Как вывести демона? Пф, да легко!

Дина

Себастьян любезно распахнул передо мной дверь в мои временные покои, исполняя роль безупречного слуги. Я шагнула внутрь, жадно предвкушая момент одиночества, когда смогу, наконец, разобрать в голове весь этот викторианский кошмар. Щелчок замка за моей спиной должен был стать звуком освобождения. Но тишина не наступила. Я почувствовала его присутствие — густое, холодное, как внезапный сквозняк в запертой комнате. Повернув голову, я увидела его. Он не ушел. Он стоял в нескольких шагах, сливаясь с тенями, и лишь слабый отсвет канделябра играл на безупречной поверхности его черных волос. На моем лице, должно быть, отразилось полное недоумение, потому что в уголках его губ дрогнула тень — не улыбки, а чего-то более хищного, ухмылки кота, видящего, как мышь замирает в нерешительности. - Что вам нужно? - мой голос прозвучал резче, чем я планировала. Я инстинктивно скрестила руки на груди, стараясь создать хоть какую-то преграду, и подняла подбородок, встречая его пугающе спокойный взгляд. - Госпожа Динара, - его голос обрел странную, медовую мягкость, от которой по спине побежали мурашки. - Вам не бывает одиноко в столь чуждых стенах? Не томит ли вас тоска по дому? - Он сделал один, неторопливый шаг вперед. Тихий скрип подошв о паркет прозвучал громче выстрела. Паника, острая и ясная, впилась в горло. Этот тон, эта наигранная забота… это была не забота. Это был разведка боем. Маска любезности сползала, обнажая холодный интерес хищника. - Вам-то какое до этого дело? - я отступила на шаг назад, к окну, чувствуя за спиной холодное стекло. Мозг лихорадочно проигрывал варианты: окно на третьем этаже, дверь за его спиной, подсвечник на комоде… Сложно, но не безнадежно. Я выкручивалась и из более тупиковых ситуаций. - Я всего лишь проявляю заботу, - он продолжил приближаться, плавно, как тень. На его лице теперь играла самая что ни на есть обходительная улыбка. Она была красивой и совершенно пугающей. - Мы, пожалуй, могли бы обойтись без формальностей. Не правда ли, Дина? Так, вот оно что. Игры в кошки-мышки. Мне мысленно захотелось обложить его трехэтажным матом на всех языках, которые я знала. Вместо этого я отступила еще на шаг, пока пятка не уперлась в плинтус. Стена. Тупик. - Давай, - выдохнула я, и в собственном голосе услышала дерзость, граничащую с безумием. - Но, голубчик, давай обойдемся без твоих фирменных… методов воздействия. - Я усмехнулась, и звук получился нервным, срывающимся. Кто-то когда-то сказал, что у меня напрочь отсутствует инстинкт самосохранения. Похоже, они были правы. Иначе как объяснить эту идиотскую попытку парировать с самим дьяволом? Легкая тень недоумения скользнула по его идеальному лицу. Он явно ожидал слез, мольбы, а не этой наглой усмешки. - Вы, кажется, меня неверно истолковали, - его голос по-прежнему тек, как густой сироп. - Я всего лишь предлагаю… дружбу. Или, на худой конец, более откровенную беседу. - Еще один шаг. Расстояние между нами сократилось до опасного. Я могла разглядеть каждый волосок на его безупречно выбритых щеках, холодную глубину его вишневых глаз. Инстинкт кричал: «Беги!». Логика подсказывала: дверь. Сделав резкое движение вперед и вбок, я попыталась проскочить мимо него к выходу. Это была глупость. В следующее мгновение он оказался за моей спиной. Воздух вырвался из легких от шока. Я замерла, будто кролик перед удавом. Его руки, холодные даже через ткань платья, мягко, но неприятно легли на мои бедра, прижимая к нему. Отвращение и ярость вскипели во мне. Я рванулась, резко откинув голову назад, надеясь ударить его в челюсть, но встретила лишь пустоту. Инстинктивно, не думая, я попыталась ударить его локтем в пах. Моя рука встретила жесткое, недвижимое сопротивление. На его лице не дрогнул ни один мускул. Он лишь слегка наклонил голову. Затем его руки скользнули вверх, легко, как пушинки, подняли мои и зафиксировали над головой. Он наклонился так близко, что его губы почти касались моего уха. Горячее дыхание обожгло кожу. - И что же вы так? - прошептал он, и в его шепоте слышалась неподдельная, леденящая душу усмешка. Ярость пересилила страх. Отлично. Раз так - план «Б». - Уйди от меня, чертов извращенец! - рявкнула я, и в тот же миг, используя все свои знания о болевых точках (бесполезные против демона, но отвлекающие), я резко вывернула запястья, вырвалась из его хватки и бросилась к двери. - Куда же вы, в такой поздний час? Пора бы и отдохнуть, - его голос преследовал меня по коридору, спокойный и насмешливый. Я перешла на бег. Сердце колотилось где-то в горле, ноги заплетались от усталости и страха, но память, вывела меня к нужной двери. Я ворвалась внутрь, не стуча. В спальне графа царил полумрак. Я подбежала к большой кровати, где под горой одеял угадывалась маленькая фигурка. - Сиэль! - закричала я, не сдерживая голоса. - Забери свою цепную дворняжку! Я заплачу, если надо! Он не дает мне спать, со своими… методами допроса! Из-за моей спины, бесшумно, как призрак, возник Себастьян. Его рука снова легла на мой рот, заглушая крик. - Мммфф! Но было поздно. На кровати что-то зашевелилось. Сиэль сел, его синие глаза в полутьме казались огромными и полными чистого, неподдельного шока. - Что… что здесь происходит? - его голос был сонным, но быстро набирал резкость. - Что вы делаете в моей спальне? Себастьян ослабил хватку. Я отшатнулась, вытирая губы. - Я, конечно, все понимаю, граф, - заговорила я, задыхаясь от злости, и палец мой сам собой указал на демона. - Ваше право на информацию. Но неужели нельзя было спросить напрямую? Обойтись без этих… грязных методов? - Голос сорвался на визгливую ноту. Кажется, у меня действительно шел пар от ярости. - А вы бы ответили? - вклинился Себастьян, плавно перемещаясь к изголовью кровати, занимая позицию между мной и его господином. - Да! - выпалила я, разводя руки. - Спрашивайте! Прямо здесь и сейчас! Что угодно! Сиэль, все еще закутанный в одеяло, пристально смотрел на меня. Его детские черты были искажены раздражением и любопытством. - Тогда объясните первое, - сказал он холодно. - Почему о вас, Динара Старченко, нет ни единого упоминания ни в одном архиве? Вы - призрак? Вопрос, которого я боялась. Они искали. Конечно, искали. Мозг заработал на пределе. Нужна была правда, замешанная на такой лжи, чтобы обмануть даже его слух. - Я незаконнорожденная, - выдохнула я, опуская глаза, играя на стереотипах его эпохи. - Дочь дворянина от служанки. Скандал, который тщательно скрывали. Меня воспитывали вдали от света, записи подчищали. Я - семейный секрет, о котором не хотел знать никто. Поэтому никаких записей. Это была полуправда обо мне, обернутая в удобную для меня ложь. Я и Сиэль одновременно повернулись к Себастьяну. Демон стоял неподвижно, его взгляд был устремлен в пространство, будто он прислушивался к звучанию моей души. Через мгновение он медленно, почти невесомо кивнул. Прокатило. - Что же касается вашей осведомленности о нас, - Сиэль не отпускал тему, и в его голосе появилась та самая, хитрая нотка, - вы вчера что-то явно недоговорили. Лукавая усмешка тронула его губы. За сутки она успела начать действовать мне на нервы не меньше, чем высокомерие его слуги. - И это - отчасти правда, - признала я, пожимая плечами. - О существовании таких… сущностей, как ваш дворецкий, мне рассказала одна особа. Как, впрочем, и многие в моем… кругу знают подобные истории. Она же упоминала, что в Лондоне обитает пара необычных аристократов. Я сложила два и два. - Я бросила взгляд на Себастьяна, стараясь выглядеть как можно более невинно. Его глаза вспыхнули алым — не метафорически, а буквально, два уголька адского пламени в полутьме. Интерес из дежурного превратился в жгучий. - Кто эта особа? - его голос потерял всякую бархатистость, став низким и властным. - Этого я вам не скажу, - твердо заявила я. - Ее история не имеет ко мне прямого отношения и не вашего ума дело. Еще вопросы есть? - я бросила вызов Сиэлю. Тот, немного ошарашенный моей наглостью, покачал головой. - Прекрасно. Тогда мой вопрос, - я скрестила руки на груди, прикусив внутреннюю сторону щеки, чтобы скрыть дрожь. - Что вы со мной собираетесь делать? Сиэль зеркально повторил мою позу, и на его лице появилось выражение холодного, почти профессионального любопытства. - Думаю, вы сами можете догадаться, - произнес он, эхом повторяя мои слова. Тупик. Нужно было предложить что-то, что перевесило бы угрозу, которую я представляла. И тут в голове сложился рискованный план. - А если я скажу, что могу быть вам полезной? - заговорила я, опуская голос и глядя ему прямо в глаза. - Скажите, какое дело от королевы вы расследовали Сиэль вздрогнул так, что одеяло сползло с его плеча. - О работорговле… - начал он автоматически и тут же замолчал, удивленно хлопнув ресницами. Его собственной откровенностью. Странно, но не в манге, ни в аниме этого нет. Закусываю губу и размышляю, на каком этапе развития сейчас находятся герои. - Вас… недавно не похищали случайно? - спросила я, цепляясь за первую пришедшую в голову временную веху. На его лице отразился такой шок, что вопрос отпал сам собой. - Откуда вы…? - Ясно, - перебила я, чувствуя, как в груди затеплилась слабая надежда. - Значит, дайте мне пять дней. Пять дней, чтобы доказать, что я могу быть вам чем-то полезна. В течение этого времени, - я сделала паузу для драматизма, - вы получите письмо от Ее Величества. Она поручит вам новое дело. Дело о Джеке Потрошителе. Я в этом уверена. Договорились? Я протянула ему руку - жест совершенно невикторианский, но понятный. Он смотрел на мою ладонь, потом на мое лицо, оценивая, взвешивая абсурдность и риск. Наконец, его маленькая, холодная рука легла в мою, и мы пожали друг другу руки. Сделка, скрепленная недоверием и отчаянием. - Тогда… спокойной ночи? - сказала я скорее как вопрос, все еще не веря, что он согласился. Не дожидаясь ответа, я прошла мимо Себастьяна. Наш взгляды встретились. Я отвела его руку от дверного косяка, через которую он ненавязчиво пытался мне преградить путь, и позволила себе короткую, победную ухмылку. Затем вышла в коридор, с трудом вспоминая дорогу назад. И только оставшись одна, прислонившись к стене в своей комнате, я поняла, насколько смертельно устала и как сильно трясутся колени.

Себастьян

Что только что произошло? Он согласился? На основании чего? На основании бреда о каком-то письме и безымянной особе? Гнев, холодный и рациональный, шевельнулся во мне. Но вместе с ним - и жгучее, неутолимое любопытство. Кто этот человек, говоривший ей о нас? Кто она сама, эта девушка, чья душа пахла то человечески ярко, то странно приглушенно? Вопросов не убавилось. Они множились, как грибы после дождя. - Себастьян, - голос Сиэля вернул меня в комнату. Он уже лежал, укрывшись одеялом, и говорил в потолок. - Наблюдай за ней. Максимально пристально. У нас есть пять дней. Пусть пока помогает Мейлин по хозяйству. Посмотрим. - Вы уверены в этом решении, милорд? - я не смог сдержать легкого, но ощутимого неодобрения в голосе. Оставлять такую неизвестную переменную на свободе, даже под наблюдением, было верхом легкомыслия. - Да, - его ответ был коротким и окончательным. Он повернулся на бок, демонстративно закрывая тему. - Спокойной ночи. - Спокойной ночи, господин, - прошептал я, стиснув зубы так, что челюсть заболела. Я вышел, и дверь закрылась за мной с мягким, но твердым щелчком. Придется следить. Начиная с этой секунды. Смирившись, я направился в ее комнату. Удивительно, но в комнате царила тишина, а на кровати под грубым одеялом уже виднелась спящая фигура. Так быстро? Или это была наигранная поза? Я растворился в темноте, сливаясь с углом, и стал ждать. Прошло несколько часов. Луна сместилась за окном. И тогда она зашевелилась. Сначала тихо, потом все беспокойнее. Она ворочалась, сбрасывала одеяло. Потом послышался стон. - Нет… нет, не надо… - сначала шепот, который затем перерос в сдавленный крик. Ее руки впились в собственные волосы, тянули их так, будто хотели вырвать с корнем. - Алекс, прошу… не уходи… Пальцы разжались, переместились на руки. Она начала царапать собственную кожу, бормоча что-то невнятное, отчаянное. - Опять… почему? Почему всегда так? Она свернулась калачиком, и в тишине комнаты стало отчетливо слышно сдавленные, разбитые всхлипы. Ее тело содрогалось от беззвучных рыданий. Слезы текли по вискам, оставляя влажные следы на простыне. Смотреть на это было… поучительно. Такая неприкрытая, беспомощная агония человеческой души. Мерзко. И до странности… обыденно. Минут через пять буря утихла. Она затихла, дыхание выровнялось, став глубоким и ровным. Все оставшееся время до рассвета она спала неподвижно, как кукла. С первыми лучами солнца, окрашивающими горизонт в багрянец, я покинул свой пост. Ровно в шесть утра я постучал и вошел. Комната была точно такой же. Она уже сидела на кровати, уставясь в пространство перед собой. Волосы ее были спутаны в настоящую бурю, на щеках сохранились следы высохших слез. - Доброе утро, Динара, - произнес я безупречно нейтрально. - И вам… доброе, - она ответила глухим, бесцветным голосом, не глядя на меня. - Граф распорядился. На ближайшее время вы будете выполнять обязанности горничной под началом мисс Мейлин. Вот ваша форма. - Я положил на кровать аккуратно сложенный серый сарафан и белый передник. Она бросила на одежду один-единственный взгляд, полный такого немого презрения, что это было почти смешно. Еще при ее появлении меня смутил ее наряд — эти оголенные ноги, эта грубая ткань майки. Теперь же ее отношение к достойному платью служанки лишь подтверждало ее странность. - Спасибо - тот же безжизненный тон. - Одевайтесь и приходите на кухню. Я представлю вас остальной прислуге - сказал я и направился к выходу. - Угу - донесся из-за моей спины ее безразличный ответ. Спустя время, разбудив и одев господина, я спустился на кухню. Оттуда уже доносился непривычно радостный гомон. - Доброе утро, мистер Себастьян! - хором прокричали слуги, и на их лицах сияли улыбки. Дина, уже в форме, стояла у стола и что-то тихо рассказывала Финиану, отчего тот заливался смущенным смехом. - Доброе утро, - кивнул я, и веселье мгновенно поутихло. - Пора приниматься за дела. Бард, к вашим плитам. Финиан, в сад, молодые побеги роз требуют внимания. Мисс Мейлин, мисс Динара - сегодня ваша очередь заниматься бельем в прачечной. Мистер Танака… продолжайте наслаждаться чаем. - Раздав указания, я развернулся и вышел, оставив за собой вздох облегчения и возвращение к привычному, хаотичному порядку.

Автор

День Себастьяна прошел в привычном, сюрреалистичном ритме поместья Фантомхайв. Финиан по неосторожности подпалил несколько ценных кустов камелий, Бард умудрился устроить небольшой пожар на кухне, пытаясь приготовить «экспериментальный фламбе», а юный граф во время прогулки по городу «конфисковал» гигантскую шоколадную голову из витрины кондитерской, посчитав ее оскорблением эстетики. Единственным лучом света в этом царстве хаоса стало то, что Дина, к всеобщему удивлению Мейлин, сумела предотвратить полномасштабный потоп в прачечной, быстро сообразив, как перекрыть старый протекающий кран. Все это время Дина, Сиэль и Себастьян существовали в режиме напряженного ожидания. Дина старалась не попадаться демону на глаза, Сиэль наблюдал за ней с отстраненным любопытством, а Себастьян… Себастьян наблюдал за всеми. И ровно на четвертый день, когда утренний почтальон доставил в поместье корреспонденцию, и Сиэль, как обычно, разбирал ее в своем кабинете за завтраком, раздался его резкий, слегка задыхающийся возглас: - Это же… печать королевского двора. Он сломал восковую печать дрожащими от волнения пальцами, быстро пробежал глазами по изысканному почерку. Цвет медленно спал с его лица. Он поднял взгляд и встретился с глазами Себастьяна, стоявшего с подносом у двери. - Милорд? - мягко спросил дворецкий, хотя по легкому напряжению в его позе было видно, что он уже все понял. Сиэль медленно опустил письмо на стол. Его голос прозвучал тихо, но с леденящей душу ясностью: - Ее Величество просит нас оказать содействие Скотленд-Ярду. В Уайтчепеле орудует маньяк. Они называют его… Джек-Потрошитель.