Somewhere in Time

Во вторник сияющие от радости студенты заполнили кабинет ЗоТИ, предвкушение явно читалось в их возбужденных лицах и нетерпеливых разговорах. Наступил "день охоты" — пожалуй, один из самых любимых среди учеников уроков. Профессор Мерритот, как обычно, сидела за своим столом. Когда все собрались, она поднялась с места и жестом пригласила их следовать за ней. Студенты с любопытством переговаривались вполголоса, и из обрывков разных диалогов Гермиона поняла, что профессор вела их не в тот кабинет, в котором обычно проводился "день охоты". Шепот прекратился, когда Мерритот повернулась к ним. — Кто-то пробрался в наш обычный класс прошлой ночью... По классу прокатилась новая волна перешептываний, и Мерритот пришлось повысить голос. — ... и повредил некоторые магические основы в нем. Поэтому сегодня мы будем заниматься здесь. Она взмахнула палочкой, и дверь распахнулась. — Подозреваю, чтобы снять защитные чары с него, — пробормотал Джозеф Гермионе. Она согласно кивнула, и ее взгляд бессознательно метнулся к Тому, который в тот момент слушал тихие комментарии Антонина Долохова. Девушка задумалась, не они ли взломали кабинет прошлой ночью, хоть не могла даже представить, зачем им это. В классе не было того, что могло бы заинтересовать их. — Гермиона, Том, Абраксас и Джозеф, зайдете первыми? — предложила Мерритот. Августа прищурилась, глядя на Гермиону, наклонилась к своему близнецу и шепнула ему что-то на ухо. — Да, профессор, — хором ответили они. — Теперь запомните: никаких дуэлей. Хоть меня и не будет в комнате, чтобы следить за вашими действиями, все заклинания и имена тех, кто произнесет их, будут отслеживаться и фиксироваться, — предупредила профессор, нанося на них защитные чары, и одарила Абраксаса с Джозефом многозначительным взглядом. Четверка вошла в помещение, и от внимания Гермионы не ускользнуло, как Малфой с Поттером испепеляли друг друга взглядом. Как только дверь захлопнулась, юноши повернулись друг к другу с палочками наизготове. — Мальчики! — Гермиона почти взвизгнула. Она не понимала, зачем Мерритот отправила их вместе, если знала, что без драки тут не обойдется. — Начинай, Малфой. Я разрешаю, — дразнил Джозеф, направив свою палочку на слизеринца. — Профессор Мерритот предупредила, чтоб никаких дуэлей... — Она и не узнает, если ты, Грейнджер, ничего ей не скажешь, — Абраксас сощурился, глядя на нее. — Но... — Пока они не используют дуэльные заклинания, Мерритот ни о чем не узнает, — сказал Том. Она слегка подпрыгнула, так как напрочь забыла о слизеринце, что он стоял за ней. — Но... — Мы можем пропустить два первых этажа и начать искать существ на третьем. Они должны закончить в одно время с нами, — предложил староста, подталкивая ее к лестнице. — Но... — Вы уже попытались отговорить их, мисс Грейнджер, — сказал Том. Двое молодых людей начали посылать друг в друга проклятия. Он повернул Гермиону к себе и заглянул ей в глаза. Она быстро сфокусировалась на кончике его носа. Рот юноши растянулся в слабой улыбке, и он продолжил: — Вы ни в чем не виноваты. Это их решение, и вы ничего не можете с этим поделать. — Но... — Пойдем, — тихо скомандовал Том. Гермиона не знала, почему повиновалась — она как будто следовала естественному инстинкту. Девушку раздражало, что он имел такую власть над ней. Когда они поднялись на третий этаж, она продолжала корить себя, как вдруг почувствовала дуновение прохладного ветерка, привлекшего ее внимание. На полу кружились сухие листья, будто их охватил маленький вихрь. У окна стояли старые стулья и деревянный стол, наполовину накрытые шторами. Паутина в углах под потолком и на чайном сервизе слегка шевелилась, когда на нее дул сквозняк. Полустертые портреты висели на всех стенах, закрывая то, что, скорее всего, было облезлыми обоями. Потребовалось некоторое время, чтобы Гермиона вспомнила, что они находятся в волшебной среде, и портреты не могут стираться из-за своей магической природы. Атмосфера напомнила девушке дома с привидениями, которые она видела в фильмах, и она вряд ли бы удивилась, если бы мимо окна пролетел призрак. — Это твой первый "день охоты", не так ли? — спросил Том. — Входная дверь снова откроется, если мы уничтожим всех существ в помещении, или если истечет время. Сила существ, на которых мы можем наткнуться, прямо пропорциональна нашим магическим способностям, поэтому Мерритот поставила Абраксаса и Джозефа вместе, несмотря на их разногласия, — объяснил он, отвечая на незаданый вопрос Гермионы. Теперь понятно, почему Августа так расстроилась решению Мерритот. — Как насчет других учеников? — поинтересовалась Гермиона. — Этот класс был волшебным образом изменен. Скорее всего, остальные ученики сейчас тоже в так называемых "зданиях". — То есть в других измерениях? Он кивнул. — Считайте, что да. Если я не ошибаюсь, сила существ, с которыми мы здесь столкнемся, классифицируется от восьми до десяти баллов. — По какой шкале? Он изогнул бровь. — По десятибалльной, разумеется. — И чья это шкала? — Мерритот. — Как она определяет их силу? — В зависимости от времени, которое требуется для устранения существа, и его опасности, — ответил Том. Он постучал палочкой по ладони. — Я возьму дверь слева. — Мы что, пойдем в разные стороны? — слегка встревоженно спросила она. — Разумеется, мисс Грейнджер. Это не групповое задание, — сказал Риддл с нескрываемой насмешкой. Ведьма моргнула, пораженная его отношением. Она то думала, что он хотел поддерживать свой отвратительно-невинный ангельский образ перед окружающими. В таком случае, как бы странно это не звучало, по всей видимости, он снимал свою маску, когда был наедине с ней. Это было в равной степени удивительно и тревожно. — Конечно, — решительно ответила она, вытаскивая палочку. — Я возьму дверь справа. Его губы изогнулись в чем-то подозрительно похожем на ухмылку, он развернулся и скрылся за дверью. Тяжело сглотнув, Гермиона повернулась к правой двери и уверенно приблизилась к ней. Так или иначе, она не хотела выглядеть трусихой перед Риддлом. Атмосфера в комнате была такой же, как и в предыдущей, однако мебель здесь стояла совсем другая. У противоположной стены стояла королевских размеров кровать. Напротив нее стоял стол цвета слоновой кости с зеркалом, весь в паутине и пыли. Рядом с туалетным столиком был огромный платяной шкаф такого же цвета. Не хватало только стула. Девушка осторожно зашла в комнату и вздрогнула от того, как громко захлопнулась за ней дверь. Она сощурилась. Мерлина ради, она же гриффиндорка. Если они пытались напугать ее, им нужно было придумать что-то пострашнее хлопка двери. Слегка разочаровавшись, она хмыкнула и принялась обыскивать комнату, обращаясь с мебелью более агрессивно, чем было нужно. К сожалению, кроме обыкновенного боггарта в шкафу она никого не нашла. Хотя, стоило признать, боггарт, превратившийся в Тома с горящими красными глазами, говорящий ей, что он превосходит ее по каждому предмету на пятьдесят баллов и знает все ее секреты, порядком напугал Гермиону. К счастью, придумать нечто смешное с поддельным Темным Лордом не составило труда; вспомнив, как Невилл разделался со своим боггартом, она просто представила Риддла в платье, которое надела Пэнси на святочный бал. Закатив глаза, она продолжила обыскивать комнаты, пока не встретилась с Томом в коридоре. — Вы нашли всех? — спросил староста. — Думаю, да. Здесь было не так уж много чудовищ, — ответила девушка, немного разозленная этим фактом. — Типично для Мерритот. Думаю, большинство существ будет на пятом этаже. Гермиона фыркнула. — Какой смысл в стольких этажах, если все существа находятся на одном? — Не имею ни малейшего понятия, — отозвался юноша. Четвертый этаж практически не отличался от третьего, и у Гермионы появилось чувство, что Том был прав, сказав, что главная опасность таится на последнем этаже. — Готовы? — в его голосе и улыбке проскользнуло злорадство, когда они встали на лестнице к пятому этажу. — А вы? — Гермиона с вызовом глянула на него. Он приподнял бровь и продолжил подниматься. Лестница скрипела от каждого их шага, и Гермиона чуть не вскрикнула, когда перед ними мелькнула черная тень, как только они поднялись на этаж. Том мгновенно послал в тень заклятие, обездвижив и уничтожив ее, прежде чем Гермиона успела распознать, что это была за тварь. Том покосился на девушку. — Я просто восхищен вашим уровнем подготовки, — саркастично прокомментировал он, пока его губы кривились в ухмылке. Гермиона несколько раз открыла и закрыла рот. Накатившее чувство унижения превратилось в гнев, как только она полностью осознала его слова. — Я... — она осеклась, прикусив нижнюю губу и решив не вестись на его удочку и не говорить того, что может послужить потом против нее. — Мы можем продолжить? — спросил он, проигнорировав ее молчание. Гермиона с трудом кивнула и уже собиралась открыть дверь справа, как он окликнул ее: — Предлагаю пройти через комнаты вместе, — его глаза оставались бесстрастными. Она подозрительно покосилась на юношу. — Думаю, мы справимся быстрее, если будем действовать также, как до этого. — Вероятно, я должен напомнить вам, что здесь существа... — Знаю, — отрезала Гермиона. — Я расслышала вас и в первый раз. Думаю, мы справимся с ними и поодиночке. Несколько мгновений Том смотрел на нее, не произнося ни слова. Она с упрямым выражением лица глядела на него в ответ. — Как пожелаете, — наконец, он улыбнулся, слегка поклонился ей и зашел в левую дверь. На секунду Гермионе захотелось ринуться за ним. По неизвестным ей причинам, выражение его лица вызвало в ней тревогу. Девушка попыталась отгородиться от этого чувства, но ей все еще казалось, что она сделала неправильный выбор. Вздохнув, она медленно начала приближаться к двери справа, смотря по сторонам на каждом шагу. От шепота за стеной ее волоски на затылке встали дыбом. Взмахнув палочкой, она распахнула дверь и зашла в комнату. Очистив ее от всех тварей (трех эрклингов, одной противной мумии, двух погребинов и двух йети), Гермиона начала сомневаться в здравомыслии Мерритот и нваправилась в следующую комнату. Она выглядела точно также, как спальня на третьем этаже, где девушка нашла боггарта, и, как это было на третьем этаже, дверь за ней громко захлопнулась. В этот раз, однако, у Гермионы появилось зловещее предчувствие, которого не было в предыдущих комнатах. Ее глаза забегали, изучая обстановку вокруг. По всему дому эхом разнесся крик, заставив девушку вздрогнуть. На мгновение она рассмеялась, представив, что это Риддл так завопил, а затем быстро вернула свое внимание к комнате. Осторожно ведьма подошла к столу. Гриффиндорка собиралась открыть ящик, когда ее взгляд зацепило что-то в зеркале. Она тут же обернулась. Глава о зеркальных упырях всплыла в ее памяти слишком поздно. Она завизжала — волосатые черные руки потянули ее в зеркало. — Конфринго! — прокричала Гермиона, направляя палочку себе за спину. Она мигом отпрыгнула, как только была освобождена, и развернулась к упырю, который уклонился от заклятия. Как правило, зеркальные упыри не были видны в зеркале, если они прятались. Они также могли изменять отражение. Если удавалось застать человека врасплох, упыри затаскивали его в зеркало, полностью поглощая его. Подросток, судя по росту — от четырнадцати до шестнадцати лет; рыжая, девочка. Внезапно, услышав рычание позади себя, она запаниковала, осознав: то, что она увидела в зеркале, не было иллюзией, и что зеркальный упырь — не единственное чудовище в комнате. Едва дыша, Гермиона развернулась, и увидела одновременно двух существ. Она почти застонала, когда обнаружила, что это в добавок еще и йети. Интересно, получают ли преподаватели в Хогвартсе зарплату? Если да, я очень надеюсь, что из зарплаты Мерритот вычтут огромную сумму. Все четверо не двигались, оценивая друг друга и ожидая, кто нападет первым. Гермиона взвесила все варианты, но они все были провальными. Ей не хотелось подвергнуться атаке одного существа, пока она будет пытаться проклясть другое. Как бы сложно не было это признать, она все же пожалела, что не приняла предложение Тома исследовать этаж вместе. Все было бы намного легче и не так опасно. Тем не менее, в ее ситуации сожалеть было уже бессмысленно. Тишина прервалась, когда дверь распахнулась и в комнату вошел Том Риддл. Гермиона бы облегченно выдохнула, если бы не находилась в опасности стать разорванной на кусочки двумя йети и зеркальным упырем. Том поднял бровь. — Впечатляет. Ее нижняя челюсть чуть не упала на пол, когда юноша уселся на стул, ближайший к двери и самый дальний от нее и чудищ. Она чуть не кинула Риддикулус в него, просто чтобы убедиться, что он тоже не был боггартом. Проблема заключалась в том, что три существа даже не взглянули на Тома. Стиснув зубы, она сосредоточилась на чудищах, пытаясь найти выход из ситуации как можно скорее. — Все остальные комнаты на этаже чисты, — известил Том. — Эта последняя. Она кинула быстрый взгляд на него. Это жалкое подобие человека (не говоря уже "волшебника") просто сидело на стуле, будто ничто его не заботило. Она мысленно посчитала до десяти, напоминая себе, что у нее есть другие, более важные вещи, о которых стоит подумать. — Ух, взрослые йети. Я то думал, мы увидим сегодня только подростков, — прокомментировал слизеринец, только распыляя ее. — Я была бы вам очень признательна, если бы вы не отвлекали меня, — пробормотала Гермиона. — Конечно. Примите мои извинения, — его глаза блеснули весельем; в руках он вертел волшебную палочку. Вдруг, зарычав, зеркальный упырь бросился на нее. Словно приняв движение за сигнал к действию, йети тоже двинулись на девушку. — Протего! — она попыталась заставить их отступить, чтобы выиграть время для атаки. Ее глаза округлились, когда Том поднялся со стула с выставленной вперед палочкой. — Инкарцеро! — воскликнул он, и в ее сторону полетели веревки. Не раздумывая, она кинула в них: — Инсендио! В его глазах отразился гнев, он нахмурился и начал приближаться с гриффиндорке. — Экспеллиармус! — выкрикнула она. Из-за паники девушка совсем забыла, что это заклятие могло расцениться Мерритот как дуэльное. Он легко отклонил луч ее магии и повернулся к одному из йети, успешно устранив его. Гермиона воспользовалась своим шансом и тут же прокричала: — Импедимента! Заклятие успешно поразило свою цель, заставляя Тома шагнуть назад. Он быстро восстановил равновесие и наградил ее сердитым взглядом, прежде чем уничтожить еще одного йети. Гермиона собралась послать в слизеринца еще одно проклятие, как кто-то схватил ее со спины, сковав движения и заставив завопить во второй раз за день. Без возможности воспользоваться палочкой, она попыталась пнуть существо, вложив в удар всю свою силу. В этот момент до нее дошло, что Том не пытался напасть на нее или связать; он целился в монстра за ее спиной. — Релашио! — произнес юноша. Заклятие отбросило существо, освобождая ее из цепких лап. Девушка упала на пол, разбив колени и вскрикнув от боли: когти чудища оставили длинные царапины на ее руках. Она подняла взгляд как раз вовремя, чтобы увидеть, как зеркальный упырь замахнулся на Тома. Слизеринец был полностью сосредоточен на монстре, который держал Гермиону несколько секунд назад — это оказался третий йети. Не встретив сопротивления, упырь с легкостью рассек Тому руку. Гермиона закричала прежде, чем осознала это. Это не может быть реальным... почему они ранят нас... я думала, это просто тест, контролируемый магией... Множество вопросов крутилось в ее голове, но она не знала ответа ни на один из них. Том холодно смотрел на упыря, ранившего его, и всю комнату пропитали его безудержный гнев и сила. Внезапно, Гермионе стало не хватать воздуха — она почти задыхалась в его магии. Она была мощной, слишком мощной для его возраста. В тот момент она окончательно осознала, как он стал Волан-де-Мортом — она поняла, как он смог стать самым темным волшебником в истории. Одним взмахом палочки Том уничтожил обоих существ, однако его ярость не утихла. Гермиона ясно ощущала, что его жажда мести не была утолена. Больше всего ее пугало, что теперь он смотрел прямо на нее. Его глаза были сощурены, а пальцы сжимали палочку с чрезмерной силой. — Я... я... — она запнулась, не зная, что сказать. Не проронив ни слова, он развернулся и вышел из комнаты. Спускаясь по лестнице, Гермиона хотела сказать что-то Тому, возможно, даже поблагодарить его, просто чтобы нарушить молчание. Однако, каждый раз, когда ей удавалось набраться смелости, он одаривал ее таким взглядом, которым можно было бы заморозить адское пламя. Что, разумеется, заставляло ее проглотить все попытки начать дружескую беседу или слова благодарности. Как Том и предполагал, Абраксас и Джозеф очистили два первых этажа, невзирая на свою дуэль. У каждого из них было по меньшей мере пять ранений. Глаза Абраксаса расширились, когда он увидел глубокую рану на руке свое Лорда. — Как... — он смолк, встретившись взглядом со своим предводителем. Так ничего и не сказав, Том вышел из помещения. В коридоре не было еще ни одного ученика, поэтому Гермиона предположила, что остальные еще находятся в "здании". — Потрясающая работа, — похвалила их Мерритот. Она помолчала и обеспокоенно взглянула на Тома с Гермионой. — Будьте добры, пройдемте со мной. Преподаватель отвела их в сторону и вздохнула. — Я понимаю, что... вам тяжело держать свои личные трения подальше от уроков, особенно на таких занятиях, как это, — она указала на кабинет, из которого они только что вышли. — Это так просто, выместить злость друг на друга через дуэль. Однако, я настоятельно прошу вас воздержаться от этого и решать свои проблемы вне класса. — Мы... у нас не было настоящей дуэли, профессор, — тут же начала оправдываться Гермиона. Том глянул на нее искоса, и она проглотила окончание предложения. — У нас просто появились некоторые разногласия во время прохождения задания, профессор. Впредь, я не позволю нашим личным проблемам влиять на нашу работу на уроках, — спокойно ответил юноша. — Отлично, — Мерритот лучезарно улыбнулась им. — Не забудьте сдать мне эссе на пятнадцать дюймов к следующему занятию. — Эссе на пятнадцать дюймов? — переспросила Гермиона. — Ой, точно. Ты же никогда не была на подобном занятии раньше, — пробормотала себе под нос Мерритот. Она снова улыбнулась девушке. — После каждого "дня охоты" я прошу учеников написать эссе на пятнадцать дюймов, в котором они излагают, что нового они уяснили, и что должны сделать, чтобы улучшить свой результат. Сдать работу нужно будет к следующему уроку. — Понятно, — Гермиона кивнула. Как только они попрощались с профессором, Том сразу же направился в библиотеку. Гермиона быстро последовала за ним. Как только они повернули за угол, она прочистила горло. К сожалению, юноша не удосужился даже взглянуть на нее. — Том, — наконец позвала девушка. Он остановился, но не обернулся. Она глубоко вздохнула и встала перед ним. — Прости. — За что? — холодно спросил он. Его взгляд был таким же равнодушным, как его голос. — Я не должна была... ну... — Гермиона прикусила нижнюю губу, начиная краснеть. Ее взгляд упал на его руку, и она нахмурилась. — Тебе следует показаться мадам Помфри... Одним взмахом палочки он залечил порез и убрал дыру в рукаве мантии. Девушка уставилась на место, где еще секунду назад была рана. — Если это все, мисс Грейнджер, увидимся на следующем уроке, — сказал он с явно фальшивой улыбкой. Гермиона с трудом сдержалась, чтобы не задрожать от явной угрозы в его улыбке. Он продолжил свой путь в библиотеку, оставляя ее посреди коридора. У Гермионы появилось тревожное чувство, что его следующей целью станет она сама.

***

Состояние Гермионы можно было сравнить с катанием на американских горках в кромешной темноте — все время ожидаешь, что полетишь вниз, но не знаешь, когда именно это произойдет, и как быстро будешь спускаться. Вечером этого же дня девушка посетила мадам Помфри, чтобы та осмотрела ее раны, оставленные йети. Медсестра очень рассердилась, и Гермиона ясно слышала ее бормотание об учениках, которые никак не могут поладить, и профессорах, не следующих правилам. Похоже, Помфри была уже в курсе слухов о том, что Гермиона и Том устроили дуэль во время урока (и девушка не имела ни малейшего понятия, как все могли узнать об этом происшествии). Другой предмет сетований медведьмы, однако, заинтересовал девушку. Глубоко возмущенная Помфри поначалу не хотела говорить нелестные вещи о своих коллегах, но вскоре ее злость взяла верх. Как оказалось, Мерритот чересчур свободно выбирала методы обучения детей в Хогвартсе. Охранные заклятия срабатывали только в случае смертельной опасности для ученика; другими словами, во время "дня охоты" можно было серьезно покалечиться. В среду, на трансфигурации, Гермиона с опаской ожидала дальнейших действий Тома. Временный заместитель Дамблдора совершенно не обращал внимание на то, чем занимались ученики во время его урока. Тем не менее, слизеринец ничего не предпринял — только встретил девушку недоброй улыбкой. На зельях они продолжали работать вместе, несмотря на все ее протесты. Они почти не разговаривали друг с другом, и Том никак не комментировал намеки Слизнорта, что заставляло нервничать ведьму еще больше. В четверг чары прошли без каких-либо происшествий (если не считать происшествием пожар из-за неправильно произнесенного заклятия Августы), как и обед. Именно на ЗоТИ Гермиона поняла, что ей пришел конец. Это было ясно по одной жутко довольной улыбке Тома. Его Рыцари ухмылялись и хохотали, поглядывая на гриффиндорку. Драко же все время ерзал на стуле, будто кто-то наложил на него Корчащие Чары. В то время как Мерритот читала им лекцию о втором проклятии для вампиров, которое они должны были отработать сегодня, Гермиона отчаянно молилась, чтобы ей в пару поставили Августу Руквуд. К несчастью, судьба была не так благосклонна к девушке. — Гермиона, поработай сегодня с Томом, — предложил ангельский голос из преисподней. Ох, как Гермионе захотелось провалиться под землю, когда она подняла глаза и встретилась взглядом с Лордом Волан-де-Мортом.