Somewhere in Time

Гермиона и Гарри бежали весь путь до больничного крыла, игнорируя ворчание и протесты висящих на стенах портретов. Их беспокойство за Джинни пересиливало усталость от долгого бега. Мадам Помфри и Дамблдор обернулись, когда дверь в лазарет со стуком распахнулась. Явная паника на лице медсестры только усилила тревогу гриффиндорцев. — Слава Мерлину, вы наконец-то пришли, — мадам Помфри судорожно принялась колдовать над Джинни. — Мисс Уезерби нужно немедленно доставить в больницу святого Мунго. — Но... но почему? — Гарри резко побледнел. — Ее состояние ухудшилось, — медсестра не переставала накладывать на девушку заклинания. — Я думала, ей становится лучше, — в отчаянии пролепетала Гермиона. — Я тоже так думала, но сейчас не лучшее время для разговоров. Нужно отправить ее в Мунго, и один из вас должен ее сопровождать. — Я отправлюсь с ней, — тут же вызвался Гарри. — Но, Гарри... — начала Гермиона. — Она моя девушка. Я должен заботиться о ней, — твердо сказал он. Ведьма нахмурилась, но понимала, что Гарри не переубедить. — Очень хорошо, в таком случае... — Дамблдор достал из кармана камень, — это порт-ключ. Он протянул камень Гарри, и, спустя пару секунд, он и Джинни исчезли из комнаты. Гермиона какое-то время смотрела на место, где еще несколько мгновений назад стоял Гарри. В ней поселилась решительность. — Профессор, мне нужно с вами поговорить, — как можно спокойнее сказала она. Он пристально посмотрел на нее и ответил: — Пройдемте в мой кабинет.

***

Дамблдор сел в кресло, сцепив руки в замок, и оглядел Гермиону своими проницательными голубыми глазами. Его лицо не излучало привычную ему жизнерадостность — должно быть, из-за состояния Джинни. — Вы что-то хотели, мисс Грейнджер? Она закусила нижнюю губу, не зная, как выразить свои мысли, чтобы не прозвучать грубо. Глубоко вздохнув, она решила сразу перейти к сути. — Профессор, я хотела узнать, не нашли ли вы причину, по которой мы переместились в прошлое, и как скоро мы сможем вернуться домой? На долю секунды ей показалось, что он нахмурился, но мрачное выражение исчезло с его лица до того, как она смогла в этом убедиться. — Боюсь, мисс Грейнджер, мне не удалось выяснить ничего нового, — ответил он. — Я просмотрел множество книг, некоторые из своей личной библиотеки. И не нашел ничего, что касалось бы вашего перемещения во времени. Гермиона закрыла глаза. Это означало, что они все еще не могли вернуться домой. — В настоящий момент я пытаюсь связаться со своим другом, мистером Конрадом Файерабендом, однако подозреваю, что сейчас он сидит на чердаке в одном из своих многочисленных поместий и изобретает машину времени, — продолжил Дамблдор, повернувшись к окну. — Похоже, мне самому придется искать его. — Мистер Конрад Файерабенд? Дамблдор кивнул. — Он изучал возможности путешествий во времени всю свою жизнь. Никто не разбирается в этом лучше него... по крайней мере, в нашем времени, — сказал он с немного рассеянной улыбкой. Дамблдор смолк, а затем взглянул на Гермиону. — Я слышал о вашем общении с мистером Риддлом, мисс Грейнджер. — Профессор, я... Он поднял руку, прерывая ее объяснения. — Я не собираюсь читать вам нотации или порицать то, что вы делаете. Однако, если я отправлюсь в Германию к мистеру Файерабенду, это может занять больше месяца. Настоятельно прошу вас быть осторожней в своих действиях. Вы любопытны мистеру Риддлу, но между любопытством и навязчивой идеей довольно тонкая грань. Пожалуйста, не дайте ему повода превратить его интерес в подозрение, — предупредил профессор. Она уставилась на него, не в силах сказать и слова. На месяц? Он собирался уехать на месяц? Ко всему этому добавлялось то, что Гарри и Джинни были в больнице святого Мунго. Том Риддл запросто мог убить ее, порезать на кусочки и сделать начинкой для пирога до возвращения кого-либо из них. — Когда вы планируете уехать? Гермиона надеялась, что она не выглядела так отчаянно, как чувствовала себя на самом деле. — Как только я получу разрешение от директора. Я, как вы знаете, преподаю трансфигурацию, так что ему нужно найти мне замену на время моего отсутствия. Значит, я смогу покинуть Хогвартс только через два дня. О, Боже, — думала Гермиона. Она даже представить не могла, в какой опасной ситуации окажется. — Хотите спросить что-либо еще? — поинтересовался профессор. Девушка медленно покачала головой. Она не могла упросить его остаться в Хогвартсе. Путешествие Дамблдора могло существенно изменить их положение. Если ему удастся найти Конрада Файерабенда, у них появится шанс вернуться в будущее. Или только у Гарри, Джинни и Малфоя, — невесело подумала гриффиндорка. — В таком случае, прошу прощения, мисс Грейнджер. Я должен посетить директора, чтобы обо всем с ним договориться, — Дамблдор поднялся с кресла. Ведьма неуверенно кивнула и вышла из кабинета. По пути в башню Гриффиндора ее вдруг охватила паника. Тени статуй мерцали при свете свечей, а шаги эхом разносились по коридорам, что делало их еще пустынней. Гермиона боялась наткнуться на одного конкретного слизеринца на каждом повороте. Возьми себя в руки, Гермиона, — повторяла она себе. Она была гриффиндоркой. Она должна была быть храброй. Но речь идет о Темном Лорде. О том, кто убил тысячи людей. О том, кого все боятся, — тоненький голосок в ее голове напомнил ей. И о том, кого убил Гарри, — сердито подумала девушка. Который победил благодаря одной лишь удаче, — не унимался голосок. — От тебя никакой помощи, — пробормотала она. — От кого никакой помощи? — внезапно раздался голос, от которого она чуть не подпрыгнула. Гермиона обернулась и встретилась лицом к лицу с человеком, которого боялась увидеть больше всего. И она не имела ни малейшего представления, как долго он был здесь. — Никто, — выдавила она и развернулась, намереваясь уйти от него как можно скорее. — Мисс Грейнджер, — окликнул он. Ведьма остановилась и закрыла глаза. Звук его медленно приближающихся шагов только усилил ее желание убежать. Она отчаянно хотела притвориться, будто не услышала его, и продолжить путь к башне, но понимала, что это лишь разозлит слизеринца. Ее сердце пропустило удар, когда шаги замерли прямо перед ней. Гермиона открыла глаза и увидела юношу прямо перед собой, улыбающегося ей сверху вниз, напоминая саму Смерть. — Почему, позвольте спросить, вы ходите по коридорам после отбоя? — спросил он. — Я... была у профессора Дамблдора, — пробормотала она, благодаря Мерлина за то, что Риддл еще не владел легилименцией. — Ясно, — он обошел ее по кругу, — Вы лжете. — Мы можем пойти к профессору прямо сейчас, — сердце гриффиндорки бешено билось о ребра. Он тихо усмехнулся. — Все в школе знают, что Дамблдор любит своих учеников больше остальных, — протянул Том, остановившись совсем близко. — Разумеется, он соврет, чтобы вы избежали наказания. — Но я была у него, — возразила она, поворачиваясь лицом к старосте. — В таком случае, где записка? — потребовал тот, изогнув бровь. Гермиона уставилась на него. Она совсем забыла попросить записку у Дамблдора. Более того, профессор сам забыл ее дать, но теперь было уже поздно. — Я жду. — У меня нет записки, — удрученно признала она, больше всего на свете желая достать палочку и проклясть слизеринца. — Понятно. У тебя нет записки, — он удовлетворенно улыбнулся, а в его глазах вспыхнул хищный блеск. Гермиона удивилась, куда делась ее былая храбрость; она едва могла заставить себя пошевелиться, не говоря уже о том, чтобы достать палочку. Почему допрос семнадцатилетнего мальчишки так напугал ее? Он же еще ничего не сделал. Неудивительно, что люди так боялись его. — Вы привыкли скрывать правду, мисс Грейнджер, не так ли? — прокомментировал он, всматриваясь в ее лицо. — Мне нечего скрывать, — медленно ответила она, сжав руки в кулаки в попытке сдержать себя от совершения опрометчивых поступков и успокоить сердцебиение. Девушка почувствовала, что ее ладони вспотели, и понадеялась, что ее паника не была так очевидна для Тома. — Не врите мне, мисс Грейнджер, — тихо сказал Том. — Мы оба знаем, что вы и ваши друзья скрываете что-то с самого первого дня в Хогвартсе. Гриффиндорская храбрость пересилила испуг, и Гермиона посмотрела прямо ему в глаза, сопротивляясь желанию отвернуться и сжаться от страха. — Боюсь, ты ошибаешься... Вспышка негодования отразилась в его глазах, заставляя девушку запаниковать и пожалеть о своем решении заговорить с ним. Что, если он прямо сейчас захочет проклясть ее или кинуть в Тайную Комнату? — Том, что ты здесь делаешь? — внезапно прозвучал новый голос позади них. Гермиона облегченно выдохнула и поклялась себе, что навсегда останется благодарна человеку, который прервал их разговор. — Добрый вечер, профессор, — Том поприветствовал Слизнорта, который направлялся прямо к ним. Гермиона сморщилась от такого притворства, радуясь, что юноша не видел ее лица. Воспользовавшись тем, что внимание Тома было полностью сосредоточено на Слизнорте, она начала рассматривать его. Неужели он каждое утро встает рано, чтобы начистить ботинки и погладить одежду, и все это для того, чтобы выглядеть идеальным студентом для профессоров? Безупречный, невинный, очаровательный Том Риддл. Как кто-то вроде него может совершить зло? Будь она в другой ситуации, мигом бы побежала в ближайший туалет, где ее благополучно бы вырвало. — Добрый вечер, — откликнулся Слизнорт, подойдя к ним. — О! Мисс Грейнджер! Какая приятная неожиданность! — Добрый вечер, профессор, — Гермиона улыбнулась. — Добрый-добрый. Что вы двое здесь делаете? — его взгляд скользнул от Тома к Гермионе и обратно. Осознание тут же отразилось на лице волшебника, — А, понимаю. Понимаете... что? — мысленно спросила Гермиона, пока в ее животе зарождалось неприятное чувство. Она отчаянно надеялась, что Слизнорт подумал не о том, о чем думала она. — Я совершал ночной обход, профессор, — сказал Том. — Конечно-конечно. Разве можно придумать лучшее время для встреч, нежели обход? — Слизнорт подмигнул Гермионе. В миллионный раз за время пребывания в прошлом Гермиона захотела, чтобы кто-нибудь проклял ее на месте. — Мы не... — начала она. — Не обращайте на меня внимания, — сказал профессор, подталкивая их друг к другу. — Я просто сделаю вид, что ничего не видел. — Профессор, — Гермиона пыталась объяснить все преподавателю и отстраниться от Тома одновременно. — Я патрулировал и поймал ее после отбоя, — пояснил Том, тоже стараясь избежать прикосновений к девушке. Слизнорт склонил голову набок. — Том, все в порядке. Ты же знаешь, что являешься одним из моих любимых студентов! Я не против того, чтобы ты встречался с кем-то во время патрулирования. Помню себя в твоем возрасте... — он вздохнул, ненадолго погрузившись в собственные воспоминания. — Нет никакой нужды наказывать девочку. Это будет очень несправедливо по отношению к ней. — Но это правда! То, что сказал Риддл, это правда... Ну, почти. Я шла от профессора Дамблдора, а Риддл настаивает на том, что я просто шастала по коридорам, — Гермиона подтвердила слова Тома, взглянув на юношу. Тот смотрел на нее с абсолютно нечитаемым выражением лица. Слизнорт с сожалением оглядел двоих. — Да ладно вам. Я обещаю, что никому не скажу, — настаивал он. Гермиона обреченно вздохнула. Она бы предпочла отрабатывать не одну неделю, нежели быть в ситуации, которой оказалась. — Я заслуживаю наказания. Отведите меня к Диппету, — сказала она Тому. Юноша изогнул бровь, но все же развернулся в направлении кабинета директора. — Том, Гермиона, не нужно, — Слизнорт последовал прямо за ними. — О, я все понял. Гермиона закрыла глаза. Она не хотела знать, чего же он там понял. — Ты пытаешься защитить ее, не так ли, мой мальчик? Ты боишься, что другие девушки начнут вредить ей, если узнают, что вы двое... — он запнулся. Гермиона чуть не фыркнула. Лорд Волан-де-Морт пытается защитить ее? Звучит как самая нелепая шутка, которую ей доводилось слышать. — Между нами ничего нет, профессор, — тихо произнес Том. Гермиона взглянула на него и заметила, что эта ситуация выводила его из себя. Что ж, это он во всем виноват, — подумала девушка. — Да-да, конечно, — Слизнорт махнул на них рукой. — Между вами абсолютно ничего нет. Он снова подмигнул Гермионе, вызывая в ней невероятное отвращение к себе. Это определенно была не самая лучшая ночь в ее жизни.

***

— Добрый вечер, Гораций, — приветствовал директор, когда они втроем зашли в его кабинет. Тут он заметил Тома, и его глаза засияли. — О, и тебе добрый вечер, Том. Что привело вас ко мне? — мужчина глянул на Гермиону. Она в сотый раз удивилась тому, как Диппета могли назначить директором. Перед ним стоял самый настоящий убийца, а он, вместо того, чтобы проявлять осторожность, он просто души не чаял в Риддле. — Она бродила по коридорам после отбоя, директор, — ответил Том. — Я была у профессора Дамблдора, — сердито поправила его Гермиона. Она повернулась к директору. — Он может это подтвердить. — Моя дорогая, — Диппет нахмурился. — Профессор Дамблдор только что уехал в Германию. — Уехал? Уже? — пискнула Гермиона. Казалось, Диппет пришел в замешательство от ее бурной реакции, но быстро вернул самообладание. — Да. Он отправился около десяти минут назад. — Это значит, что никто не может доказать вашу невиновность, мисс Грейнджер, — отозвался Том. Гермиона подавила порыв проклясть слизеринца и снова сосредоточилась на директоре. — Да-да. В таком случае, боюсь вам придется понести наказание, — сказал Диппет, как и ожидалось. — Директор, у меня есть предложение, — внезапно воскликнул Слизнорт. Все трое обернулись к нему. — Да, Гораций? — с надеждой спросил Диппет. — Том помогает мне наводить порядок в кладовой кабинета зельеварения в дни, когда он не патрулирует. Думаю, мисс Грейнджер может отработать свое наказание в качестве его ассистентки. Гермиона в ужасе уставилась на волшебника. Этого не могло быть. Неужели он правда думал, что делал ей одолжение? Она перевела взгляд на директора, надеясь, что тот отклонит это предложение. — Замечательная идея! — к ее несчастью воскликнул Диппет. — Итак, сколько времени потребуется, чтобы полностью привести в порядок твой класс? — Ну, полагаю, около месяца. — Очень хорошо. Мисс Грейнджер будет помогать вам в течение... — Профессор, — воскликнула Гермиона, прерывая их беседу. — Я же всего лишь была в коридоре после отбоя. Диппет нахмурился, но медленно кивнул, а затем снова обратился к Слизнорту. — Она права. Месяц отработок — это слишком, тем более, она в Хогвартсе всего чуть больше месяца. Полагаю, она могла просто не знать о комендантском часе. В таком случае, неделя в качестве ассистентки Тома. Этого должно быть достаточно. Она прикусила нижнюю губу и кивнула. Когда они покинули кабинет директора, Слизнорт взял под одну руку Тома, а под другую — Гермиону. — Не стоит благодарностей. Для меня одно удовольствие помогать таким замечательным ученикам, как вы, — заверил он, снова подмигнув Гермионе. Затем он обратился к Тому: — Пятнадцатого декабря я устраиваю вечеринку, так что жду тебя в сопровождении мисс Грейнджер. Я очень расстроюсь, если такая прекрасная пара не посетит мой праздник. Если другие девушки будут спрашивать, скажи, что это я попросил тебя пригласить Гермиону, ведь это будет ее первая вечеринка в Хогвартсе, — он отпустил их руки. — Итак, доброй ночи, Том, Гермиона. Не ложитесь спать слишком поздно. Он многозначительно улыбнулся Гермионе и удалился, заставив ее раскрыть рот в удивлении. Она не могла поверить, что он пригласил ее в Клуб Слизней под таким предлогом и практически потребовал, чтобы она пришла на праздник с Томом Риддлом. — Естественно, какая тут благодарность, — процедила она сквозь сжатые зубы, когда Слизнорт исчез из вида. Некоторое время они стояли в полной тишине, пытаясь найти выход из сложившейся ситуации. — Я объясню ему. Сомневаюсь, что мне удастся убедить его в обратном, но, возможно, ты—мы сможем избежать того, чтобы идти на праздник в качестве пары, — нарушил молчание Том, задумчиво хмурясь. Гермиона сдержанно кивнула, надеясь, что ему удастся вразумить Слизнорта. В самом деле, он Лорд Волан-де-Морт и должен быть достаточно убедительным, чтобы заставить глупого профессора уступить, верно? Ведьма продолжала стоять и смотреть на него, ожидая, скажет ли он что-нибудь еще. Несмотря на его угрожающий вид и слова, она поняла, что не может отвести взгляд от его красивых черт и надеется, что Гарри никогда об этом не узнает. Она знала, что это было неправильно, но ведь то, что она смотрела и мысленно восхищалась Темным Лордом, не могло причинить никому вреда. Не могло? — В таком случае, спокойной ночи. Мы закончим наш разговор... в другой раз, — сказал он, глядя на нее с нечитаемым выражением. Коротко кивнув, он развернулся и направился в гостиную Слизерина, оставляя ее в одиночестве.