Хороших девочек влечет к плохим мальчикам...

Утром Андрей проснулся с большим трудом. Голова болела и казалась тяжелой, вставать отчаянно не хотелось, а при попытке пошевелиться тело ныло, словно его всю ночь били, как пыльный ковер. Оглядевшись в свете ярких лучей, Андрей попытался собраться с мыслями, упорно не желавшими появляться в голове. Ему было нехорошо, он чувствовал себя совершенно разбитым. Нужно было встать и собираться в школу. Будильник еще не звонил, и сколько сейчас времени понять было трудно, но в квартирке еще было тихо, никто не собирался на работу, даже мамы еще не было слышно. Стоило хотя бы умыться раньше всех, - у него были слишком яркие синяки на коже, - при этом не было возможности, да и желания, объяснить их происхождение. Пошевелиться оказалось так же тяжело, как вчера, когда его только-только отвязали. Только теперь упорно ныли все конечности, каждая жилка. Каждый самый малюсенький синяк болел, ожег чесался, стягивая кожу, отчего пульсировал сосок. Болели глаза, словно он и не спал вовсе. Да еще ко всему противная слабость, которую Андрей ощущал даже лежа. Подняться и дойти до ванной оказалось не таким простым делом. При свете лампочки вчерашние синяки стали выглядеть еще не привлекательнее, налившись цветом в полной мере. Тяжело вздохнув, Андре взъерошил волосы, вздрагивая от того, насколько горячая у него кожа. Похоже, у него ко всему еще и температура поднялась. Идти в таком состоянии в школу не было никакого желания. Особенно из-за подозрения, что Алексей может прийти. Видеться со своим насильником не хотелось совершенно. Андрей зажмурился от накативших слез бессильной злости и боли. *** В школу Андрей не пошел. Мама, конечно, покачала головой, но спорить не стала. Ей хватило пощупать лоб сына, чтобы согласиться с его прогулом на один день. За выходные у них был уговор отлежаться, хотя Андрей с удовольствием вовсе не вернулся бы в школу. Несбыточные мечты. Мария Яковлевна согласилась приглядеть за парнем, если тому вдруг чего понадобиться. Андрей не собирался просить ее о лишних хлопотах, поскольку знал, что его жар не от простуды, а сознаться в причине его недомогания язык бы не повернулся и под страхом смерти. Соня повздыхала на шепотом поведанное несчастье и обещала принести вечером чего-нибудь вкусненького. От этих плясок над своей персоной Андрей смутился, уверяя, что это лишне. А вот решение изолировать от него ребятишек принял без возражений. С детей сталось бы залезть к нему в постель. Объяснить потом всем жильцам коммуналки, особенно маме, откуда у него синяки на запястьях и шее, было бы просто невозможно. К своему удивлению, Андрей проспал почти весь день, выбравшись только единожды, чтобы выпить чаю. Послу вчерашнего ужина его мутило, отчего на еду с утра смотреть было противно. Еще одна причина в копилку ненависти к отбитому на голову Ефименко. Андрей не мог не думать о произошедшем, пытаясь понять, как такое могло случиться. Он все пытался понять, почему тот сделал это, но все внутри восставало против случившегося. Полудрема, чередующаяся невеселыми мыслями и болезненными воспоминаниями, была прервана, - к облегчению Андрея, - стуком в дверь. -Андрюш, к тебе тут одноклассник пришел тебя проведать, - Мария Яковлевна говорила приглушенно, заглядывая в комнату, но не входя. -Хорошо, - Андрей мысленно костерил того, кому приспичило его проведать. Демонстрировать свое состояние кому-то из товарищей он не собирался тем более, но что-то надевать, чтобы скрыть синяки, было уже поздно. -Ты уж не очень его беспокой, - строго велела она визитеру, пока тот боком просачивался в помещение. -Ну что вы, - ответил старушке парень, при звуке голоса которого Андрей медленно обернулся на постели, приподнимаясь на локтях и игнорируя протесты тела, - я только задания ему отдам и уйду. У нас же экзамены скоро, пропускать нельзя. -Ну, кликнешь, как уходить будешь. Я провожу, чтоб Андрюша не поднимался. -Спасибо, - широко улыбнулся Леша, закрывая дверь в комнату и защелкивая замок, и обернулся. Андрей встал на ноги, откидывая одеяло, стиснул руки в кулаки. Леша его агрессивную позу оглядел серьезно, никак не комментируя. Зачем он сюда явился Андрея не интересовало, - не извиняться уж точно, - но видеть в своем доме своего насильника оказалось еще более невыносимым, чем он мог себе представить. Просто потому, что не ожидал на своей территории увидеть именно этого человека. И хотя сейчас он чувствовал себя хуже некуда, он готов был дать отпор, защищаясь всерьез. Сейчас он точно знал, чего можно ждать и не собирался подпускать Лешу близко. Единственное желание сейчас было выпроводить нежеланного гостя взашей. -Что тебе тут нужно? -На тебя посмотреть пришел, - пожал плечами Леша, окидывая раздетого парня спокойным взглядом. Скривил губы, как от чего-то неприятного. -Налюбовался? А теперь проваливай, и чтоб духу твоего тут не было. -Какой сердитый, - Леша склонил голову набок. - И как ты меня выгонять будешь? -Пинками, если понадобиться. -Да? Я-то уж подумал, что веником, - закатил глаза визитер. - Что, прямо вот в таком виде и пойдешь выпроваживать? Андрей молчал, стискивая челюсти. В одних трусах он и в самом деле никуда этого подонка выгонять не пойдет. Знал же, на что надавить. Светить своими синяками он не собирался. Его останавливало только это, даже боль и слабость не могли его удержать от разборок. Андрей не знал, зачем пожаловал этот урод к нему в гости, но сильно заблуждался на счет Андрея, если считал, что тот будет безропотно терпеть издевательства. -Выкладывай, зачем пришел, и уходи, - велел Андрей. Чем скорее это закончится, тем быстрее он сможет вернуться к самокопанию и попытке смириться и жить дальше. -Я уже сказал, - Леша не реагирует на тон, ему плевать на угрожающую позу. Он ощущает себя хозяином положения, и Андрея трясет от злости. -Сказал, - цедит он сквозь зубы. - Теперь иди отсюда. Леша вновь окидывает его с головы до ног взглядом. А потом отводит взгляд, потирая шею ладонью, словно ему вдруг стало неловко. Андрей от возмущения делает несколько шагов вперед, еще сам не зная, что сделает. У него только одно желание — сделать парню напротив так больно, как только сможет. Андрей вовсе не ангел. И то, что дома на нем ответственность за домочадцев, не делало его мягкотелым. Хорошие оценки в школе — не показатель порядочности. Андрей видел разное в своей жизни, ни раз и не два защищая себя и других. Ему приходилось и драться, и терпеть побои. Он видел то, что приличные мальчики из хорошей семьи не должны видеть. Знал и умел то, что хорошие мальчики не должны знать и уметь. Но никогда прежде он сам не был причиной того, чтобы делать кому-то что-то плохое. Сейчас же он готов был голыми руками порвать того, кто посмел надругаться над ним. Леша не ожидал такого напора, потому несколько ударов он все же пропустил. Но при всей своей злости и осведомленности, Андрей все же не участвовал в драках, а сейчас еще и чувствовал себя паршиво, поэтому Леше было скрутить его намного проще, хотя и не совсем без усилий. -Уймись, бешеный, - Леша прижал Андрея лицом в угол ковра на полу, заломив локти. -Слезь с меня, - шипел в ответ Андрей, борясь с сидящем на нем парне и слабостью разом. -И не подумаю. Я сюда не драться пришел. -Лучше бы вообще не приходил!.. - брыкнулся Андрей и замер от стука в дверь. -Мальчики, у вас все хорошо? - Мария Яковлевна чуть подергала закрытую дверь. - Андрей? Андрей смотрел на дверь, тяжело дыша, и не шевелился. Леша и не думал отпускать его, продолжая прижимать к полу. Выдохнув, Андрей обреченно прижался лбом к холодному паркету. -Да, Мария Яковлевна, мой товарищ уже уходит. -Может вам чайку заварить? -Не нужно, мы не голодные. -Что еще за «не нужно»? - недовольно спросила старушка. Андрей зажмурился, проклиная гостеприимность пожилой женщины, уже зная, что она сейчас скажет и заставит его сделать, несмотря на то, что он «болен». Леша тихо хмыкнул, наклоняясь над лежащим парнем. - Почему дверь заперта? Андрей? -Похоже, тебе придется угостить меня чаем, - шепнул Леша с явной улыбкой. -Замолчи, - едва слышно огрызнулся Андрей, вновь брыкнувшись. -Я поставлю чайник. Принесу, когда будет готов, так что откройте. Старушка ушла, чем-то загромыхала в соседнем помещении. Леша усмехнулся, слезая с Андрея, который с трудом сумел подняться в сидячее положение. Его трясло от усталости и слабости, усилившейся после борьбы. Он мог лишь наблюдать за тем, как Ефименко подходит к двери и открывает замок. Этот урод вовсю пользовался беспомощностью и нежеланием открыться Андрея. Выбор был невелик — продолжить драться, заведомо зная, что он проиграет, и, ко всему прочему раскрыться или лечь в кровать и сделать вид, что ничего не было, сдавшись. Андрей через силу поднялся, отворачиваясь и почти рухнул в кровать лицом к окну, укрываясь одеялом по самую макушку. В комнате повисла тишина. Леша никак не комментировал поведение и поступки Андрея, не пытался подойти, но и уходить явно не собирался. Они просидели в тишине, нарушаемой только тиканьем часов из кухни, еще несколько минут, пока Мария Яковлевна не принесла им чай и заварку. Леша охотно впустил старушку, помог накрыть на письменный стол. И ка бы невзначай поинтересовался: -А родители Андрея скоро с работы придут? - спросил Леша, заставив Андрея напрячься под одеялом. -Маргоша к ужину приходит, часам к семи, - Мария Яковлевна добродушно улыбнулась. - А папа у Андрюши в колонии… -Мария Яковлевна, - Андрей сел, в последний момент вспомнив про одеяло и необходимость прикрыться. Старушка удивленно посмотрела на его тон. Леша с интересом обернулся, но ему и так уже сказали не предназначенное для чужих ушей. Андрей вздохнул. - Спасибо за чай. Только, пожалуйста, не надо про отца. Старушка растерянно улыбнулась, но не стала развивать тему. -Угощайтесь, юноша. Я пойду, у себя буду. -Спасибо, - Леша с улыбкой проводил старушку взглядом, но закрывать за ней дверь не пошел. С любопытством обернулся к Андрею, который без сил откинулся на подушку. - В колонии?.. -Не твое собачье дело, - оборвал Андрей. -Какой же ты все-таки невоспитанный. Но если твой отец в колонии… -Да по тебе самому колония плачет, - приподнялся в ярости на локтях Андрей. Сил на новый спор не было, ему было еще хуже, чем утром, но заткнуть этого парня хоть как-то желание не угасло. Леша молча на него уставился. -Думаю, ты прав, - наконец произнес он, заставив Андрея растеряться. А потом он подошел к нему, проигнорировав то, что Андрей дернулся от него в сторону, и, наклонившись, поцеловал, почти тут же отстранившись. Пока Андрей пытался вернуть дар речи, Леша развернулся и быстро вышел вон. *** Михаил Ларин был неплохим человеком. У него была хорошая профессия, хорошая первая жена и прекрасная дочь. Потом у них родился сын. Болезненный мальчик, не проживший и трех лет. Потом был еще один мальчик. И девочка, погодка. Их не стало после короткой болезни, которую тогда не смогли опознать вовремя врачи. Им было лишь пять лет. После этого у супругов Лариных, после пяти лет, родился слепой мальчик. Старшей уже было на тот момент восемнадцать лет. Они переехали в Москву, чтобы устроить сына в специальную школу для незрячих детей. Только до первого класса мальчик не дожил. Воспаление в незрячих глазах лишило семью еще одного ребенка. Тогда-то Ларин и стал утешать свое горе спиртным, к которому всегда относился равнодушно. Из семьи проблемы не выносились, но жена, спустя два года после смерти младшего ребенка, развелась с Михаилом и уехала. Взрослая дочь, жившая уже своей семьей, изредка навещала отца. Маргарита Евгеньевна была подругой дочери Лариных и познакомилась с Михаилом благодаря этой дружбе. Молодая девушка искренне сочувствовала утрате семьи, зная их историю, и сама не заметила, как это чувство переросло во что-то другое. Свадьба была скромной, но на после нее между подругами больше не было никакой привязанности. Все знакомые осуждали союз между женщиной и мужчиной, которые годился ей в отцы. Через полгода, когда стало ясно, что молодая жена ждет ребенка, Михаил продал квартиру в Москве и они переехали в ближайшее Подмосковье. К моменту, когда ребенок родился, они уже хорошо устроились в трехкомнатной квартирке в тихом районе. Михаил Ларин держал себя в руках и не злоупотреблял с момента, как решился на повторный брак. Когда жена сказала, что беременна, он безотчетно опасался, что с ребенком что-то станет, но на свет появился здоровый мальчик, которого назвали Андрей. Жизнь понемногу налаживалась, они спокойно жили своей маленькой семьей, пока у Маргариты Евгеньевны на раннем сроке не случился выкидыш. Узнав об этом, Михаил, впервые в новой семье, напился так, как не напивался никогда прежде даже в старом семействе. Это было началом черной полосы в семье, но этого они еще не знали. Второй такой же эпизод произошел только через два года, когда «старого» специалиста подвинули с должности, понизив. Третий — через полгода, когда Ларина заменили молодым специалистом, чья мама работала бухгалтером на фирме. После этого такие эпизоды стали только чаще. Проработавший на руководящей должности почти пятнадцать лет Михаил никак не мог найти себе другое место, месяцами не работая, либо меняя работу, как перчатки. И все чаще он отдавал предпочтение бутылке, нежели восьми часам за письменном столом. За полтора последних года он уже не работал ни дня, почти что каждый день пропадая неизвестно где для маленького Андрея, и известно — для Маргариты. Заработанные ею деньги неизменно уходили на то, чтобы у ставшего невыносимым мужа было чем отметить новый неудачный день. Последней каплей стало то, что семилетнего Андрея было не на что не то, что собрать в школу, но и накормить. Трехкомнатная квартира, принадлежавшая им в полной мере, стала коммуналкой, чтобы за семьей осталась хоть какая-то жилплощадь и можно было купить хоть кусок хлеба ребенку. Въехавший в одну из комнат парень смотрел на бывших хозяев жилплощади с презрением, как и на все вокруг, и появлялся там от силы пару раз за месяц. Он прожил там недолго, однажды просто увез все свои вещи, включая мебель, и туда переехала жить Мария Яковлевна, подкармливающего мальчика из неблагополучной семьи пирожками. Во вторую комнату приехала молоденькая девочка с сестрой, совсем еще малявочкой, с которой иногда играл Андрей. И только услышав, как малявачка зовет сестру «мама», а «маминого» улыбчивого друга «папочка Слава», Андрей узнал, что добрая улыбчивая Соня — мать-одиночка. А «папочка Слава», которого сам Андрей звал «дядьЯр», жених Сони. Ярослав Андрею нравился, поскольку парень не делал различия между ним и Катей, одинаково уделяя им обоим время, когда навещал молодую невесту. Он много разного рассказывал, учил как делать из бумаги лягушку и забивать гвозди. И было так, что впору и Андрею называть «дядьЯру» «папочкой Славой». Отца Андрей не любил. Тот приходил домой пропахший свой водкой, страшный и грязный. Заваливался спать посреди комнаты прямо на голый пол. В такие дни Андрею приходилось ночевать у доброй Сони в одной кроватке с Катенькой, по малолетству не понимавшей, отчего Андрюша не приходит спать к ней каждый день, ведь это так здорово. А на утро, не выспавшаяся Маргарита Евгеньевна, вынуждена была отдавать все еще мужу большую часть имеющихся денег, лишь бы тот ушел и больше их не тревожил ближайшие дни. Ярослав, заставший это дело, выставил папашу пинком, велев не портить жизнь ни семье, ни прочим людям в квартире. А через месяц, когда Ярослав шел навестить свою почти жену, его окликнул пьяный Михаил и в разгаре спора достал нож, которым хотел лишь припугнуть молодого парня. Больше не было доброго дядьЯра, не было корабликов из подручных палочек и веселых игр, не было улыбчивой Сони, не было мужского плеча в доме. А на вопрос маленькой Кати: «Где папочка Слава», - никто не знал, что отвечать. Тогда Андрею пришлось стать Кате «папочкой», как позже маленькому Славику. Стать для Сони братом, подставившим плечо. Стать помощником по мужской части в доме, где больше не было мужчин. Стать опорой семьи, и не только семьи Лариных, но и всех, кто жил в квартире. Лежа в кровати, Андрей думал об отце, которого запомнил ни примерным семьянином, а непросыхающим пьяницей. И о Ярославе, чей пример был для Андрея идеалом. Андрей не был ангелом. Во многом и его поступки и поведение нельзя было назвать идеальными, но перед своей совестью он всегда оставался честным. Самым большим страхом было — стать таким, как отец. Леша не был, как отец. Он был из другого теста. Но сейчас, думая об этом парне, Андрей понимал, что заметил его еще тогда, когда тот впервые показал всем свои зубки. Он не дал сломить себя обстоятельствам, делая то, что считал нужным, вынуждая считаться с собой. Он был другим, не похожим на таких правильных снаружи и таких гниющих внутри людей. В нем было что-то нехорошее, что привлекало к нему внимание, но и отталкивало в то же время. Глядя на него, Андрей смутно ощущал, что со всем своим «тепличным» воспитанием, сильно уступает Алексею в подготовленности к реальной жизни. Книги и школа не очень хорошо учат, как жить за пределами четырех знакомых стен. Люди — не персонажи авторов, они могут поранить, если вдруг отвлечешься. Видеть изнанку жизни, где есть такие вещи, как обычные человеческие чувства, раньше Андрею, конечно, доводилось. Но впервые он так остро ощутил, что это значит, когда с его чувствами не стали считаться, втоптав их в грязь, и продемонстрировав, что не он один сделан из плоти и крови. Это отрезвляло, вышвыривая из защитного панциря. Наверное, что-то такое он чувствовал в Леше еще тогда, два года назад. Не даром же он обращал внимание на все эти мелкие хулиганства, ссадины и меняющиеся мрачные взгляды. Его влекло к этому парню, как к магниту. Хороших девочек влечет к плохим мальчикам. А хороших мальчиков что привлекает в них? Из общей массы одинаковых людей, Леша казался настоящим. Раскрашенным яркими карандашами на черно-белой пленке. Это цепляло Андрея. А что в Андрее зацепило Лёшу?