Лука и Элиотт №1

      Лука несётся по улицам Парижа под дождём на ближайший автобус. Уже восемь вечера, и он боится не успеть домой к ужину. Сегодня они с Элиоттом решили устроить маленький праздник и провести весь вечер вдвоём, ведь в последнее время таких мгновений не много.       С тех пор как Демори устроился на работу, а Лаллемэнт поступил в университет, молодая пара видит друг друга только по утрам и по вечерам. Просыпаются в семь утра специально для того, чтобы побыть лишние минуты вместе, полежать подольше в постели в объятиях друг друга, лениво целуясь, ведь в половину девятого они уже стоят у порога квартиры и долго прощаются. А потом один из них, спускаясь по ступенькам на первый этаж, бежит обратно к квартире за последним поцелуем. Или не последним.       И сегодня, когда оба вернулись домой пораньше, они стараются сделать этот вечер идеальным. Лука побежал за вином в винный магазин в другой район Парижа, а Элиотт остался дома готовить ужин. Хотя лучше было бы сделать наоборот, потому что Демори так и не научился готовить.       Лаллемэнт перепрыгивает очередную лужу и видит заветную автобусную остановку. Он встаёт под крышу и выдыхает. Через пять минут к остановке подъезжает автобус, и Лукас незамедлительно садится в него. Он берёт в руки телефон и включает его, проверяя наличие уведомлений. Но уведомлений нет. Он удивляется тому, что Элиотт не прислал ещё ни одного сообщения, ведь это странно для него. Обычно он пишет Луке без остановок, отчего смартфон Лаллемэнта постоянно вибрирует в кармане. Особенно такое происходит, когда Лукас уходит из дома вечером, в то время как на улице уже темно.       Лука снова смотрит в телефон, но ничего не меняется. Оставшийся путь домой он едет, молча смотря в окно и наблюдая за каплями, стекающими по стеклу.       В подъезде почти тихо, ведь в этом доме жильцы относительно спокойные. Только иногда по утрам можно услышать лай собаки на втором этаже. Там живёт молодая девушка, заселившаяся недавно, у которой есть ротвейлер. И этот самый ротвейлер не терпит, когда его хозяйка не хочет вставать рано утром на прогулку.       Лука бежит по ступенькам к своей квартире с лёгкой улыбкой на лице. У него прекрасное настроение, ведь сегодняшний вечер он проведёт в компании своего любимого человека. Лаллемэнт вставляет ключ в дверь, поворачивает его и заходит к квартиру.       - Эли, я съездил в "Nicolas Bac"! Прости, что так долго! Там начался дождь, а я был без зонтика! - кричит Лукас и снимает кроссовки.       Сразу он понимает, что что-то не так, потому что у порога стоит одна лишняя пара обуви. Из кухни доносятся мужские голоса. Он ставит пакет с бутылками вина на тумбочку, снимает куртку и идёт на звуки.       - Элиотт? - Лука медленно заходит на кухню и видит своего парня, который опирается поясницей на подоконник. Его руки сложены на груди, взгляд хмурый и слегка огорчённый, брови сдвинуты к переносице.       Напротив Демори стоит мужчина лет сорока пяти и с недовольством смотрит на Лаллемэнта.       - И кто это? - спрашивает странный мужчина, видимо, обращаясь к Элиотту.       - Это Лука, - резким голосом отвечает тот.       - И что вы делаете в этой квартире... Лука?       - Я здесь живу, - Лукас мечется взглядом от странного мужчины на своего парня и обратно. - А вы кто?       - Фернан Демори, - он ухмыляется и протягивает Луке руку для рукопожатия.       Глаза Лукаса расширяются до невозможных размеров. Он автоматически протягивает руку в ответ и отмирает, когда чувствует прикосновение.       - Д-демори? - Лаллемэнт медленно переводит глаза на своего парня, но тот сразу же отводит взгляд.       - Отец, зачем ты пришёл? - как-то устало выдыхает Элиотт.       - Ну как же? Захотел повидаться со своим сыном, узнать, что с ним произошло за последние два года. К тому же с ним в квартире живёт неизвестный молодой человек, - он прищуривает глаза и откровенно рассматривает Луку. - Кстати не знал, что твоя квартира теперь стала общежитеем! - он наигранно удивляется и поворачивает голову на своего сына.       - Отец, это мой парень. Он не платит отдельную часть за проживание в этом доме. У нас общий бюджет, - рычит Элиотт.       - Ах, парень! - Фернан Демори злобно ухмыляется, снова переводя взгляд на Лукаса.       - Эли, что здесь происходит? - Лаллемэнт замечает, что всё это превращается в левый спектакль, в котором ему играть вовсе не хочется.       - Это называется "папочка приехал повидать сыночка", о котором забыл несколько лет назад и видимо, вспоминает раз в пару лет! - огрызается младший Демори в ответ.       - Ну зачем же так грубо?       - Мсье Демори, вам что-то нужно? Мы планировали этот вечер слегка по-другому, - Лука старается быть максимально вежливым, хотя ему и самому уже не нравится этот Фернан.       - А у вас какая фамилия? - пропускает вопрос мимо ушей Демори старший и задаёт свой.       - Лаллемэнт, - чётко произносит Лукас.       - Хм... Странно, что ещё не Демори! - эта злобная ухмылка не слезает с его лица на протяжении всего разговора, что начинает напрягать Луку.       - Что, простите? - Лаллемэнт хмурит брови и наклоняет голову в бок.       - Но вы не волнуйтесь! Я уверен, скоро и эта проблема решится! - Фернан Демори откровенно стебёт и Элиотта, и Луку.       - Отец! - выкрикивает Демори младший.       - Хотя могут возникнуть некоторые трудности в ходе семейной жизни, - продолжал нести чушь отец Элиотта. - Ведь с моим сыном не так просто иногда найти общий язык.       - Мсье Демори, я спрашиваю вас ещё раз. Что вам нужно? Наш диалог не несёт в себе сейчас никакого смысла, - уже более жёстко произносит Лаллемэнт.       Он всё же тяжело вздыхает, будто безмолвно говоря "Ну наконец-то", разворачивается полностью к младшему Демори и его лицо приобретает абсолютно иное выражение, становясь угрюмым и безразличным. Лукас аж дёргается от такого резкого смена настроя на разговор.       - Я не ожидал, что так всё обернётся, но у меня родилась дочь - Коринн - и в будущем она уж точно не сможет заняться серьёзным бизнесом.       - Отец, позволь узнать - сколько лет твоей дочери? - прищуривается Элиотт. Ведь он не знал, что у него есть сводная сестра. Всё, что ему было известно, это тот факт, что у его отца появилась другая "семья", когда младшему Демори было семь лет.       - Двенадцать.       - И я узнаю о том, что у меня есть сводная сестра только сейчас? - разочарованно спрашивает он, слегка наклоняя голову. А потом совсем тихо, почти неслышно добавляет: - Ты отвратителен.       - Так вот ей двенадцать, но я уже не вижу в ней человека, готового посвятить свою жизнь управлению моей компанией.       - Ах вот оно что! Решил сплавить мне свою драгоценную компанию!       - Это не обсуждается, Элиотт. Мы сейчас в не самом лучшем расположении духа. Мне нужно заключить сделку, но... Это долгая история. В общем сначала ты обязан жениться, а потом возглавить мой бизнес, - как ни в чём не бывало серьёзно произносит Фернан.       - Ты полнейший идиот, раз думаешь, что я и правда соглашусь на всё это! - младший Демори почти смеётся, ведь всё, что с ним сейчас происходит, полный бред.       - Тебе и не нужно соглашаться! - ухмыляется Демори старший. - Ты просто сделаешь это, потому что я так сказал.       - Мне плевать на твоё мнение. Неужели это не очевидно?       - Что ж. Тогда тебе придётся перешагнуть через себя, так как я твой отец.       - Классно ты заговорил, папа! Вот только я тоже не собираюсь посвящать свою жизнь серьёзному бизнесу. Тем более возглавлять твою компанию!       - Придётся посвятить.       - Нет, не придётся! - огрызается Элиотт. - Я учусь в колледже абсолютно на другую профессию.       - И на какую же?       - Я стану художником.       - Художником, значит, - Фернан Демори поднимает глаза к потолку и тут же снова устремляет взгляд на своего сына. - Мне надоело выслушивать всю эту чушь про художника, твой колледж и этого твоего парня! Совсем уже из ума выжил! Ты женишься и точка!       - Мне двадцать один год, отец! Я строю свою жизнь так, как хочу и с кем хочу! Я не женюсь, потому что у меня уже есть любимый человек, который стоит рядом с тобой! Я не возглавлю твою компанию, потому что посвящу свою жизнь творчеству! И я больше не хочу видеть тебя в этом доме, потому что тебе здесь не место!       Внезапно Элиотт посмотрел на Луку, который всё это время молчал. Тот неподвижно стоял в одной позе и смотрел в одну точку перед собой. На его щеках искрились мокрые дорожки. Демори вздрогнул. Но Лаллемэнт уже через секунду развернулся и направился в коридор.       - Лука? - тихо спросил он, но тот в ответ ничего не ответил.       - Видишь? Даже твой парень всё и так уже понял и уходит молча. Без скандалов. Умный мальчишка, - снова и снова ухмыляется Фернан.       - Что?... Нет! - Элиотт будто очнулся. Он бросился в коридор со всех ног, когда Лукас уже обувался. - Лука! Лулу! Нет!       - Почему ты не говорил, что являешься наследником какой-то крупной компании? - тихо спрашивает Лаллемэнт.       - Потому что я не собирался её унаследовать! - младший Демори хватает Луку за плечи, удерживая на месте.       - Только не надо начинать свою любовную драму! - притворно говорит Фернан, оказываясь в коридоре.       - Вы просто не знаете, что значит для меня ваш сын, - тихо отвечает Лукас.       - О, да! Знаю. Вот только вы для него ничего не значите.       - Хватит! Это уже перерастает в полное безумие! Ты врываешься в мой дом, несёшь чушь про свой бизнес, какую-то невесту и моё будущее, практически отбираешь у меня моего любимого человека, заставляя поверить его в этот бред! Убирайся из моего дома! Я не хочу тебя видеть в ближайшее никогда! Слышать тебя не хочу! - Элиотт сорвался. Он редко срывается, но если это происходит, то он кричит так громко, что звенит в ушах и холодеет кровь.       - Я не... - снова начинает свою исповедь Фернан, но не успевает договорить. Демори младший с размаху разбивает ему губу.       - Я сказал тебе выметаться из этой квартиры! - ревёт Элиотт во всё горло.       Его отец снова ухмыляется, разворачивается спиной, открывает дверь и выходит за порог, но устанавливается и через плечо бросает:       - Ты очень об этом пожалеешь!       - О, нет, отец! Об этом я уж точно не пожалею!       Они потом ещё долго сидят на кухне в тишине и пьют крепкий кофе. Оба не в настроении, оба не знают, что сказать. Они практически не смотрят друг на друга. Элиотт чувствует почти стыд за то, что испортил такой важный вечер. Не известно, когда они снова смогут провести время вместе. Теперь осталось ждать каких-то праздников или каникул.       - Слушай, Эл... - начинает Лука, но его перебивают.       - Нет, это ты меня выслушай, Лу, - Демори тяжело вздыхает, распрямляет плечи, скрещивает свои пальцы и опирается локтями на стол. - Биполярное расстройство передалось мне по наследству. От отца. То, что ты сейчас видел, было... не-понастоящему. У него был приступ. Мы и правда не виделись с ним очень долго. Лишь иногда, когда я заезжаю к маме, его можно встретить дома. Я не знаю, что это за совпадения, но постоянно, когда мы видимся, я застаю его вот таким! Возможно, он делает это специально, так как знает, чего я на самом деле боюсь.       - И чего ты боишься? - тихо спрашивает Лаллемэнт.       - Лука, когда у отца приступ, он выглядит абсолютно также, как и я. Я тоже делаю все эти странные вещи, несу всякую чушь. И с того самого момента, как у меня появилась эта болезнь, я боялся видеть отца во время приступа, потому что... - он делает паузу, смотрит в сторону на пол и тихо продолжает: - Потому что я вижу себя и понимаю, что временами я такой же. Это то же самое, что увидеть свою тёмную сторону в зеркале!       Лука замечает блеск в глазах напротив. У него сжимает горло. Элиотт так редко плачет, но если это происходит, то причина весомая! Лаллемэнт почти подпрыгивает со стула и оказывает на коленях перед своим парнем. Он стоит у него между ног, а Демори немного наклоняется, чтобы прижимать своего парня ближе. Лука крепко обнимает его за шею и немного поглаживает пальцами затылок.       - Всё хорошо, слышишь? - Лукас не может сдержать эмоций и тоже начинает плакать и мелко трястись. - Я рядом. Всегда. Приступ у тебя или нет. Мне не важно в каком ты состоянии.       Лука шмыгает носом и зажмуривает глаза, пытаясь унять слёзы. Но тщетно.       - Лука? Лу! Малыш, не надо! Не плачь! Почему ты плачешь? Я тебя обидел?! - Элиотт поднимает своего парня с пола и усаживает к себе на колени, крепко прижимая к груди.       - Потому что всё, что чувствуешь ты, чувствую и я! Потому что я не могу безразлично или даже с жалостью смотреть на твои переживания! Потому что я - это ты.       Лаллемэнт уже задыхается слезами и, кажется, через несколько секунд сорвётся в рыдания. Иногда он ещё более эмоциональный, чем Демори во время приступа. Элиотт предвидит приближающуюся истерику и резко заключает лицо Лукаса в свои ладони, разворачивает к себе и впивается в губы. Лука будто просыпается. Он глубоко вздыхает сквозь поцелуй, успокаиваясь, и через несколько секунд отстраняется. Но только ради того, чтобы сесть поудобнее, седлая колени Демори и тут же обхватывая ногами его поясницу. Сидеть вот так не очень удобно, и Элиотт поднимается со стула и направляется к выходу из кухни, попутно выключая яркий свет, оставляя лишь тусклые софиты.       Уже через несколько мгновений Лукас чувствует мягкую постель под собой и расслабляется. Демори медленно перемещается губами по скулам, челюсти к шее, снимая футболку со своего парня.       - Знаешь, так жаль, что столь важный вечер испорчен, - тихо говорит Лаллемэнт и поднимает вверх руки, чтобы было удобнее снять футболку.       - В таком случае мы устроим незабываемую ночь, - томно шепчет Элиотт куда-то в ключицы парня под ним.       Лука улыбается, блаженно прикрывая глаза. Он знает, что он её не забудет, потому что помнит каждую ночь, проведённую со своим парнем.       Ночи с Элиоттом невозможно забыть. Ночи с Элиоттом это будто промежутки между бесконечностями. Ночи с Элиоттом - это бесконечное удовольствие, это дрожь в теле, это мурашки на загривке, это поцелуи, останавливающие кровь, это прикосновения, оставляющие ожоги в виде алых засосов.       И пусть где-то там за окном спешат жители города к себе домой или наоборот. Пусть и дальше льёт дождь. Одна лишь квартира в Париже знает о том, что происходит здесь по ночам. Одна лишь спальня слышит громкие стоны наслаждения и крики приятной боли, слышит тяжёлое дыхания и срывающийся шёпот. А окна будто закрывают эту пару от любопытной Луны, когда запотевает стекло.       Но Луке и Элиотту не важно, слышит ли их Париж. Им не важно, идёт дождь или нет. Не важно, что вечер не удался, ведь и правда впереди ещё целая ночь.

Ночь, полная любви.