Импровизация

Я способен перенести много забот, выдержать все трудности, если не буду одинок.

[Зигмунд Фрейд]

      «Что же я натворил?»       Сердце в груди сильно сжималось. Ему хотелось вернуть время вспять и не говорить те три слова. Слова, которые всё испортили в один миг. Рома сделал ему больно, хотя ему не хотелось этого. Просто сказал. Они вырвались из его уст в один миг, ведь именно в ту роковую секунду ему следовало хоть что-то сделать, чтобы помочь Оле. Девушка уже вошла в номер, а Рома побежал за Лёшей, но в итоге не нашёл его в отеле. В голове раз за разом повторялась мысль: «Я тебя ненавижу». Как теперь всё исправить? Извиниться сейчас будет грубой ошибкой, наверняка старший до сих пор ужасно злится на него. Сам Лёша тоже убежал, как и Вика сегодня. Внутри Ромы росло беспокойство за молодого человека, он боялся, что тот не вернётся в ближайшее время. Ему оставалось только надеяться, что его возлюбленный ошивается где-то поблизости.       «Вот бы с ним всё было хорошо»

***

      Когда Ольга стояла у двери и пыталась выгнать Лёшу, она и не думала, что Рома скажет эти слова. Старший парень, услышав это в свой адрес, развернулся и ушёл прочь. На его глазах не было слёз, скорее в них отражались глубокая боль и противоречивое чувство, от которого становилось не по себе, и внутри словно всё сжигало дотла. Когда Рома стоял и кричал вслед Алексею, а тот начал идти от него ещё быстрее, девушке хотелось сказать: «Чего же ты стоишь? Беги!», но в тот момент у неё была проблема поважнее. Перед ней стояла задача увидеть ту самую и наконец-то всё решить. Раз и навсегда прекратить причинять эту боль, побороть её своими благородными поступками и закопать поглубже. Только был один вопрос.       «А что, собственно, я ей скажу?»       Впрочем, уже было поздно тратить время на рассуждения. Она повернула ручку от двери и вошла внутрь. В комнате оказалось темно, и только тишина являлась активным соучастником проникновения в чужой номер. На улице тоже стемнело, а это значит, что им уже скоро нужно уезжать. Оля старалась передвигаться очень тихо, чтобы не создавать лишнего шума. Как Лёша и говорил, она отдыхает после визита к врачу и сегодняшнего дня, который успел отрицательно повлиять на Вику. Пробравшись вглубь комнаты, она увидела подругу, лежавшую на мягкой ложе. Девушка спала очень крепко, сжав рукой кольцо. Кажется, сейчас она вряд-ли проснётся от внешних раздражителей, так как бедняжка слишком переутомилась.       Саксон тихонько подошла ближе и села на край кровати. Почему-то ей было до невозможности больно смотреть на Вику, и она оторвала свой взгляд, устремив его в сторону окна, где раскрывался вид на большое количество низеньких домов с огоньками, освещавших всё в округе. Но, к сожалению, они не сумели осветить сердце девушки. Сейчас там очень мрачно и глухо, оно разбито вдребезги и наполнено горем. Возможно там паршивая гниль от ревности, которую Ольга испытывала на протяжении всего месяца. А может и разговор между девушками на выходных так повлиял на младшую. — Знаешь, порой мне кажется, будто ты в меня влюблена. Не как в подругу, а как в кого-то ближе, чем просто подруга. — Она сказала это вполголоса, надеясь, что больная спит и не проснётся от её дрожащего шёпота. — Наверное самой стоило догадаться, да? — Из её глаз потекла новая порция слёз. Слишком больно становилось от своих же вопросов. — Ты так боишься потерять меня? И ты убежала, оставив боль себе. Почему? Не хотела видеть, как я могу быть счастлива с другим? Знаешь, ведь я тоже не могу быть счастливой, пока ты в таком состоянии. — Она так и не смогла вернуть свой взгляд в сторону лежащей. Оля боялась увидеть проснувшуюся девушку рядом с собой. — Как бы мне хотелось, чтобы ты знала, насколько же я тебя люблю, но, кажется, ты об этом никогда не узнаешь. А всё из-за моей трусливости и слабости душевной, да и мысли мои явно мешают сказать об этом. Прости меня за всё и за это тоже. Я худшая!       Оля больше не могла выносить этого всего, не могла находиться рядом с ней и наконец решила удалиться из комнаты. В коридоре никого не оказалось. Она вышла и тихо прикрыла дверь за собой, а затем направилась в соседний номер. Уже внутри него Саксон собрала сумку и, лёжа на кровати, ожидала, пока их коллектив отправиться в путь. Девушка долго рассуждала у себя в голове о том, почему Вика так поступила. И ей казалось, что она знает ответ на вопрос, причём уже озвучив его примерно десять минут назад. Ольгу так и поедала ненависть к себе. Теперь её возлюбленная останется здесь, хотя вокалистка достойна отправиться вместе с ними. Саксон не хотелось никого видеть и слышать. Может быть было бы неплохо остаться в столице Франции и помочь Картер, но Ольга не могла подвести остальных ребят. Хотя она уже давно забыла про то, что ей через двое-трое суток выступать на сцене. Девушка тихонько заплакала, осознав, как сильно виновата перед Лёшей и Ромой. Ведь она даже не подозревала, что этих двоих можно как-то рассорить, и, поскольку это её вина, ей стоит извиниться перед Лёшей. Он не хотел впускать девушку только потому, что понимал, насколько сильно будет больно и плохо Вике. Он во что бы то ни стало хотел уберечь всех от боли и разногласий. И именно он знал, что Саксон нужно было подумать сначала и прислушаться к его советам.       А Рома сказал первое, что пришло ему в голову. Фильченков хотел помочь Саксон, но не смог моментально придумать что-нибудь, что могло бы одновременно выручить девушку и не расстроить любимого. Стоит ли девушке подходить к кому-то из них в ближайшее время? Рома и Лёша сейчас расстроены и даже злы друг на друга. Тем не менее ей стало слишком стыдно. Почему-то Оле казалось, что она сможет немного успокоить своё сердце, если хотя бы извиниться перед этими двумя.       Через некоторое время к ней зашёл Саша, и у парня было подозрение, что сейчас его девушке не очень хорошо. Он лишь быстро пробормотал что-то на подобии: "Нам пора", Саксон кивнула, они безмолвно собрали сумки и направились к выходу. Отдав карточку, пара покинула здание отеля. На улице шёл ливень, и остальные ребята уже оперативно загружали свои чемоданы в машину. Их ждёт поездка на автобусе в течение двенадцати часов, при этом остановка произойдёт только перед границей.       Рома, когда беспокоится, имеет привычку ходить туда-сюда, и в данный момент можно наблюдать такую реакцию на недавние события. Даже нет необходимости спрашивать, всё ли у него в порядке, так как ответ лежал на поверхности. Так что в ответ на расспрос со стороны Никиты по поводу состояния Ромы, тот получил от него лишь бессвязное бормотание. На это фростбол словно кинул на ветер: "Не знаю как ты, а я пошёл в автобус. Лёша уже там". С этого момента ходивший из стороны в сторону парень перестал нервничать и попытался зайти внутрь машины, но его остановила рука, удержавшая его за предплечье. Повернув голову назад, он увидел свою подругу. На её лице читалось сожаление и боль. Фильченкову хотелось что-то сказать, но та перебила негромким голосом. — Ром, я очень виновата перед тобой и хочу извиниться. Я зря тогда добивалась от Лёши пропуска к Вике. И из-за моей эмоциональности ты случайно ляпнул, что попало. — Её взгляд был направлен на автобус, где уже их ожидала половина команды. — Пожалуйста, прости меня за это. Лёша всего-то хотел уберечь Вику от боли, которую я ей принесла, поэтому мне не стоило так себя вести. — Я не хочу тебя винить в этом. Виноват тут один я. Язык за зубами не держу, вот и поплатился. Так что не принимай это на свой счёт. А вот насчёт Лёши... Я не могу винить кого-то из вас. В этой ситуации вы вдвоём были правы. — Хоть парень и заикался иногда, что мешало ему вести разговор в расслабленном тоне, но он всё же смог слегка улыбнуться своей подруге и предложить пройти в автобус, дабы перестать мокнуть под дождём, который обрушился на город. Оля сразу сказала, что пойдёт к Губанову, ведь она просто обязана с ним поговорить. Рома кивнул и отправился на пустое место, где он смог спокойно надеть наушники и не слышать окружающих. Всё-таки сейчас ему было бы слишком страшно даже просто услышать голос Лёши.       Когда они вошли внутрь салона, все тихо беседовали насчёт замены Картер, но Саксон было далеко не до этих разговоров. Её цель — конец автобуса, где сидел Губанов и старался не обращать внимания на всё вокруг. Он слушал музыку в наушниках и разглядывал вид из окна. Парню было словно всё равно на происходящее, в ушах напевались строчки из песни:

Our love is six feet under (Наша любовь закопана в шести футах под землёй) I can't help but wonder (Я не могу не задаваться вопросом) If our grave was watered by the rain (Если дождь прольётся на нашу могилу) Would roses bloom? (Расцветут ли розы?) Could roses bloom (Зацветут ли розы) Again? (Вновь?)

[Billie Eilish — Six Feet Under]

      Мужчина не заметил, как рядом оказалась девушка, явно хотевшая что-то сказать. Его немного подёргали за плечо, но его глаза так и не обернулись на призыв, потому что он очень серьёзным голосом сказал: — Оставь меня в покое. — На самом деле он думал, что к нему подсел Роман, но ошибся, и девушка снова дотронулась до локтя. — Я ЖЕ СКАЗАЛ ОСТАВИТЬ МЕНЯ В ПОКО…! — И когда наконец тот удостоил девушку своим злым взглядом, вдруг до него дошло, что ошибся и просто так наорал на неё. В автобусе никто внимание на пару, многие были в наушниках, другие же ребята сами громко разговаривали. — Прости, Лёша. Я наверное пойду. — Теперь идея поговорить с ним оказалась самой ужасной. Он сейчас зол и, кажется, вовсе не настроен с кем-либо разговаривать. Девушка только хотела встать, но ей помешала чужая рука, потянувшая её вниз, обратно на сидение. — Постой. Я не хотел кричать, по крайней мере, на тебя. Прости. — Он не мог в этот момент взглянуть в глаза девушки. Было видно, как лицо Алексея из гневного превратилось в расстроенное. Однако некоторые черты лица было сложно разобрать из-за темноты в салоне (кто-то уже спал, поэтому ближе к ночи общий свет выключают), да и к тому же парень испытывал слишком много эмоций, чтобы понять его состояние более детально. — Всё равно прости. Я повела себя не очень красиво тогда, в отеле. Теперь из-за меня вы в ссоре... — Прекрати. Не говори так! — Алексей помрачнел, его руки крепко вцепились в плечи своей подруги. Теперь Оля немного напугана действиями друга. — Что? — Знаешь, почему всё это случилось? — Было непонятно, стоит ли ей отвечать, но парень не стал ждать её реакции. — Каждый из вас считает себя виновным в чём-то, из-за этого вы начинаете убиваться. Хотя Вика и убивалась из-за любви, но, знаешь, у меня такое чувство, будто она чувствует вину и перед нами. В особенности эта вина перед тобой и… ну...— Кажется, Оля понимала, что парень говорил о их наставнике. — Забудь. — Он сделал паузу перед тем, как продолжить свою реплику. — Теперь ты извиняешься за то, в чём именно я, а не ты, мог быть неправ. Представь себе, даже Никита сейчас чувствует себя виноватым за то, что произошло с Викой. Из-за этого он может начать нервничать на сцене. Ты тоже можешь поддаться своим эмоциям, что плохо скажется на вашей игре. — Я же профессионал, и поэтому я обязана оставить свои проблемы и работать. — На этот ответ Лёша изогнул бровь и хотел было засмеяться. — Мне кажется, Вике это не помогло. — Он в конце концов отпустил плечи рядом сидящей подруги и обратно облокотился на окно. — Просто прекрати убиваться.       Через некоторое время они доехали до границы, поэтому всем пришлось выйти из автобуса и показать документы: визу, загранпаспорт. В принципе обычная процедура любого театрала. Пройдя пограничный контроль, все снова сели на свои прежние места. Лёша нервно выдохнул и уже начал засыпать, но, к сожалению, ему не дали возможности отдохнуть. — А у тебя разве есть вина за что-то? — Спросила Лёшу девушка. Кажется парень не спешил отвечать на вопрос. Он долго обдумывал и наконец ответил неловкое "Да". На это девушка произнесла. — Но ты же ничего дурного не сделал. — Вот именно, я ничего не сделал. Ситуацию легко было предугадать и предотвратить, но я лишь сидел в сторонке, надеясь, что всё разрулится своим путем. Но сейчас я понимаю, что ничего уже не повернуть назад. Надо жить с этим дальше. — Голос парня звучал не очень убедительно, с горечью в словах. Они снова помолчали, и Лёша ужасно боялся, что девушка захочет спросить про Фильченкова. Он оказался прав. — Тебе не стоит злиться на Рому. — Заткнись! Я не хочу говорить про него. — Он чувствовал себя не в своей тарелке. Саксон хотела дотронуться до его плеча. — Я хочу, чтобы ты ушла. — Самое лучшее решение для того, чтобы избавиться от проблемы, - это убежать от её и не прибегать к решению. Есть ещё запасной план: можно сделать всё для того, чтобы проблема ушла сама. Конечно, сама проблема не улетучивается, но, по крайней мере, перестанет мелькать перед глазами. В принципе, так и поступил Губанов, выгнав Олю. Ему не хотелось вспоминать слова, сказанные Ромой. Прошло всего несколько часов, за такое время слишком сложно забыть о происшествии.       Девушка послушалась парня и ушла. Пройдя вперёд по автобусу, она увидела Рому, который, в свою очередь, сидел один. Выбор Оли пал на кресло рядом с ним. Она тихо села и посмотрела в окно, на которое облокачивался парень рядом с ней и спал. Оля глубоко выдохнула и сама попыталась заснуть, только этого у неё не получилось. Всю оставшуюся ночь девушка не спала, её снова беспокоили различные мысли. Голова не могла их угомонить, потому приходилось самой себе непрерывно отвечать на вопросы, но с каждым разом ответом их становилось всё больше.       За окном продолжался ливень, иногда мелькал зелёный лес попеременно с маленькими посёлками, и сейчас, в три часа ночи все спали, кроме трёх людей. Водитель, а точнее Кашин, Саксон и Губанов. Последние двое не могли уснуть из-за сильных переживаний. Затем, в четыре утра проснулся Рома. Он чувствовал себя неспокойно и отлично знал на то причину. Парню было больно и отвратительно от себя самого. Рядом с ним сидела Саксон, которая, кажется, тоже не спала и смотрела куда-то вперёд, где находилось лобовое стекло. Совсем скоро должно взойти солнце на горизонт, а сна ни в одном глазу.       Фильченков чувствовал себя смутно, некомфортно. А когда он начинал беспокоиться… Нет, сейчас он не мог начать ходить по всему салону. Ему не хотелось показываться ребятам в таком состоянии. Да и будить кого-то не особо хотелось. Было слышно похрапывание на заднем сидении, но это не имело никого значения. Как бы Рома не пытался списать свою бессонницу на храп, всё равно не мог отвлечься от мыслей, которые посещали его ещё до границы. Случилось ли та самая ситуация из-за беспокойства парня? Может ему стоило понять состояние Картер и поддержать любимого. Но, если ему остаться честным перед самим собой, всё-таки ощущалась незначительная ненависть к вокалистке. Тогда парню даже в мысли не приходило, что девушка способна на такое поведение, ему казалось, что она обязана держать себя в руках. Он чувствовал, что произошедшее было несправедливо. Но с другой стороны…       Он не мог просто отпустить ситуацию, потому что знал, как виноват перед Губановым, перед Олей, да и перед Викой он, кажется, не меньше провинился. Время тянулось весьма долго. Казалось бы уже прошла целая вечность, но автобус всё продолжал мчаться по дороге. — Оля? — Сказал шёпотом парень. — Да? — Можешь мне кое с чем помочь?

***

      Честно говоря, все спали как вздумается, совсем не заботясь, в какой позе они это делали. Из-за этого почти у всей команды болели спины и шеи, так как сидя спать не удобно. Приехав в гостиницу, они заселились по-одному. — Так, Берлин наверное будет последним городом в нашей поездке, так что мы будем здесь в течение целых шести дней.       Рассказав эту информацию ребятам, Даня раздал некоторую сумму денег театралам, а сам пошёл в свой номер, прося, чтобы его не беспокоили. Мужчина планировал как следует высыпаться после длинной поездки.       Берлин - достаточно оживленный город. Все бегают, пытаясь выполнять свою работу. Люди вокруг вечно куда-либо спешат и не замечают даже того, как могли кого-то случайно толкнуть в плечо. Они кидают громкое «Entschuldigung»* и бегут по делам дальше. Те, кто не спешит, выглядят подавленно и чем-то не очень довольными. Конечно, будний день у немцев, как правило, достаточно насыщенный. Берлин является городом компаний, производств и работы. Для местных жителей карьерная лестница стояла превыше всего. У многих людей даже своей семьи не было, всё некогда, да и экономнее жить одному. Больше всего немцы скорее всего любят выходные.       В день прибытия группы в город погода была тёплая, приятная. Солнце ярко светило, тем самым создавая хорошее настроение. Ребята шли достаточно долго до места прибытия. Наверное впервые за эту неделю они смогли расслабиться и почувствовать себя более отдохнувшими и будто заново родившимися. Так как мышцы ужасно болели почти у всего коллектива, они решили сходить в салон и сделать массаж, дабы хоть немного расслабиться. Многим это показалось хорошей идеей, поэтому уже были те, кто определённо собирался это сделать. Массаж всего тела, сауна разных температур, охлаждающая вода в бассейне. Всё, что нужно для расслабления после долгой дороги. Будто ты очистился от всей грязи, от всего напряжения. Хотя по двум людям так судить не стоило. — Мне кажется, или вы лимон проглотили? — Саша лежал в бассейне и наслаждался водой после сауны. А фраза была обращена к Оле и Лёше. Те тоже были в воде, только особого удовольствия не чувствовали. Им ужасно хотелось лечь в кровать и уснуть. Было бы ещё лучше, если бы их никто не беспокоил. Лёша отправился в сауну с остальными только потому, что не хотел случайно увидеть в гостинице Фильченкова, а вот вторую особу уговорил пойти Саша.       Те двое криво улыбнулись у ответ и продолжили плескаться в воде. Лёша не горел желанием делать все эти процедуры, ему лишь хотелось поспать. Он на массаже почти заснул, но, к счастью, ему вовремя сказали о завершении очередного сеанса. Губанов даже не знал, кого благодарить, когда они закончили свои "развлечения". В то время как Оля вообще спала, причём конкретно так, самым что ни на есть глубоким сном. По дороге домой она была совсем никакая и готова была упасть прямо на асфальт и заснуть.       С одной стороны, они не спали всего сутки, могли бы и потерпеть. Но с другой стороны, когда ты морально истощён, и тебя ведут в такую парилку, становится весьма дурно, поэтому сон так необходим.       Из всех ребят в их коллективе на процедуры не пошёл только Рома. Он остался в своём номере и занялся поиском театров или мест, где они бы могли сыграть свой мюзикл. На самом деле, Кашин сказал, что на тот момент сам не знал, станет ли Берлин у них финальным городом тура, поэтому место для выступления пока не было найдено. Хотя такие вещи продумывают ещё за полгода самого отъезда. — Ну, Берлин пока что последний город, который быстро согласился нас взять. У нас есть ещё несколько городов для выбора, но пока не знаю, позволит ли это наш бюджет. — Рома услышал это от Дани, когда они в мае перед кастингом пересеклись. Тогда эти двое увиделись впервые, и встреча прошла в приятной обстановке.       Итак, выбор Романа остановился на двух театрах. Он переслал их Дане, надеясь, что ему понравится, и он тот обязательно отправит туда заявку на исполнения их мюзикла. Как хорошо, что этот город был в списке тех городов, которые разрешали ввозить молодых артистов почти сразу по запросу. Многие посольства вообще не принимали заявки на въезд за три месяца до выступления, необходимо было минимум за шесть месяцев или за даже год.       После небольшой работы по поискам парень постарался заснуть, и спустя больше чем сутки его глаза сомкнулись, и все до единой мысли улетучились на второй план. Он смог провалиться в сон. Фильченков даже не успел разобрать вещи, так как слишком был занят.       Вечером группа вернулась в отель, и уже там их ждала какая-то девушка с чемоданом, к ней быстро подбежал Вова. — Хей, привет. — Те двое обнялись и начали что-то бурно обсуждать. Лёша узнал эту девушку. Он сразу приметил в Лондоне необычную певицу, она неплохо делала свою работу и даже хорошо вытягивала октавы. Парень вышел тогда с Олей танцевать, это было весело. Вова конечно немного замешкался перед ребятами, но всё же смог рассказать о его спутнице. — Ну, ребята, перед тем как мы войдём в гостиницу, я должен вас познакомить с нашей новой певицей. Её зовут Леся, и многие её видели в Лондоне, когда мы отдыхали в баре. Так как Вика не смогла с нами продолжить гастроли, Даня решил ей предложить выступать с нами до конца тура. — Все на это похлопали. Как бы театралам не было жалко Вику, сейчас всё же Олеся стала новым членом их коллектива, а это значит, что они должны принять её к себе в "Семью". Девушка улыбнулась всем в ответ и подошла лично к каждому поздороваться. Когда настала очередь Оли, Леся заметила грустный взгляд девушки. — С тобой всё хорошо? — Забеспокоилась она. Оля не ответила на этот вопрос сразу, только через пять секунд неловко кивнула и убедила её, что с ней всё в порядке. Когда суета с приветствиями закончилась, все направились внутрь, а Вова с Лесей пошли к номеру Кашина. Братишкин постучал по двери, и с обратной стороны послышались шаги. Через несколько секунд дверь открылась, и перед их взором оказался парень, как-будто только что вышедший из глубокой спячки. — Извините, что вышел к вам в таком состоянии, я немного не выспался, — Кашин быстро привёл себя в порядок, выбрался из номера и сказал парочке идти за ним на рецепшен. Он начал что-то активно говорить девушке за стойкой, и та быстро принялась заполнять документы, а затем, распечатав их, предоставила Лесе, чтобы та расписалась в некоторых местах. Быстро выполнив все необходимые требования, они отправились обратно на верхние этажи.       Уже позже вечером Рудской и все вокалисты собрались обсудить выступление. Им прошлось очень нелегко во время распределения ролей на исполнение песен. Собрание шло чуть ли не два с половиной часа. Если бы не Слава, который проснулся из-за шума, то наверное они могли бы сидеть до двух ночи. Он их отругал за бурную деятельность и разогнал каждого по номерам. Никита проворчал, что им нужно подготовиться, но, к сожалению или даже к счастью, вокалисты всё-таки пошли спать из-за усталости, чему разумеется были довольны их соседи и люди с других этажей.

***

      Эта ночь была прохладной и предельно тихой, лишь изредка под окнами проезжала машина. На улице наблюдалась ветреная погода, распространившаяся по всему городу. Рома почувствовал прохладу, проходящей по спине и ногам. Оказывается, в его номере было открыто окно, и оттуда дул ветерок, иногда посвистывая. Жаль, ветер не знал такой поговорки: "Не свисти, денег не будет". Хоть явлениям природы и не присуще знать такие выражения, но вот люди всё время друг другу так говорят. Складывается такое впечатление, будто эту устойчивую фразу придумали люди, которых раздражал свист, и им хотелось заткнуть этих выпендрёжников, издававших противные звуки изо рта.       Рома проснулся, но глаза не открыл и подумал, что всё хорошо и можно спать дальше. Только через некоторое время приходит осознание, что Фильченков не открывал окно с того момента, как он заселился в этот номер. Он открыл глаза и огляделся вокруг. Ничего не было видно из-за непроглядной темноты. Ещё его беспокоило то, что чем-то конкретно воняло, и Рома не мог различить, из-за чего именно. Он еле встал с кровати и пошёл искать переключатель. Парень всё же смог это сделать, пройдя некоторые препятствия, а конкретно чемодан, стоявший посередине комнаты, и что-то разлитое на полу, похожее на липкую лужу густой жидкости. Когда свет был включён, стало очень страшно.       Весь номер был покрыт кровью. Пол почти целиком испачкан ею, на стенах виднелись надписи:       "I hate you"       "Kill me"       Сердце парня начало биться всё чаще и чаще, он огляделся вокруг и посмотрел на свои руки. Они тоже были все в крови, как и вся заляпанная в пятнах одежда. На кровати лежал серебряный нож, точнее он раньше был таким, но сейчас орудие переливалось на свету красными оттенками. Сначала парню показалось, что его уже убили, и он является духом или что-то вроде того, но нет, на нём нигде ран не оказалось. Да и его трупа на кровати не присутствовало в том месте, где он только что лежал. Рома хотел было попытаться сконцентрироваться на происходящем и наконец понять, что случилось, но не успел.       Из коридора раздались ужасающие крики, и это ещё сильнее испугало Рому. Он задрожал и от страха замер на месте. За ним послышался ещё один выкрик, только менее громкий, на этот раз больше похоже на отчаянный вопль. Парень не выдержал и пошёл к двери, чтобы выйти из номера и попытаться разобраться в ситуации. Приоткрыв дверь, он никого не увидел, правда кое-что важное всё же заметил: из его номера начиналась кровавая дорожка. Фильченков тихо пошёл по следам на полу. В некоторых местах на стене виднелись отпечатки крови, будто кого-то специально били об стену. Он всё шёл и шёл, и с каждой секундой ему становилось всё страшнее и невыносимее от увиденного ужаса. Его могли в любой момент зарезать или пристрелить, но он продолжал идти дальше, будто находясь в типичном ужастике. Парень специально замедлял шаги и оттягивал момент, который мог его ещё сильнее напугать. Возникает интересный вопрос: почему он не пошёл за помощью к другим ребятам? Наверное, ему было слишком страшно. Вдруг маньяк услышит и сразу направится к нему. Надо же первым делом понять, где находится главная опасность, а затем направиться за подмогой.       Не успев заглянуть за угол, Рома обернулся и увидел то, что его заставило впасть в настоящий шок и ни с чем не сравнимый ужас. На полу лежал Лёша, весь в крови. Хотя на Лёшу он был не сильно похож, скорее на жестоко изуродованный труп. На его бёдрах властно стоял он — Рома. Он ранил своего друга ножом, многократно нанося увечья в грудь. Тело Алексея уже давно было бледным и остывшим, глаза, хоть и были открыты, но в них не осталось ни единого жизненного отблеска. Лишь серые, пустые, расфокусированные глаза. Лицо почти целиком изуродовано порезами. Убийца даже не обернулся, когда Рома неистово закричал на него что было силы от осознания смерти близкого человека. Его разбитое сердце от боли выжито и вывернуто наизнанку. Снаружи, на животе мёртвого были видны выпотрошены внутренности. Глядя на это, рвотный рефлекс не заставлял себя ждать. Теперь стало ясно, откуда шёл такой отвратный запах. Через несколько секунд труп кинули куда-то в открытое окно, откуда залаяла собака. Хоть Рома её не видел, но живо представил себе её чёрной как ночь, с красными глазами и огромными клыками, с широким ошейником, украшенным шипами из золота. На лице Ромы-убийцы заиграла безумная улыбка, он весь был в крови.       Рома, который настоящий, ничего не мог сделать, так как уже попал в поле зрения убийцы. Движение с места могло бы стать роковой ошибкой. Он просто плакал. Через пару секунд тот убийца встал с места и приблизился к своему дрожащему двойнику. — Я его ненавижу, как и ты. — Проговорил Лжерома. Жертва была взята за подбородок и прижата к двери. — НЕТ, НЕ Правда! Я-я любл-лю его! — Еле слышно прохрипел Рома — Только ты первый сказал ему о своих чувствах. И видимо совсем не жалеешь об этом. — Нет-нет-нет-нет! — НЕ ЛГИ СЕБЕ. — Тот ударил ножом в живот, и жертва издала истошный крик. После чего его отпустили, и он начал падать, падать и падать вниз.

***

— А-а-а-а-а!!! — Рома проснулся в холодном поту, вскрикнув чуть ли не на всю гостиницу. Сначала Фильченков даже не понял, что произошло, но через минуту пришло осознание, что это был всего лишь кошмар. Чтобы выйти из длительного и страшного сна, стоило всего навсего упасть, то есть расслабиться, как и случилось в конце этого ужаса. Тело парня задрожало, ему оставалось тихо себя успокаивать и внушать, что всё было дурным сном. Иногда он даже что-то шептал в своём бреду, пытаясь отвлечься от всего. В конце концов у него это получилось, но процесс возвращения в реальность длится довольно долго, поэтому у Ромы получилось не сразу. Он сел и посмотрел в закрытое окно, там виднелся обычный город и его улицы. Ничего особо примечательного не было в ночном городе. А небо на удивление переливалось маленькими яркими блёстками в виде звёзд. В дополнение к ним прилагалась необычайной красоты луна. Скорее всего этой ночью было полнолуние. Фильченкову не хватило сил оторвать взгляд от прекрасного неба.       Некоторое время спустя парню снова захотелось лечь спать, но ему не удалось осуществить своё желание в деле, метаясь по всей кровати в надежде закрыть глаза. Хотя, если так подумать, Роме и не хотелось засыпать. Почему-то у него была уверенность, что он увидит похожий сон. Парень уже точно не сможет спать всю ночь, и всё, что ему осталось, — это встать с кровати и ходить из стороны в сторону.       Парень не мог остановиться. Он достаточно долго обдумывал всё в своей голове. Но единственное, что получалось на деле, - это каша в голове. У него до сих пор в носу стоял тот противный запах из сна. Фильченков не мог долго оставаться внутри номера и вышел из него. У парня было в мыслях зайти к Губанову, но всё же эта идея его пугала и отталкивала.       Артист в итоге вышел на улицу и встретил откуда-то возвращающихся Лесю и Вову. Они над чем-то смеялись и не обращали на него внимания. Позже, всё-таки заметив его, пожелали спокойной ночи Роме. В ответ парень грустно улыбнулся и отправился подальше от них. Рядом с ним никого не было, лишь бесконечная, глубокая пустота. Все находились в номерах и отдыхали от рабочего дня. Завтра у этих людей выходной и наконец-то можно заняться своими делами и личной жизнью. Хотя, честно говоря, многие в этот день всё равно выходили на свои рабочие места. Всё-таки иногда людям приходится работать не покладая рук. Лишь редко они наслаждаются отпускными и могут позволить себе расслабиться за счёт чужих средств. Но чаще всего люди берут отпуск, чтобы разобраться с проблемами в жизни. Это может быть помощь родственникам, посещение разных врачей и лечение, а может шанс разобраться: кто ты, и кем являешься. Для этого человеку вполне хватит времени.       Ночь и правда была тихой, как в начале того сна, в котором сам убил и себя и… Ему не хотелось думать об этом. Такие мысли причиняли слишком много боли молодому парню. Он бы никогда не смог человеку, и тем более его любимому человеку, причинить боль. Хотя, рассуждая на эту тему, Рома понял, что один день назад он разрушил ту гипотезу. Фильченков причинил боль, хотя этого не хотел. То же самое, как ножом пырнуть в самое сердце или же в живот… Опять-таки, как в том ужасающем сне. Парню срочно нужно было отвлечься, но он не знал как. Хотя нет, у него появилась одна нелепая затея. Только было одно но: на тот момент все театры, тренажёрные и танцевальные залы были закрыты. Некуда парню идти, чтобы его никто не видел. Но, хорошенечко раскинув мозгами, Рома задумался, кто же его мог увидеть? Он достал свои наушники и телефон. Пришлось долго копаться в нескончаемом плейлисте, но, подобрав нужную музыку, он начал танцевать. Да, танец — именно то самое, что было необходимо нашему актёру!       Потихоньку он сделал движение вверх ногой, рука зацепила её, и Рома начал раскручиваться. Смотрелось очень эффектно, правда перед танцем он не размялся и из-за этого не смог достичь максимальной растяжки... Нет, он не может просто танцевать. Парню будто что-то мешало. Может всё-таки стоило дождаться вечера, когда их коллектив пойдёт в театр Берлина, и там уже размяться и начать танцевать? Уже скоро Роме предстояло снова ступить на сцену. Для него и его труппы* место новое, придётся сделать немало усилий, чтобы привыкнуть к здешнему месту.       Танцору стоило вернуться обратно и отдохнуть, но он не мог этого сделать. Он всё шёл, его тянуло вперёд пройтись по городу. Огни на улицах прекратили гореть, а это означает, что наступило ранее утро. Рома так долго шёл, что неожиданно добрался до главной площади города, которая находилась в трёх часах от гостиницы.       Александерплац площадь. Место, где собрано большое количество достопримечательностей разных оттенков. Сама площадь большая и помещает себе много интересного и удивительного. В основном в этом месте расположены здания, построенные до Второй Мировой войны. Красная ратуша, церковь Святой Марии. Вместе с этим здесь есть и современные постройки, как например отель, на вершине которого находятся смотровые площадки. Кроме него, тут располагается самая длинная телебашня в Европе. Если продолжить разговор о достопримечательностях площади, то список все ещё будет не окончен. На Александерплац находятся мировые часы. Именно здесь можно узнать, сколько сейчас времени в главных государствах всей планеты. Их тут целый сто сорок восемь. Поразительная цифра. И сейчас Рома рассматривает часы, показывающие московское время: девять утра. Разница с Берлином два часа, потому что сейчас здесь семь часов.       А в наушниках продолжала играть мелодия. Она передавала опечаленное настроение с оттенками грусти и эмоционального всплеска.

What do I do With a love that won; t sit still Won't do what it's told What do I do With a love that won't sit still

[Vienna Teng - Stray Italian Greyhound]

      Фильченков продолжал идти, но уже в сторону отеля. Правда через некоторое время, когда он все-таки потерялся, пришлось ехать на такси, и уже через полтора часа он наконец прибыл на место. На часах без пятнадцати десять. Внизу на первом этаже сидела Оля и ждала остальных ребят. Они договорились идти в десять на завтрак. Проснувшись рано утром, девушка не смогла больше спать. Она решила собраться и посидеть внизу. В тот момент, когда парень вошёл внутрь, девушка сразу его увидела. На самом деле Рома тоже её увидел, но хотел пройти мимо неё, чтобы она ничего не спрашивала. — Рома? Ты гулял по городу? — Да не, выходил минут на десять. — Ему хотелось быстрее уйти и даже не присутствовать на завтраке. Честно говоря, у Ромы всё ещё раскалывалась голова. Боль сильными импульсами отдавала в виски. — Не ври, я сижу здесь уже минут двадцать. Ладно не важно. Подойди ко мне поближе. — Её друг выполнил просьбу и уже через две секунды оказался около неё. Она привстала и приблизилась к нему, глубоко вдохнув воздух носом. — Всё, иди. — Рома даже не понял, что произошло, но не стал докапываться до истины и ушёл.       Оля обратно присела на диван и продолжила ждать. Она не просто так сделала это. Во-первых, в гостинице воняло алкоголем, а во-вторых, Рома ей сейчас лгал. Но, как оказалось, запах шёл от парня за стойкой регистрации, а вот насчёт поведения наставника Саксон ничего не могла сказать. Что-то явно было не так. Через несколько минут раздумий, она увидела другого помятого мужчину.       Лёша и правда выглядел мягко говоря не очень, но намного лучше, чем вчера. Он сел рядом с ней и пожелал ей доброго утра, а затем погрузился в себя. Парень подолгу о чём-то думал, и Оле иногда казалось, что Лёша способен долго анализировать вещи, которые могут повлиять на очень важные события в его жизни. Но иногда происходит наоборот: парень слишком быстро принимает решения, хотя всё равно потом размышляет на эту тему. Девушка давно знала его особую черту. Например, когда Оля рассказала про кастинг Лёше, тот быстро согласился, даже не думая о том, к чему это может привести в итоге.       Начиная с момента отъезда из Парижа и до сей секунды, у Губанова были одни раздумья, на которые он пытался найти ответы. Парень мог в течение продолжительного времени рассуждать на ту или иную тему, сопоставлять факты и ненароком найти препятствие в виде ещё одного вопроса, который необходимо решить в обязательном порядке. Каждый раз становится всё больше вопросов и меньше ответов. Со стороны выглядело, будто Лёша пытается развязать большой клубок запутанных нитей, образовавшихся в его сознании. — С тобой всё нормально? — Спросила девушка, но Лёша не услышал вопрос. У него и своих было огромное количество. — А? — Он что-то пробормотал, пытаясь различить голос подруги среди пелены своих мыслей. — Говорю, с тобой всё хорошо? — А у тебя всё хорошо? — Они отлично знали ответы на этот вопрос, но им не особо-то хотелось отвечать и признавать факт тех или иных проблем. Поэтому эти двое просто промолчали вместо ответа на взаимно неприятных для них вопрос. В данный момент девушка с парнем понимали друг друга лучше, чем обычно. Этим молчанием каждый из них будто кричал о том, что в жизни точно не всё в порядке. Наверное им стоит поговорить обо всём немного позже, потому что на данный момент никто из них не был готов к такому разговору.       Через некоторое время пришли и другие люди из их коллектива. Все были на позитиве, с приподнятым настроением. Последний пришёл Весёлов и сообщил, что Рома не пойдёт и что его вообще не следует беспокоить вплоть до самого концерта. После этого все направились в столовую, которая находилась недалеко от их места жительства.       Столовая была не такой уж и плохой, какими они бывают обычно. Обстановка оказалось приятной, словно ты очутился дома, где тебя ожидают родственники, каждый день готовящие еду с любовью и душой специально для вас. Эти слова могут звучать немного по-детски, но так было на самом деле. Проходящие мимо люди добавляли домашней обстановке тепло своими радушными улыбками.       Все бурно разговаривали с Лесей и потихоньку узнавали, кто она такая. В принципе это было основной темой разговора. Саксон немного поела и вышла как только смогла. Конечно у неё не было ненависти к этой новой особе, даже наоборот, девушка вызывала восхищение у неё, ведь она смогла приехать и помочь с их проблемой. А проблема была связана с отсутствием Вики. Девушка даже не подозревала, что где-то внутри неё зародилась глубокая обида. По сути она не могла винить её в том, что она напоминает Вику своим поведением.       Внутри ресторана ребята продолжали разговаривать и много рассказывали Лесе об их приключениях в туре. Вокалистка улыбалась всем подряд, пока девушка перед ней резко не встала и не удалилась из-за стола. — С ней всё в порядке? — Я думаю, она всё ещё нервничает и беспокоится из-за сложившейся ситуации в Париже. — Вова немного подумал и взглянул на Лёшу, который кажется даже не ел, копаясь в чертогах своего разума. — Лёша, а с ней точно всё хорошо? — Нет. — Он даже на повернул голову, чтобы посмотреть на них. Парень не не сомневался в ответе и сразу сказал без колебаний. — Вика сильно себя покалечила физически и морально. Мне кажется, очень просто догадаться, что она считает себя виновной. — Олеся повернулась на парня в чёрной кофте и серой футболке. — Вика - та девушка, которая не смогла поехать с вами, и теперь я здесь вместо неё? — Тот кивнул и всё-таки накрутил макароны на вилку и съел. На вкус и правда неплохо, но его сознание не обратило на это внимания. — Как вижу, с тобой тоже не всё в порядке? — Братишкин смотрел на него с странным взглядом. Его слова звучали то ли с сочувствием, то ли с сарказмом. Губанову было как-то всё равно, и для него главное, чтобы тот поскорее отстал от него. Так что поэтому ответ в оптимистичном тоне был лучшим вариантом. — Со мной всё в порядке. — Не видно. И что же такого случилось, что тебе аж лгать приходиться? — Вова пытался докопаться и вытащить из Лёши слова, которые бы объяснили состояние друга. Тот резко опустил вилку на тарелку так, что аж послышался грохот металла о фарфор. — Прости, но мне кажется, тебе это мозги ебать не должно, так и не еби их мне. — Лёша считал, что он абсолютно прав в этой ситуации. Если бы он захотел, то сам бы рассказал о своей проблеме. Настроение с утра не задалось, так теперь Вова ещё больше портит день. Из-за всего этого в его голове начался полный бардак, хотя там и так полно тараканов. Но тот, кто до него пытался докопаться не совсем понимал, почему его друг совсем не хотел обсудить, потому что возможно кто-то из них мог бы помочь. Вероятность низкая конечно, но почему нет? И это «нет» бесило молодого парня. — Что, парень не дал, или же обидели нашу бедную принцессу? — Вова всегда язвил в такие моменты, думая, что именно таким образом он сможет развеять обстановку. Но кажется в ушах «принцессы» бурлила кровь, хотелось сильно оскорбить и сказать что-то обидное в ответ. Но голова и так болела, поэтому ругаться не хотелось. Парень быстро встал из-за стола и быстрым шагом вышел из заведения. Кажется все до единого замолчали и стали тише воды. Это была довольно неожиданная реакция со стороны Алексея, и все присутствующие даже не поняли, что произошло. До этой секунды каждый разговаривал на свою тему с разными людьми, но теперь все взгляды устремились только на одного Вову. — Почему-то мне кажется, что ты попал в точку своими не очень приятными выражениями. — Сказала вокалистка рядом с ним. Вова не обратил внимания на неё. Он что, правда смог задеть Лёшу своей шуткой? Такое и вправду с ним впервые происходит. Теперь Братишкину стало стыдно за своё поведение. Видимо в тот момент парню стоило оставить того в покое. А теперь нужно извиниться. Обычно, когда Вова начинает общаться в такой манере, его друг быстро подхватывает озорной настрой, и их общение начинает состоять из подколок и стебаний друг над другом. И это не обидно, а наоборот, смешно и даже клёво, но походу у старшего парня и правда что-то случилось.       Когда парень наконец вышел на улицу, он встретил Олю, которая рассматривала окружающий мир только потому, что забыла телефон в номере. Лёша прошёл мимо девушки, не обращая на неё внимания. Вдруг его неожиданно схватили за руку, и он повернул в сторону незамеченной Оли свой довольно разозлённый взгляд, которым смог поймать лишь женское лицо, наполненное недоумением и беспокойством. — Лёш? — Парень едва держался, чтобы не закричать на подругу. — Прости, что отвлекаю, но не мог бы ты со мной сходить в одно место? — Не могу. Простите, но сейчас мне придётся вас покинуть. — Он отдёрнул руку и пошёл в сторону места жительства. Алексей передвигался очень быстро и не останавливался ни на секунду. Хотя кто за ним сейчас побежит? Парень в данный момент очень зол и может сказать всё, чего порой говорить не стоит. Через минут десять он оказался в холле гостиницы, правда перед входом здание врезался в кого-то. — Смотри куда идёшь! — Закричал Губанов. Посмотрев вперёд, он увидел перед собой Рому, который тоже валялся на полу из-за сильного столкновения. Фильченков быстро поднялся и подошёл к нему, протягивая руку помощи. Но тот без колебаний встал сам и дерзко прошёл мимо него. Но парня остановила рука, взявшая его за кисть. Лёша почувствовал тёпло и небольшие подрагивания, исходившие из чужой руки . Тот что-то хотел сказать, но не мог подобрать слова. Все его мысли моментально куда-то вылетели, и теперь на месте оказалась только пустая башка, а перед ним закипающий от злобы парень. Тот отдёрнул руку и жёстко съязвил. — Мне казалось, что прикасаться к тем, кого ненавидишь, не очень приятно. Скажи честно, ты мазохист? — Лёша сам поднялся, посмотрел в упор ещё секунды три, а затем скрылся с глаз младшего. Честно говоря, Фильченкову хотелось на месте закричать и горько заплакать. Его силы оказались на исходе, поэтому он просто не мог начать о чём-то говорить или хотя бы извиниться. Эта ситуация ещё дальше загнала парня в дебри самокопания, заставляя его чувствовать ненависть к себе и окружающим.       Рома пошёл в столовую в тот момент, когда все возвращались оттуда обратно. Ему пожелали приятного аппетита. Уже войдя внутрь, он увидел Олю, одиноко сидевшую и пившую чай с каким-то неизвестным для Ромы тортиком. Тот подошёл к буфету, себе кое-что заказал и присел напротив девушки. Та немного дёрнулась, но когда поняла, что это всего лишь Рома, то быстро успокоилась.       Наверное светловолосому стоило хоть как-то начать разговор, но всё тупо вылетало из головы из-за того, что он встретил Хеса совсем недавно и повёл себя не очень правильно. Мог бы вести себя нормально, мог бы сказать, что ему очень жаль, но нет... — Сегодня прям не очень удачный день, правда? — Саксон попыталась растворить эту неловкую тишину между ними. Рома даже обрадовался, что девушка первая вошла в контакт с ним. — Здесь не поспоришь. — Ему принесли чай, и он посмотрел в окно, около которого они расположились. Мимо проходили люди, каждый направлялся в свою сторону: кто на остановку, кто в метро, а кто-то к себе домой. Погода была весьма малооблачна, и солнце освещало своими лучами всю столовую. — Почему твои слова так обидели его? — Оля посмотрела на своего друга, который не смог повернуть голову в её сторону. — Ты хоть извинился? — Ответом была тишина. Кажется после этих слов парень ещё больше вжался в себя. Девушка громко вздохнула и пыталась придумать что-нибудь. — Что-то случилось в столовой, пока меня не было? — Спросил Рома, которому хотелось перевести тему. Оля крайне задумчиво ему ответила слегка монотонным голосом. — Скажем так, Вова успел немного взбесить Лёшу. Скорее не со зла, не знал же он, что с твоим парнем. — Рома молчал, глаза его потухли. Не удивительно, почему Губанов находился в таком состоянии. — Я давно общаюсь с Лёшей, и знаешь, Вова никогда его не бесил. А если бесил, то непременно начинал язвить в ответ. Когда они друг друга стебут, то скорее это по дружбе. После вспыльчивой реакции со стороны Лёши и его ухода, Вова сразу спросил меня, что же с ним произошло, но я ничего не сказала. — Оля услышала тихое «спасибо», после чего в её голове возникли вопросы.       Сближать людей оказалось намного проще, чем мирить. Чтобы познакомить два человека и отрекомендовать их, стоило придумать пару льстивых фраз, на которые каждый из этих двоих обратит внимание и станет приглядываться к другому. Однако для того, чтобы двое перестали ссориться, им по сути самим нужно разбираться в своей проблеме. Но, когда так не происходит, становится необходима помощь третьего лица. Для Лёши и Ромы этим третьим лицом должна была быть Оля, но она так и не смогла подобрать слова. — Ты поискал что-то в театрах? — Решила спросить она. Тот тихонько кивнул. — Я уже всё скинул Дане. Остаётся ждать ответа. Кстати, как там Вика? — Кажется парень смог перевести разговор в другое русло. Саксон резко смутилась вопроса, но всё-таки тихо проговорила. — Я с ней ещё не общалась… — А стоило бы. Мне кажется, ей будет будет приятно знать, что ты помнишь о ней и о её состоянии. — У девушки в этот момент лицо сразу стало кислым и ужасно красным. Она почувствовала стыд и почему-то даже страх. Интересно подметить, что она не брала с собой телефон специально. Потом двое что-то обсуждали насчёт сегодняшнего выступления и надеялись, что всё пройдёт хорошо. Сегодня они без Вики, но команда уверена в своих силах и в качестве своей работы.       Через некоторое время эти двое стали возвращаться, после разговора им полегчало. Уже внутри отеля Рома направился в номер Кашина. Ещё в столовой Даня ему написал, чтобы он подошёл к нему в номер. Рома крайне надеялся, что тот позвал его насчёт театров. Вскоре его ожидания оправдались. — В общем театры, что ты скинул, один из них согласился нас принять на один день, что было очень удивительно. И они уже продают билеты. Я поразмыслил и посмотрел цены в некоторых отелях и пришёл к выводу, что мы сможем снимать жилище всего два дня. Это немного, но хоть что-то. — Он что-то показывал в ноутбуке и пытался уточнить у Ромы некоторые моменты. — Да, думаю нормально. Осталось донести всем ребятам завтра на утренней тренировке. — Парень выдохнул и уже пытался у себя в голове сформулировать, что и как будет говорить. — Устраивай тренировку в двенадцать. Им ещё нужно успеть собраться, как и мне. Честно говоря, еле успел выхватить билеты на поезд, а то нам снова пришлось бы ехать на автобусе. Да и на город всё-таки хочется успеть посмотреть. — Рома на это кивнул и написал в телеграмме, чтобы ребята собирались и были готовы к пяти, так как в это время они выезжают на выступление. Некоторые ответили, некоторые проигнорировали, но прочитали. Теперь и самому артисту стоит вернуться в свой номер и привести себя в порядок. — Спасибо, Даня. Честное слово, ты очень помог. — И после этих слов парень направился к себе, чтобы подготовиться к выезду.       Рома вернулся в свой номер, умылся, собрал рюкзак и пошёл ждать всех в холле, так как больше было нечем заняться. Самое удивительное, что внизу он увидел, как на диване для гостей сидели Вова и Леся, между которыми завязывались явно не те так называемые дружеские отношения. Скорее эти двое выглядели как парочка. Нет, они не целовались, не обнимались, но смотрели и общались между собой точно как влюбленные люди. То ли Рома недавно приобрёл способность видеть влюбленных в друг друга людей, то ли этот дар передался от Вики, а вместе с ней и от Оли. А ведь у выше названных девушек были такие же счастливые взгляды, когда они разговаривали друг с другом и смеялись, проводили время вместе. Просто в жизни Оли неожиданно появился Саша, вот и всё. Нельзя сказать, что кто-то из них виноват в сложившейся ситуации.       Посмотрев на этих двоих, Фильченкову стало как-то грустно и больно на душе. Смотрели ли они с Лёшей друг на друга так же? Он только мог подозревать, что так и было, но сейчас этому преградой является один неприятный момент. Рома предал доверие и чувства Алексея. Никто им не мешал, и лишь он виноват в том, что произнёс нечистые слова. Он не мог винить своего партнёра в произошедшем, всё-таки тот пытался защитить подругу от боли, навалившейся на неё. Должен был ли Рома на сторону Лёши? Тоже сложный вопрос, на который он не мог найти ответ. Может, и правильно было остаться на своей позиции, но не говорить таких противных слов. В итоге, он не извинился утром, не поговорил с ним, и этим ещё больше подтвердив, что он мудила. Сейчас, конечно, он понимал, что на любимого вряд-ли подействовали его слова. Слишком много злобы и негодования, слишком много всего творилось в его голове.       Рома и Никита вышли из здания вместе и решили побеседовать с Вовой и Лесей. Те отвлеклись друг от друга, и диалог стал завязываться между ними и всеми, кто подходил тоже поговорить. Когда все собрались, труппа села в автобус и направилась в театр Фридрихштадтпаласт. Вместимость театра составляет 1,9 тысяч зрителей. Это очень впечатляющее место. Названный выше театр является одним из самых больших в Европе и, к тому же, одним из самых значимых в Берлине. Здесь показываю как обычные постановки, так и красочные шоу и мюзиклы. Фридрихштадтпаласт изнутри кажется таким высоким, словно потолок уходит нескончаемо вверх, в небеса. Честно говоря, многие из наших артистов прежде не видели таких роскошных залов, так что они входят в список самых необычных, включая театр в Париже, из всех посещённых на этот тур. В столице Франции они посетили современный театр, который выглядит так, будто он недавно построен по дизайну новых современных домов. В то время как берлинскому театру много лет, и, несмотря на это, здание сумело сохранить необъятно прекрасные черты.       На самом деле, Рома был уверен, что во время выступления он успокоится и на несколько часов забудет про свои проблемы. Но нет, они чётко начали отражаться на сцене. Первая деталь, которая ранила парня, - это их первый акт во время постановки. Был момент, когда они кружились в паре с Лёшей, и он посмотрел тому в лицо. Его глаза оказались потухшими, и создавалось ощущение, словно Губанову всё равно как на Рому, так и на всё выступление. А ещё тот факт, что Лёша держал его прямо за талию, а Рома его за плечи… Парню сделалось больно. В голове завертелись мысли не очень приятного характера.       «Вдруг ему противно?»       Если вы спросите, что испытывал сам Лёша в тот момент, то вот вам ответ: то же самое. Ему тоже больно, и эта часть безысходности, так и кричавшая ему бежать. Но Алексей понимал, что не может этого сделать. Как бы он ни старался специально не смотреть в глаза партнёра, ему не удалось избежать контакта, и он всё-таки посмотрел. Он различил в них грусть и подступающие слёзы. Но Рома быстро заморгал, чтобы убрать их из глаз, и продолжил отыгрывать свою роль. Если бы не предстоящие действия светловолосого парня, то возможно Лёша уже бы поговорил с ним, чтобы простить и успокоить несчастного. Но что-то ему явно не давало это сделать. Вроде как мюзикл шёл своим чередом: танцы, диалоги, всё шло как обычно... Диалоги и танцы? — Знаешь, мне так б-больно смотреть на них двоих. Мы столько всего п-пережили, но эта т-т-такая неприятная ситуация между ними… Она портит наш дружеский круг, которому уже д-двенадцать лет. Всё исп-портилось, и ты, наверное, это т-тоже заметил. — Рома пытался говорить свои реплики как обычно он это и делал, только вдруг стал запинаться. Лёша заметил это, обнял его и ударил по спине в знак знак вопроса: «Всё нормально?». Конечно, Роме было не очень, но он просто тихонько кивнул, чтобы зрители не заметили. Это не было запланировано, поэтому и называется импровизацией, которой Рома научил своих колег в Питере на очередной тренировке. — Понятно, что теперь вряд-ли всё будет, как прежде. Также очевидно, что им не суждено быть вместе. У них слишком разные характеры. Но знаешь… — Повернувшись спиной к Фильченкову и лицом к зрителям, Лёша поднял руки вверх и пальцами показал птицу. — Всё равно наши общие воспоминания остаются вместе с нами. И ты тоже помнишь это?       Затем начался их второй совместный танец. Роме и правда было хреново на сцене. Он очень дрожал, но зрители особо этого не замечали, приняв дрожь за образ состояния персонажа. А вот Лёша всё прекрасно видел и замечал недочёты парня рядом с ним. В конце танца мелодия из звуков скрипки и арфы начала замедляться. Дальше Рома должен был подойти к нему и сказать свою реплику, но на половине пути упал. Упал прямо перед ногами Губанова. Тот даже вздрогнул и подошёл к Фильченкову, чтобы помочь подняться. Незапланированное падение. Алексею пришлось сказать на английском хоть что-то. Во-первых, многие их зрители просто-напросто не знали русского, а во-вторых, надо что-то сделать, чтобы этот придурок успокоился и продолжал играть как обычно. — Please, stop worrying! — Сказал он. Спасибо Ване, что быстро догадался затормозить реплику Ромы на экране. А когда всё-таки тот поднялся и продолжил играть свою роль, немецкие субтитры пошли дальше. Они были близки к провалу.       На самом деле, дальнейшая сцена с нахождением мёртвой Дианы наверное стала самой лучшей за всю карьеру Фильченкова. Он плакал не только потому, что так нужно было сюжету, а ещё потому что так облажался перед этим. Теперь Лёша точно разочарован в нём… И какой же он теперь наставник, если не смог играть нормально и сдержать свои эмоции при себе. Кажется, Рома испытывал то же самое, что и Вика, когда та не хотела видеть Олю и его в том числе.       Злость и ненависть Роман смог сыграть очень натурально. В зале даже нашлись те, кто испугался столь яркой игры Ромы. А ведь всё просто: он ненавидел себя. Ненавидел за то, что не мог делать свою работу качественно, без ошибок, ненавидел себя за всю боль, которую принёс любимому. Эта ненависть напомнила парню времена, когда он хотел закончить заниматься в театре танцами, своим единственным и любимым занятием. И сейчас он так натурально орал на Славу, что однажды на интервью вспомнят этот момент и заметят, что это самая лучшая его игра на сцене. Слезы и ненависть самая что ни на есть настоящая, и зрители от этого в восторге. И только Роме хотелось поскорее убежать со сцены, поскольку он ощущал от происходящего один негатив, и как же ему хотелось, чтобы всё это наконец закончилось.       Лёша, кажется, в тот момент чувствовал то же самое, что и Рома в Париже. У него нарастало очень смешанное чувство, когда ему было одновременно и жалко парня, но вместе с этим он понимал, что Рома не должен был так себя вести. Ему следовало... Нет, он обязан был играть свою роль как и раньше. Но вместо этого Алексей наблюдал неуверенного в себе Рому, как подростка, который только выходил на сцену. Он отлично понимал, что заставил Рому переживать больно терзающие душу эмоции, но вместе с этим искренне не хотел принимать тот факт, что Рома терялся на сцене всё же из-за его косяка.       После диалога на сцене они ушли за кулисы, и Рома сразу ушёл в туалет, так как дальше был перерыв. Парень сидел в кабине и плакал. Через пять минут ему полегчало. Он вышел и умыл лицо, чтобы оно не выглядело заплаканным. Всё, к светловолосому пришло более или менее расслабление, облегчение. Он вышел из туалета и встретил ребят, которые косились на него очень странными и взволнованными взглядами. — Эм… — Ему хотелось что-то сказать, но слов было не подобрать. Конечно же он виноват в некоторых моментах, и теперь с него наверняка спросят. Но никто не наезжал на него, и только Никита спросил: — Рома, с тобой всё в порядке? — Простите, просто немного плохо себя чувствую, вот и всё. — Ложь оказалась единственным выходом из подобной ситуации, но даже после этого все посмотрели как-то... С сочувствием? Единственный, кто от него отвернулся, был парень, которого Рома очень любил. Кажется, Хесу самому не помешала бы тишина, наушники и сон. — Ты плакал так натурально, что мы аж очень испугались за тебя здесь, за кулисами. Вдруг ты поранился или же не знаю… — Фростбол подошёл поближе к другу и положил правую руку ему на плечо. — Нет-нет, со мной всё хорошо. — Губанов всё слышал и продолжал смотреть куда-то в сторону. «Он врёт, с ним не всё в порядке» — , подумал он о друге. — Надеюсь, ты не врёшь, Рома. Просто мы все беспокоимся за тебя. — Сказала Оля и улыбнулась парню. Сам же светловолосый полностью успокоился и улыбнулся в ответ всей команде.       Потом на протяжении всего перерыва ребята подходили к нему и что-то говорили. Фильченков был очень рад такому вниманию со стороны его команды. Как же хорошо, что такие чувственные люди оказались рядом с ним. И после всех поддерживающих слов он был готов выступать. Второй акт начался снова с танца. Рома исполнил хореографию должным образом и даже не почувствовал напряжения.       В общих чертах весь второй акт прошёл очень удачно. Аплодисменты раздавались на весь зал. — Danke! — Кричали восторженные зрители. Выступавшие в свою очередь попрощались с ними завершающими низкими поклонами. Занавес. Ребята начали аплодировать друг другу за хорошо выполненную работу. На выходе к общему помещению для артистов их встретил Даня и объявил, что у них завтра тренировка и ещё одно важное объявление. Всё это приняли к сведению и направились переодеваться.       Возможно Лёша и подошёл бы к Роме, но он не сделал этого, хотя уже к концу выступления ему хотелось наконец поговорить. Сам Рома просто не знал, что ему сказать. Фильченкову было трудно, но он должен осмелиться. Парень увидел, как Лёша ещё что-то забирал с раздевалки, и как раз никого не осталось здесь, кроме них. Он решил, что сейчас самое время поблагодарить молодого человека за вовремя оказанную поддержку на сцене. — Лёша, — Он положил ему руку на предплечье и остановил. — Мне бы хотелось сказать спасибо. Спасибо, что помог во время выступления. — Почему вы так не уверены в себе, Роман Александрович? — Очень резко и брезгливо заговорил с ним Лёша на вы. А в голове была паника. «БЛЯТЬ, че я творю? Мог же сказать "не за что" и пойти переодеваться.» — Почему ты так ко мне обращаешься? — Для профессионала вы ведёте себя не очень компетентно.       «СУКА, почему я не могу заткнуть свой рот?! Прости меня, Рома!»       И да, было ожидаемо, что Фильченков ничего не ответит на его замечание. Он уйдёт от него в раздевалку, а потом и вовсе на улицу, чтобы никого не видеть рядом с собой. Сам же Алексей продолжил свои дела в раздевалке, и уже через минут десять он был готов.       «Чёрт, вот же идиот, как можно так себя вести. Он почти извинился перед тобой, а ты как всегда всё портишь.»       От мыслей и рассуждений его отвлекла Саксон, что бежала к парню. — Лёш. Надо поговорить. — Она сделала очень серьёзное выражение лица, будто всё знала и в любой момент была готова убить Лёшу за его тупость, сопровождаемою плохой манерой говорить неприятные вещи. — Хорошо. Пошли за мной. — Они направились куда-то по городу вдоль домов и улиц. Между ними продолжительное время хранилось молчание. Наверное каждый пытался понять с чего же начать. — Ты его не простил? — В принципе начать с этого вопроса было логично и правильным решением. Как раз им не хотелось тянуть с такими разговорами. — Простил. — Из-за нервов Лёша решил, что рассматривать свою обувь и асфальт - крайне необходимое занятие. На улице было облачно, и вот-вот должен был хлынуть дождь. — Так почему ты не…? — Почему я так веду себя? Почему не сказал ему, что простил его ещё сегодня утром? — Именно. Ты же прекрасно видишь, что ему плохо. Ты ведь знаешь, он любит тебя! — Девушка словно осеклась, речь была прервана раздумьями. В мозгах что-то щелкнуло. У девушки будто случилось дежавю, причём двойное. Сама ситуация была немного похожа на их с Викой. А вот последняя фраза напомнила тот момент, когда она впервые Лёше подметила, что последний любит Фильченкова. — Не повторяй моих ошибок… — Теперь её ноги больше никуда не двигались, девушка смотрела прямо на Губанова. Тот тоже остановился и взглянул на Саксон, которая начала задыхаться в слезах. — Я дам ему шанс. — Он подошёл к ней и обнял за плечи, та прижалась к его груди и продолжила плакать. Оля была благодарна, что он послушал её и смог даже утешить. В свою очередь парень был ей благодарен за то, что она с ним поговорила и как-то помогла успокоить его нервы. Они уже шли через какой-то парк попутно что-то обсуждали. — И всё-таки почему ты не сказал ему? — Не знаю. Я всё думал, почему Рома сказал мне эти слова. Я понимаю, что он всего-то пытался на меня повлиять, но, кажется, он тогда ужасно нервничал. — Оля внимательно слушала его. И она кивнула в знак согласия. — Познакомившись с Ромой, я понял, что он такой паренёк, который беспокоиться обо всём подряд. Боится сделать такое, за что могут осудить. Единственная его проблема: он не даёт себе помочь. Рома пытается помочь, когда не может помочь сам себе. Иронично. По этому поводу у меня закрадывается подозрение, что моё прощение ничем ему не поможет. Пока он сам себя не простит, не думаю, что мои слова на него повлияют. — Вот тут ты ошибаешься. Иногда такие важные слова очень нужны человеку. Как ты и сказал, Рома достаточно сильно боится осуждения. Так скажи, что он лучше, чем он думает, что он любим, и тогда он сможет простить себя. Скажи ему, как ты его ценишь. — Лёша наконец-то мог спокойно смотреть в глаза своей подруги, она улыбнулась и положила руку ему на плечо. Старший улыбнулся в ответ. — Спасибо. — Этот разговор их успокаивал, как-никак они выговаривались друг другу. Вокруг парня и девушки никто не понимал, о чём они говорили. — Кстати, как там Вика? — В её глазах заиграл вопрос: "Да вы издеваетесь??". — Рома задавал такой же вопрос сегодня утром. Ну, скажем так, я ей написала, но она давно не была онлайн, так что не знаю. — Она достала телефон, чтобы проверить, но в телефоне было всё также пусто. — Пробовала ей звонить? — Нет... — Она и правда забыла про такую вещь, как звонок. Хотя стоит ли ей звонить, ведь у Вики не всё в порядке с голосом, и вряд-ли они могли бы поговорить. — У неё сорван голос, да и я не особо хочу напрягать её. Думаю, она хочет отдохнуть от выступлений, от работы, от нас, от меня… — Что ты будешь делать с Сашей? Ты же вроде его возлюбленная. — Ну да, его возлюбленная. Утешал меня ты, а не он. Ага, как же, возлюбленная. Насмешил. — Послышался саркастический смешок со стороны. Кажется, девушке было не очень приятно говорит об этом парне сейчас. — Ты его бросишь? — Да. — Она сказала это с такой уверенностью в голосе, как-будто она готова сказать буквально через несколько секунд: "Прости Сань, но до свидания, у меня есть другая". Почему-то у парня слева от неё было подозрение, что всё так просто не произойдёт. Будут слезы, будут расспросы. К сожалению, это придётся пережить, как бы ей сильно не хотелось. — Всё равно это было плохой идеей, поэтому привело к не очень хорошим последствиям. — Всё равно удачи. — Спасибо.       Они шли и шли, и через какое-то время добрались до гостиницы. Лёша хотел было поговорить с Ромой, но номер парня был закрыт, и он не отвечал на звонки и смс-ки. Ему осталось только пойти к себе и волноваться, не случилось ли что-нибудь? На улице пошёл ливень, причём очень сильный. Все ребята находились дома и отдыхали. Многие из них смотрели телевизор, некоторые же сидели в интернете и смотрели видео или даже стримы. Вряд-ли можно была заметить кого-то на улице в такое время и в такую погоду.       Только один парень бродил неспеша, и, кажется, ему было всё равно на непогоду. Иронично, что речь идёт снова о Романе. Почему-то он не чувствовал ни обиды, ни ненависти, ни боли... Эти чувства переполнились непонятными для него самого эмоциями. Глупый стереотип не позволял Роме плакать, за него рыдало небо. Внутри одна нескончаемая пустота. Понимание, где он находиться, что он тут делает, пропало в небытие. Он потерялся в себе и не мог найти дорогу обратно. Фильченков гулял вторую ночь подряд, поэтому ему стоило вернуться обратно отель и поспать. Неудивительно, что у парня оказалось мало сил перед выступлением, ведь он не спал всю прошлую ночь. В итоге всё пошло крахом, и парень косячил на сцене. Было бы слишком предсказуемо думать, что ему хотелось обнять Лёшу. К этому моменту он скорее боялся Губанова, его бросало в дрожь.       Через некоторое время у Ромы устали ноги, и он сидел где-то на скамейке. Вся одежда давно промокла, он не выдержал, и из глаз хлынули слезы. Парень не должен был так убиваться по этому поводу, но внутри всё разрывало холодной болью. К тому же на улице была низкая температура воздуха, так он ещё промокшим много часов находился на улице.       А тем временем в своём номере не спал темноволосый парень, беспокоившийся за своего любимого. И в тот момент ему больше всего хотелось услышать щелчок открывающегося соседнего номера. Рома поселился как раз в соседней комнате. Лёша лежал на кровати, ничего не делая, и слушал, как ливень бьёт по окнам, пытаясь прислушаться к тому, что происходит в соседнем номере. Через минут сорок он услышал громкий хлопок двери и чей-то топот. Явно это был не тот звук, который он ожидал. Парень встал с кровати и вышел в коридор. Лёша увидел в коридоре Сашу, который смотрел на дверь номера Саксон. — Что случилось? — Лёша подошёл к нему и через дверь услышал плачь.

***

      Оля могла бы написать в телеграмме всё, что ей нужно сказать парню, но совесть не позволяла так похуистически отмазаться и забыть. Почему-то в голове начали появляться мысли о том, что это она виновата, что вообще согласилась встречаться с ним. Ей предстояло извиниться за свой некрасивый поступок, а также сказать обо всём, касающемся их отношений. К десяти вечера Ольга была внутри гостиницы.       Она постояла у входа в номер Саши и думала, как бы сформулировать свои мысли правильно. Только через минут пять она постучала в дверь и подождала, пока ей откроют дверь. Немного уставший парень приоткрыл дверь и улыбнулся. Сегодня они почти не общались, лишь перекинулись парой фраз по работе. Саша явно был рад её видеть, ему хотелось обнять её и поговорить о чём-нибудь. — Ты пустишь к себе? — Александр только сейчас понял, что секунд десять смотрел на девушку и так ничего не говорил. Он тихонько отошёл назад и открыл дверь. Девушка прошла внутрь и села на кровать, ожидая, пока к ней подойдёт старший.       Саша закрыл дверь и прошёл вглубь помещения за возлюбленной. Он был в одном халате и тапочках, волосы были мокрые из-за душа, который он принимал десять минут назад. Они начали разговаривать, но диалог как-то не клеился. В основном говорил Саша, а Оля только изредка отвечала, если это было нужно. Где-то через полчаса Саша всё-таки не выдержал. — С тобой всё в порядке? — Она отвела свой взгляд и явно не торопилась отвечать на вопрос. В какой-то момент Оля заговорила очень тихо. — Прости, что мне придётся говорить о таком так неожиданно, но... Нам нужно расстаться. — Эти слова и в самом деле прогремели как гром в ушах Саши. Хотя она и говорила почти шёпотом, но для него это был как самый громкий крик в жизни. Сердце парня забилось куда быстрее, и, кажется, голову переполняли мысли, эмоции и вопросы. "Что я сделал не так? Что произошло за эти несколько дней, что она так быстро передумала? Получается она врала мне, что любит... Но почему?" — Я-я совершила ошибку, когда сказала, что люблю тебя. Я была в отчаяние и не должна была давать шансы на взаимность. Ты очень хороший человек, но, к сожалению, я испытываю сильные чувства к другому человеку. — Она остановилась и взяла за руку мужчину, который сидел неподвижно. — Мне правда очень жаль, и, ну, если ты не против, мы всё ещё можем остаться друзьями. — Они долго просидели в тишине, девушке уже становилось страшно, что он её не простит и возненавидит. Она и правда виновата перед ним, но ей не хотелось терять дружбу с Сашей. Девушка продолжила. — Я пойму, если ты не захочешь больше со мной разговаривать. Как-никак я причинила тебе такую боль. Можно сказать, просто так использовала тебя, и я правда жа… — Не успела она договорить, как её заткнули поцелуем. Ольга не ожидала такого подлого поступка со стороны Саши и пыталась оттолкнуть парня. Но у неё не получалось, и всё равно Оля старалась отбиться, не отвечая на требовательный поцелуй парня. Через секунд пять её прижали к кровати, целовали шею, лицо. Его ноги требовательно расположились между ногами Оли. — ПРЕКРАТИ НЕМЕДЛЕННО! — Она хотела закричать на весь отель, моля о помощи. — Заткнись. Ты хочешь, чтобы остальные из команды проснулись и узнали, чем мы занимаемся? Мне вот кажется, что тебе будет стыдно, шлюха. — Оля и правда заткнулась… Она была в ужасе и ничего не могла сделать. Её разумом управлял страх, и из-за этого сопротивляться стало труднее.       Саша силой зажал её руки, чтобы она не могла его толкнуть в сторону или сбежать. Он покрывал поцелуями её лоб, щёки, ключицы, а затем, сняв с неё толстовку, целовал её грудь. Проходил руками по животу, по соскам, зажимал их. На лице Саксон были слезы, они нескончаемо текли по лицу и потом скатывались на кровать. Как же она ненавидела этого мужчину, хотя из-за происходящего она не могла называть его таковым. Ольга ненавидела себя за то, что позволяла этому мудаку прикасаться к ней. Она испытывала сильный страх перед тем, чтобы сделать лишнее движение, и всё, что она могла, — это дрожать от прикосновений парня. Ей было противно от всего этого и хотелось, чтобы Саша сжалился над ней и отпустил. Возможно она смогла бы даже забыть об этом, но походу тому было абсолютно всё равно на её мнение и чувства. Оле начало казаться, что она заслужила это, ведь девушка использовала его и бросила. Но ей не хотелось быть изнасилованной, ведь это больно, страшно, мерзко и грязно.       Он сжал её грудь и мял под напором. Лизал один из сосков, и девушка тихо хрипела. Он долго целовал её, пытаясь тем самым доказать, что она принадлежит только ему. У самого парня стоял член, и он иногда тёрся им об бедра. По его мнению, это девушка была просто идеальной и сексуальной, плюс к этому подчинялась ему. Ему так нравилась её беспомощность, парня это так возбуждало. Он укусил её, чем заставил вскрикнуть девушку. Тот закрыл рот рукой и продолжил оставлять засосы по телу. В ответ на это, девушка укусила руку, чтобы хоть как-то заставить человека образумиться, но походу она только сильнее его разозлила. Её ударили по лицу, и глаза ещё сильнее защипало от новой порции слез. — Не дёргайся, и возможно тебе будет приятен этот секс.       Он начал медленно снимать с неё джинсы, руки сильно сжимали бедра девушки. Когда пальцы дошли до трусов и начали гладить промежность, Саксон громкого проглотила воздух от волнения и напряжения, стараясь как можно глубже вздохнуть. Вдох был такой громкий, будто её душили. Только вот душить её начали только сейчас. Горло зажали одной рукой, и девушка пыталась вырваться из крепкого сжатия, обвившееся вокруг шеи. Ей не хватало воздуха, а всё вокруг становилось мутным и более тёмным. Она чуть не провалилась в обморок, если бы её вовремя не отпустили. У Саксон началась сильная отдышка. Ей стало казаться, что её всё ещё душат, но это были слёзы, мешавшие дышать, и поэтому дыхание было рваным, хаотичным.       Тем временем парень снова сжал руки, чтобы та не могла вырваться из объятий его страсти. Другая рука прошла под нижнюю часть одежды, и девушка невольно издала писк. Холодные руки коснулись клитора, и пальцы вошли внутрь, она простонала скорее от того, что ей всё это было невыносимо. Ей нужна была помощь, но ей было необыкновенно стыдно просить и кричать о спасении. На самом деле, самое ужасное, что у неё не осталось каких-либо сил что-то делать. Девушка потеряла надежду на счастливую концовку, ей предстояло смириться и принять факт о том, что придётся сейчас пережить. Оля даже смогла более менее успокоить себя, лишь изредка можно издавая всхлипы.       Тот наклонился над ней, сняв с себя всю одежду. Член немного касался промежности. Оля стала дрожать ещё сильнее, в голове раздавался крик отчаяния. Она не знала, что делать, над ней буквально через пару мгновений надругается уже бывший парень. А она ничего не может, лишь лежать. Вдруг девушка перестала дрожать и словно оцепенела. Парень устроился поудобнее между бёдер и схватил одну ногу девушки, чтобы закинуть её себе на плечо, но неожиданно…       Девушка начала действовать и ударила его ногой в нос. Сам же парень, не удержавшись на месте, упал назад и ударился об стену. От слишком сильного удара по голове он отключился на некоторое время, и у Оли появился шанс сбежать. Она натянула на себя трусики, которые мужчина не успел до конца снять с неё, потом Саксон нашла карточку от номера. Завернувшись в простынь, она быстро вышла из номера и хлопнула дверью, чтобы она точно закрылась. Вставив свою карту в проём для замка, лампочка загорелась зелёным, и она смогла войти внутрь. Она снова хлопнула дверью и облокотилась на неё, медленно скатившись на пол. Конечно она почувствовала облегчение от того, что смогла убежать, но она всё равно чувствовала сильную боль и переживания. Ручей слёз не переставал литься из глаз, и только тот факт, что она в своём номере, немного успокаивал. Ей не хотелось думать, что могло произойти, если бы она не отбилась и продолжила лежать неподвижно.

***

      Саша очнулся лишь через несколько секунд после того, как девушка громко хлопнула дверью. Открыв глаза, парень понял, что Оли не было рядом, и та убежала от него. Он приоделся, вышел в коридор и услышал плач и стоны отчаяния. Через несколько секунд он слышит голос рядом. — Что произошло? — Лёша замолчал, когда за дверью перед ними снова послышались вопли. Он полностью осмотрел Сашу, и в его сознании закрались мысли о том, что могло произойти. Губанов уже выстроил план действий, как прибить подлеца к земле лицом и заставить извиняться перед девушкой. Он резко потянул Александра за футболку, которую тот успел надеть перед выходом наружу, прижал его к стенке и посмотрел прямо ему в глаза с кипящей ненавистью. — Что ты натворил, придурок?? Ты заставил плакать ту, которую любишь? Она сказала, что не хочет быть с тобой, и ты решил поиздеваться над ней? Я у тебя спрашиваю, выблядок? — Он сильно ударил ногой по ещё возбудившейся плоти. — Жаль, что нам ещё выступать, а то так бы и дал тебе по морде. Так, как бы поступил тот, кто уважает своих подруг и не творит такую хуйню, в отличии от некоторых. Поступаешь как животное, чтоб удовлетворить свои грязные утехи. Теперь гордишься этим, собака? — Тебе вот вижу Рома не даёт. — Конечно, со стороны Саши верным решением было бы промолчать, но, как мы видим, тот решил дерзить. Это было глупым поступком, если рассматривать то, что парень был в проигрышном положении, так как именно он был прижат к стене, и ему должно было быть стыдно за то, что пытался сделать несколько минут назад с бедной девушкой.       Лёша сильно ударил того по носу, и, видимо, пережить второй удар за эту ночь было невозможно, так что можно было лицезреть, как из ноздрей хлынула кровь. Саша упал на пол и схватился за лицо. Губанов времени не терял и зашёл в его номер, чтобы оценить произошедшую ситуацию. Одежда Оли была разбросана по всей кровати, телефон девушки тоже лежал неподалёку. Он собрал все вещи девушки, вышел из номера и направился к номеру, где жила Саксон. Парень постучался в дверь. — Это я, Лёша. Я знаю, что наверное тебе сейчас не хочется никого впускать, но знай, твои вещи будут у меня и в любой момент можешь придти и забрать их. — Послышался тихий шорох, а затем снова наступила тишина. — И я, ну, взял твой телефон. Вот, я пропихнул его под дверью тебе в номер, а ты возьми. Ну, ложись спать. Скорее всего это будет сложно, но, пожалуйста, постарайся заснуть. — Алексей не услышал, взяла ли девушка телефон или нет. Он также не мог знать точно, послушается ли она его совета, но очень надеялся на это.       Губанов прошёл обратно в номер и повесил одежду на стул, сам же лёг в кровать и продолжал ждать прихода Ромы. Через полчаса Фильченков всё же вернулся и сам услышал всхлипы за дверью подруги. Светловолосый подошёл к номеру Оли и начал стучаться со всей силы. За дверью стало тихо. Рома оборачивался в разные стороны, пытаясь найти подсказки. Сзади себя он нашёл на ковре капли крови.       "Да, что тут произошло?!"       Надо у кого-то спросить. Номер у Оли находился возле выхода, а в соседнем номере никто не жил. Ближайшим к ней жителем оказался Алексей. Рома без долгих раздумий постучался в его дверь, начиная переживать и пытаясь предугадать, что же могло произойти в его отсутствие и почему ему никто ничего не сообщил? На этаже стояла нагнетающая тишина, будто все до единого человека в этом здании спали.       Рома почти угадал. В основном в это время все либо спали уже, либо они вовсе не присутствовали в своих номерах. Те, кто в момент покушения на Олю находился у себя, спали глубоким сном и ничего не замечали. Остальные же люди ушли куда-то по своим делам или по барам, чтобы немного расслабиться. Хотя снаружи и шёл ливень, но это не остановило ребят, ибо такси никто не отменял. Было бы не удивительно даже, если бы они не могли вернуться обратно из-за того, что не было возможности нормально заказать машину, а идти под дождём - такое себе удовольствие. Из-за всего этого оказалось ожидаемо, что никто не отреагировал на крики.       Лёша открыл дверь и удивился, увидев перед собой насквозь промокшего наставника. Рома выглядел очень обеспокоенным и испуганным. — Что произошло, пока меня не было? — В отчаянии спросил Рома. Лёша в свою очередь отвёл взгляд и глубоко выдохнул. — Проходи внутрь, расскажу.       Зайдя в номер друга, Рома заметил одежду Оли, лежащую на стуле. В голове парня появились разные мысли о том, что могло на самом деле произойти. Вырисовывая одну за другой картины случившегося, Фильченков всё больше понимал, что идеи с каждым разом оказывались всё хуже и хуже. Он перестал думать и решил довериться старшему. Тот в свою очередь сел рядом и попытался сказать хотя бы что-то. Сразу возникло несколько вопросов. Как он должен об этом рассказать, даже не зная толком, что произошло? Стоил ли вообще рассказывать Роме? Может сейчас не до этого?.. Лёша ушёл в себя, загнавшись этими вопросами в тупик, из-за чего следовательно молчал долгое время. Его друг всё больше и больше злился, накручиваясь разными вариантами исходов событий, и в конце концов не выдержал. — Не томи! Какого хрена вообще произошло?! Я видел кровь около номера Саши. И теперь вижу одежду Оли у тебя. — Рома также пригляделся и подметил на руке любимого тоже следы крови. — Ну, давай же, рассказывай! Кому это ты навалял? — Он схватил старшего за руку и пальцем указал на кровавое пятно. — Чёрт… Ладно, потом помою. — После этого Лёша ещё немного помолчал, собираясь с мыслями, а затем продолжил. — На самом деле, я не в курсе всех событий в подробностях, поэтому не до конца уверен в своих выводах. В чём я точно уверен, так это в том, что Саша насильно домогался до Оли. — Рома удивлено посмотрел на друга и хотел возмутиться, но не успел. Лёша выложил все карты на стол. — Сегодня мы с Олей вместе шли после выступления, и она мне сказала, что планирует пойти сегодня к нему, чтобы поговорить и окончательно порвать с ним. — Рома отлично понимал, почему девушка хотела это сделать. — И буквально сорок минут назад я проснулся от того, что услышал громкий хлопок дверью. Ну, я разумеется вышел посмотреть, что случилось. Вышел и увидел Сашу. Он весь был потрёпанный, запыхавшийся, без одежды, прикрывался какой-то тряпкой. Ещё у него был синяк на лице, как будто он дрался. Услышав плач в номере, до меня дошло, что могло произойти при таком раскладе. Ну, я и ударил его в нос. Потом уже забрал вещи из номера того мудака и принёс сюда. — После этих слов Рома, ни секунды не медля, встал и пошёл обратно, желая как можно скорее пойти к Саксон. Но его остановила рука Лёши, требовательно оттягивая того обратно вниз, и он послушно сел. — Не надо, сейчас ей нужно побыть одной. Я просунул её телефон под дверь и сказал лечь спать. — Ты же знаешь, она вряд-ли сейчас спит. — Я понимаю. — Я заставлю этого урода всё рассказать, и он ответит за всё! — Не лучшая идея. Саша не постесняется рассказать, а вот Оле будет стыдно. Мне кажется, она не особо хочет, чтобы кто-то знал. С Сашей и правда надо серьёзно поговорить, но сделаем это не при ребятах и не при ней. — Он сильнее сжал ладонь Ромы. Младший переплёл пальцы и подумал, о чём сказать подруге. Лёша перебил его мысли — И ещё одна просьба. Я хочу, чтобы ты ничего не говорил Оле. Пусть лучше она думает, что ты ничего не знаешь. — Хм, хорошо. Надеюсь и Вике ничего не придётся докладывать. — Если мы расскажем и Вике, то это будет для Оли как ножом в сердце.       Они понимали, что при таких обстоятельствах нужно было вызвать полицию, и уже пусть они решают, что делать с парнем. Но вместе с этим Рома с Лёшей хорошо чувствовали, что Саксон это не нужно. К тому же ещё надо продержаться до конца тура. Вообще, если бы Рома не предложил Дане поехать в ещё одно место, то возможно сейчас они бы уже всей командой ехали обратно на поезде в Питер. — Я знаю, что Даня говорил о Берлине как о последнем городе тура, но я его уговорил съездить в ещё одно местечко, надеясь так быстро не расставаться с тобой. — Рома говорил очень тихо, размеренно. Лёша посмотрел на него и увидел в глазах ту печаль в глазах, что была несколько часов назад там же в театре. — И... я знаю, что ты вернёшься в Москву. А я не смогу поехать за тобой, так как мне нужно учиться в Питере. Я нужен буду там, и поэтому мы можем больше не увидеться. Но, кажется, я зря всё это затеял, и мне не стоило говорить Дане ещё об одной точке, так как вся эта каша заварилась, и вообще надо разъехаться, чтобы…       Рома не успел договорить, его заткнули глубоким поцелуем. Он совсем не ожидал такого от Лёши и широко распахнул глаза от удивления, и спустя некоторое время ответил на поцелуй. На глаза накатились слёзы, но это было уже от счастья и облегчения. Когда от его губ оторвались, он почувствовал дыхание сидящего рядом человека. Лёша обнимал Рому и тихонько шептал слова, как он его любит и дорожит им, а Роме оставалось сидеть и обнимать в ответ. Он чувствовал, как его разрывало от нахлынувших чувств.       Рома насквозь промок под дождём, поэтому Лёша проявил заботу, сняв с того мокрую толстовку и штаны. Это было правильным решением, ведь Губанов знал, что, не смотря на их ссоры, Рома бы поступил точно так же на его месте и не прогнал бы друга. После минуты ухаживаний парни легли вместе и погрузились в глубокие сны.

***

      На следующее утро первым проснулся Лёша часов в девять утра, что было весьма необычно. Рома всё ещё спал, как ни в чём не бывало. За эти три дня у старшего впервые проскочила на лице улыбка, посвящённая любимому человеку. На улице в это время всё ещё продолжал идти дождик, но не как вчера, словно из ведра поливало, а просто моросило. Лёша встал с кровати и начал приводить себя в порядок, одновременно собирая некоторые вещи в чемодан и сумку для тренировок.       Через полчаса проснулся Рома от холода. Губанов отдал ему высушенную за ночь одежду и направился приводить свой "причесон" в порядок. — Я пошёл к себе в номер собрать свои вещи. — Сообщил младший. — Хорошо. Не жди меня на завтрак. — Рома кивнул на это и вышел из комнаты. Взяв какое-то полотенце, Алексей завернул вещи Оли внутрь. Пока все собирались в столовую, чтобы позавтракать, Лёша убирался у себя в номере, заправлял кровать, убирал вещи в сумку. Когда время перевалило за десять часов, он подошёл к номеру Ольги и постучал. Дверь не открывали очень долгое время, и тогда парень начал стучать настойчивее. На это всё так же не было реакции. — Это я, Лёша. Открой. Все ушли на завтрак.       Парень уже начал думать, что это всё бесполезно, и стоит вернуться к себе. Но вдруг он услышал щелчок, и дверь немного приоткрылась. — Заходи. — Алексей зашёл в номер девушки и закрыл за собой дверь. Он положил вещи на стол, а сам присел рядом. — Вижу, ты уже собралась. — На полу лежал чемодан полный вещей. В номере было аккуратно убрано, словно сюда никто и не заезжал. — Ах, да, Рома ещё вчера сказал, что мы сегодня уезжаем. Об этом ещё конечно никто не знает, и я не должна была говорить тебе об этом. — Она улыбнулась, подмигнула и легла спиной на кровать. — Я и так знаю, что мы уезжаем. Вопрос у меня другой. Ты в порядке? - Саксон ничего не ответила. — Я имею ввиду, что ты сейчас выглядишь спокойной, а на деле? — Хреново. Хочу в Москву. Ну, я вполне довольна, что мы едем в последний город. По крайней мере, мне бы хотелось посмотреть на него. — Разговором о городе девушка старалась вообще не вспоминать об ужасной ночи. Лёша заметил, что Оля старается перевести тему, и даже был рад этому. Легче смириться с произошедшим, если стараешь отгородиться от боли. — А куда мы едем? — Кстати, а откуда ты узнал, что мы куда-то едем? — Этот вопрос и правда был очень интересным и щекотливым. Не может же Лёша ответить, что к нему ночью приходил Фильченков. — Город должен оказаться сюрпризом. — Оляша знала, в какой город они собираются ехать, но ей нельзя было говорить, а то подарка от Ромы не получится. — Я ещё думаю не идти на тренировку. — Не-не-не, ты пойдёшь со мной. Тебе это очень нужно, поверь мне. — Он встал со стула, подошёл к ней и положил свою руку ей на плечо. — Не бойся, я буду там с тобой. Рядом со мной всё будет хорошо. — Оля улыбнулась, как бы соглашаясь с его словами, а через несколько секунд сказала. — Мне ночью позвонила Вика. — И как, у неё всё в порядке? — Вроде у неё всё хорошо. Только я через десять секунд сбросила и больше не отвечала ей на звонки. — Перезвони. — Нет. — Ладно, не буду я тебя заставлять. Здесь ты можешь сама решить, что делать со своей девушкой. — Тут Оля встала и в шутку шлёпнула его по голове. Лёша весело передразнил её.  — Ма-ам, ну за что?       Они оба засмеялись и уже как-то свободнее разговаривали, напряжение пропало окончательно. Через час они разошлись, чтобы собраться на тренировку.

***

      Тренировка проходила на уровне свободной хореографии, чтобы не сильно напрягаться после вчерашнего выступления. Лёша сразу встал в пару с Олей, а та была даже рада такой перспективе. Ей было не впервой танцевать с Лёшей. Почти всё её обучение в университете, потом и работа прошли бок о бок с этим человеком. Так что Алексей с Ольгой уже привыкли друг к другу, и им двоим было несложно танцевать на отчасти импровизированной тренировке. Лёша поглядывал на Сашу, который в свою очередь танцевал с Топовским. Он выглядел уж очень спокойно, как будто ночью ничего и не было. С одной стороны это хорошо, что тот молчал в тряпочку, но с другой... Создавалось ощущение, что тому вообще не стыдно. Далее по плану все танцоры начали повторять движения за Ромой под песню.

I'm sorry, brother… I'm sorry, I let cha down. [Прости меня, брат… Прости, я подвел тебя] Well, these days you're fine [Ладно, в такие дни с тобой все в порядке] No these days you tend to lie. [Нет, в такие дни, ты склонен лгать.] You'll take the West train, [Ты сядешь в поезд, идущий на запад,] just by the side of Amsterdam [поблизости от Амстердама] Just by my left brain, [Неподалеку от твоего покинутого разума,] just by the side of the Tin man. [наряду с Железным дровосеком.]

Imagine Dragons ‒ Amsterdam

— Эй, вслушиваемся в песню! А то некоторые будто специально не хотят делать движения в её такт. — Он поднял руку и остановил артистов и Даню, стоящего за ноутбуком и регулирующего музыку в такт танцорам. Песня заиграла снова, Рома начал движения, и остальные повторяли за ним под счёт «раз-два-три-четыре-пять-шесть-семь-восемь».       В другой комнате находились вокалисты, которые пели с разными тембрами голоса, чтобы потренироваться. Часы показывали половину второго, а это значит, что пора заканчивать нагрузки и идти домой. Рома и остальные ребята очень выдохлись за это время, поэтому большинство из них расположилось на полу, особенно те ребята, которые не успели занять место на одном из диванчиков, что стоят в этом зале. Примерно в это время их посетили коллеги, недавно певшие под очередную симфонию. Когда все собрались, Кашин начал информировать труппу о дальнейших планах. — Так. Объявляю вам интересную информацию. Вчера было ваше не последнее выступление в туре. — Многие ребята переглянулись между собой и непонимающе посмотрели на Кашина, ожидая продолжение. Даже Ваня с Никитой ещё не знали, о чём собирается сказать их менеджер. — Честно говоря, ещё в мае я сам не подозревал, что делать после Берлина. Некоторые театры из разных столиц кидали нам заявки. Но я попросту не был уверен, что это те театры, которые бы подошли нам. Так что несколько дней назад я принял решение ехать в Петербург, и уже вчера хотел заказать обратный рейс на автобусе. Однако в это время со мной связался Рома и предложил поехать в ещё один город. Я оценил наш бюджет и был приятно удивлён: мы собрали намного больше, чем я рассчитывал. — Он вдохнул побольше воздуха и продолжил говорить. Остальные же ребята очень внимательно его слушали, им стало интересно, куда они отправятся. — Так что за вашу хорошо проделанную работу я вознаградить вас поездкой в Амстердам.       Все в зале затихли на одно мгновение, а затем начали весело обсуждать только что полученную информацию. Лёша бросил взгляд на светловолосого парня, стоявшего около своего ноутбука. Фильченков посмотрел в ответ и увидел радость и благодарность на лице любимого. Он ему подмигнул и продолжил копаться в ноутбуке. — Если вам интересно, семьдесят восемь процентов билетов уже продано. И я просто в шоке ребят. Сегодня вечером мы едем на поезде и утром будем в Нидерландах. Нужно, чтобы в шесть вечера вы уже собрали чемоданы и были готовы отправиться. — Далее после некоторых вопросов, на которые Кашин успешно ответил, всё отправились в раздевалку, обсуждая куда можно будет завтра пойти погулять. Из зала все почти ушли, поэтому Лёша не постеснялся подойти к Роме и обнять его. — Спасибо.       Оля глядела на них и была рада, что между этими двумя всё наладилось. Они прошли через все преграды, и теперь готовы беззаботно любить друг друга. Но, глядя на них, Саксон становилось грустно, ведь она скучала по Вике и не могла ей позвонить. Она чувствовала стыд и боль, каждый раз вспоминая эту ночь, и боялась, что её любимая узнает правду. Ольга знала, что Лёша всё рассказал Роме, это даже слепой увидит. Слишком много фактов указывало на это. Первый факт: Рома был не против того, что Оля всю тренировку находилась в паре с Лёшей, словно понимал, что так оно и должно быть. Второй же факт - это заметная придирчивость наставника к Саше. В течение всей тренировки хореограф постоянно делал замечания по поводу и без повода и кидал раздраженный взгляд в его сторону. Осталось надеяться, что об этом инциденте не узнает Вика.

***

      Кашин брёл по коридорам театра, иногда натыкаясь на коллективные команды из других стран. Многие из них являлись балеринами. Иногда Данила думал, что ему и его работникам очень повезло. Как-никак они танцевали свою хореографию, передавая все тонкости чувств и эмоций. И для него балет — чётко поставленный танец, ничего не вызывающий в сердце. Парню было жалко этих девочек, которые с детства становились на пуанты и часами не вылезали из них. А потом их ноги на всю жизнь оставались уродливыми, кости оказывались сильно смещёнными. Однако менеджер решил не забивать голову жалостями к балеринам, ведь его ожидают в автобусе возле входа в театр.       Вот Кашин и остальные ребята сидят в автобусе, который отправился по своему маршруту. Через пару минут на его мобильник пришло уведомление о полученном сообщении. Даня взял телефон и разблокировал его. В телеграмме на самой верхней строчке висело новое сообщение.       «Где гнезно пташек находится? А то одна из них потерялась по пути.»