Кладбище твоих желаний

POV Author Вторник, 23 апреля       Даня сидел на пороге дома, затягиваясь раз за разом сигаретой. Самокрутки Геры было невозможно курить, с этим справлялся лишь он сам. Кашин был не в себе целый день. Излишняя молчаливость ему была не присущая, поэтому о смене настроение парня заметили все вокруг. Но никому из компании не показалось это странным, ведь с утра и до самого вечера была ужасная погода, дождь, хоть и не сильно, но моросил не переставая. На улице было зябко и настроение у каждого было, такое же, как и погода — меланхоличное и молчаливое.       Руслан вышел за дверь дома, присев рядом около замерзшего друга. Тот сжимался, слегка покачиваясь от холода. Его взгляд был устремлен в пространство перед собой, и казалось — не имел точки ограничения. А лишь размывался где-то в массе льющихся потоков воды.       Тушенцов протянул брату куртку. Они обменялись понимающими взглядами. — Сегодня? — тихо спросил Руслан. Даня шмыгнул носом и в ответ угукнул. — Сколько их нет? — Ровно десять лет. — Даня накинул куртку на себя. По его телу пробежался легкий озноб, он вздрогнул.       Руслан присел рядом, обняв свои колени. Он прокручивал в голове фразы, которые мог сказать парнишке, но ни одна из них не показалась ему удачной.       Даня выглядел беззаботным юношей двадцать четыре на семь, иногда пофигистом, многим он казался сам себе на уме, но был один день в году, когда он позволял себе нести траур. По родителям. Каждый год воспоминания об этом всплывали накануне даты, и он ничего не мог с собой поделать.       Их не стало, когда парню только исполнилось одиннадцать, это произошло так неожиданно, что смирятся ему с этой мыслью приходилось многие годы, если все еще не приходится. — Нужно было съездить на кладбище, извини, что мы тут застряли… — с искренним сочувствием произнес Руслан, хрипловатым, но мягким голосом. — Да нет, все нормально, — Даня взъерошил свои медного оттенка волосы, — устал от этих эмоций. Бля, думаешь они когда-нибудь утихнут? — он обнадеживающе взглянул на брата. — Сам пытаюсь выяснить. — томно выдохнул тот.       Они просидели на этом уютном пороге еще какое-то время. Молча. Этого хватило, чтобы каждый из них мог чувствовать себя спокойно, и в тоже время не одиноко.       Мама Руслана безоговорочно решила забрать одиннадцатилетнего парнишку к себе, ей не важно было, насколько тяжело придется одной растить двоих детей. Даня всегда это ценил, по-своему. С четырнадцати лет он стал зарабатывать. Правда подработка у него была разнообразная. Чем может 14-летний подросток заработать, не прогуливая школу? Сначала это была сдача металла, потом попал он в компанию парней, немного старше себя, которые ему показали, как можно хорошо заработать, торгуя незаконными препаратами. Правда бизнес его продлился недолго, пока об этом не узнал Руслан и не устроил брату скандал. После этого Данила не раз выражал благодарность, что своевременно Руслан вытянул его из этого болота. Большинство из барыг, которых он тогда знал — зависимые.       Двое, сидящие на захудалом порожке поскрипывающего дома, были как никто другой близки, ведь понимали друг друга в одной простой истине: семья — самое ценное. Они могли говорить о переживаниях Дани, о тяжести его потери, но никогда не говорили о потере Руслана. Не из-за того, что переживания парня никого не волновали, а лишь потому, что Руслан настойчиво не хотел ни с кем этим делиться.       Он не стремился к сожалению, жалости, вежливому молчанию, которое бы показывало, насколько другому человеку жаль. Руслан знал, что никто никогда не способен даже на половину понять насколько ему больно носить в себе этот груз — печаль и темноту. Поэтому он и не пытался кому-либо объяснить. POV Oneshko Y.       Старый балкончик заливало водой. Я выложил на пол все ненужные тряпки, что нашел в квартире. Хотя дождь был несильный, лишняя влага сквозь старые потрескавшиеся рамы стекала на пол.       Я вернулся с работы, продрогший и замерзший, как бездомный. Сдерживая в себе, словно дамбой, невидимым поток злости и раздражения, я скинул мокрые шмотки и закинул их в стиралку. Вымокший и уставший я завалился на мягкое кресло, максимально пытаясь расслабиться. Меня все раздражало: погода, неудачная смена на работе, мое состояние. Последнее, скорее всего, бесило меня больше остального. Целый гребаный день я, то и дело, размышлял о своих чувствах, которые не мог понять. И меня это дико бесило. "Ну, и что теперь? Дашь в жопу один раз, чтобы разобраться в себе?" — раздраженно прорычал я тишине.       Меня все больше накрывало. Я не хотел ни есть, ни спать, не смотря на то, что мой желудок урчал, а сам я был прилично измотан. Мне нужно было остановиться, прийти к логичному объяснению. Терзания меня разрушали.       Я потянулся за ноутбуком, загрузил браузер и стал набирать в поиске: "Тест на пид...". Удалил последнее слово. Заменил его: "...гея". Первая ссылка звучала интригующе: "Гей или натурал?" Ну, а что уж там таить? Давай, проходи. Обещает результат 97% достоверности. "Если что, могу быть этим исключением в 3%", — мельком подумал про себя.       Я глубоко вздохнул. Кликнул по кнопке "Начать тест". Итак. Первый вопрос: "Фантазировали ли Вы когда-либо о сексуальных контактах с представителями своего пола?".       Я захлопнул крышку ноута. POV Author Четверг, 25 апреля       Первая неделя пребывания компании на новой местности подходила к концу. Ту работу, которую они за это время проделали, можно было при большом желании выполнить за несколько часов. Упаковка вещей продвигалась так себе. Их нахождение здесь, воспринималось больше как какой-то выезд, нежели важное дело. Ребята целыми днями занимались чем угодно, но не тем, для чего они, собственно, все и притащились сюда.       Долго находиться среди компании людей утомительно любому, а протестировав жизнь "в общаге", мало кто остался бы доволен. — Если ты сейчас же не поднимешься и не выйдешь со мной прогуляться через ту дверь, я клянусь, что задушу Гошу его же шнурками от найков, — Тая влетела в комнату Руслана, с видом тормозящего грузовика. Её сложно было разозлить, но когда все же удавалось это сделать, можно было подумать, что эта девчонка действительно способна на хладнокровное убийство. Тушенцов закатил глаза и пнул ногой коробку с упакованными вещами, что мешалась на его дороге. — Чё он творит уже? — Он — исчадие ада! — девушка нервно стала натягивать джинсовую куртку, что была больше ее размера в несколько раз. — Понятно, — Руслан сжал губы, не задавая лишних вопросов, — возьму рюкзак, — он вышел из комнаты.       Герыч сидел с парнями на кухне, наслаждаясь скрученной собственными руками самокруткой. На столе был разложен пасьянс. Так, как денег особо ни у кого не было, в качестве фишек служили разноцветные мармеладки — то немногое, что осталось из еды. — Гер, ну и нахуя ты к ней доебался? — Руслан зашёл на кухню забрать из холодильника свой энергетик. — Гы-гы, — забавно издал он, — что, уже нажаловалась? — зажатый между его зубов косяк мешал внятно произносить слова. Тушенцов оперся о столешницу, ожидая ответа. — Да не пили меня своим взглядом, ниче такого я не сказал. — Кира неодобрительно покачивал головой. — Сказал, что задуматься нужно ей о нормальном парне. Чё она нос ото всех воротит? — Да ладно? Ты серьезно? — Тушенцова стал на сторону защиты. — Ты ведь жизни не давал ни одному из её парней. — Руся, мы идём?! — настойчиво спросила Тая, появившись в коридоре. — Если она по девчонкам, то пусть так и скажет! Чё она с Данилкой не хочет мутить, он ровный пацан, между прочим! — повышенным тоном стал рычать Герыч, специально, чтобы все, включая и ту, которой были адресованы претензии, услышали. — Завали, Гера, нахуя ты так? — возмутился со своей стороны Даня.       Руслан молча вышел из кухни, закинув пластиковую бутылку в рюкзак, и они с леди Ти вышли за пределы хилого домишки, в котором Гера временно захватил власть. — Ты помнишь, где здесь что? — девушка, ещё нервничая, стала смотреть по сторонам, когда ребята дошли до перекрёстка. — Смутно. — Руслан пытался восстановить в голове карту хотя бы нескольких кварталов. — Может здесь все таки есть, где развлечься? Руслан бывал в Ульяновске раньше у бабушки, но не часто, в основном в детстве. Все его воспоминания оканчивались на ее доме и походе с ней на рынок. Друзей у него здесь не было, не говоря уже о каких-то хороших воспоминаний. Но все же одно нашлось. — Есть одно место... Я, когда был мелкий, любил ходить туда и глазеть. Даже интересно, работает оно сейчас? — Отлично. — Тая взяла Тушенцова за руку и потянула в сторону дороги. Она улыбалась так, как никто больше не мог. Её улыбка была широкой и невинной. — Пойдём, нам туда. — Руслан все же взял руководство в свои руки, направившись в противоположную сторону, к парку.       С Таей было спокойно. Она владела редким талантом – чувствовать людей. Не будучи пацанкой, она не походила на типичных болтливых девчонок. Леди Ти не любила делиться своими личными переживаниями, и это вовсе не означало, что ее ничего не тревожило. Девушка могла редко и лаконично, в нескольких предложениях, высказать все, что ее беспокоит. Что касалось ее отношений с парнями – с этим было сложно. По мнению Руслана, ни один из них никогда по-настоящему не осознавал, насколько она была прекрасна. Иногда он в шутку про себя думал: если бы его могли приводить в восторг девушки так же сильно, как парни, он бы безоговорочно встречался лишь с ней. А так, он мог своей подруге лишь желать найти достойного парня.       Ребята шагали по обочине проезжей дороги, на которой редко встречались машины.       Тая глубоко выдохнула. Было заметно, как она рада вновь обрести душевное равновесия, из которого мало кто мог ее вывести. Руслан улыбнулся. Он снял с головы бейсболку, зачесав пальцами волосы, надел ее снова козырьком назад. – Забей, он как шило в заднице. Иногда просто уебок, – раскручивая крышку энергетика, сказал Тушенцов. – Он хоть догадывается, сколько проблем приносит окружающим? – девушка кинула на друга взгляд, ожидая слов поддержки. – Думаю, в этом его предназначение. – мягко ответил парень, протянув пластиковую бутылку спутнице. – Я не могу всю жизнь спасать его. И вообще, какая девушка его выдержит? Он об этом не думает? – Не знаю, – задумался Руслан, – возможно, он рассчитывает не на девушку? – Парень подмигнул бровями, улыбнувшись. – Да брось. – в ответ закатила глаза Тая. – Не обращай на него внимания, у него нет личной жизни, вот он тебя и изводит. – Это все ясно. А что насчёт тебя, милый? – теперь бровями играла девушка.       Они свернули с обочины и направились через парк, проходя по выложенным тропинкам. – В смысле? – быстро пробормотал Тушенцов. – Не помню, когда в последний раз видела тебя с девушкой. Что, все-таки сигареты успели нанести безвозвратный удар? Руслан с невозмутимым выражением лица взглянул на девушку в ответ. – Не-е-ет, – перекривил он девчачьим голосом подругу, – просто… – он умолк. – Русь, ты ведь знаешь, ты можешь со мной поговорить о чем угодно. – Да, я знаю…       В воздухе повисла небольшая пауза. – Знаешь, я уже думала начать встречаться с девушкой, лишь бы Гоша перестал знакомить меня со своими отбитыми друзьями. – Серьезно? – удивленным тоном поинтересовался парень. – Я даже замутила с одной девчонкой. Чисто для интереса. Попробовать. Руслан повернулся лицом к Тае, продолжая молча смотреть на нее своими удивленными круглыми карими глазами. – Мы с ней целовались и делали еще … некоторые вещи. – Тая была явно взволнована говорить о таком, но все же она продолжила, – мне даже понравилось. – Так ты… – Лесби? Нет. – уверенно ответила та. – Просто каждый из нас по-своему ну, того, – девушка провернула пальцем у виска, – я просто хочу сказать, что все, что мы по-настоящему чувствуем – это и есть нормально. Пусть меня осудит тот, кто ни разу в жизни не думал про себя: черт, какой же я извращенец! Ее короткие черные волосы развивались на ветру, создавая темную блестящую волну. – Это ведь так прекрасно, – она прикрыла глаза и расставила по сторонам руки, изображая птицу в полете, – испытывать новые ощущения, которые раскрывают тебя, параллельно заставляя беситься окружающих. – Тая захохотала. Ее смех был прекрасен, как и вся она. Эта девушка была ангелом, будто всегда знала, что нужно сказать, каждый раз попадая человеку прямо в душу. – Ты думаешь, я пидор? – разговор, зашедший в таком направлении, явно заставил кровь в жилах Руслана вскипеть. Леди Ти остановилась, взяв Тушенцова за запястье. – Русь, мне не важно кто сделает тебя счастливым, – ее огромные серые глаза, будто бы гипнотизируя Руслана, смотрели неотрывно прямо на него. – Если ты однажды встретишь человека, от одного только нахождения рядом которого твое сердце будет, как сумасшедшее, вылетать из грудной клетки, мне не важно какого пола он будет, и никогда не смей думать, что об этом подумают ребята, Гоша. Они придурки, которые сами дрочат на групповушку. (Тая любила всех ребят, Руслан знал об этом, поэтому не воспринимал всерьез ее милые оскорбления). – Да чё с тобой? – Руслан заулыбался, слегка смущаясь. – Ты решила приторговывать Библиями? Говоришь, как сектантка. – Дурачек, – девушка сняла бейсболку с парня и встряхнула его длинноватую уложенную набок челку.       Они засмеялись. – Мы почти пришли. Вон он, – Руслан указал на небольшой музыкальный магазинчик, что располагался на противоположной стороне дороги. Ему повезло, что девушка отвлеклась, окончив свою проповедь, которая взывала Руслана к копании в себе, чего ему и так хватало. – Ну, пойдем, посмотрим, что трогает твое горячее сердце, милый, – двусмысленно произнесла Тая, сама того ещё не зная. Ребята пересекли дорогу и подошли к старенькому, но уютному музыкальному магазинчику. POV Tushentsov R.       Помню, как маленьким стоял у этих больших окон, за которыми были выставленные на всеобщее обозрение гитары. Мне казалось, что это так круто! Уметь играть на гитаре. Всегда тянуло к музыке. Я вырос. До сегодня не стал прорывом года, наша небольшая группа никому по факту не нужна. Лишь нам. Я и музыкой увлекаюсь не ради кого-то, а для себя. Мне это необходимо. Когда становиться очень страшно, темно и одиноко, настолько, что тебе кажется, будто-бы ты сходишь с ума, и даже гравитация исчезает для тебя в такие моменты, но всегда остается музыка. Мое творчество. Она показывает мне свет, и я просто иду к нему.       Я потянулся к дверной ручке. Неосознанно почувствовал волнение. Чего я так испугался? Это предвкушение? Что это?       Дверь открылась, зацепив несколько колокольчиков, которые висели над входом. Внутри все выглядело иначе, совсем не так, как я запомнил. Это обычное человеческое свойство — идеализировать прошлое. Особенно те моменты, которые казались тебе счастливыми. Особенно, если их было вовсе не много.       Мы остановились у ряда акустических гитар, которые были подвешены над ещё одним рядом внизу. Это был рай. Просто смотреть на эти превосходные инструменты. Во мне сразу загорелось желание что-либо приобрести. Но денег, по факту, хватило бы только на новый медиатор. Мы с Ти прошли дальше вглубь зала, продавца не было видно. Я подумал, что это один из тех плюсов, которые мне нравились в обслуживании — к тебе не подбегали молниеносно, с натянутой улыбкой и приставучими вопросами: что бы я хотел приобрести.       Я провел своими пальцами по грифу одной из гитар. По моему телу прошел приятный озноб. Тая зашла за огромную барабанную установку, рассматривая остальные разнообразные инструменты: начиная от Йамахи и до деревянных сувенирных ложек.       Меня погружало в некое приятное чувство, оно было все так же сильно, как и в детстве. Было всего несколько мест, находясь в которых, у меня перехватывало дыхание, которые восхищали меня, и это было бесспорно одно из них. Также библиотека, также галерея, всегда мечтал побывать в Питере и потеряться в глубинках Эрмитажа.       Когда-нибудь я уеду в Санкт-Петербург навсегда. — Скажите, какой инструмент Вы могли бы посоветовать неприлично милой и изящной девушке? — я услышал флиртующий голос Таи. Она это всегда делала, не имея цели подкатить к кому-то, а лишь ввести в смущение, или даже скорее наладить контакт с человеком, показывая свою заинтересованность к нему.       Я чуть отклонился назад и увидел, как в соседней комнате девушка облокотившись о столик, за которым сидел продавец, вежливо докучала ему.       Я усмехнулся, закатив глаза. — Кхгм, — послышалось в ответ, – смотря что Вас интересует. На Вашем месте, я бы выбрал что-то массивное, например контрабас. — Я вслушивался в каждое слово и меня не покидало ощущение, что этот голос мне до жути знаком. — Думаю, Вы бы выглядели оочень круто. — он сделал довольно эмоциональный акцент на предпоследнем слове.       Девушку это явно улыбнуло.       Меня же — ввело в ступор. В голове сразу вспыхнули флешбеки. Холодная земля. Голос парня, который склонялся надо мной. "Эй, приди в себя! Ты меня слышишь?" Я медленно направился к голосам, которые щебетали в соседнем отделе. Удары сердца участились. В горло ударила смесь волнения и адреналина. Никто из моих друзей не знал, что произошло в тот вечер, никто, даже Тая. Знал только он, а я не мог вспомнить даже его имени. На языке крутилось что-то...       Увидел его лицо. Это был точно он.       Я остановился на месте, оставаясь все ещё на расстоянии, и уставился на него своими удивленными глазами. Он работает именно в этом магазине. Что за дурацкие преследования? Только таких проблем мне не хватало. Говоря о проблемах, я имел ввиду наличие свидетеля моих ненормальных трипов, которые я старался максимально скрывать ото всех.       Он взглянул на меня и замер. Его лицо было грустным, ему это совсем не шло. Подсознательно мне хотелось заставить его улыбнуться. Мы смотрели друг на друга молча, какое-то время, пока Тая не разрушила эту стену невидимого льда между нами. — Вы что, знакомы? — девушка недоумевая переводила взгляд от него на меня. — Да, мы виделись как-то.. — стал растягивать слова продавец, видимо сам не понимая как описать ситуацию, а точнее две ситуации, при которых мы встречались.       Я выпучил глаза еще больше и быстро качая головой из стороны в сторону, стал подавать сигналы моему знакомому незнакомцу, чтобы тот умолк. — ... в ...а... гуляли вместе. Да, Руслан как-то гулял с моей подругой, так мы и познакомились. — он все таки понял мой недвусмысленный намек и не выдал меня.       И он, в отличии от меня, помнил как меня зовут. Что, мне даже приятно? — Оу... — протянула Тая, — интересно, — ухмыльнулась она. — Ты не говорил о своем таком прекрасном знакомом. — Да мы не так хорошо знакомы, виделись пару раз. Пойдем уже. — моя речь была заметно нервная. Я хотел просто выйти из этого магазинчика и вообще покинуть наконец этот город. Но тут произошло следующее. — Как говоришь тебя зовут? — Тая и вовсе не собиралась поспешно уходить. — Юлик, — сглотнул парень, который выглядел так же взволнованно, как и я. Вот только я не мог понять, почему он так переживает. Его ведь моя ситуации совсем не касается. — Хм, — растянулась в улыбке Ти, — прекрасное имя — Юлик, правда Руслан? — она бросила на меня свой взгляд. Я знал этот взгляд, она что-то замышляла. Либо я уже становился параноиком. Одно из двух. — Да, замечательное ... — сглотнул я, испытывая максимальный дискомфорт от сложившейся ситуации. — У нас тут совсем нет знакомых, поэтому будет здорово познакомить тебя с остальными парнями, можешь пригласить и свою подругу.       Нужно было только видеть выражение наших с Юликом лиц. Понимая всю абсурдность ситуации, это было бы просто ужасно. Но, облегчало все то, что парень сейчас откажет поступившему предложению, и все наконец закончиться. Но.. — Хорошо, — внезапно раздалось в ответ, — я подумаю. — уверенно произнес Юлик, не отрывая от меня свой взгляд.       Я видел, как Тая тихо ухмылялась, явно будучи довольной, что у нее вышло поставить весь мой психический внутренний мир вверх ногами. — Запишу твой номер телефона...— продолжала Тая, но я уже ее практически не слышал. Мысли все громче и громче перешептывались в моем и так уставшем разуме. Таких проблем мне ещё не хватало, подумал я. Как он себе это представляет? А главное, зачем? POV Oneshko Y.       Меня трясло, я сжимал пальцы рук, пытаясь найти опору и избавиться от волнения. Мой мозг помутнел, я не осознавал значение своих слов, правильность и уместность их в разговоре между нами. Я понимал, что со мной разговаривала в основном девушка, но мой взгляд, то и дело, скользил на него. Какого черта он меня так привлекает. Это какое-то необъяснимое животное притяжение. Гребаный Руслан с его гребаными тёмными глазами и томной глубиной в них, его впавшими линиями скул и сжатыми семетричными губами.       Моё — хорошо, я подумаю, — это крах. Падение, которое я сам себе обеспечиваю. В неизвестность, такую манящую.       Они вышли. Я вздохнул, мой нервный комок распался, освободив мне дыхательные пути.       Ладно, успокойся, пытался я внушить самому себе, что все хорошо. Мы можем просто дружить, общаться, это пройдёт, все пройдёт.       Нужно найти себе девушку, не уверен, что всерьёз, подумал я.