-Я его покупаю.

Снова утро. Снова Мин торчит в своей студии, а Джей ошивается рядом, нажимая на все, что ему понравится и целенаправленно выводит из себя Юнги, но тот пока держится. Юн не привык, он хочет поработать в тишине, но брюнет не даёт ему этого сделать. Парень не выдерживает и, закрыв ноутбук, выдыхает: — Давай сделаем небольшой перерыв, я устал. — Отлично, я этого и добивался. Давай сходим куда-нибудь? — Джей довольно усмехается и кивнув вскакивает со стола. — Куда? — Мин даже и не собирается покидать дом, но потом решает все же попробовать. — Сходим в город, поедим в кафешке какой-нибудь. Можем и к Сану заехать, зацепим его с работы. Опять в бумажках закопался, наверное, — брюнет хлопает парня по плечу и уже выходя из комнаты добавляет. — Через 10 минут буду ждать тебя в машине. Юнги кивает и идёт собираться, чтобы к названному времени выйти во двор. Джей уже ждёт, сидя за рулём спортивного авто, баснословно дорогого даже на вид. Мин садится спереди и пристёгивается, после чего переводит взгляд на гонщика-любителя, каким сейчас выглядит младший из братьев. — Я позвонил брату, заберём его из компании, — Джей аккуратно выезжает со двора, и на этом приличные слова у Юна заканчиваются: брюнет в буквальном смысле хоронит все скоростные ограничения с ПДД под пылью из-под колёс и стрелкой спидометра. — Твою мать, — выдыхает Мин, когда машина наконец тормозит в центре Сеула, около одного из зданий. Парень поднимает взгляд и видит огромную вывеску «J.K.Corporation». — Что значит J.K.? — спрашивает Юнги, наблюдая за тем, как по ступенькам, приветливо улыбаясь, к ним спускается Сан. — Это сокращение имени одного из нас. Отец взял его в качестве названия, когда основал корпорацию, — отвечает Джей и, подмигнув парню, переключает внимание на брата, который решил сесть за руль. — Эй, Сан, ну почему? — Потому что я так захотел. Поднимай задницу, я хочу доехать живым до места, — старший из братьев забирает ключи и пересаживается вперёд, оказываясь рядом с посмеивающимся Мином: — Место для обеда выберу я, если не возражаете. Сан — полная противоположность Джея в вождении: он ездит аккуратно и быстро, умело маневрируя между машинами. Юнги расслабляется и откидывается в кресле, разглядывая незнакомые улицы Сеула. Уже сидя за столиком и ожидая заказ, Сан интересуется: — А чего вы решили выбраться в город? Этого оболтуса обычно не вытащишь из своей конуры. Джей только хмыкает и отправляет кусок мяса в рот, полностью игнорируя обвинения в свою сторону. — Он не давал мне работать, и я согласился бы уже на что угодно, лишь бы он только перестал нажимать куда не надо, — Юнги подчёркнуто тяжело вздохнул, и старший из братьев фыркает от смеха, а младший косится и подмигивает: — Ты почему сразу не сказал, что согласился бы на все, что угодно? Я бы тебе другие альтернативы предложил. Более интересные. — Это какие же? — включается в игру Юнги. — Вот теперь ты этого не узнаешь, — отвечает Джей, но пошлая улыбочка при этом говорит сама за себя. Мин взрывается смехом, а Сан лишь качает головой, отчаянно стараясь сохранить серьезное выражение лица. Уже лениво доедая десерт, Юнги слышит, как Сан просит поторапливаться: — У меня через полчаса по скайпу совещание из дома. Так что давайте не будем тянуть кота за яйца и поедем уже. Мин пожимает плечами и соглашается, ловя на себе странный взгляд Сана, а Джей занят тем, что возмущается. Собственно, а кто ему мешает? Все равно будет так, как сказал старший брат. (Мари, учись послушанию.) На обратном пути, Юнги замечает, что едут они гораздо быстрее, здание теперь не просто проносятся мимо, а мелькают смазанными тенями. — Спасибо за обед и хорошую компанию, — благодарит Мин, уже заходя в дом. Джей улыбается и подмигивает, обещая, что это не последняя их такая вылазка, а Сан уже торопливо поднимается по ступенькам, коротко ответив «не за что». Все разбредаются по своим комнатам — братья скрываются на втором этаже, а Юнги уходит в свою ставшую уже родной студию.

***

Хосоку снова больно. Кровь тонкими струйками стекает по лопаткам и спине вниз, алыми бусинами скатываясь на пол. Чон лишь сжимает зубы и сжимает столбик кровати. Он устал. Каждый раз даётся ему все тяжелее, все мучительнее, и утром едва ли находит в себе силы вести себя так, будто все в порядке. Наконец, чёрные перепонки раскрываются за спиной, словно плащ, и Хо падает на колени в немом крике — он снова смог пережить это…

***

Трио непринуждённо беседует за завтраком, Мин хохочет над очередной шуткой младшего из братьев, когда тот встаёт и снимает со спинки стула куртку: — Я закончил завтрак, так что поеду. Ведите себя хорошо, сильно не шалите и хорошо кушайте. Приеду поздно вечером. Или рано утром. А может и вообще на пару дней задержусь, — Джей смеется и, шутливо отсалютовав оставшимся за столом, выходит из кухни. Скоро слышится удаляющийся рёв мотора, и Мин не может сдержать вопроса: — А куда это он? Сан вытирает губы от следов кофе и поправляет ворот домашней толстовки: — Он к Тэхену. Это друг нашей семьи, поедут, как всегда, развлекаться. Черти неугомонные… Юнги глумливо поигрывает бровями и хмыкает: — А ты завидуешь что ли? — Может и так. Но грех жаловаться, я сегодня буду дома, так что придётся тебе составить мне компанию и скрасить досуг, — спокойно соглашается Сан и чуть тише просит: — Сыграешь мне на пианино? — Сыграю, — соглашается Юнги, — если ты расскажешь мне немного о Тэхене.И других особенных людях, если ты их встречал. Джей мне рассказывал о том парне со светящейся в темноте кожей, но мне не хватило. По рукам? — Хорошо. Тогда сначала ты выполняешь условия сделки, потом я, — вставая и направляясь в сторону гостиной, отвечает Сан. Мин идёт следом, первый так первый, ему непринципиально. Сан усаживается рядом Юном на кушетке и прислушиваться к первым нотам. Тот начинает с небольшой разминки, просто бездумно проводя ладонью по клавишам, но потом из-под длинных музыкальных пальцев рождается Музыка. Сан зачарованно прислушивается и даже в какой-то момент прикрывает глаза: «Лунная соната», выбранная Мином наобум, уносит его глубины собственного сознания, исцеляя душу и даря спокойствие мыслям. Каждая нота будто просит его перестать беспокоиться о чем-либо, ведь все в мире временно. Сан не понимает в какой момент мелодия начинает литься уже в четыре руки, он очень давно не играл, бросил ещё в 16, после того как… Нет, он не хочет вспоминать об этом. Наконец последние аккорды стихают и Юном чуть смущенно улыбается: — Хватит или хочешь ещё что-нибудь услышать в моем исполнении? Ты и сам умеешь играть? Неплохо, между прочим, по моему скромному мнению. Сан только улыбается и кивком головы принимает похвалу: — Можешь сыграть сонату «Си-Минор» Флоренца Листа? — Ты ее знаешь? — Мин удивленно приподнимает бровь, но послушно касается клавиш, чтобы полилось звучание названной сонаты. Сан молчит и слушает, действительно наслаждаясь тем, как хорошо играет Юнги. Последние аккорды затихают и Мин переводит взгляд на брюнета, сидящего рядом. — Я свои условия выполнил, теперь слушаю тебя. Брюнет усмехается, но все же начинает рассказывать обещанное: — Я уже 6 лет занимаюсь, скажем так, благотворительностью. Но сначала о Тэхене, раз он тебя так заинтересовал. Ким Тэхен появился в этом доме 4 года назад. Помимо светящейся кожи он и сам был произведением искусства — идеальные пропорции тела и необычная, но красивая внешность. Эти недоколлекционеры считали одним из самых красивых «экспонатов». Однако, это не мешало им бить и наказывать семнадцатилетнего паренька до кровавых слез. Я нашёл его случайно, заехал к одному из акционеров подписать документы и застал, как этот ублюдок пинает почерневшее от синяков тело худого мальчика. Он даже не сопротивлялся, кусал губы и просто позволял себя бить. «Сломанная игрушка», как обозвал его хозяин, — Сан переводит взгляд на окно, где уже загорается закат, но он расфокусирован, будто сам он не здесь, а уже вернулся в те события, — Я выкупил его и потихоньку старался вернуть ему веру в людей. Джей мне в этом помогал. Они почти одного возраста, так что они поладили быстрее. Они часто сбегали на улицу с наступлением темноты, и Тэхен демонстрировал мелкому свою особенность, горел изнутри и светился, словно лава сквозь пленку. Он жил с нами 2 года, а потом переехал в Тэгу, где сейчас и живет. Его талант художника оценил один из влиятельных людей и взял под своё крыло. Да и мы с Джеем поспособствовали тому, чтобы никто больше не трогал его. Сейчас он известный в определенных кругах художник и дизайнер. Юнги, зачарованно слушавший рассказ, кивает: — Слава Богу, что у него сейчас все хорошо… Он столько пережил, мне жаль его. Жаль всех тех, кто вынужден скрывать свои особенности. Мы ведь не выбирали какими родиться. — Ты прав, никто не выбирает себе кем родиться, как не выбирал и ты, как не выбирал Тэхен и остальные, — Сан странно усмехается и проводит пальцами по клавишам пианино. — Помимо Тэхена в этом доме жили и другие особенные люди. Сан, специально не использует слово «мутант» и продолжает: — Мой секретарь, Пак Чимин тоже из таких. Но ему повезло не попасть в руки торговцев живым товаром, я первым его нашёл и предложил работу. Ему не повезло с тем, что его глаза меняют цвет так быстро и резко, что завораживают, как калейдоскоп. Зелёный-чёрный-голубой, будто смешиваешь реагенты в колбе и получаешь самые разные и неожиданные цветные реакции. Он прятал эту особенность за солнечными очками, но спалился, когда их украли прямо в метро. Уже через 2 дня за ним пришли, но тот прятался все это время и искал пути помощи. Должен признать, что секретарь он неплохой. Юнги не может сдержать восторженной улыбки: — Я поражаюсь тому, что ты вот так вот помогаешь таким как я, это правда так… я даже не знаю как выразить это словами. Спасибо тебе, — не сдержав порыва, Мин коротко обнимает Сана и отстраняется, смутившись. — На это есть свои причины, так что благодарности это не стоит, — брюнет криво улыбается и встаёт. — Я пойду, мы с тобой заболтались почти до вечера. Нужно просмотреть кое-какие бумаги. Сан уходит из гостиной наверх, и лишь на лестнице его окликает Юнги: — Я рад, что ты оказался человеком, который выкупил меня, теперь есть надежда, что я смогу жить как все. Спасибо. Мин после сказанного сразу уходит в комнату, не замечая, как на лицо брюнета набегает тень, и тот горько усмехается. Если бы все было так просто и все мутанты могли бы жить как все… Сан качает головой и скрывается в дверях своей спальни.