Somewhere in Time

Следующие несколько дней Гермиона старательно избегала наследника Слизерина, дабы случайно не выдать ему еще больше информации. К несчастью, факт того, что они посещали почти одни и те же уроки, сильно мешал ей в этом. Казалось, Том начал активно искать с ней встречи, что делало ее положение еще труднее. Если ему все же удавалось поймать ее в коридоре, Гермиона отвечала односложно и только по существу. Когда девушка рассказала Гарри и Джинни, что произошло, они принялись убеждать подругу в том, что она ни в чем не виновата. — Я помню, каким убедительным он может быть, если хочет разговорить тебя, — уверяла ее Джинни. Но Гермиона все равно частично винила себя. Нельзя было так легко терять самообладание. К концу недели нервы путешественников во времени были на пределе. По их мнению, Том Марволо Риддл буквально напрашивался на проклятие в спину. Чтобы уберечь Джинни от встреч с Томом наедине, Гарри и Гермионе приходилось каждый день, в который у них было зельеварение, бегать через половину замка, сначала провожая ее, а потом спеша на свой урок. Несколько раз Том опережал их, неизменно выводя Гарри из себя. Он гневно смотрел на слизеринца и не задумывался о том, что говорил. Гермиона понимала, как сильно Гарри хотел защитить Джинни, и каким беспомощным он себя чувствовал, когда это не удавалось. Однако она больше волновалась о том, что своими действиями Гарри подписывал себе смертный приговор. Том же словно не замечал подозрительного поведения гриффиндорца. Гермиона никак не могла понять мотивов Тома. Дамблдор однажды сказал Гарри, что Волан-де-Морт не был способен любить. Тем не менее, исходя из его поведения с Джинни, девушка явно его заинтересовала. Если предположить, что ему действительно нравилась рыжеволосая, то было совершенно нелогично с его стороны так лояльно относиться к Гарри. В конце концов, Гермиона решила списать все это на попытки Тома разузнать их секреты. Маггловедение показало, что решение Гермионы игнорировать всех слизеринцев стало самым сложным испытанием в ее жизни. Помимо Тома Риддла ей приходилось мириться с Малфоем, который был в десять раз хуже того, что переместился с ними. Факт того, что он сидел рядом с юным Волан-де-Мортом, вызывал еще больше неприязни к нему. На протяжении всего урока она была вынуждена слушать его непристойные комментарии о магглах и магглорожденных. Гермиона никак не могла понять, почему Абраксас Малфой посещал маггловедение, если так сильно презирал немагов. Возможно, Темному Лорду нужен хотя бы один из его слуг на каждом уроке — на случай, если кто-то попытается убить его. Девушка на мгновение позволила себе беззвучно рассмеяться. — Очевидно же, что они вообще не нужны. Голос с манерой растягивать слова, присущей Малфоям, развеял веселье девушки, и она посмотрела на Абраксаса. — Мистер Малфой, — начал преподаватель маггловедения, профессор Уолкер. — Магглорожденные никогда не поймут истинную природу магии, — прервал его блондин, на лице которого отчетливо читалось отвращение. Гермиона почувствовала, как от его слов в ней зарождается гнев. — Они должны оставаться в своем мирке, пока мы продолжаем жить в нашем, — продолжил Абраксас. Не привлекай лишнего внимания, Гермиона, — думала она про себя. — Волшебный мир был бы намного лучше, если бы магглорожденные не знали о нас, — юноша скрестил руки на груди. — Почему мы должны раскрывать наш мир для них? От них только лишняя опасность. — Забавно: ты почему-то думаешь, что очень много знаешь о магглах и магглорожденных, хотя сам их совершенно не понимаешь, — холодно сказала Гермиона, глядя на него с презрением. Он медленно повернулся и мельком осмотрел ее. — Да неужели? — он говорил будто с ребенком. Абраксас медленно встал, намереваясь запугать девушку своим ростом, растянув губы в ухмылке.— Мы были рождены в обществе, пропитанном магией. С рождения мы знали о магии, пользовались ею и любили ее силу. Магглы и магглорожденные, напротив, боятся ее. Они боятся магии, которая течет в наших венах, что подтверждают все эти бессмысленные охоты на ведьм. Скажи, как они могут понять всю прелесть волшебства? — Многие магглорожденные и полукровные волшебники и ведьмы являются нашими ведущими новаторами, — парировала Гермиона. Разум кричал ей, что она навлекает на себя слишком большой интерес, о чем свидетельствовало множество голов, повернутых теперь к ней в восхищении. Однако она была слишком разгневана тем, что слизеринец посмел высказывать фанатические теории Пожирателей Смерти прямо в классе. — Это ничего не доказывает, Грейнджер. Скорее чистая удача или вспышка изобретательности, — ответил на ее аргумент Абраксас. Кровь Гермионы начала закипать. Она не могла поверить, что он может полностью отрицать заслуги других только из-за родословной. — Совершенно ясно, что рано или поздно волшебники вымрут, если все будут держаться сами по себе, — горячо возразила девушка. — Поверь, Грейнджер, — он наклонился к ней, — существует очень много семей, состоящих только из чистокровных. — В которых некоторые женаты на магглах и магглорожденных, — ответила она. — И от которых отреклись их же семьи, — усмехнулся юноша. — Тот факт, что ты не понимаешь волшебную природу магглорожденных, не подтверждает того, что они в чем-то уступают тебе или не принадлежат этому миру! Я очень сомневаюсь, что хотя бы половина находящихся здесь — чистокровные, — выпалила Гермиона. Он был намного выше нее, но она не собиралась отступать. Абраксас посмотрел на нее прищуренным взглядом. — Конечно, мы знаем, что некоторые из присутствующих здесь нечистокровные, например ты. Однако моя семья была чистокровна с самого ее зарождения, — высокомерно заявил он. — Что ж, похоже, все члены твоей семьи всегда были предвзяты как ты и не позволяли себе вступать в брак с кем-то кроме чистокровных, — хмыкнула она. — Тогда о ком ты говоришь? — смутился Абраксас. — Не нужно называть конкретные имена, чтобы доказать мою правоту, — уклончиво ответила Гермиона. Она продолжила с уверенностью в голосе: — Я лишь хочу донести, что ты ничем не лучше магглов и магглорожденных лишь потому, что ты чистокровный. Абраксас опасно сверкнул глазами, но Гермиона была уверена, что он ничего ей не сделает, тем более в классе. Вдруг, Том рассмеялся. Гермиона и Абраксас уставились на него в полном недоумении. — Сядь, Абраксас, — спокойно велел Том, — у нас все еще идет урок. Тем более, тебе не выиграть этот спор. Абраксас открыл рот, но, вероятно, решив, что ослушаться своего лидера будет как минимум неразумно, закрыл его. С неохотой он сел и покосился на Гермиону. Юный Темный Лорд обернулся и посмотрел на нее. — Хорошо сказано, мисс Грейнджер. Гермиона чуть не фыркнула, но быстро притворилась, что кашляет. Наверно, кое-чей питомец скоро нападет на нее. Теперь снова придется ходить с зеркалом — так, на всякий случай. Гриффиндорка слегка улыбнулась, когда увидела, как радостно смотрел на нее профессор Уолкер. В этот же момент она заметила, что на нее уставилась Августа, сидящая за первой партой. Гермиона вопросительно на нее посмотрела. Та подняла бровь и снова повернулась к профессору. Гермионе показалось, что в выражении Августы был намек на усмешку. Не глупи. это же бабушка Невилла, — подумала она. Тем не менее, ей никак не удавалось избавиться от гнетущего чувства, что староста девочек ее недолюбливает.

***

Она запутала его. Нет. Правильнее сказать — четверо новеньких запутали его, и в особенности — ведьма с пушистыми волосами. Сначала, когда Том заметил, как она отвечала на каждый вопрос на всех уроках, подумал, что она умная. Хоть она и не была такой хорошенькой, как некоторые ученицы Хогвартса, в ней чувствовался какой-то пламенный энтузиазм, который так привлекал окружающих. Однако когда он хитростью вытянул из нее немного информации об их маленькой группе, он решил, что его первое впечатление было ошибочным. Так он думал до тех пор, пока между ней и Абраксасом не возник спор пару дней назад. Многие вещи, которые говорил Абраксас, были лишены какой-либо логики и надлежащих исследований. Но люди страшились юношу еще до того, как вступали с ним в разговор. Что-то в блондине вселяло трепет. Гермиона же не позволила Абраксасу взять верх. Нельзя сказать, что девушка проиграла бы ему в волшебной дуэли, но если бы Абраксас решил воспользоваться маггловскими методами, Гермиона не продержалась бы и секунды. Но она все равно не отступила и высказала все в лицо блондину, что было достойно уважения. Том посмотрел на Абраксаса, который сидел в окружении остальных Рыцарей. Они тихо разговаривали друг с другом, ожидая приказов. Никто бы не решился отвлечь Темного Лорда от раздумий. Том сидел на кресле возле камина. В подземельях камины топились сильнее, чтобы помещения хоть как-то прогревались. Юноша мягко постучал пальцами по подлокотнику и снова вернулся мыслями к четверым новичкам, слегка нахмурившись. Они вели себя так, будто в Хогвартсе впервые. Но любой человек, обладающий задатками интеллекта, понимал, что они бывали здесь раньше. Никто не мог не теряться в коридорах школы в первые дни. Однако трое из них всегда оживленно болтали, когда шли на уроки. Выглядело так, будто они были настолько знакомы с замком, что им даже не нужно было смотреть, куда они идут. Проблема, с которой столкнулся юный Волан-де-Морт, заключалась в том, что у него никак не выходило выяснить что-то о них. Джинни всегда походила на жертву василиска, когда Том пытался заговорить с ней. Он не мог не усмехнуться этому. Рыжая будто знала, на какие вещи он способен. Усмешка пропала с его лица, и он прищурил глаза. Может, они знали о нем несколько больше, чем показывали. Ему необходимо было это выяснить. Если дело касалось получения информации, Мисс Уэзерби была совершенно бесполезна. А общаться с Гарри было намного сложнее, нежели с девушками. Видимо, он испытывал необъяснимую неприязнь к Тому. Юноша просто физически был неспособен вести себя лучше, чем цивильно в присутствии слизеринца. Вся его вежливость испарялась, если Том говорил с Джинни, и Гарри превращался в кипящую кастрюлю, извергающую гневные слова и едкие комментарии. Нужно быть слепым, чтобы не заметить, как мисс Грейнджер переглядывалась с мистером Эвансом и одергивала его, когда ситуация выходила из-под контроля. В общем, Том хоть и был достаточно "добр", чтобы простить комментарии парня, но трое ребят были слишком загадочны, чтобы их игнорировать. Однако, гриффиндорец был настолько обозлен на него, что Том не хотел пока вмешиваться в его дела. Ему нужно найти время, чтобы допросить Абраксаса о новом слизеринце. В последнее время сложно было увидеть их друг без друга. Абраксасу нравился новый ученик, и он утверждал, что если бы не разница в фамилии, Драко вполне мог бы сойти за Малфоя. Том был согласен с ним, потому как парни действительно мало чем отличались. Впрочем, Драко был намного тише Абраксаса. Одно из качеств, которое так ценил Темный Лорд. Вероятно, ему следует приказать Абраксасу перенять это, и тогда Тому больше не придется мириться с шумной болтовней между ним и Сигнусом Блэком. Было довольно сложно читать книгу, когда эти двое говорили без умолку. Вообще, они сплетничали похлеще девчонок. Лучшим способом узнать что-то о новичках являлась маленькая огненная львица. Вся проблема заключалась в том, что мисс Грейнджер решила отвечать ему исключительно односложно. Если он хотел получить больше сведений о том, почему они здесь и какими знаниями располагают, ему нужно было найти способ вывести ее настолько, чтобы она снова разговорилась. Это был очень интересный вызов для него. Хотя Том никогда не показывал своих настоящих чувств, ему было до смерти скучно из-за девушек, млеющих от одного его вида. Гермиона Грейнджер была отличным вариантом разнообразить эту невыносимую рутину. Легкая улыбка тронула губы Волан-де-Морта. Это будет очень интересно.

***

Гермиона со вздохом пробежала кончиками пальцев по корешкам книг. Она сказала всем, кроме Гарри и Джинни, что ей нужно найти дополнительные статьи по трансфигурации в библиотеке, но на самом деле девушка искала ответы на вопросы, связанные с их перемещением во времени. Учитывая, что даже Дамблдор не знал, как они могли переместиться, она очень сомневалась, что найдет нечто полезное в школьной библиотеке. Тем не менее, ей было комфортно в столь привычном месте. Она немного удивилась, увидев молодую мадам Пинс. Библиотекарша была все также невероятно строга — если кто-то пытался прихватить книги с собой или "устроить в библиотеке балаган", тут же выгонялся. Гермионе понадобилось несколько секунд, чтобы все осознать. Когда до нее дошло, она мысленно рассмеялась: как можно было забыть, что мадам Пинс тоже когда-то была молода. Учение о Путешествиях во Времени... Истории Самопровозглашенных Путешественников во Времени... Возможности Перемещений во Времени... Гермиона раздраженно фыркнула и нахмурилась. Хоть она с самого начала знала, что эти поиски ничего не принесут, все равно была расстроена. Она мельком глянула на ограждение запретной секции. Вероятно, ей придется попросить у Гарри мантию-невидимку этой ночью, чтобы обыскать эту часть библиотеки. На следующий день не было задано никаких домашних заданий, так что у нее было на это достаточно времени. Гермиона повернулась, чтобы изучить книжную полку за спиной, но уткнулась лицом в грудь другого человека и тут же отшатнулась. Он стоял к ней так близко, что казалось странным: почему она не почувствовала его присутствие раньше. Она подняла взгляд на симпатичное лицо с черными волнистыми волосами и темными глазами. Он определенно может посоревноваться с Локхартом в красоте. Нет, я вовсе не ведусь на внешность. Интеллект не менее важен. Хм... Первая мысль определенно неверна. Он запросто превзошел бы Локхарта. Почему-то парень выглядел слишком знакомо. Девушка закашлялась, когда до нее дошло, кто именно стоял перед ней. Она сделала шаг назад и уткнулась спиной в книжную полку, почувствовав, как щеки моментально становятся красными. Тебе нечего стыдиться. То, что он красавчик, является общепринятым фактом, — сказала себе ведьма. — Добрый день, мисс Грейнджер, — Том улыбнулся и взял книгу с полки за ее спиной. — Здравствуй, — слегка дрожащим голосом ответила Гермиона. Она подошла к другой полке и начала изучать названия книг. Она решила, что ей не стоит уходить из библиотеки при одном его виде, так как это было бы слишком подозрительно. Поэтому она осталась, дожидаясь повода ускользнуть в башню Гриффиндора. — Вот уж не ожидал встретить вас здесь. В утро субботы, — сказал он, листая книгу. — В это время тут мало людей, — ответила девушка и, немного подумав, добавила: — И еще по утрам лучше работает голова. Он согласно кивнул и снова обратился к книге. Гермионе удалось быстро взглянуть на юношу. Неудивительно, что большинство девушек от него без ума. Красивый, высокий, воспитанный... даже когда хмурится, как сейчас, не становится менее обаятельным. Она задумалась над тем, что могло превратить его в Волан-де-Морта, которого она знала в будущем. Хоть Гарри и утверждал, что эта трансформация произошла, потому что Том разорвал душу на части, Гермиона думала иначе. Исходя из его прошлого взаимодействия с крестражами, было очевидно, что деление души никак не отразилось на его чертах или, тем более, не сделало его бледной змеевидной версией Волан-де-Морта. Нет, тут должно быть что-то еще. Любопытство Гермионы побуждало ее найти ответ, но она понимала, что это не стоило того риска, которому подверглась бы ее жизнь. — Бред, — пробормотал он, возвращая ее мысли к реальности. Он поставил книгу на место и провел указательным пальцем по корешкам. Гермиона глянула на книгу, которую он держал. Правда о Салазаре Слизерине: На Сколько Чиста Была его Кровь и Другие Вопросы. Девушка изогнула бровь. Она была совершенно уверена, что Слизерин являлся чистокровным и поняла, почему Том назвал эту книгу бредом. Однако, ей очень захотелось просмотреть ее содержание. К несчастью, сделать это без привлечения внимания юноши было невозможно. Она кинула на него еще один взгляд и обнаружила, что он смотрел на нее с нечитаемым выражением лица. Как только затянувшееся молчание начало раздражать Гермиону, он заговорил: — Теории о самых нелепых вещах принимаются, пока они поддерживаются хоть чем-нибудь, — мягко объяснил он, совершенно удивив Гермиону. Она никогда бы не подумала, что он позаботится разъяснить ей что-либо. — Впрочем, некоторые теории в этой книге могут оказаться правдивыми, хоть и основываются на фантазиях и воображении автора. — Для весомой теории необходимо хорошее основание, — прокомментировала Гермиона. Том кивнул с мрачным видом. — К сожалению, большинство этих писателей не обременяют себя тщательным изучением материала, о котором пишут, — ответил он, поставив очередную книгу на полку и продолжая искать новую. Гермиона сощурила глаза. — Ты читал его? — вырвалось у нее прежде, чем она смогла остановить себя. Он прекратил изучение книжных полок и вопросительно глянул на ведьму. Она указала на фолиант, который он только что убрал. — Я про тот, что ты сейчас держал. Не про Слизерина. Понимание отразилось на его лице. — Чтобы понять, стоит ли книга прочтения, иногда достаточно лишь пролистать ее, — ответил он и продолжил поиски. — Оу, — тихо пробормотала она и посмотрела на книгу, которую держала сама. Гермиона чуть не засмеялась вслух от иронии. Первая попавшаяся книга, которую она взяла, называлась "Непростительные и История". — Кстати, в книге, которую ты сейчас держишь, нет никакой значимой информации, — вдруг сказал он, не глядя на нее. — "Непростительные: подробные материалы" содержат куда больше сведений, несмотря на скучное название. В его знании этих книг она не сомневалась. — Простое любопытство, — пробурчала Гермиона, возвращая книгу на место. Он улыбнулся, но взгляда не поднял. На мгновение Гермиона задумалась — почему книги о Непростительных заклинаниях находились не в запретной секции. Потом она вспомнила, что директором школы был Диппет, а не Дамблдор. По мнению Гермионы, "Волан-де-Морт" появился в будущем из-за профессоров сороковых. То, что они не замечали в нем ничего подозрительного, казалось абсурдным. После мысленного проклинания преподавателей, она посмотрела на фолиант, названный бредом "Идеальным Студентом и Филантропом Столетия", а затем кинула мимолетный взгляд на него. Он читал очередную книгу, но Гермиона не была уверена, что он не видит ее движений. Наконец, она набралась смелости и взяла этот фолиант. Девушка читала много книг, которыми можно было запросто убить, кинув в кого-либо. Но этот фолиант показался ей действительно огромным. Она с трудом взяла его в руки и пробежала взглядом по обложке. На ней был изображен герб Хогвартса с выделяющейся эмблемой факультета Слизерин. Судя по всему, фолиант был сборником очерков. После заголовка шел список авторов. Ее привлекло имя Мопса Медоус. Если память ей не изменяла, фамилия "Медоус" была у одного из первых членов Ордена Феникса. Ей следовало уточнить это у Гарри, когда она вернется в башню Гриффиндора. Не зная, что Том пристально смотрит на нее, она открыла первую страницу и начала читать.