Как вывести демона? Пф, да легко!

В поместье

Автор

Хаос, царивший в поместье по возвращении, был поистине эпическим. Осколки разбитой вазы, сдвинутая с места мебель, повсюду следы недавней суматохи. – Себастьян, прости нас! – хором вопили слуги, мечась с тряпками и вениками. – Мы пытались навести порядок, пока вас не было, но… – В любом случае, здесь необходимо тщательно прибраться, – голос дворецкого звучал устало, но без упрека. Он уже снял фрак и закатывал рукава безупречно белой рубашки. – И позовите Дину. Мне нужно у нее кое-что спросить. – А она еще не приехала, – с недоумением сообщил Финиан, вытирая пыль с консоли. – Разве она не уезжала вместе с вами? – Так она еще не вернулась… – пробормотал Себастьян, подбирая с пола алый шелковый шарф, валявшийся у лестницы. Его взгляд стал пристальным, аналитическим. – О… Там кто-то едет! – выглянув в окно, воскликнула Мейлин. – Это Дина! – И она бросилась к входной двери. Через несколько минут в прихожую вошла Дина. Ее волосы были слегка растрепаны ветром, на щеках играл румянец от быстрой езды. – Себастьян, ты меня искал? – спросила она, снимая перчатки. – Почему так долго? – спросил он, не отрываясь от протирания пыли с картины. – Ты же сказала, что запомнила дорогу. – Нужно было поговорить с одним человеком, – ответила она просто, снимая плащ. – Надеюсь, все сделала? – в его голосе прозвучал легкий, едва уловимый вызов. - Практически. Нужна помощь? – Не помешала бы, – кивнул он. – И еще: скоро прибудет портной. Ты должна присутствовать на примерке. – Как скажешь, – она лишь кивнула и присоединилась к остальным слугам, принявшись расставлять по местам книги в библиотеке. Спустя время – Здравствуйте, – Дина зашла в гостиную, где уже собрались Сиэль, Элизабет, Себастьян и незнакомая женщина с пронзительным взглядом и тетрадью в руках – мисс Нина, портниха. – Ой, а кто это у нас? – мисс Нина тут же подлетела к Дине, как птица, и принялась разглядывать ее со всех сторон. – T'es mignonne ! (Какая миловидная!) – Merci, je suis heureux de l'entendre de votre part! – с легкой, вежливой улыбкой ответила Дина. Глаза портнихи заблестели от восторга. – Quel bon bébé! (Какой хороший ребенок!) – И, не сдерживая эмоций, она крепко обняла слегка ошеломленную девушку. Дина застыла с круглыми глазами, а в углу губ Себастьяна дрогнула едва заметная усмешка. - Продолжим! – вернул всех к делу дворецкий, просматривая список. – От вас требуется сшить для господина несколько повседневных костюмов, выходной наряд на Пасху и подходящее платье для леди Элизабет. А также несколько парадных платьев для мисс Дины. – Нет! – тут же парировала Дина, бросая на Себастьяна негодующий взгляд. – Это не обсуждается, – его тон был спокоен и непререкаем. – Вы, как один из официальных представителей господина, должны выглядеть соответствующим образом. На эти слова Дина лишь закатила глаза с видом мученицы. – Я сделаю вам лучшие наряды! Чего бы мне это ни стоило! – воскликнула мисс Нина и, для пущего эффекта, энергично распахнула подол своей юбки. – Ужас! Мисс Нина! – вскрикнула Элизабет, закрывая лицо руками. – Леди не пристало показывать свои ноги! Себастьян и Сиэль в этот момент невольно переглянулись, вспомнив, в каком «непристойном» наряде – шортах и майке – они впервые увидели Дину. – Что? – насторожилась девушка, почувствовав их взгляды на себе. После того как со всех троих были сняты мерки, мисс Нина подошла к Себастьяну и понизила голос. – Слушай, мальчик, ты вообще разрешаешь ей есть? – спросила она, указывая взглядом на Дину, которая отошла к окну. Себастьян вопросительно поднял бровь. – Я давно не видела таких маленьких мерок. Она даже худее леди Элизабет, хотя, кажется, старше ее. Это нездоровая худоба. Дворецкий задумался. Он и правда редко видел, чтобы Дина ела с аппетитом. Чаще она просто ковырялась в тарелке. Мысль о том, что в обществе могут пойти слухи, будто в поместье Фантомхайв морит голодом свою прислугу, была неприятной. Нужно будет проследить за ее питанием. Разумеется, исключительно ради репутации господина. – Себастьян, я пошла помогать Мейлин, – бросила Дина на прощание и выскользнула из комнаты. Спустя несколько дней – Ну что ж… Исполняя волю Ее Величества, мы информируем вас о том, что вам вверено в обязанность дать званый обед и обеспечить развлечение гостю, приезжающему в Англию через две недели, – глашатай королевы склонил голову. Сиэль, Себастьян и Дина стояли в ряд в кабинете, выслушивая распоряжение. Один из посланников, внезапно отвлекся от документов и стал пристально, почти бесцеремонно, разглядывать Дину. – Почему именно я должен заниматься этим? – спросил Сиэль, слегка нахмурившись от такого внимания к своей свите. – Мне всегда казалось, что в обществе незнакомца люди чувствуют себя не слишком уютно. Но посланник, казалось, не слышал его. Он продолжал изучать Динару. – Со мной что-то не так? – наконец не выдержала она, обращаясь к нему с холодной вежливостью. – О, нет-нет, простите, – он опомнился и улыбнулся. – Просто вы… прекрасны. В вас есть какая-то особенная, редкая аура. – Благодарю за комплимент, – сухо ответила Дина. – Но, полагаю, нам следует вернуться к обсуждению деталей визита. О личном поговорим в другой раз. Себастьян наблюдал за ней краем глаза. Кончики ее ушей слегка порозовели, но в остальном она держалась безупречно. Интересно – промелькнуло у него в голове. Что в ней такого, что привлекает внимание даже на таком уровне? За несколько дней до приема – Сиэль, я обязательно должна там быть? – Дина смотрела на графа самыми жалобными, «щенячьими» глазами, какие только могла изобразить. – Можно я не пойду? – Дина, как мой секретарь ты обязана присутствовать на официальном приеме! – ответ Сиэля не оставлял надежд. – Это часть твоих обязанностей. Понимая, что несколько следующих дней будут наполнены мучительными подготовками и светскими условностями, Дина тяжело вздохнула. День приема – Дина, Мейлин, вы закончили? Скоро прибудут гости, – голос Себастьяна раздался за дверью ее комнаты. – Да-да! – дверь распахнулась, и оттуда выскочила сияющая Мейлин. – Она такая красивая! Просто невероятно! Ну, я пойду помогать остальным на кухне! – И горничная убежала. – Входи – послышался голос Дины. Себастьян переступил порог и замер. Перед ним, в свете свечей, стояла Дина. На ней было платье из белого шелка, отделанное тончайшими голубыми лентами, которые подчеркивали линию талии и декольте. Платье было скромным, но невероятно изящным. Единственной проблемой были ее волосы: темно-каштановые пряди с той самой пепельной прядью были просто расчесаны и свободно лежали на плечах. – Себастьян, можешь помочь? – попросила она, слегка смущенно. – Я не знаю, что с ними сделать. Оставлять распущенными как-то… не очень уместно, да? – Конечно, – он подошел и встал за ее спиной перед зеркалом. Его пальцы коснулись ее волос. Они были мягкими, прохладными и пахли… не парфюмом, а тем самым, неуловимым ароматом – персики, облепиха, роса. Запах ударил в голову, дурманяще-сладкий и абсолютно чужой. Он на мгновение прикрыл глаза, собираясь с мыслями. – Все в порядке? – обеспокоенно спросила она, глядя на его отражение в зеркале. – Да, – выдохнул он, взяв себя в руки. – Просто волосы… требуют аккуратности. – Ловкими, быстрыми движениями он собрал часть волос сзади, создав элегантную, но не вычурную укладку, и закрепил их. – Что это? – удивилась Дина, прикоснувшись к новому предмету в волосах. Это была изящная серебряная заколка в виде стилизованного фамильного герба Фантомхайвов. – Подарок от господина, – пояснил Себастьян. – Вы должны показывать, что действительно работаете на графа и не вызывать сомнений. – Это так мило с его стороны, – на лице Дины расцвела искренняя, теплая улыбка, от которой в комнате будто стало светлее – но больше похожу на то, как собаке надевают ошейник с данными владельца – сказала она и ухмыльнулась – Ты готова? – Сиэль, уже одетый в строгий темный костюм, обернулся к ней в холле. Его глаза расширились, когда он увидел ее. – Ты… – Да, – кивнула Дина, спускаясь по лестнице. – И спасибо за подарок. Он прекрасен. – Угу, – Сиэль слегка покраснел и отвернулся, делая вид, что поправляет манжет. – Пойдем, гости уже собираются. В бальном зале, полном нарядной публики, Сиэль с непривычной для него уверенностью взял на себя роль хозяина. – Благодарю вас за то, что приняли мое приглашение. Я – глава этого дома, Сиэль Фантомхайв. А это моя новый официальный секретарь, Динара Старченко, – он жестом представил стоящую рядом с ним Дину. – Для нее это первый выход в свет, поэтому прошу отнестись к ней с снисхождением. После начала банкета я бы хотел лично поприветствовать каждого из вас – и старых знакомых, и тех, кого вижу сегодня впервые. – Сиэль, – тихо сказала Дина, когда они отошли в сторону. – Можешь ввести меня в курс дела? Кто все эти люди? Сиэль кивнул, его взгляд скользнул по залу. – Видишь того седовласого господина? Джордж фон Сименс. Почетный директор Бамбургского банка. Рядом с ним – Карл Видли, президент компании по огранке бриллиантов. – Он указал взглядом на следующую группу. – Патрик Фелпс, заведующий торговым отделом судостроительной компании. Гримсби Кин, театральный продюсер. Ирэн Диас, оперная дива. И вон тот, в углу, – «Акула Пера». Я тебе о нем рассказывал. – Спасибо, – кивнула Дина, стараясь запомнить лица и титулы. Некоторое время спустя она заметила писателя, того самого «Акулу Пера», одиноко стоящего у окна со стаканом в руке. Решив проявить инициативу, она подошла. – Вы не против, если я присяду? – Конечно, – он вздрогнул, будто разбуженный, и отставил бокал. – Простите, вы… – Я вас напугала? Извините. – Нет, что вы! Это я… мне не следовало так кричать. Просто задумался, – он смущенно потер затылок. – Ничего страшного. Виновата я, подкралась тихо. Вам нравится вечер? – Да, весьма… Простите, я запамятовал ваше имя… – Динара. Но можете звать меня просто Дина. – Артур. Просто Артур. Очень приятно. Между ними повисло легкое, но не неловкое молчание. – Признаться, я совершенно не умею вести светские беседы, – наконец призналась Дина. – Это мое первое подобное мероприятие. – Честно говоря, я тоже чувствую себя здесь не в своей тарелке, – улыбнулся Артур. Им обоим стало легче. Разговор постепенно сошел на творчество, на трудности писательского ремесла. – Но вам же нравится писать, – с горячностью сказала Дина. – Так почему вы позволяете мнению тех, кто хочет вас остановить, влиять на вас? Они просто завидуют. Они видят ваш потенциал и боятся его. – Вы в этом уверены? – спросил он, глядя на нее с новым интересом. – Да, – ее улыбка стала мягче. – У моей мамы была похожая ситуация. Почти все говорили, что она не сможет стать скрипачкой. Но она стала знаменитой, выступала на больших сценах. Так она и познакомилась с отцом… – Дина замолчала, уставившись на бокал с соком. – Ой, простите, я слишком разоткровенничалась. – Похоже, вы очень любили свою маму, – тихо заметил Артур. – Да. Любила. Их тихую беседу внезапно прервал резкий, визгливый голос. – Какая наглость! Как вам не стыдно!!! Раздался звонкий звук пощечины. Все взоры устремились в центр зала, где разыгрывалась драма между Ирэн Диас и пожилым банкиром. – Что за… Да как вы смеете мне такое говорить! – вопила певица. Плеск! Содержимое бокала, которым она размахивала, выплеснулось прямо на Дину, которая возникла между двумя спорящими. Холодная жидкость окатила ее плечо и волосы. – Дина! – Сер, вы же в обеденном зале, не забывайте о приличиях, – голос Себастьяна прозвучал как раз вовремя, чтобы предотвратить дальнейший скандал. Он уже был рядом, с безупречно белым полотенцем в руках. – В любом случае, довольно ссор на сегодня, – холодно произнесла Дина, принимая полотенце. Ее улыбка была ледяной. – Ах вы, старый развратник! Не смейте прикасаться к моей женщине! – новый участник, молодой и пьяный, швырнул в сторону банкира бутылку шампанского. Себастьян, движимый инстинктом слуги, молниеносно прыгнул на лестницу, поймал бутылку в воздухе и с грацией фокусника принялся разливать из нее шампанское по бокалам ошеломленных гостей, как будто так и было задумано. – Дина, все в порядке? – спросил он, вернувшись к ней и продолжая вытирать ее волосы, намеренно игнорируя истеричную певицу. – Да, ничего страшного, – она взяла полотенце сама. – Ай! – вдруг вскрикнула она и схватилась за плечо. – Что случилось? – Просто свело мышцу… от холода, наверное, – она продолжила вытираться, но боль была явно не от жидкости. Себастьян и Сиэль обменялись быстрым взглядом и заговорили между собой на беглом французском, обсуждая пагубное влияние алкоголя на поведение людей, чтобы отвлечь внимание гостей. Через несколько часов праздник был грубо прерван: в библиотеке нашли тело лорда Симерса. Убийство. – Вы хотите сказать, что убийца – один из нас? – в голосе гостей звучало недоверие и страх. Все начали по очереди рассказывать, где находились в момент преступления. Дина, стоя у стены, едва сдерживала зевоту, ее веки тяжелели. – А это значит, – все взгляды снова устремились на Сиэля и его секретаря, – прошу прощения за бестактный вопрос, граф, мисс Динара, но где находились вы? – Получается, у нас нет алиби? – спокойно констатировал Сиэль. Было решено, что для безопасности все разобьются на пары и останутся на ночь в выделенных комнатах. – Динара, ты будешь с Себастьяном, – объявил Сиэль. – Я бы предпочла кого-нибудь другого, – тут же возразила она. – Почему? Вы мне не доверяете? – мягко спросил дворецкий. – В клетке с тигром легче выжить, чем с тобой, – парировала она с хитрой улыбкой, глядя на Сиэля, и провела большим пальцем за ухом в характерном жесте, который был придуман ими для обеспечения безопаности. – Я думаю, что Дине лучше остаться с нами, – быстро вмешался Сиэль, уловив жест. – Так безопаснее. – Я полностью согласна, – тут же поддержала Дина. – Ну, на том и порешили! – весело подвел черту под спором Лау, неожиданно появившийся в дверях. – Эм… – Дина нерешительно заглянула в комнату, где уже находились Сиэль и Артур. – Я буду спать на полу, – заявила она, без лишних слов взяв подушку с кровати. – Но это как-то не совсем правильно, – попытался возразить Артур. – Все в порядке, – она улыбнулась и устроилась на ковре, свернувшись калачиком. – Выглядишь как котенок, которого не пустили на кровать, – усмехнулся Сиэль. – Эй! – она подняла на него взгляд. – Спокойной ночи! Позже, в темноте, Сиэль рассказал историю о том, как получил шрам под глазом, и немного – о своем детстве. В комнате воцарилась тишина, нарушаемая только мерным дыханием. Вдруг дверь тихо открылась, и вошел Себастьян с дополнительной подушкой. – Иди в свою комнату сейчас же! А я буду спать! – приказал Сиэль, прижимая подушку к себе. – Хм, – лишь промычал в ответ демон и вышел. – А он и правда не может спать без этой подушки, – прошептала Дина, глядя на уснувшего графа. Ее лицо в полумраке озарила нежная, почти материнская улыбка. – Он такой беззащитный, когда спит. – Мисс Дина, мистер Конан Дойл, – тихо произнес Себастьян, вернувшись в дверной проем. – Теперь господин в ваших руках. Проследите, чтобы с ним все было в порядке. – Что? – удивленно спросил Артур. – Хорошо, – просто ответила Дина. – Сэр, вам лучше лечь спать, – тихо сказала Дина Артуру, когда Себастьян удалился. – На свежую голову думается лучше. – Дина, скажите, а какие… отношения между мисс Мейлин и мистером Себастьяном? – неожиданно спросил писатель. – Ммм… Ну, как сказать… Похоже, Мейлин испытывает к нему симпатию. Но вот у Себастьяна… – она тихо усмехнулась. – Определенно, нет. Вы подозреваете Себастьяна в убийстве? – Этот вариант не исключен. Что вы думаете по этому поводу? – Вряд ли это он. Что вас навело на такие мысли? – Он необычайно спокоен. Слишком спокоен для человека, только что обнаружившего труп. – Хах. На службе у господина к смерти не привыкать, – ее ответ прозвучал с ледяной простотой. Она зевнула. – Простите, я, кажется, устала. Она так спокойно об этом говорит – подумал Артур, наблюдая, как она устроилась поудобнее на своем импровизированном ложе. А что, если… Это сделали они с дворецким? Может, они планировали свалить преступление на графа и сбежать? Но жизнь дворецкого всецело посвящена служению господину, обо всем остальном он должен забыть. Даже жениться он не может без его дозволения… Их могла мучить мысль о будущем, омраченная запретной любовью, если бы вдруг господин был против… Их странная взаимосвязь, которую я уловил сегодня, вполне доказывает это… Пока ум писателя строил запутанные теории, Дина, засыпая, сама невольно погрузилась в воспоминания, вызванные рассказами Сиэля о детстве. Воспоминания Дины – Эй, Сем, Мин-Мин, догоняйте! – трое детей, два мальчика и девочка, неслись по солнечной летней поляне, оставляя позади отдыхающих у машин родителей. – Алекс, мы не такие быстрые, как ты! – смеясь, крикнул один из мальчиков, с рыжими вихрами. – Где мы? – спросила девочка лет восьми, оглядывая холмистый ландшафт. – Это Бриллиантовый холм, – улыбаясь, сказал один из мальчиков, указывая на бегущий рядом ручеек. – Тот самый, о котором ты рассказывал? – девочка повернулась к другому мальчику, более серьезному. – Да. Холм, на котором сбываются мечты, – второй мальчик широко развел руки, и ветер трепал его темные волосы. – Тогда я хочу вернуться сюда! Вместе с вами! Ровно через пятьдесят лет! – прокричала девочка, и ее голос потонул в золотых лучах заходящего солнца. – Вы едете на охоту? Я хочу с вами! – девочка лет пяти упрямо стояла перед двумя мальчиками и их отцами. – Вот будешь чувствовать себя лучше – и поедешь, – потрепал ее по голове старший из мальчиков. – А пока они на охоте, мы сходим на ярмарку и купим твое любимое ореховое печенье, – девочку сзади обняла женщина с такими же шоколадными волосами и ярко-зелеными, как весенняя листва, глазами. – Мам, а мне? – тут же вступил второй мальчик. – Я еще подумаю, заслужил ли ты подарок, – подмигнула ему мать, а девочка тут же показала ему язык. Двое детей, лет девяти, стояли на огромной сцене, прижав к подбородкам скрипки. В зале царила гробовая тишина. Последняя нота отзвучала… Хлоп. Хлоп. А затем зал взорвался бурей оваций. – Это ведь они? Дети семьи Старченко? – Сейчас в городе нет ни одного человека, который бы не знал эту семью. – Ходят слухи, что они с пеленок разговаривают между собой на разных языках. – Говорят, в их сутках семьдесят часов, а не двадцать четыре. Они успевают заниматься спортом, танцами, музыкой, живописью, науками, иностранными языками, сниматься, участвовать в олимпиадах… – Обоих внесли в топ-3 самых красивых детей мира. Один – на втором месте, другой – на третьем. – Аncora una volta queste voci… – девочка, сжимая в руке кубок, недовольно обвела взглядом толпу зевак. – Lascia perdere, guarda, arrivano mamma e papà, – успокоил ее брат. – Ottimo lavoro, di nuovo il primo posto. Tutto nella mamma – мужчина с рыжими волосами и добрыми карими глазами крепко обнял обоих детей. – Andiamo al bar? – Дина, а кем ты хочешь стать? – мальчик лежал на огромной кровати в детской. – Не знаю. А ты? – девочка села перед ним, поджав ноги. – Я хочу связать жизнь с музыкой, как мама. Но папа… – мальчик опустил голову. – Ну так и связывай! А я возьму дело папы. – Но ты же девочка. В нашей семье бизнес никогда не передавался по женской линии. – Зато он никогда не передавался и младшим детям. Будем ломать стереотипы вместе. – А тебе самому это интересно? – Не знаю… Наверное, нет. Но почему бы не попробовать? – А это – созвездие Дракона, – один из мальчиков указывал пальцем на усыпанное звездами небо над загородным домом. – Вау! А у него есть легенда? – второй мальчик, запрокинув голову, с восхищением вглядывался в ночную высь. – Конечно! Дикое и свирепое чудовище захотело сразиться с олимпийскими богами. Богиня Афина его не простила и швырнула высоко в небо. Там он и остался навсегда. История короткая, но подходящая. – Алекс, ты такой умный! – Да, я такой! – Мальчики, я вас обожаю! – девочка крепко обняла обоих. – Я буду вас всегда защищать! – А почему именно ты? – засмеялся один. – Я старше вас! – Ты старше меня всего на три часа, а его – на тридцать четыре! – Но все равно старше! Девочка, чье имя означало «драгоценная», залилась смехом и бросилась бежать прочь. – Наша маленькая девочка… – Мы обязательно защитим тебя, – мальчики переглянулись, и в их глазах светилась непоколебимая решимость. Затем они дружно рванулись за ней. Мальчики с именами, означавшими «Мудрый защитник» и «Благородный рыцарь». Ее рыцари. Ее брат и лучший дрег Утром обнаружили еще одного мертвого – на этот раз притворившегося трупом Себастьяна. А позже нашли и тело мистера Фелпса. После обыска и составления таблицы подозреваемых все сошлись на том, что именно Артуру, с его аналитическим умом, предстоит распутать этот клубок. Но в сердце писателя уже зрела другая, более личная и тревожная теория, в центре которой оказались граф, его загадочный дворецкий и девушка с печальными глазами.