С меня хватит!

На предложение Саламандра прикрыть очками ставшие похожими на бесовские кровавые фонари глаза Грей отреагировал с неожиданным таким воодушевлением, как будто Нацу предложил ему пойти Джувию замуж позвать, причём заведомо зная, что Локсар согласится. А всё потому, что ледяной согласен был куда угодно пойти и что угодно сделать, лишь бы последовательность нынешних событий не повторяла прописанный его жутким видением сценарий. Пусть его переклинит ещё пару раз, как при встрече с этим мужиком с полинезийскими татуировками, пусть, к примеру, в миловидной продавщице или в фигуристой официанточке он снова увидит демона... он больше на это не поведётся, мотнул головой Фуллбастер. Причём лохматой и отбитой с подачи Нацу головою Отмороженный замотал так активно, зажмурившись и даже вдохнув поглубже, словно уже начал репетировать, как ему надо будет себя вести, ежели ему ещё какое-то мракобесие привидится. - Чего башкой мотаешь, дурень? - рассмеялся Нацу, думая, что его ледяному товарищу, наверное, с похмела или после нахлынувших глюков нехорошо стало. - Я тебе говорю - пошли, вон тут очки всякие продают, берём первые попавшиеся и валим, самому жрать охота уже так, что скоро глючить от голода почище твоего начнёт... Как ни странно, но покупка солнечных очков прошла без приключений. Правда, при виде симпатичной синеволосой девушки-кассира Грей откровенно затосковал, вспомнив об одной прелестной синевласке, перед которой он вчера так опозорился по пьяни... потом, постоянно опуская взгляд, чтобы приставучая продавщица не видела, что с его глазами, Грей раз двадцать повторил, что чехольчик к очкам, кошелёчек и что-то там ещё из дребедени, которую девчонки гордо зовут аксессуарами, ему не нужны, и девушке его не надо, ну нет её, девушки-то, кому брать-то... И тут ледяному, решившему себя позабавить, в голову пришла презанятная идея. Схватив столь долгожданные и наконец-то отсканированные синеволосой прелестницей очки, он моментально надел их, радуясь тому, что наконец-то можно перестать буравить взглядом белую столешницу кассы до жжения в глазницах, и с лёгкой ухмылкой произнёс: - Ну если тебе так хочется, чтоб я что-то взял, выбирай сама, что бы ты себе купила. - Ну... - покрутив в руках плетёный соломенный кружок на длинной ручке, который, оказывается, носил гордое наименование "сумка женская", оценивающе посмотрела девушка-продавец. - Я бы себе такую вот взяла, правда ведь красивая? - Ну да, - хмыкнув, кивнул Отмороженный. - Ну вот и пробивай её давай. Признаться честно, от мира девчачьих примбамбасов он был далёк примерно так же, как Северный полюс от Южного, для него в девушке было лишь два состояния - одетая и раздетая. Немудрено, что, как и всякому молодому парню, которому не чужды были плотские удовольствия и позывы, Фуллбастеру девушки раздетые были куда больше по душе девушек одетых. А раздетая Джувия где-нибудь в укромном местечке, где их двоих никто бы не достал, сейчас была бы самым лучшим подарком судьбы для откровенно замечтавшегося ледяного. А, ну и был ещё некий промежуточный вариант - в белье и купальнике. Эх, ну, кстати, против купальника или кружевных трусиков на Джувии и её самой в таком виде ему в руки Грей тоже против ничего не имел. Надо же было бы разорвать что-то на ней, перед тем как... Ох, следом Отмороженного и его явно требовавшую прикорма в виде хорошего секса фантазию понесло, кажется, так далеко, и, похоже, то, что он явно замечтался о чём-то не очень пристойном, стало так заметно, что, не удержавшись, Нацу заржал прямо ему в ухо: - Ну ты долго будешь стоять и пялиться на девушку?.. Ты ж сейчас дырку в ней своими глазищами проделаешь, пошли уже! И да, сумку свою дурацкую не забудь, нафига только она тебе, вот уж не пойму... - А, да, точно, - прямо кожей чувствуя, что цвет его побледневшего поначалу после его приступов возле торгового центра лица внезапно стал ярко-алым, как у свежей помидорки, механически отозвался Грей. - А сумка, кстати, тебе. С этими словами он протянул уже упакованную было сумочку синеволосой девушке обратно через прилавок, от чего та тоже разрумянилась и поначалу стала было отказываться, пытаясь всучить неожиданный подарок обратно странному молодому человеку: - Вы что, возьмите, я не могу принять такой подарок от незнакомца... А вот теперь Грей понял, что, кажется, настало самое время послушать предложение Нацу и дать ноги отсюда. Потому что чем больше он смотрел на эту раскрасневшуюся синевласку, чем дольше его скрытый под тёмными очками пристальный взор скользил по её рассыпавшимся по плечам насыщенно-синим локонам и густо подведённым голубым глазам, тем сильнее начинало раздирать его душу от мыслей о Джувии... А это тебе, красивая, подарок за то, что ты так похожа на Джу, подумал Отмороженный, круто развернувшись на месте и быстро выйдя из магазина. Разумеется, вслух он и слова не сказал, из-за чего его поведение в глазах как прыснувшего Саламандра, так и заойкавшей от смущения продавщицы выглядело ну очень уж странно. - Не обращай внимания, - подмигнул не верящей столь неожиданному (и, судя по количеству купюр, которые легли на кассу из рук явно улетевшего куда-то там в свои похмельные облака Отмороженного, неприлично дорогому) презенту девице Нацу. - Он у нас всегда с похмела чудной... Лан, бывай, потопали мы, а то жрать хочется - аж мочи нет. - Всего доброго, - на автомате пробормотала ошарашенная продавщица, провожая заинтересованным взглядом рассекавшего кругами по торговой галерее в ожидании своего общительного друга брюнета в солнечных очках. А про похмелье этот парень с розовыми волосами, похоже, не соврал, усмехнулась девушка - разило от обоих просто жуть как, тяжёлый дух перегара так и остался витать в магазинчике даже после их ухода. А Нацу, догнав расхаживающего по полному всяких разных отделов со всякой ерундой коридору Грея, хлопнул его по плечу и заговорщицки подмигнул своему другу: - А прикольная блондиночка... на Люську похожа, кстати. Классная, я даже понимаю, почему ты её склеить решил. - В смысле блондиночка?! - Грея словно молнией шарахнуло, когда он это услышал. - Ну эта, которой ты сумку подарил, - улыбнулся во все тридцать два Драгнил. - Ты чё, уже забыл, что ли? Блондинка, глаза такие карие, и... Огненный дракон недвусмысленно изобразил руками два больших шара перед собственной грудью, а Грей замер, вспоминая о синих локонах и небесно-голубых очах, что стояли перед его глазами, пока он был в этом чёртовом магазине... нет, об этом он Нацу точно не скажет, решил для себя ледяной, иначе Саламандр точно его в дурку сдаст, причём вызовет санитаров прямо сюда. Замешательство друга Нацу расценил по-своему, решив, что Фуллбастер просто застеснялся своего поступка, и громогласно заявил: - Я тут чего подумал... может, нам просто пойло палёное попалось, вот теперь тебя и тянет чудить по-всякому? - Возможно, - усмехнулся ледяной, очков, впрочем, не снимая. Признаться честно, он бы тоже хотел взять и вот так просто объяснить всё то, что с ним происходило, как Нацу сейчас решил. Иногда он завидовал этому саламандровскому умению даже откровенно страшным и странным вещам найти абсолютно простяцкое объяснение, и не просто его найти, а ещё в него и поверить искренне. Ладно, махнул рукой Фуллбастер, увидев, что, пока он снова застрял где-то на границе между реальностью и своими размышлениями, они с Нацу уже добрались до большой круглой площадки в самой середине торгового центра, где и расположились всякие разные кафешки и закусочные... и в самом центре которой расположилась та проклятая шашлычная, в которой начался пожар в видении Грея. Так, спокойно, придурок, велел себе ледяной, чувствуя, что, как бы он ни пытался с собой совладать, его всё-таки начинает предательски трясти от ему одному только понятного страха. Он же сегодня поставил себе задачу любой ценой обмануть ход событий, который прописал ему тот кровавый глюк в курилке у торгового центра... и, надо признаться, у него неплохо получалось. Мужика с зелёными волосами он прогнал, и пусть даже возникла небольшая накладка в виде его превращения в демона, которого на самом деле, как оказалось, вовсе не было. Вместо кафе первым делом они отправились в магазин за очками, этим тоже внеся сумятицу в продиктованный Фуллбастеру страшным видением сценарий. Подумаешь, он умудрился в кареглазой блондинке увидеть предательски похожую на Джу синевласку, нервно усмехнулся ледяной... главное, здесь он свой ход сделал. - Чего ржёшь? - ткнул его кулаком в бок уже поглаживающий призывно урчащее пузо Саламандр. - Скажи-ка, Уголёк... - Грей указал в сторону той самой шашлычной, с которой в его видении всё и началось. - Ты же тоже видишь там шашлычную? - Конечно, - рассмеялся Драгнил. - И знаешь что? Вот туда-то, я думаю, мы и почешем! Не знаю, как ты, а я мяса хочу... - Может, не... - едва начав, тут же осёкся Отмороженный. Слушать его теперь, когда вкусное мясцо жарилось так близко, так маняще дразня его драконий нюх, Нацу просто не стал - развернулся и, расталкивая столпившийся в раздумьях, в каком бы из кафе перекусить, народ, гордо потопал прямиком к шашлычной. Откровенно говоря, идея идти туда, где в его видении всё и случилось, Грею совсем не нравилась. Но... может, теперь-то всё пойдёт не так, ведь первых два своих шага он сделал вопреки тому, что видел?.. Раздумывать особо было некогда - Нацу уже вертелся и крутился возле высокой стойки, отделяющей посетителей шашлычной от откровенно завозившегося с чем-то там повара. Перевесившись через упиравшуюся ему в грудь белёную столешницу, Саламандр оживлённо поводил ноздрями и что-то там уже бойко предлагал качающему головой и устало утиравшему пот со лба шашлычнику. Грей прибавил шаг. Бес бы его знал от чего, но его снова трясти стало, во рту пересохло и сердце защемило... а, нет, растолкав откровенно возмутившихся такой беспардонностью посетителей и вдохнув поглубже, Отмороженный вдруг сразу понял, от чего ж ему так вдруг резко заплохело. Невыносимо, нещадно, до жжения в носоглотке несло палёной резиной. Грею даже смотреть на эту чёртову печку, над которой сейчас маялся повар, не надо было, чтобы понять - электрическому прибору конец, и вот сейчас он уже бьётся в своей плавленой агонии. - Слышь, дядь, чё ты никак эту херову печку не разожжёшь-то? Не парься, я тебе сейчас помогу... - эти слова из уст Саламандра едва очки на себе не заморозившего от ужаса ледяного словно ножом по сердцу ударили. Там, в его видении, Нацу слово в слово то же самое сказал, после чего перепрыгнул через стойку, и... Ну уж нет, метнулся к другу Отмороженный, хватая его за расстёгнутую белую (а после вчерашней пьянки обзавёдшуюся прелестными грязно-серыми бесформенными разводами) толстовку с капюшоном и резким движением отбрасывая назад, хрена с два, ни за что он не даст свершиться кошмару из своего видения... пусть даже для этого ему придётся передраться с собственным другом, да простит его Саламандр. - Ты чё, совсем что ли, мозги последние отморозиил?! Похоже, Нацу не очень по вкусу пришлось, что его отшвырнули на самую середину кафетерия, когда тот уже в прыжке за барную стойку взмыл. Отряхнувшись и одёрнув как попало задравшуюся после полёта кувырком толстовку, сын Игнила сжал кулаки и двинулся на повернувшегося к нему лицом Грея: - Придурок, там печка не работает, я её сейчас починю за один выдох! Ты сам, что ли, жрать не хочешь? Сам не хочешь - так свали нахер отсюда, дай другим поесть! Я ж поддам огоньку, и тут же всё заполыхает, сам же знаешь... - Вот именно, - с тоской осознавая, что, кажется, словами до упрямого убийцы драконов не донести, что как раз-таки, если он применит свою убийственную магию, заполыхает не только эта чёртова печка, но и решительным образом всё, сжал кулак уже готовый к неизбежной драке с явно разозлившимся лучшим другом Грей. - Если ты используешь свою магию, то заполыхает всё, тут сгорит весь торговый центр, погибнут Эльза, Джувия, Люси... И всё-таки Грей попытался. - Да чё ты несёшь?! - взревел окончательно потерявший самообладание Саламандр. - Я твои выходки терпел-терпел, но чушь, которую ты мне сейчас порешь, уже совсем за край заходит! Что значит - наши девчонки погибнут?! Что значит - я спалю этот разнесчастный торговый центр?! Слушай, Греич, без обид, но если у тебя с головой проблемы начались, то нефига других доставать, ты уже совсем оборзел! Ну конечно - слушать его Нацу уже не стал, заведясь не на шутку. Впрочем... это так в его стиле было - сначала мордобой устроить, всю округу спалить и разрушить, а вот потом уже дух перевести и разбираться. Фулбастер сжал второй кулак, и руки его начали покрываться льдом на его же собственной крови. Сейчас нельзя было церемониться с Нацу, надо было вырубить его как можно скорее... пока он этот торговый центр не спалил. Тем более, вон особо бдительные уже начали охране показывать на двух явно собравшихся подраться волшебников, которые уже готовы были рвануть навстречу друг другу, окружённые вставшими в кольцо любопытными зеваками. - Ах ты так, говна кусок?! - внезапно на удивление зло даже для его-то точки кипения, до которой он уже был заведён, взревел Нацу, увидев и почуяв, что руки Грея объяты не простым льдом, а льдом убийц демонов. Чёрт, ледяной аж замер на мгновение, глядя на то, как ярость превращает его друга в демоноподобное существо с чертами красного дракона, с чешуёй огненного ящера... он бесился примерно так же, как кошка бесится рядом с собакой, как чудовище из недр самого ада бесится рядом с животворящей святой водицей, или что-то в этом духе. Как-то уж слишком зол был Саламандр в этот раз, будто бы увидел нечто, противное его нутру до животного омерзения, когда засёк лёд убийцы демонов на руках покрывшегося холодным панцирем на собственной крови на кулаках и глухою чернотой с правой стороны Грея. Глаза Отмороженного внезапно загорелись красным так сильно, что очки, скрывавшие его лицо, тут же покрылись сеткой извилистых трещин и с громким треском разлетелись вместе с оправой на кучу мелких и острых осколков, располосовавших ему лицо, а за спиной гневно зарычавшего Саламандра внезапно раскрылись два объятых огнём крыла. И тут-то Грею стало по-настоящему страшно. Во-первых, таким похожим на огненного демона, таким разъярённым, таким жаждущим крови, таким обезумевшим он отродясь Нацу не видел. А, во-вторых, в голову ледяного запоздало стукнуло: а что, если это не взаправду, и его снова накрыл очередной приступ жестоких глюков?.. Три... два... один... набирающий огня под пятки для ускорения Нацу всё ближе к ледяному. Кто-то начал снимать их схватку на камеру, но на это Грею было уже плевать. Сейчас важнее было не дать огню озверевшего ни с того ни сего Нацу обрушиться на этот торговый центр с кучей, целой кучей виноватых лишь в своём любопытстве и потому даже не догадывающихся поскорее покинуть здания людей. Нет, судя по жару, что источал превращавшийся на его глазах в потустороннюю тварь Драгнил, по энергии, которая вроде как была свойственна изначально Нацу, но теперь дышала чем-то гнилым и мёртвым, таким близким к его проклятию убийцы демонов, его совсем не глючит, внезапно понял Грей. - Прости, Головёшка, я тебе потом всё объясню, - виновато произнёс Отмороженный, едва покрытый драконьей чешуёй и больше ставший похожим на когтистую лапу кулак Нацу столкнулся с его рукой, закованной в смертоносный, убивающий всё живое на своём пути, лёд демона. Окончательно взбесившись, Саламандр прорычал что-то нечленораздельное, и попытался было сбить Фуллбастера с ног шквалом уже готового было вырваться наружу огня. Грей же выставил блок из чернеющего на глазах и отдающего мертвечиной льда на его собственной отравленной проклятьем крови, скрестив руки перед собой, и пламя оказалось закованным в холодный панцирь, замирая в нём и теряя ту искру, которая и от кирпичных стен могла камня на камне не оставить. В следующую же секунду Отмороженному захотелось заорать от боли во всю глотку, потому что, окончательно распрощавшись с рассудком из-за приступа совсем не свойственной его, в общем-то, доброй драконьей душе озлобленности, Нацу впился своими драконьими клыками прямо ему в предплечье, вгрызаясь до кости и утробно рыча!.. Кто из них сейчас смотрелся жутче - объятый огнём, покрытый чешуёй и обзавёдшийся горячими перепончатыми крыльями Нацу или закованный в чёрный окровавленный лёд и потерявший человеческий облик из-за мертвенности, что шла от него самого, Грей, - понять было откровенно трудновато. Казалось, что два демона, два монстра, два зверя сошлись в бою не на жизнь, а на смерть, избивая, душа и разрывая в клочья живьём друг друга. - Да хоть сожри меня здесь, Головёшка... - хрипел дуреющий от боли, но продолжавший держать не дающий колдовать озверевшему Саламандру ледяной щит Грей. - Только огнём не плюйся, умоляю... Легче станет - сожри. И Нацу, сверкнув загоревшимися точь-в-точь, как у Грея сейчас, кровавой краснотой очами, впился аж до скрежета зубов и хруста кости предплечья Фуллбастера в руку своему лучшему другу. Словно и правда решил его послушать, осатанев... и начал его жрать. Но следом же закашлялся, падая на колени, беспомощно хлопая моментально растерявшими свой жар и начавшими опадать буквально на глазах крыльями... и начав выхаркивать куски неестественно чернеющего для только что им съеденного прямо на лету мяса, осколки кровавого льда и сгустки собственной крови. - Какого... чёрта?! - трясясь и утирая запачканный в крови и чёрной слизи рот, Нацу вырвал прямо из собственной губы застрявший в неё острый холодный осколок. - Что со мной стряслось?! Что с тобой?! Что... что, мать его, с нами?! Грей ничего не ответил, молча ударив по льду, который, как оказалось, покрыл собою всю поверхность вокруг него. Раздался взрыв, от которого даже здание задрожало, и по длинным построенным по круговой схеме коридорам торгового центра понеслось гулкое эхо, мешаясь со звоном осколков кровавого чёрного льда, что, сыплясь на пол, звенел, ударяясь о цветную плитку острыми гранями. Следом же искрившаяся поначалу огоньками печка замолчала навсегда, потонув в горе рухнувших на неё ледяных осколков, а весь торговый центр оказался обесточен - оказалось, Грей так перестарался со страху при виде будто в дьявола превратившегося Нацу, что даже ток в проводах замёрз, и теперь ни музыки, ни призывно мигавших огоньков, ни рекламных роликов на больших экранов - ничего не было видно. - Бля... - просипел парень, тут же засовывая свой собственный расквашенный в кровь кулак себе в рот и затыкая своим же мёртвым льдом внушительных размеров кровоточащую дыру в своей руке. Чёрная майка, в которой он сюда пришёл, уже покинула его, исчезнув во время драки с Саламандром в неизвестном направлении, но Фуллбастеру уже не до своей привычки срывать с себя верх одежды (а то и до труселей раздеваться порой) во время боя сейчас было. От колоссального выброса магии и жуткой потери сил, которые пришлось грохнуть на то, чтобы угомонить реально превратившегося в демона Нацу, Грею и без того уже хреновее некуда было... а тут ещё Нацу умудрился за столь короткое время их схватки вырвать своими ставшими нереально острыми клыками добрую треть его плоти из его руки, и теперь внушительного куска мяса там попросту недоставало, ходящая ходуном и объятая жалкими остатками порванных голых мышц кость торчала, пугающе белея на фоне как-то странно черневшей крови, а кисть искалеченной и распоротой меткой убийцы демонов руки начала отказывать, наливаясь кровью, багровея и безвольно повисая. Ледяного зашатало, откровенно говоря, он уже сам готов был не то что на колени рухнуть - плашмя прямо на полу лицом вниз растянуться и валяться так, кусая свой кулак от невыносимой боли и латая на себе же самом свою же рану живьём при помощи своего же льда, как вдруг он аж дёрнулся, беспомощно смотря на харкающего кровью, льдом и его чёрной плотью Нацу... чёрт, скривился Грей, до чего же его отмороженное мясо тухлятиной тащит, как будто он сдох лет так двадцать назад, а его теперь из могилы подняли и заставили волочить свой почти разложившийся труп по земле! Но далеко не ароматы его явно не нектаром и райскими цветочками пахнущего мясца заставили Отмороженного сильнее впиться своими же зубами в костяшки своего же кулака... - Что здесь происходит?! Боже, Грей, Нацу, что с вами?! - Мальчишки, вы опять, что ли, чудите? Ну сколько можно-то уже?.. - Нацу, Грей... Если у нас опять после вас будут проблемы с Советом и полицией, в этот раз даже не надейтесь, я не стану просить Джерара поднять его старые связи, чтобы вас опять откуда-то там вытащить! А вот теперь, ещё не успев понять, что с ними сейчас стряслось, Нацу и Грей окончательно ошалели. Потому что они оба яснее ясного слышали голоса Джувии, Люси и Эльзы. Не веря ушам своим, Нацу завертел головой и даже начал было принюхиваться в надежде, что это всякие галлюцинации ему от Грея воздушно-капельным путём передались, вот сейчас он глаза откроет, и всё будет хорошо... но можно было даже не пытаться себя обмануть. Пробившись сквозь толпу окруживших их зевак, и, как оказалось, не подпуская к парням охрану, с трёх сторон на них смотрели водная волшебница, заклинательница духов и самая опасная оружейница Фиора. Нацу даже забыл сплюнуть очередной подкативший с рвотным комом к горлу кусок плоти Грея, открыв от удивления рот, и теперь чёрный склизский и сочащийся тёмной кровью шматок болтался у него на клыке, пачкая ему подбородок. Да, подумалось Грею, старавшемуся не думать о том, как тупо смотрится он сейчас в разбитом напрочь и усыпанном явно его льдом торговом центре, с залатанной льдом дыркой в руке и собственным кулаком во рту (о, нервно дёрнул Грей бровью, глубоко рассечённой в кровь когтистой лапой Нацу во время их жестокой схватки, про его красные глазища, наверное, сейчас лучше и слова не говорить, неспроста же Джувия сейчас на него с таким ужасом таращится) наверняка не так его непонятно с чего так взбесившийся огненный друг представлял себе примирение со своей обожаемой Люсенькой... Но следом же парня аж перекосило от осознания того, что, как бы он ни изгалялся, он никак не может обмануть сценарий своего кошмарного видения, в котором как раз все, кто здесь сейчас собрался, должны были умереть! Да, он прогнал мужика с татуировками, да, он вроде как изменил маршрут, не сразу отправившись в кафе, а перед этим зайдя в магазин за очками, от которых осталось одно лишь воспоминание, да, он даже смог заткнуть глотку озверевшему Нацу куском себя самого, но зато не дал ему колдовать огнём здесь... Но судьба словно в очередной раз плюнула ему в лицо, повернув всё так, что девчонки всё-таки пришли сюда. И, осознав всё окончательно, Грей осторожно окинул взглядом не понимавших пока, что тут произошло, девчонок. Чёрт, пока можно попытаться их заболтать и сделать так, чтобы они стояли и не двигались, держа позиции строго так, как они их сейчас заняли. Нацу с места точно не сдвинется, с горечью подумал Грей, понимая, что его друг, сам превратившись чёрт те знает в кого, отравился или заразился чем-то укусив его... А значит, если он плюнет на то, что его рука, оголённая жуткой раной наружу и закованная в лёд, который только выламывал кость до самого сустава вместо того, чтоб помогать, как раньше, трясётся, как у паралитика, предательски отказываясь служить ему, если он заставит себя немного поворочать языком и понавыдумывать всяких ерундовых объяснений тому, что сейчас происходило, то он выиграет время. Выиграет время - сможет сконцентрировать вокруг каждого из своих друзей нужное количество холодного эфира. А потом надо будет действовать быстро. Придать этим скоплениям осколков его проклятого силой убийц демонов нутра энергии осязаемый облик ледяных клеток, быстро закрыть в них ребят и отправить катиться этот паровозик из клетушек в сторону гильдии. Что потом будет с ним - уже дело десятое. То, что сегодня от полиции после такого ему уже не убежать, что ему наверняка вряд ли хватит сил хотя бы ползком этот грёбаный торговый центр покинуть - это данность. Ну ничего, с этим уже по ходу придётся разбираться... точнее, в участке огребать, с грустью хмыкнул Грей, медленно припадая на одно колено, вынимая с усилием прокусанный к чертям кулак и осторожно ставя окровавленную ладонь на пол так, чтобы остальные не увидели и не поняли, что значит этот его жест. Плевать, зато ни Джу, ни Люси, ни Эльза, ни втянутый в это всё лишь потому, что решил пройтись с ним подкрепиться Нацу - никто в участке не окажется, уже неплохо. Типа как очко в его пользу перед копами, краешком окровавленного рта улыбнулся Грей, уже чувствуя, как под полом плиты начинают промерзать от его мёртвого касания, и холодный эфир уже распределяется строго так, как ему надо. Больно, правда было - словами не передать, но Отмороженного сейчас вело отчаянное желание любой ценой отправить любимую (и плевать, что она не с ним, прикрыл глаза Грей, почувствовав больной укол в сердце при мысли о Джувии, он же её любит, значит, любимая) и друзей подальше от места, где их ждала верная смерть. А, когда Отмороженного вела какая-то конкретная цель - ох, тут даже Эльза отмечала, что он становится способен на такие чудеса выносливости, стойкости и умения драться на разрыв в клочья себя самого, которые подчас даже ей, опытной воительнице, неподвластны были. Чёрт, он же понимал, что, ничего не объяснив своим сейчас, он будет казаться им или сумасшедшим, или ублюдком... или сумасшедшим ублюдком. Но сейчас Грей готов был на всё, лишь бы не дать находиться в этом проклятущем торговом центре тем, чьи смерти он как раз в этом месте и видел. Лучше уж его потом в гильдии по возвращению из кутузки отметелят, чем он позволит свершиться херову видению, сверкнул кроваво-красными глазами Отмороженный, с удовольствием отмечая, что заморозка под полом идёт как раз так, как ему и надо, а Нацу настолько обессилел после вкушения его отравленной плоти, что даже ничегошеньки странного не чувствует.