Её персональный ураган

      Спустившись утром вниз, Хэйли к своему глубокому изумлению застала уже проснувшегося Зака, державшегося за голову, и Фэнгса.       – Ещё или уже? – вместо приветствия спросила она, направляясь к кофеварке.       Зак, с утра соображавший туго из-за недосыпа и головной боли, недоуменно заморгал.       – Вы ещё тут или уже тут? – спросила она Фогарти.       – Мы - ещё, а девчонки вчера ночью ушли, – ответил он, копаясь в телефоне. Он выпил меньше всех, а чувствовал себя лучше всех. Кроме разве что Хайд, она не пила вообще.       Пока она ждала, когда сварится кофе, Зак откопал пачку аспирина и, даже не проверив срок годности, проглотил таблетку, запив холодной водой из холодильника.       – А Ник? Ничего не сказал?       – А ты спроси был ли он вообще, – хриплым после сна голосом сказал брат.       Хэйли нахмурилась. Достала телефон и набрала отца. Хм… Занято. Ладно, ему она позвонит позже.       Первую кружку кофе, которую она себе налила, увёл Зак. Вторую – Фэнгс, причём так ловко, что она и моргнуть не успела.       – А ничего не треснет? – Хайд недовольно уперла руки в бока. – У нас тут не коммуна!       – Пожалуйста, Водопад, потише. Не заставляй меня ненавидеть тебя этим утром! – простонал Зак, сжимая виски руками. – Башка раскалывается. Из чего вы делаете это пойло? – Это уже Змею.       Фогарти таинственно улыбнулся.       – Есть один секретный ингредиент.       – Адские колокола? Я чувствую, как они звучат у меня в голове!       Хэйли покачала головой.       – Алкоголь - зло. – Ей ли не знать.       – Ага, вчера этого зла кому-то так не хватало. Нафига было за добавкой идти?       Хэйли вылила себе остатки кофе, но не успела даже глоток сделать, как с лестницы почти скатился, держась за стеночку, ещё один участник вчерашних событий.       Вот уж кому было хреново!       Сейчас Свит Пи не выглядел устрашающе, а даже как-то жалко. Растрепанный, помятый, с жутким похмельем и с лицом, на котором застыло выражение зла на весь мир. Хайд почувствовала мстительное, злорадное удовлетворение.       Зак без слов протянул ему стакан воды и таблетку.       – А ты почему вскочила в такую рань? – спросил Фэнгс.       – Нужно помочь с украшением зала ко дню школы.       – Чего это ты вызвалась? – удивленно спросил Зак. Хэйли была далека от всех этих творческих порывов, предпочитая наблюдать, как работают другие.       Хайд громко фыркнула. Свит Пи, разместившись напротив, поморщился, массируя виски.       – Ага, это была моя американская мечта идиота. Встать в десять, чесать на автобус и ехать в школу в свой законный выходной. Я не вызвалась, я скорее просто не успела убежать. – Хайд непроизвольно отклонилась назад, пока не уперлась поясницей в столешницу. И не выдержала, скривилась. Перегар от них шёл знатный. – Ну, и несёт же от вас!       Кевин поймал её на выходе в пятницу и попросил помочь с украшением. Она не смогла ему отказать.       – Подвезти? – неожиданно предложил Фэнгс, поднимаясь на ноги. – Мне всё равно в ту сторону.       Хэйли замялась, но потом всё же уверенно покачала головой.       – На байке? Не нужно, я лучше на автобусе.       – Боишься? – Фэнгс насмешливо посмотрел на неё.       Хэйли только подняла кружку и тут же поставила её на место, так и не попробовав. Свит Пи проводил кофе завистливым взглядом.       – Вот ёщё. Не обижайся, но на мотоциклах ведь не предусмотрены ремни безопасности.       – Да перед тобой самый безопасный «ремень безопасности»! – уверенно заявил Фэнгс, показывая на всего себя.       Хэйли улыбнулась ему.       – Мило. А ты, – она указала на Зака, – почини мне, наконец, шину на колесе.       – А волшебное слово?       – Качественно и желательно сегодня! – упрямилась Хэйли. Он обещал ей ещё два дня назад, когда по дороге домой она невесть как напоролась на стекло. Еле доехала.       Зак махнул рукой, показывая, что понял. Что-нибудь придумает.       – Она вообще нормально просить умеет? – услышала хриплый голос Свит Пи. Тот попытался забрать у Зака кружку с крепким ароматным напитком, но тщетно. Хайд за эту кружку готов был драться до последнего.       Неимоверно раздражала привычка говорить о ней в третьем лице. Он будто бы специально это делает, чтобы её выбесить. В конце концов, она начала платить ему той же монетой.       – Пусть мой берёт, – Хэйли подвинула к нему свою чашку. – Я всё равно уже опаздываю. Не пропадать же добру.       Свит Пи подарил ей подозрительный взгляд, соображая, с чего вдруг такая щедрость и в чём подвох, но Хэйли только ядовито улыбнулась, а потом, прекрасно помня, что таблетка не успела ещё подействовать, взяла несколько ложек со стола и поочередно закинула в раковину, где со вчерашнего дня покоилась пустая кастрюля, которую никто так и не удосужился вымыть. Звон при этом сделался страшный. Особенно для того, у кого голова раскалывается от похмелья.       – Хайд, твоя сестра просто… чёрт! – застонал он, обхватил голову руками и даже побледнел. И не поймешь, то ли это просто фигура речи, то ли обзывательство.       – Но и его друг не ангел! – мстительно сказала Хэйли.       Зак, несмотря на головную боль, нашёл это забавным, а Свит Пи подарил ей такооой выразительный взгляд тёмных глаз, но вот что он означал, Хэйли так и не смогла определить.       

* * *

      Теперь Хэйли обедала в компании Тони и Шерил. С одной стороны это было неплохо. С девчонками было интересно, легко, несмотря на иногда неуместную честность Блоссом и саркастические, цепляющие за живое, шуточки Тони. Но с другой… Хайд чувствовала себя третьим колесом. Весьма неудобно наблюдать их нежные взгляды, брошенные друг на друга, осторожные мимолетные прикосновения. Их тянуло друг к другу, это очевидно. Как супер-магнитом.       И в такие моменты она чувствовала себя очень неловко.       Иногда с ними обедали и парни. Зак по обыкновению своему что-то весело рассказывал, активно жестикулируя, Фогарти постоянно намеревался незаметно стянуть у Хэйли картошку фри, а Свит Пи просто молчал, уткнувшись в свой поднос.       – Водопад, глянешь сочинение? – перед носом Хэйли опустилась пара немного помятых листов с довольно размашистым почерком.       Бросив мимолетный взгляд на них, она подозрительно заметила:       – Так это же не твоё.       Уж аккуратный почерк брата она ни с чем не перепутает.       – А я и не говорил, что оно моё, – невозмутимо отметил Зак, присаживаясь рядом. – Так глянешь? Пожалуйста.       Чтобы Зак и «пожалуйста»? Это что-то новенькое. Обычно к сестре были обращения следующего характера: сделай, достань, сходи, возьми. Могло показаться, что это невежливо и бесцеремонно, если бы не аналогичное отношение самой Хэйли, ещё с самого детства. Их обоих это вполне устраивало.       Хэйли пожала плечами и согласилась. Надела наушники, чтобы не отвлекаться, и приступила к чтению. Краем глаза заметила, как рядом опустился Фогарти. Кивнула ему в знак приветствия и продолжила чтение, доставая карандаш из волос. Лень было лезть в сумку.       Н-да, сочинением это можно было назвать с большой натяжкой. Скорее бессвязный поток топорных мыслей и неуместных сравнений. Гуманитарий внутри неё упал на пол и засеменил ножками и ручками, признавая поражение. Сперва подумала, что пускай - вот это можно поправить, а это вообще вычеркнуть. Что-то перенести из начала в середину – так гармоничнее, а сам вывод полностью переписать. Но чем больше она вчитывалась, тем больше озадаченно хмурилась.       Через несколько минут весь лист был в её пометках и подчеркиваниях. Хайд отложила карандаш и сняла наушники, даже не поправив до конца.       – И как? – осторожно спросил Зак, когда она выключила музыку.       – Честно? Плохо, – ответила Хэйли, искоса провожая взглядом дольку картошки, которую Фогарти незаметно – ну как он думал, – отправил прямиком в рот.       – Прям совсем? – Зак кинул на Свит Пи внимательный взгляд. Тот недовольно поджал губы.       Так это что – его? – подумала Хэйли, но отступать не собиралась.       – Это ещё мягко сказано. Впечатление такое, будто это написано на скорую руку… – рука Фэнгса снова потянулась к её подносу. Это ужасно отвлекало, – … и кусками. А ещё автор явно сам себе противоречит и, получается, не знает, о чём пишет… – картошка медленно, но верно пропадает у неё из под носа, –… словно прочитал только аннотацию, или краткий пересказ в пяти предложениях, упуская из виду самое важное.       – Поправишь?       Хэйли фыркнула. Ага, сейчас!       – Это легче выкинуть и переделать, чем править. Г.Г. Маркес точно такого не заслужил. Да на, возьми уже всё. – Она положила перед Фэнгсом оставшуюся фри. Он довольно улыбнулся, Фэнгс и добивался этого с самого начала. Но когда он по-хозяйски потянулся к апельсиновому соку, Хэйли поймала его за руку. – Сок не тронь, это последняя пачка.       – Тебе жалко?! – наигранно обиделся Фогарти.       – Это последняя пачка, – твердо повторила Хэйли, делая акцент на слове «последняя».       Свит Пи сжал челюсти, на лице заиграли желваки.       – То есть я тупой?       Хайд отпустила руку Фэнгса, перевела взгляд на Зака с Топаз и поинтересовалась:       – Я хоть раз сказала, что он тупой?       Тони призадумалась, рукой подперев голову.       – Вспыльчивый и упрямый было. Пугающий и импульсивный было. Самодовольный тип, склонный к агрессии тоже, – хитро ухмыльнулась Топаз. – А вот тупого не было.       Свит Пи помрачнел ещё больше.       – А вы можете как-то не через меня разговаривать? – ворчливо произнес Зак и скрестил на груди руки.       – Нет! – одновременно воскликнули они.       – Ну вот, вы приходите к согласию. Уже прогресс, – примирительно сказал Зак и слегка улыбнулся.       Да сколько ж можно! Детский сад какой-то! – Хэйли посмотрела прямо в глаза Свит Пи и осторожно заговорила:       – Работа идеальная, а ты потрясающий. – Он недоверчиво моргнул. – Так ты хотел, чтобы я сказала? – В ответ молчание. И это здорово напрягало. Молчаливый Свит Пи ещё хуже, чем ругающийся. – Я вовсе не хотела кого-то оскорбить или типа того. Я лишь заметила, что ты не знаешь, о чём пишешь. Ты вообще читал книгу или нет?       – Или нет, – неохотно буркнул он после минутной заминки.       Хайд развела руками. А, на худой конец, с инета скачать не догадался, что ли?       – Что и требовалось доказать! Это «неуд», – она придвинула к нему сочинение. – Потом пересдашь. Не трагедия!       – Да пофиг! – Свит Пи поднялся на ноги, сминая свою писанину. А потом двинулся на выход. Проходя мимо мусорной корзины, бросил туда скомканные листы и быстро скрылся за дверьми в коридор.       Хайд шумно выдохнула.       – Я что задела чьи-то чувства? – с досадой поинтересовалась она.       Фогарти сначала доел картошку и уже потом пояснил:       – Да ты здесь не при чём. Просто, – он вздохнул, – Свит Пи сказал, что ещё один «неуд» и его могут отстранить от занятий.       – И что? Так ему же пофиг, он сам сказал.       – Если бы Свит Пи было пофиг на школу, его бы тут уже не было, – удивила Хэйли Топаз.       Хайд нервно пожала плечами. Её это не касается, не её проблемы. Так почему же ей сейчас не по себе?       Она отпила сок через трубочку и поморщилась. Привычная сладость с кисленькими нотками сменилась горечью. Наверное срок годности закончился. Не зря он был последний в автомате.       – Фу! Пропал что ли?       – Дай-ка, – Фэнгс забрал у неё пачку. – Да не, нормальный, – заметил с удивлением, сделав глоток.       Фэнгс с Заком попрощались, а когда они ушли, Шерил неожиданно произнесла:       – Божечки! Напряжение можно было ножом резать!       Хэйли скептически вздернула бровь.       – Напряжение? Да это долбанная прогулка по минному полю! Неважно в какую сторону я сделаю шаг – бабах! – взрыв неминуем! – Хэйли раздраженно забарабанила пальцами по столу. – И чего он вечно бесится?       Тони пожала плечами.       – Ничего, привыкнешь.       – Да не хочу я привыкать. Просто интересно, чего он так на всё реагирует. Боится, я у него парня что ли уведу?        Тони, в этот момент имевшая несчастье откусить яблоко, хрипло рассмеялась и закашлялась. Кусочек попал не в то горло.       – Чего? – она откашлялась. – Ты про Фэнгса? Нее, Свит Пи у нас по девочкам. У него с ними обычно разговор короткий.       – И что, мне его теперь поздравить? – спросила Хэйли, до боли закусывая изнутри щёку. А она-то чего бесится?       – Если очень хочется - вперед, – вполне серьёзно сказала Тони, но глаза её выдали. В них ехидное веселье и ещё что-то трудно определимое, Хэйли так и не поняла что. Тони с Шерил многозначительно переглянулись.       Хэйли только раздраженно фыркнула. Встала из-за стола, сунула нетронутое яблоко в карман, схватила поднос и пошла к мусорке. Выкинув остатки обеда, под пачкой почти нетронутого апельсинового сока заметила бумажный ком, бывший когда-то его неудачным сочинением. Хайд оглянулась по сторонам, не видит ли кто как она копается в мусорном ведре, достала смятые листы, стряхнув с них капли коричневой жидкости, наверное, кока-колы, и развернула.       На полях с обратной стороны почти размазанные имя и фамилия. Но разобрать по-прежнему можно было.       Так вот как его зовут, – чему-то улыбнулась Хэйли. Разжала пальцы, и листы опустились обратно в недра контейнера для мусора.       Позже на уроке литературы, когда пора было сдавать работы, ей вспомнились слова Фэнгса:       «…ещё один «неуд» и его могут отстранить от занятий»       Вот и хорошо. Вот и замечательно! Никто не будет недовольно смотреть на неё из-под нахмуренных бровей, разговаривать сквозь стиснутые зубы и вообще…       Она взяла ручку.       И вообще, он же может нормально разговаривать, так почему не с ней? Что она ему сделала такого?       Поставила точку на бумаге.       «…его могут отстранить от занятий»       Ей всё равно.       На всё +100500%! – А потом начала писать. Медленно, ручка неохотно царапала бумагу, а буквы скакали как кардиограмма.       Но он всё-таки друг Зака. Да, она делает это только потому, что он друг Зака и брат расстроится, если Свит Пи не будет в школе. А вовсе не потому…       Когда Хэйли отдала листы с домашней работой, на её сочинении красовались большие печатные буквы «Стивен Коннор*».       

* * *

      Возможно именно тогда началось её помешательство. Её личный Армагеддон. Персональный ад. По-другому она не могла назвать это… это чувство. Хотя Хэйли и допускала мысль, что всё началось гораздо раньше, но вот в какой именно момент и главное почему – загадка!       Её раздражало в нём буквально всё, но и притягивало всё и сразу. Темные, жгучие глаза с каким-то диким огоньком, что прятался в самой глубине зрачков. Низкий, иногда хриплый голос. Смех. Да, ей нравился его смех, тот что искренний и очень заразительный. Волосы – она до сих пор помнила, какие они на ощупь: густые и слегка жесткие. Кривая ухмылка на губах. Даже запах, особенно запах, который чувствовала, когда он проходил мимо. Он пах чем-то горько пряным, как корица, только это была точно не она, и легкими нотками одеколона.       И это было просто невыносимо!       Нет, нет, нет! Быть этого не может!       Оказывается, может и ещё как! От отрицания всего этого до понимания и принятия прошло не так уж много времени. Хэйли иногда совершала глупые поступки, но она не дура. Самообман – вот самая большая глупость. Понять, что неспроста она взяла его куртку, небрежно переброшенную через спинку кресла, поднесла к лицу и зарылась в неё носом, жадно вдыхая этот до одури вкусный аромат, большого труда не составило. Тогда удержаться было просто невозможно. Эта кожаная вещь так и манила, притягивала к себе, как макушка Ньютона то самое яблоко, что ударило его по темечку. Благо её за этим никто не застукал.       Давно с ней такого не было. Но если задуматься, было ли вообще? Прям чтобы так – безусловно нет!       И это была проблема. Большая проблема.       Из школы ещё можно уйти, но дома она была обречена с ним сталкиваться. «Змеи» оказались падки на домашнюю обстановку, а Фэнгс был самый большой любитель поесть на халяву. Зак со временем разгреб подвал, перетащил туда приставку и прикупил подержанный телик. Они с парнями зависали там. И это было неплохо, так она могла меньше видеть Свит Пи. Не чувствовать, как сердце предательски сбивается с ритма, а по позвоночнику бегут мурашки, стоит ему лишь вскользь посмотреть на неё или случайно дотронуться. Особенно после того, как увидела его длинные пальцы, сжимающие джойстик от PS и плавно нажимающие на кнопки и рычажки, и подумала «боже, преврати меня в этот джойстик!». Было и смешно, и странно одновременно.       Так что только заслышав приближающийся звук мотоциклетного мотора, прыгала на сидушку велосипеда и отправлялась бесцельно колесить по Ривердэйлу. Иногда брала с собой кофе в термосе и сидела на берегу Свитуотер с книгой в руках. За это время она перечитала всё, что только можно было из своей домашней библиотеки. А что-то даже по нескольку раз.       Когда погода подводила, Хэйли шла в «Pop's». Там было тепло, уютно, вкусно пахло и под рукой всегда были мороженое и картошка фри, которую можно макать в шоколадный шейк. А ещё в закусочной был бесплатный Wi-Fi. В такие дни она частенько брала с собой ноут и разговаривала с Беа по скайпу. Подружка умела отвлечь и подкинуть другие темы для размышлений. Хайд безумно по ней скучала.       В «Pop's» часто можно было увидеть Веронику и Бетти. Хэйли бывало к ним подсаживалась, когда они были одни, и держалась подальше, когда с ними были Арчи и Джагхед.       Вообще в закусочной можно много кого встретить. «Pop's» был своеобразным неофициальным центром города. Туда приходили, когда грустно и шли отметить очередное событие или День Рождения, к примеру, когда весело. Хэйли незаметно для себя привязалась к этому особенному месту.       С чрезвычайным рвением она набросилась на плавание. В прежние времена это было единственное, что целиком и полностью владело её вниманием. Во время тренировок она успевала вымотаться так, что не то что на мысли, на душ не оставалось сил. Лишь приятная тяжесть в мышцах и легкая гипоксия от недостатка кислорода.       Но не сейчас… В последний раз она едва успела схватиться за бортик бассейна, когда ногу свела судорога. Такая сильная, что Хайд десять минут разогнуться не могла, всем телом сжавшись в одну тугую пружину. Пару недель назад она бы отступила, решив, что обязательно попробует снова, но позже, а сейчас штурмовала воду снова и снова. Как помешанная.       Хэйли любила приходить рано утром, когда никого не было. Погрузиться в воду с головой, набрав полную грудь воздуха, и просто замереть. Без движения, не открывая глаз, ощущая успокаивающую прохладную толщу воды вокруг. Правда пугала этим инструкторов до чёртиков.       Но это помогало. В какой-то степени. Ей нужно просто перетерпеть. Что бы ни было, что бы она сейчас не чувствовала – болезненное влечение или своего рода странную привязанность - это пройдет. Может не сразу, может и не через неделю и даже не месяц. На всё своё время. В мире нет ничего абсолютного.