Углекислый газ

Миша

От ладоней на бумажной упаковке цветов остались влажные следы. Проверив карман на наличие шоколада (самой дорогой сладости, которую я покупал! — горький с кедровыми орехами в меде), нажимаю звонок. Меня обдало прохладой и смесью запахов, раздающихся из квартиры Поляковых. Сладкий аромат защекотал ноздри. Муж НН, улыбаясь, крепко сжал мою руку, передавив костяшки. Я старался отвечать с той же пылкостью. Долго копался со шнурками, ожидая прихода Саши или НН на помощь — чувствуя себя одиноко и потеряно, хоть в квартире и раздавались смех и голоса, сопровождаемые музыкой. Когда Саша пригласила меня на день рождения НН, я испугался, но на лице изобразил удивление. Встретиться с ее мужем, смотреть ему в глаза — это слишком. И как я мог находиться с двумя моими девушками в одной комнате? — Мама сказала, что обидится, если не придешь, — протянула Саша, заметив мою неуверенность. — Этот день как раз выпадает на ваше занятие. Ты должен прийти. Я должен. Фраза упала на меня тяжеленным камнем и прижала к земле. Подумав о своих собственных желаниях, я решил, что и правда хочу прийти. Хочу увидеть поведение НН в кругу друзей, в компании мужа. Мной двигало любопытство, а что — ей? Время неминуемо приближалось к середине ноября. На следующей недели мы будем писать пробники ЕГЭ, а у нас с НН так и не состоялось полноценного занятия. На прошлой неделе я шел к ней с твердым желанием решать задачи по органике. Но, когда я увидел НН в шелковом халате, который она была готова снять по единственной моей просьбе, стремление к знаниям улетучилось. Наконец я смог полностью изучить ее тело. Каждая родинка, веснушка были мной потроганы. Под грудью женщины протянулись шрамы — последствия операции, как подумалось мне. Вопрос застыл на губах, которые НН тут же накрыла своими. Я испытывал спокойствие, какое не ощутил бы, займись мы химией. — Добрый вечер, молодой человек! — не успел я дойти до комнаты Саши, как меня поймал невысокий мужчина неопределенного возраста. Седая борода выдавала прожитые полвека, но лоб не был перечерчен морщинами. Голубые глаза смотрели ясно, со смешком. — Прячетесь? — Нет, я только… — Не приставай, Юра, — меня спас муж НН. Я по-прежнему прижимал к себе букет, боясь расстаться с ним. Мне хотелось вручить цветы НН лично, поэтому, когда Виктор потянулся за ними, чтобы поставить в вазу, я не разжал пальцев. Его лицо исказилось удивлением, а затем, запрокинув голову, мужчина рассмеялся. Я хотел было присоединиться к нему, чтобы сделать ситуацию менее странной, но тут увидел ее. НН вышла из зала, словно паря над землей. Каблуки, постукивая по паркету, поднесли женщину ко мне. Дышать стало тяжело. Рука механически вытянулась. НН приняла букет и уткнулась в него носом. — Проверю рыбу, — Виктор на мгновения придержал НН за талию и отошел. — Ромашки? — удивлённо произнесла она. — Розы слишком банально, — оправдался я. — Да и это не оригинальнее. — Мне приятно. Красные губы оставили на моей щеке смазанный поцелуй. Я сам чуть отстранился, испугавшись ее жеста. Но это был безобидный поцелуй для друга дочери. — Как тебе мое платье? — Красивое. Черная облегающая ткань вырисовывала тело НН. Оголенные плечи и длинная шея надолго приковали мое внимание. — Саша готовит салат на кухне, — произнесла НН, прищурившись. — Веди себя ласковее. — Почему? — Обсудим позже, — она приблизилась и прошептала, — наедине. Просто прислушайся ко мне. Футболка прилипла к спине от выступивших капелек пота. Мое тело слишком бурно реагировало на действия НН, и это волновало меня. Я совсем забыл отдать ей шоколадку, а когда вспомнил, то уже стоял в коридоре вновь один. Со стены на меня уставилась собака, заключенная в серебристую рамку. Ее взгляд был наполнен неудовольствием и неким презрением. Насупившись, я хмуро глянул на картину и отправился на кухню. Саша слишком аккуратно обращалась в ножом, отчего ее действия были медлительны. Поцеловав девушку в щеку, я забрал нож и быстро нарезал крабовые палочки. Она отправила мясо в миску к кукурузе и яйцам, залила все хорошей порцией майонеза, от количества которого мне чуть поплохело, и принялась замешивать салат. Покончив с готовкой, девушка поставила посуду в машину и одарила меня долгим, выжидающим взглядом. Я сделал комплимент платью, в котором Саша выглядела очень мило: розовое с пышной юбкой. Она была похожа на маленькую девочку, нарядившуюся, чтобы в первый раз сесть за стол со взрослыми. Мне было слишком жаль Сашу, но внутри назрело некое раздражение от ее детского поведения. Балансируя между нервозностью и сочувствием, я смог выдавить из себя лишь несколько фраз. Но этого было достаточно. Девушка прижалась ко мне всем своим маленьким телом, стараясь сжать мою талию как можно сильнее. Чем крепче прижмешься — тем больше любви? Она не манипулировала мной. По крайней мере, уж точно не делала этого специально. Из-за чего я раздражался? — Много гостей? — спросил я. — Нет. Только одна пара. Тетя Лена с мужем. Мамина подруга с прошлой работы. Преподает русский и литературу, но не сходит с ума по классике. Мне она всегда нравилась: такая спокойная. — А ее муж? Он, кажется, уже успел выпить. — Ты ничего такого не подумай. Дядя Юра забавный. Папа помогает ему начать свой бизнес, возможно, он стрессует. В детстве всегда катал меня на спине, а еще, если звонил родителям, а я брала трубку, менял голос и не признавался, кто он, пока я сама не отгадаю, — теплые воспоминания вызвали на лице девушки улыбку. — Он пожарным был, а сейчас не пенсии, но не хочет за счет тети Лены жить. Мне было не так интересно слушать о друзьях НН. Но здесь, на кухне, рядом с Сашей я чувствовал себя в безопасности и трусил выходить во внешний мир — зал. — Мама сказала, что поедет с нами в Питер, — произнесла Саша. — Правда? — я откашлялся. — Это чудесно. То есть, лучше она, чем кто-то другой. — Ты прав, — кивнула девушка. — Надеюсь, не возникнет неловкости, что я скрывала от всех наше родство. — Брось. Твои друзья знают. Остальным ты не обязана говорить. Сейчас диалог казался мне наигранным, хотя прежде я всегда поражался, что так быстро нашел с Сашей общий язык. Удивительно — видишь человека каждый день, порой говоришь с ним, проходишь мимо, смотришь в глаза — ничего. А затем он внезапно становится центром твоей жизни. А ты и представить себе не мог, что так выйдет. Почему мы влюбляемся? Прежде я никогда не верил в любовь с первого взгляда. Да я и в любовь толком не верил. Просто сходился с симпатичной девушкой, целовал ее, говорил о чувствах, которых даже не испытывал — внушал себе их существование. Часто люди убеждены, что нашли того самого человека, что готовы протянуть отношения через всю жизнь. Я поддался чарам, поверил в это. Я не убеждал себя, а действительно чувствовал всем телом мурашки, находясь рядом с Сашей, и не хотел потерять это ощущение. Лежав рядом с ней, перебирая ее волосы, я представлял наше будущее. Не материальные картинки, а нечто абстрактное — вспышки эмоций. Как мы можем быть счастливы, какие радостные дни нас ждут, как мы сможем жить вдвоем и редко расставаться. Снимать розовые очка всегда больно. В глаза начинает бить жестокая реальность, не ломающаяся под мечтами, а идущая своей дорогой, ведущая меня за собой. Я больше ничего не решал. Я не мог совместить чувства и разум, слить их воедино. Я был способен выбрать лишь одну дорогу. И какой бы выбор я не сделал, в каждом из них пострадают чувства человека. В зале стоял круглый стол (у них есть отдельный праздничный стол?!), накрытый белой тканью. Я занял место напротив НН, Саша села слева от меня. Подруга НН, правда, выглядела безобидно. Она воплощала стереотипный образ школьной учительницы: собранные на затылке волосы, пиджак и брошь в углу. Ее образ веял скукой. И что такая энергичная и яркая НН нашла в Елене? — Ну что, — произнес Юрий. — Кто будет первым поздравлять Наташу? Было странно слышать имя НН без отчества. Я даже думал о ней с местоимением «вы», хотя теперь уж точно мог называть ее просто Наташей или Натали. Второй вариант звучал неплохо. — Давайте, я, — кивнул Виктор. Мужчина достал из кармана коробку, снял с нее чехол и вынул цепочку, блеснувшую в свете ламп. Несколько секунд он разбирался с хрупкой застежкой, а затем застегнул подвеску на шее НН. Он оставил на ней пальцы, поправляя украшение, и погладил женщину по щеке. Белое золото легло на грудь НН. Я смотрел на черный кулон-сердце, и внутри все сломалось. Мной овладело чувство ревности и стыда. Я мог позволить себе лишь цветы, а муж НН — дорогие украшения. Женщина смотрела на него с благодарностью. Глаза ее были переполнены теплом. Мне захотелось тут же покинуть комнату, но я лишь крепко сжал тканевую салфетку, лежащую на ногах. — Спасибо, милый, — произнесла НН и поцеловала Виктора в губы. Он уже работал, был намного старше меня — пытался я оправдать плохие мысли. Но это был лишь способ успокоить задетое эго. Заработать в наше время можно в любом возрасте — было бы желание. Сейчас, встретив НН, я ощутил потребность дать другому человеку то, в чем сам, по сути, не нуждался. Хотелось одарить ее подарками, показать, на что я готов пойти ради нее. Но тут же закралась мысль, что это лишь попытка купить чувства. Если я и нравился НН, то точно не за потенциальные подарки. Ей было не важно мое материальное состояние. Взгляд упал на вазы в углу. В двух из них стояли небольшие букеты. В третьей — огромная охапка фиолетовых роз в золотом напылении. Я не сомневался, что это цветы, подаренные Виктором. Их было больше тридцати штук: на тридцать седьмой я сбился со счета. Должно быть, число лет НН. Сколько ей было? Точно меньше сорока пяти. Друзья НН подарили ей деньги, а Саша с Даней что-то из косметики. Краем глаза я замечал, что брат Саши часто смотрит на меня. Если наши глаза встречались, мальчик утыкался в тарелку. — Ну что, молодежь, — начал Юрий, — решили, куда после школы подадитесь? Мне стоило отвечать? Должно быть, я думал слишком долго, поскольку за меня это сделал отец Саши: — Михаил, как и Наташа, будет покорять химическую науку. — Как интересно, — подала голос подруга НН. — Ты хочешь стать учителем? — Нет, — выпалил я и объяснил. — Я ничего плохого против педагогики не имею, но это не для меня. Хотелось бы заниматься чем-то более… осязаемым. Например, биоинженерией. — Да, перспективное направление, — задумчиво произнес Виктор. — Но разве там не нужна биология? — Нет, — ответил я. — Только химия и математика. Но лучше разбираться в анатомии, ведь идет работа с клетками. Я подтягиваю свои знания в предмете. — Подойди ко мне после ужина, — попросила НН, — я дам тебе список хорошей литературы. Я благодарно кивнул. Щеки защипало от жара. Саша с интересом следила за моей реакцией, но на мой удивленный взгляд ответила лишь улыбкой. НН пила вино. Приложилась губами к бокалу и медленно потягивала жидкость. После она слизала с верхней губы красные капли вместе с частью помады, которая делала губы визуально больше. На языке у меня возник вкус этих губ, и я постарался удержать его на рецепторах. — Время для главного блюда, — радостно произнесла НН и поднялась с места. — Наслаждайся праздником, милая, я сам все принесу, — сказал Виктор, сжав ладонь жены. — Позволь мне побыть хозяйкой, а сам развлекай гостей. Миша, поможешь мне? От этих слов я вздрогнул и ожидал увидеть на себе взгляды, но их не последовало. Друзья НН вели разговор с Сашей, а Даня складывал фигуру из бумаги, переместившись на диван. Я собирался пройти за женщиной на кухню, но она, схватив меня за руку, направилась в спальню. Она ведь не станет делать это при гостях в квартире?! — Ты смотрел «Пятьдесят оттенков серого»? — вдруг спросила женщина. Я кивнул. На первые два фильма я ходил с разными девушками. Это слишком ванильная история раздражала, но некоторые моменты вызывали возбуждение. Однако я не мог понять, почему НН спрашивает об этом. — Помнишь момент с шариками? Я сглотнул. НН открыла шкаф и извлекла из своей секретной коробки небольшой тканевый чехол. В ее ладонях оказалось маленькое устройство с двумя соединенными шарами и крохотный пульт, который женщина протянула мне. — Это увеличение мощности, и уменьшение, — объяснила она и засунула пульт мне в карман. — Справишься? — Что вы задумали? — Немного поиграть, — снова ее хитрая улыбка растянулась на губах. Когда женщина принялась обсасывать шарики, я смутился и напрягся. — Хочешь вставить их сам? — спросила она и передала мне игрушку. Чуть приподняв платье, НН отодвинула ткань трусиков в сторону. Я уставился на идеально выбритый участок кожи и потянул к нему руку. НН была не настолько мокрой, как в прошлый раз, но достаточно для погружения шариков. Я чуть подвигал ими внутри нее, прежде чем полностью ввести. Она выдохнула и схватила меня за рукав. Нащупав в кармане кнопку, я нажал. Тело НН тут же покрылось мурашками, которые я легко увидел на руках, а глаза поднялись к потолку. — Приятно? — прошептал я. — Божественно, — протянула женщина, уткнувшись лицом мне в плечо. Я повысил мощность, и в шею прилетел стон. НН прижалась к моей коже губами, чтобы не издавать громких звуков. Она вся извивалась, водя ладонями по моему телу. Нас не потеряют? Я отключил прибор и столкнулся с разочарованным лицом НН. Она надула губы и принялась быстро-быстро ударять меня по груди кулаками. Это выглядело совсем по-детски, но настолько умилительно, что я не сдержал улыбку. — Я доверяю тебе свое тело, — произнесла НН. — Только сильно не балуйся. Она вышла из комнаты. Что мне было делать? Управлять шариками в ее влагалище прямо за ужином? Она ведь не сможет сидеть незаметно, будет дергаться. Это точно выдаст нас. Но это так возбуждает… Прибавив на пульте мощность, я отправился вслед за НН.