Don't let me go

я одуванчики легко переплетаю, на голове твоей веночек оставляю. ты улыбаешься, и я, конечно, тоже. на сказку всё вокруг нас похоже.

— Небо тебя любит, — прозвучало совсем тихо, почти шепотом. Изуку наблюдал за парнем, что, присев, с улыбкой смотрел на играющую собаку. Бакуго повернулся на его голос, с интересом глядя в большие зеленые глаза, что в лучах заходящего солнца сияли. — С чего ты взял? — он поднялся на ноги и подошел к нему, притягивая к себе. — Ну знаешь., — Мидория аккуратно положил руки на плечи Бакуго, задумчиво перебирая светлые пряди. — Оно смеётся солнцем вместе с тобой, и плачет дождями, когда плачешь ты. Ты — его сын, не иначе. Наблюдение за очень расслабленным парнем, вещающим такие странные вещи, вызвало у блондина улыбку. Он рассматривал давно знакомые черты слегка детского лица, но будто видел все впервые. Зеленые глаза необычно переливались в лучах готовящегося ко сну солнца, а на щеках виднелся слегка заметный румянец. На голову надет был венок из полевых цветов, что переплетался с непослушными кудряшками коротких волос. Абсолютно каждый его вдох и выдох, каждое движение говорило о том, что он полностью доверяет держащему его в объятиях парню, обнажая душу и сердце. Катсуки слегка улыбнулся и зарылся носом в мягкие волосы, вдыхая родной яблочный шампунь. — Тогда ты — ребенок природы, — негромко сказал он, от чего притихший Изуку заворочался, пытаясь немного высвободиться из крепких рук и заглянуть в глаза. — Почему? — Не знаю. Но это точно так, — Бакуго присел, срывая еще один одуванчик и вплетая его к остальным в красочном венке. Мидория снял сей венок и легонько надел на голову Катсуки, от чего жесткие волосы забавно торчали колючками в разные стороны. Парень приблизился, оставляя невесомый поцелуй на кончике носа блондина, но тот быстро среагировал, прижимаясь к пухлым губам Изуку. Кажется, Мидория снова улыбался в поцелуй, ведь он всегда так делал. Рядом громко гавкнула собака, из-за чего Изуку слегка вздрогнул. Бакуго по-доброму рассмеялся и оставил короткий поцелуй на щеке парня, от чего тот сощурился и расплылся в улыбке. — Пойдем, — Изуку переплел их ладони в замок и взял собаку за поводок. — Кажется, твой родитель, — он кивнул на небо, — Начинает негодовать. Катсуки поднял голову к небу и заметил, что оно и вправду начало покрываться темными тучами. Парень вновь улыбнулся, ведь он все еще «ребенок неба», что не могло не умилять. Он в последний раз поцеловал Изуку, на что получил легкий возмущенный удар ладошкой в грудь, а после потянул его в сторону дома, постепенно переходя на бег. Ведь небо плакало, но солнце все так же продолжало отдавать свои последние лучи, от чего на свет появилось настоящее их дитя. Радуга гордо возвышалась над полем, пока двое парней и маленькая собака пытались скрыться от назойливых капель летнего дождя.