. — Ваши друзья придут… — Будут только Самойловы, — мама пожала плечами. — Они безобидные. Не хочу приглашать остальных с маленькими детьми. Мама обожала Даню, но не детей друзей. Все они казались ей невоспитанными и чересчур капризными, даже если, на мой взгляд, ребёнок был не так уж плох. Потому она была рада, что химию преподают лишь с восьмого класса. — Не переживай ты так, — мама погладила меня по спине, когда я разувалась. — Миша без ума от тебя. Это видно. Губы расплылись в улыбке. Мне было приятно услышать ее мнение. Я знала, что мама не станет ничего придумывать. Она всегда говорила только правду, как видела положение вещей. В сети меня ждали несколько сообщений. Увидев ужасающую цифру в размере 100+ в общей беседе с Виолой и Лизой, я провалилась в диалог с Мишей. Миша: как ты себя чувствуешь? прости, что бросил (( Я: все хорошо: * Миша: да уж, ужасный получился денек. прости, что затащил тебя туда. Я: все в порядке.) Миша: постоянное думаю о том, что случилось в спальне. ты лучшая. Я: кажется, вселенная против нашего секса. Миша: ахах, но мы ведь ее перехитрим? Я: люблю тебя. Миша: и я тебя. Яркий экран телефона резал глаза. Сидела я в темной комнате. Прищурившись, нажала блокировку экрана. Он любит меня, сам сказал. И больше никаких доказательств не надо.