100 метров над уровнем неба

Убедительная просьба: если вы видите звёздочку (*) или скопление звёздочек у какого-либо слова, то листайте вниз, в конец главы, и прочитайте обозначение, так как это поможет вам проникнуться атмосферой работы и понять некоторые нюансы. Спасибо за внимание^^

Следующий день

— Как вы уже все прекрасно знаете с наших предыдущих уроков, молекула ДНК является фундаментом жизни всех живых организмов… — вещал учитель Чон Джэхён, смотря прямо на своих учеников. В просторном и светлом классе, окна которого выходили в небольшой парк у школы и на футуристические небоскрёбы, сидели оживлённые ученики — каждый за своей партой в четыре ряда и заворожено слушали своего молодого учителя. Именно в кабинете генетики они становились такими взбудораженными, так как слушать господина Чона Джэхёна им было действительно интересно. Все могли забыть о школьных заботах, слушая завораживающие рассказы учителя. Поскольку юноша не старый дядечка, на уроке вполне могли проскальзывать всякие шуточки, а общение проходить в более свободной обстановке. Не то что с учителями старой закалки, некоторые из которых на своем веку успели лицезреть как тридцать пять лет назад приняли закон «Об отмене школьной формы». И практически каждый из этих индивидов начинает свой урок со слов «А ВОТ В МОЁ ВРЕМЯ…» и пошло-поехало. Нельзя не упомянуть, что именно с этим преподавателем, ребята проводили много экспериментов, пользовались всеми тематическими вещами, связанными с генетикой, и, конечно же, использовали новые технологии. К примеру, голографический прожектор, приборы 3D-моделирования, электронные микроскопы и прочее. Но это всё не особо важно. Стоит упомянуть, что нет ни одного ученика Чона Джэхёна, что не получал отметки ниже восьмёрки*. Учитель немного помолчал, делая небольшую паузу. Он встал перед своей трибуной, наблюдая за тем, как дети неутолимо смотрят на него. Взгляд Джэхёна остановился на девушке по имени Ким Джису. Хотя, будет правильнее сказать, что учитель смотрел на юношу, которого не было видно за ученицей, сидевшей за предпоследней партой. Чон незаметно, но тяжело вздохнул. «Опять Чонгук на своих гонках был до глубокой ночи», — про себя бубнил Джэхён. Что же ему делать с этим малолетним сорванцом, что спит у него на уроке? Решив не тянуть кота за хвост, учитель снова начал говорить: — … и я уверен, что вы в курсе, что именно знания об этой молекуле и позволили людям побороть ужасные заболевания. Ярким примером является рак. Но есть ли кто-то из вас, кто знает как это было сделано? В классе повисла тишина. Ученики начали оглядываться и немного шептаться. Видно, никто не знал правильного ответа (или, возможно, стеснялся говорить). Но вдруг неуверенно поднял руку юноша с яркими коралловыми волосами. Некоторые девушки тут же начали бросать косые взгляды на этого невероятно красивого парня. Он был словно ангел, чья чистая внешность буквально заставляла представительниц прекрасного пола едва ли не таять при одном только взгляде на него. Но юноша уже не обращал внимания на такие мелкие вещи, что только тешили мужское самолюбие. — Прошу, Чимин, — обратился учитель к парню. Чонгук, что до этого спал в конце класса, устало поднял голову. А когда он увидел, как его друг, сидящий слева от него на одну парту впереди, тихо про себя хмыкнул. Кто бы мог подумать, что самого главного ловеласа всей параллели третьего класса старшей школы Соннам могла интересовать какая-то там генетика. Чонгука это часто поражало. Он заметил, как Чимин гордо вздёрнул подбородок и начал говорить: — Основной акцент при создании лекарства от рака люди сделали на иммунной системе бактерий, что поддерживают жизнь в организме… — Учитель Чон! — вдруг воскликнула и подняла руку одна девушка, перебив уверенно говорящего Пака. Она сидела справа от Чонгука, только уже на две парты впереди. Довольная улыбка испарилась, и Чимин от подкатившего возмущения прикрыл глаза. Прикусив изнутри щеку, Пак всё же посмотрел на столь ненавистную одноклассницу, что сидела как ни в чём не бывало. От былого настроя учителя и след простыл. В преддверии неминуемой стычки между двумя своими лучшими учениками, Джэхён глубоко вздохнул. — Да, Дженни? — устало обратился он к ученице, позволяя ей опустить руку. Слегка улыбнувшись, Ким откинула назад свои волнистые волосы, заставляя Чимина от такого безобидного жеста сжать край парты. Все в классе вмиг оживились и вольно-невольно навострили свои ушки, ожидая, что же скажет отличница Дженни Ким. Джису скрестила руки и откинулась на спинку стула. Девушка про себя смеялась от искривлённой физиономии Чимина и с наслаждением наблюдала за обстановкой. Хоть что-то разбавит этот день. Даже Чонгук заинтересовался происходящим. Подперев рукой голову, он выглянул за спину впереди сидящей Джису. — Пак Чимин сделал ошибку. Люди наблюдали за работой лейкоцитов, чтобы понять, как можно правильно бороться с опухолью… — Вообще-то, милочка… — вдруг перебил Дженни сам юноша, не боясь фамильярничать. Весь класс тут же обернулся в сторону Пака вместе с Дженни Ким, чья улыбка начала сползать с лица. — … вакцина была сделана впоследствии наблюдения за работой бактерий, что защищаются от враждебных… «Ну всё… Понеслось», — Чонгук позволил себе в уме чертыхнуться, берясь указательным и большим пальцем за переносицу. Когда эти два барана — самовлюблённый Пак Чимин и самоуверенная отличница Ким Дженни сталкиваются лбами на уроке генетики Чона Джэхёна, то это точно может затянуться на приличное количество времени и просто слава Всевышнему, что до драки ещё ни разу не доходило. Чонгук понимал, что слушать дебаты сих персон уже просто бессмысленно. Самым лучшим решением в данной ситуации будет просто упасть вниз лицом на парту и попробовать уснуть под «прекрасные» звуки, что его уши были вынуждены слушать. Но некоторые ученики были так заинтересованы в споре, что даже достали свои гирофоны** и принялись снимать этот казус. Особенно ярким представителем была Джису, что всё ещё сдерживалась, чтобы не засмеяться на весь класс из-за лица её друга. — … самый умный, что ли?! — вдруг не выдержала и вскочила на ноги Дженни, случайно задев край парты, от чего на весь класс раздался грохот, что испугал всех учеников и учителя в том числе. Чонгук аж подпрыгнул на месте, но не придал ситуации особого значения и всё же решил продолжить спать. — Да если бы ты регулярно не пропивал свои мозги и не залазил в трусы каждой девушке в этой школе, Пак Чимин, то не забыл бы столь важный материал! Ах, да, у тебя-то и память не особо развита! — без зазрения совести метала молнии Дженни, от чего лицо её оппонента вытянулось, и глаза на лоб чуть не полезли. Весь класс вдруг загудел. Никто не ожидал такой… дерзости? Да что там, для всех подобное поведение столь хорошей девушки Дженни как минимум произвело впечатление. Даже учитель Чон замер в ступоре, чьи глазные яблоки едва из орбит не вывалились. Ученики перешёптывались, обменивались фразочками, и Чонгуку стало ещё тяжелее спать. Да, он слышал каждое слово. Но его сейчас мало волновали проблемы его лучшего друга с этой девушкой, потому что сам амёбой себя чувствует. Чон же говорил ему не задирать её попусту, но нет же… Паку бы выпендриться и сделать по-своему. А Чимин и Джен словно не замечали всего того хаоса вокруг. Они даже не пытались прервать зрительный контакт. Ким смотрела на него с презрением и отвращением, словно он тяжёлый грех совершил, а Чимин чувствовал себе униженным. Он не собирался выслушивать подобные слова от такой персоны, что никого и в грош не ставит. Пак медленно поднялся со своего стула, и тишина воцарилась в классе. Он сделал шаг ближе к Дженни, что продолжала стоять с сжатыми кулачками. Маленькая, миниатюрная в этом коричневом сарафане и чёрно-белой футболке в полоску. Так и хочется раздавить, по земле размазать, чтобы не вякала. Ли Джону, девочка с короткими чёрными волосами, чья парта служила преградой между Чимином и Дженни, затряслась, как банный лист, смотря на двух злых подростков. Ким не могла до конца понять, что сейчас хочет сделать этот смазливый придурок. Едко улыбнувшись, Чимин заговорил: — А с чего это вдруг тебя волнует, как я провожу своё время? Или твоя отвратительная натура просто так признаёт, что у тебя жёсткий недотра… — ДОВОЛЬНО! — вдруг громко воскликнул Джэхён, от чего все в классе (кроме Чонгука, что тихо посапывал на последней парте) обернулись на учителя. Он стоял с двумя вытянутыми руками, жестом показывая, чтобы все успокоились и остановились. Чимин и Дженни тотчас разошлись по своим местам, а бедная Джону выдохнула. Чон понимал, что нужно было среагировать быстро, дабы не было каких-то ужасных последствий. Он смотрел то на Ким, то на Пака с самым настоящим осуждением, потому что никак не мог понять косвенную причину этих бесконечных ссор. — Вы оба правы, но только не так поняли друг друга, — подытожил учитель, а ученики разочарованно загудели и принялись убирать свои телефоны. «Вот так всегда!», «Ну сколько можно?!», «Они могут хоть когда-нибудь не ссориться на уроке генетики?» — такого рода фразы вмиг заполнили помещение. Ноги Дженни не держали её, и она лишь отчуждённо приземлилась на свой стул, не понимая, где же она ошиблась. То же самое было и с Чимином. А у него только-только разгорелось желание подёргать эту ненавистную стерву за живое. Немного с опозданием он присел на стул, пятернёй зачесав волосы назад. Джэхён тяжело вздохнул, но потом легонько хлопнул в ладони и продолжил говорить уже в своём обыденном тоне: — Люди наблюдали за работой лейкоцитов и их иммунной системой, чтобы понять, как можно бороться с распространением опухоли. Но если мы говорим, как истребить её, то тут уже наблюдали за работой бактерий, а именно… — но вдруг учитель запнулся, стоило ему снова посмотреть в сторону своего младшего брата, что всё так же спит на последней парте. «Вот говнюк малолетний», — про себя улыбнулся старший, скрестив руки. — А пусть Чон Чонгук скажет, какое именно вещество способствовало восстановлению повреждённых клеток при появлении раковой опухоли. Но в ответ была лишь тишина. Один за другим ученики принялись оборачиваться назад на последнюю парту среднего ряда, а именно на сопящего Чонгука, что не подавал никаких особых признаков присутствия на уроке. Джису тоже обернулась и удивилась, застав своего парня (если можно так сказать) в спящем состоянии. На пару секунд она засмотрелась на густые коричневые волосы, что сейчас так безобразно были растрёпаны, на едва содрогающиеся ресницы и румяные щеки. Он был невероятно красив даже таким, и Джису очаровывалась им снова и снова. Иногда она думает, что не заслуживает такого человека. Не может столь прекрасный и чистый юноша быть с такой холодной и немного чёрствой девушкой. Обернувшись, Ким немного вздрогнула от выжидающего взгляда учителя. — Мне разбудить его? — взволнованно проговорила Джису. Получив положительный кивок, она мигом обернулась и принялась тихонько тормошить юношу. — Чонгук, учитель задал тебе вопрос. Юноша немного пошевелился, ощущая на своей руке прикосновение горячей женской ладони. Чонгук неохотно открыл глаза. А он только-только успел заснуть. Выпрямившись, Гук заметил, что все в этом кабинете смотрят на него, и его словно в чан с холодной водой бросили, от чего парень пришёл в себя немного. Он так заспанно выглядел, словно его только что из спальни достали. — Я внимательно вас слушаю, — с ещё видными остатками сна, проговорил Чонгук, мило потерев свой правый глаз. Такой жест не ускользнул от некоторых представительниц прекрасного пола, что уже давно имеют краш на этого очаровательного юношу. Им только и остаётся, что томно вздыхать при виде этого недоступного парня. Он не был похож на Чимина, что всегда пользовался женским вниманием. Когда Гук отказывал очередной девушке в свидании, он всегда говорил, что не является тем самым человеком, которого заслуживает эта милая особа. Чон делал это не только потому, что знал реакцию Джису на подобные происшествия, но и из-за своей незаинтересованности в красивых девушках. Он был действительно хорошо воспитан. Уголки губ Джэхёна слегка приподнялись, и он повторил свой вопрос: — Какое именно вещество способствовало восстановлению повреждённых клеток при появлении раковой опухоли? И этот вопрос поставил Гука в самый настоящий ступор. Он никогда особо не учил генетику и сейчас даже пожалел об этом. Брат знал об отсутстви у него тяги к урокам, но всё же решил немного подразнить младшего. — Я не знаю, — тихо и немного обиженно пробормотал Чонгук. Джэхён снисходительно улыбнулся. Другого ответа он и не ждал. Чтобы хоть как-то изобразить разочарование, он снова обратился к классу. — Ну что ж, тогда ответ даст… — но тут с двух сторон класса подскочили Чимин и Дженни с вытянутыми руками (причём юноша оказался быстрее). Хмыкнув, Джэхён мягко обратился к девушке: — Прости, Дженни, но Чимин первый поднял руку. — Это не вещество, а система CRISPR/Cas9, — довольно проговорил Чимин, поворачиваясь в сторону Ким, что лишь фыркнула. — Абсолютно верно, Пак Чимин! — взбодрился учитель. Он тут же взял смартмаркер*** и подошёл к белой доске, начиная на ней рисовать разные незамысловатые рисунки веществ, попутно оборачиваясь к своим ученикам. — CRISPR/Cas9 — это технология редактирования геномов высших организмов, базирующаяся на иммунной системе бактерий. В основе этой системы — особые участки бактериальной ДНК, короткие палиндромные кластерные повторы, или CRISPR. На английском это звучит как Clustered Regularly Interspaced Short Palindromic Repeats. Между идентичными повторами располагаются отличающиеся друг от друга фрагменты ДНК — спейсеры, многие из которых соответствуют участкам геномов вирусов, паразитирующих на данной бактерии. При попадании вируса в бактериальную клетку он обнаруживается с помощью специализированных Cas-белков (CRISPR-associatedsequence — последовательность, ассоциированная с CRISPR), связанных с CRISPR РНК. Если фрагмент вируса «записан» в спейсере CRISPR РНК, Cas-белки разрезают вирусную ДНК и уничтожают её, защищая клетку от инфекции. Именно такую технологию использовали люди в середине двадцать первого века, чтобы вносить коррективы не только в наследственные заболевания по типу фибродисплазии, но и устранять вирусные инфекции или те же раковые клетки. Кстати, кто знает, что такое фибродисплазия? — никто толком не понял вопрос учителя, как Дженни быстро и резко подняла руку, — Дженни. — Это тяжёлое генетическое заболевание, при котором мышцы, сухожилия и связки постепенно трансформируются в кости. Так у человека формируется «второй скелет», не несущий никакой практической пользы, но делающий самостоятельную жизнь почти невозможной. — Правильно! Так вот, вернёмся к нашей теме. Прежде чем детально изучить данную систему, давайте поговорим о том, как была открыта иммунная система бактерий. В конце восьмидесятых годов двадцатого века японские учёные частично секвенировали геном кишечной палочки и нашли интересный участок, который ничего не кодировал. Этот участок содержал… Учитель уже во всю увлёкся темой урока, рисуя всякие схемы на доске. Ученики продолжили заворожено слушать Джэхёна, попутно записывая материал в свои письменные планшеты****. Так и прошел потом весь урок: в спокойной учебной атмосфере. Как и всегда. Каждый день. Чонгук больше не позволял себе спать, хотя даже свой планшет не открывал, что было весьма не похоже на него. Наверное, он просто всё ещё не может отойти от своей вчерашней победы. От скуки он принимался водить указательным пальцем по плечам и позвонкам впереди сидящей Джису, от чего та несколько раз оборачивалась к Чонгуку и жаловалась, мол, он её отвлекает. А Чонгук не мог сдержаться, чтобы хоть так прикоснуться к её телу. Джису действительно отличалась от девушек её возраста. Даже трудно было её девушкой назвать. Она не вела себя легкомысленно, нет. Джису наоборот была взрослой и зрелой. Это делало её невероятно привлекательной, и Чона не могло не тянуть к этой девушке. Только проблема была немного в другом. Чонгук любит летать, а Джису — его якорь, что держит его на земле. Прозвенел звонок, что оповещал о конце урока. Все тут же принялись складывать свои вещи в рюкзаки и медленно покидать класс, не забывая поблагодарить учителя Чона за прекрасный урок. Чимин, Джису и Чонгук выходили последними из класса, как вдруг: — Чонгук, можешь, пожалуйста, задержаться? — послышался голос Джэхёна, что стирал свои рисунки с доски. Троица резко остановилась у двери. Переглянувшись с друзьями, Чонгук непонимающе пожал плечами, а потом кивнул им, чтобы те шли без него. — Конечно, учитель, — монотонно сказал Чонгук, снимая с себя небольшой рюкзак. Юноша упёрся о край первой парты, провожая Чимина и Джису взглядом, что лишь снисходительно и легко улыбались. Они понимали, что эти двое — братья и как-никак они должны разговаривать между собой. Когда за Чимином и Джису закрылась дверь, Джэхён тут же ближе подошёл к брату. Повисло молчание, что нарушали лишь отдалённые голоса учеников из коридора и стук указательного пальца правой руки Чонгука о поверхность парты. Чон-старший стоял со скрещенными руками, осматривая младшего с ног до головы. Гук был весь в чёрном: худи, тёмные джинсы с дырками на коленках и его любимые ботинки. Волосы были небрежно растрёпаны, и сам юноша имел немного заспанный вид. А Джэхён наоборот — был свежим и бодрым: серый костюм, с галстуком в тон, идеально уложенные волосы, что открывали лоб. Они были разными внешне, но такими близкими друг другу, что даже лучшие друзья могут позавидовать их связи. Чонгук лишь ждал, когда учитель (точнее, брат) скажет то, зачем он оставил его после урока. — Ты опять вчера был на гонках? — неожиданно спросил Джэхён, улыбаясь лишь уголками губ. В этот момент Чонгук был готов провалиться сквозь землю, ведь ещё позавчера обещал брату, что не пойдет туда. А ведь Джэхён знал, что младший слово не сдержит. Уж очень он любил летать. — Ну хён… — жалобно простонал Гук. — Тебе очень везёт, что я не рассказываю об этом родителям. Твоя мама бы убила тебя за такие выходки, — уже на тон серьёзнее начал говорить Джэхён. — Она и твоя мама тоже. И тут повисло неловкое молчание. Чонгук резко прикусил нижнюю губу, наблюдая за тем как брат застыл на месте, не решаясь даже выдохнуть. Не стоило Гуку затрагивать эту тему. Да, в этом нет ничего серьёзного, и оба брата знали об этом. Но также каждый из них понимал, что это камнем лежит в душе Джэхёна. Но эти бесконечные секунды быстро прошли, стоило старшему хмыкнуть. — Хитрюга, — перевёл тему в шутку учитель, от чего и сам Чонгук выдохнул и заметно расслабился. — Всё же это не даёт тебе права спать на моих уроках. Посмотри на Чимина! Насколько я знаю, его ничего кроме генетики не волнует. — Это просто потому, что ты мой брат. Вот поэтому и подлизывается, — спокойно ответил Чонгук, а потом рассмеялся, из-за того, что получил листком бамбуковой бумаги по лицу, что его брат в шутку кинул в него. Листок начал лавировать по воздуху ровно до тех пор, пока Гук не поймал его и не положил на парту. — Так, всё, вали отсюда! — улыбаясь по все тридцать два зуба, проговорил Джэхён, помахав рукой, чтобы младший побыстрее ушёл из кабинета. Тихо посмеиваясь, Гук схватил свой рюкзак и уже с облегчением побежал к выходу, как вдруг старший снова заговорил:  — Подожди, — серьёзнее сказал брат. Чонгук немного напрягся и медленно обернулся, сталкиваясь с проницательным взглядом старшего. «Опять я где-то накосячил?» — мысленно подумал Гук. Иначе он не мог описать столь суровый вид Джэхёна, от которого у Чона-младшего табуном мурашки бегают. Но вдруг губы брата начали приобретать что-то наподобие улыбки. — Ты же вчера выиграл? — наигранно включив серьёзность, спросил Джэхён, а Чонгук за долю секунды аж расцвел и засветился, словно солнце. Какое облегчение, что брат всё ещё поддерживает его. — Конечно! — воскликнул Гук, а у Джэхёна чуть ли не слёзы на глаза навернулись. Он любил этого мальчишку всем своим сердцем. И ему было всё равно, что Чонгук родился от другой женщины, в то время, как у него самого не было матери. Это правда не имело никакого значения. Джэхён просто любил его всем своим сердцем. И тут они оба тихонько рассмеялись, словно маленькие дети. Чонгук быстро побежал в столовую, оставляя Джэхёна стоять одного в классе и смотреть младшему вслед. В душе остался приятный отпечаток от недавнего разговора у обоих юношей.

***

Сначала была адская боль во всём теле, что сковывала его в невидимом капкане. Потом был холод. Бесконечный сон вперемешку со тьмой. Никакие мысли не путались, потому что была пустота. Пропасть. Чёрная дыра. Любое слово подойдёт для такого ощущения. Время потеряло своё значение. Как вдруг, что-то произошло извне. Послышался отдалённый треск, заставляя бренное тело юной девушки покрыться холодной жидкостью, что медленно исчезала. На смену пришел горячий воздух. Ничего видно не было, потому что веки оставались тяжёлыми. Тело ломило. Послышались какие-то крики где-то далеко. В нос ударил лёгкий запах палёного. Чонха медленно попробовала открыть глаза, что были мокрыми. Веки медленно открываются, и она видит перед собой что-то вроде тёмного потолка, а из-за света можно понять, что где-то слева в этой темной комнате горит огонь. Но слабость взяла верх, и девушка снова упала в бездну сна. Уже не придавая этой небольшой сцене особого значения. Но вот опять она открывает глаза. Всё плывет, словно кто-то сильно ударил девушку по голове. Чонха опять слышит какие-то голоса. Вернее, один. Женский и очень громкий. Поморгав немного, девушка уже смогла сфокусировать своё зрение. Она успела услышать, как захлопнулась дверь справа, прежде чем сообразить, что происходит. Ким поняла, что находится в полутёмной комнате с высоким потолком и лежит на чём-то мягком. Кое-как поднявшись на локтях, она постаралась оценить весь масштаб ситуации. И действительно: Чонха лежала на кровати, что вплотную стояла к стене. К койке были прикреплены какие-то экраны и другие аппараты, уж очень незнакомые Ким. Слева была стена с высокими, немного узковатыми окнами в пол, что были слегка задвинуты шторами. Это и создавало такой эффект полутени. Можно было даже разглядеть стеклянную дверь на балкон. Справа же была дверь ниже, но шире. И была она какой-то странной: хоть и сделана под стать дереву, но также имелись маленькие кнопочки справа и отсутствовала ручка. Сама комната была просторной и имела возвышенность в виде подиума, что был в форме буквы «L», на котором находилась сама кровать, и протягивался вдоль широких окон к концу противоположной стены. Что больше всего удивило Чонху, так это то, что ниже подиума находился круглый, махровый, серый ковёр, посередине — круглый стеклянный столик с маленькими растениями и странной формы три белых дивана с подушками разных оттенков жёлтого. У стены напротив стояла какая-то странная капсула ростом с девушку, чьё стекло слева было разбито. Также рядом была широкая тумба, а на ней покоилась толстая доска с каким-то чёрным вкраплением по середине. Висели незамысловатые картины, по углам были расставлены цветы и вообще всё было невероятно уютно. Чонха заметила, что рядом с кроватью находится небольшое белое кресло. Но тут её взгляд упал на её волосы, что были скрыты под одеялом. Чонха судорожно их достала и прибыла в огромный шок: волосы были нездоро́во длинными и дотягивались аж до коленей. И её любимая чёлка отросла. Вскоре девушка обратила внимание на то, что она была одета в белую длинную футболку-платье. Слава богу, что хоть трусы на месте были. Но тут она откинула одеяло и прибыла в самый настоящий ужас: её ноги были похожи на ноги мужика из-за нездорового количества волос. Чонха непроизвольно охнула и откинулась на спинку кровати, но потом пожалела об этом, так как её голова резко затрещала, и она вымученно схватилась за неё. — Я же только вчера делала депиляцию! — простонала девушка, не понимая, как могло такое произойти. Но тут вдруг она резко насторожилась. Она снова осмотрела помещение. Это же не могла быть больничная палата, а если говорить про дом, то немного пустовато. Где она вообще? Почему её волосы такой длины? Чонха же вроде под тот грузовик попала. Но тогда, сколько же времени… — Слава Богу, вы очнулись, — вдруг послышался мужской голос справа, что вытянул девушку из мыслей. Она обернулась и увидела взрослого мужчину в белом халате с молодой девушкой в такой же одежде, как и он. Они оба бесшумно зашли в помещение, от чего Чонха вздрогнула. Мужчина был в возрасте, но при этом приветливо улыбался. Морщинки и седина выдавали его. Он выглядел особенно приветливым. Девушка же была заметно свежее его: короткие волосы, алые пухлые губы, круглое личико, милые щёчки и большие глаза. Действительно очаровательная. Она плелась за господином хвостиком и что-то писала ручкой (?) в своем планшете. Вольно-невольно, а Чонха вдруг подумала о Сохён. У неё тоже были короткие волосы, но она не выглядела такой живой и свежей по сравнению с этой девушкой. У Сохён черты лица грубее и тело стройнее, с формами. Ей не нужно было толком что-то делать со своим лицом (разве что слегка накраситься), чтобы выглядеть сексуально и зрело. И что самое главное: это выглядело абсолютно естественным. Чонха не была такой никогда. Она разве что грёзила о том, чтобы выглядеть так привлекательно без каких-либо усилий. Возможно, из-за отсутствия какого-либо сексуального опыта Чонха и ощущала себя так неуверенно. Чонха даже смущалась целоваться, о чём большем могла идти речь? — Вы доктор? — с опаской спросила девушка, наблюдая за тем, как мужчина садится в белое кресло рядом с кроватью. — Да. Мун Тэджин, — слегка кивнул головой он, всё ещё улыбаясь. — А это — Юн Чэрён. Моя помощница и медсестра. — доктор галантно провел рукой в сторону девушки, что очень мило улыбнулась. Как вы себя чувствуете? — Более-менее, — в таком же тоне говорила Чонха, стараясь не выдавать свою тревогу и беспокойство. По правде говоря, девушке было очень страшно. Единственное, что внушало доверие, так эти двое людей: доктор и медсестра. Они не представляли угрозы. Особенно мужчина, что доброжелательно ей улыбался. Чонха не совсем понимала, где она и что с ней произошло, когда была в отключке. Тем более Ким не знала, что с её волосами случилось и в порядке ли её тело. Вопросов было много, а сохранять самообладание надо было, но не сидеть же ей тут, только и делая, что гадать. Поэтому Чонха решила задать самый актуальный вопрос на данный момент: — Доктор, а где это я? Это не похоже на больницу. — Не переживайте, — всё так же снисходительно улыбнулся Тэджин. — Это правда больница. Это просто палата для пациентов с особым… случаем.

*Lotte — Lost*

Было видно, как мужчина пытался подобрать подходящее слово, и вдруг девушке в какой-то момент стало очень даже не по себе. Небольшая волна страха прошлась от рук к шее. Особый случай? О чем это он? Чонха заметила, как доктор немного изменился в лице. Он не стал нервным, или его улыбка не стала натянутой. Нет, просто в его глазах появился какой-то отблеск грусти, который не ускользнул от Ким. Посмотрев на молчаливую Чэрён, Чонха убедилась, что та тоже вдруг стала мрачнее. Девушка решила, что разберётся с этим позже. Она очень хочет сейчас увидеть родителей и Джиён. Наверное, они так испугались, особенно её маленькая сестра. Девушке аж не по себе стало, когда она представила заплаканное лицо своей Джиён, маленькой и ещё хрупкой девочки. — Я могу увидеть свою семью? — тут же перешла к делу. — Джиён — моя сестра. Вы же сможете сказать ей, что я в порядке? И вот тут уже улыбка доктора совсем испарилась. Он словно на несколько лет постарел. Мужчина переглянулся с Чэрён, что тоже нервно сглотнула. Чонха смотрела то на доктора, то на медсестру, не понимая что происходит. В её голове всплыли некоторые страшные предположения. И вот сейчас паника начинала потихоньку просыпаться внутри Ким. Слегка кашлянув, доктор Мун подвинулся ближе к Чонхе, чьё лицо ещё больше побледнело. На лице Тэджина заиграли желваки, а сам он медленно потирал руки, явно подбирая подходящие слова. — Послушайте… — всё же начал он. — Сейчас я скажу вам нечто очень важное, и вы должны принять это. Возможно, будет сложно осознать… И тут до Чонхи резко дошло. Тело на мгновение превратилось в камень, что намертво прижался к кровати. Её глаза безвольно начали смотреть в одну точку, медленно наполняясь горькими слезами. — Какой сейчас год? — как гром среди ясного неба, спросила она самый страшный для неё вопрос, от которого доктор резко замолчал и остолбенел на несколько секунд. На его лице застыло чувство страха и безвыходности вместе взятых. Девушка боялась такого молчания, ведь оно означало только одно. — Две тысячи сто сорок пятый, — впервые подала голос Юн Чэрён. И весь мир пропал. Перевернулся вверх дном. Перестал иметь хоть какой-то смысл. Сердце стучало так громко и сильно, словно ещё немного и оно разорвётся на куски. Чувство, будто девушке кинули в лицо стопку фотографий. Моменты из прошлого превратились в кашу, что вязкой субстанцией текли по телу. Чонха судорожно переводила взгляд с доктора на медсестру, что взволнованно наблюдали за Ким. У девушки руки задрожали, и дыхание участилось. Она думала о семье, о Доёне, о Сохён — обо всём на свете. Чонха не верила. Не собиралась даже. Вдруг она посмотрела в сторону двойной стеклянной двери, выходившей на балкон, что была задвинута шторами. Тело само встало с кровати. Ноги самостоятельно побежали к двери, в то время как доктор и медсестра толком не успели сообразить что произошло. Было плевать на состояние своего тела. Противные слёзы застилали весь обзор, но Чонха всё же смогла выпутаться из длинных штор и ухватиться за две ручки. Резким движением рук девушка открыла перед собой двери, абсолютно не готовая к тому, что она увидит за ними. Перед ней был широкий и длинный мраморно-белый балкон, а за ним… за ним то, что она всегда видела в фильмах: огромные стеклянные небоскребы, летающие машины, одна из которых быстро пролетела прямо перед балконом и взъерошила длинные волосы девушки, не так далеко виднелись красочные билборды и голограммы. Всё было такое чужое и пугающее. А самое страшное, что среди всего этого Чонха была одна. Никого не было рядом, ведь прошло целых сто двадцать семь лет. Девушка истошно заплакала и закричала. Слёзы градом лились из её глаз. Паника овладела ею, а дыхание сбилось. Голова начала кружиться, и в глазах темнело. Она чувствовала, что перед тем, как упасть в обморок, её поймали руки доктора Муна Тэджина.

*End of the song*

***

— Подожди, он чуть ЧТО не сказал?! — не поверила своим ушам Джиу, после рассказала Дженни об инциденте в классе. — Он чуть не сказал, что у меня недотрах перед всем классом и учителем в том числе! — воскликнула Ким, со всей дури захлопывая шкафчик. Звук был такой громкий, что проходящие мимо ученики аж подпрыгнули от неожиданности, а сама Джиу вздрогнула и крепче прижала к себе планшет с блокнотом. Она впервые видит свою подругу настолько злой. Хотя нет, такой эпитет не подходит к нынешней ситуации. Дженни была в ярости. Её лицо заметно покраснело и удивительно, что ещё пар из ушей не шёл.Впервые Пак Чимин довёл девушку до такого состояния. Этот самодовольный юноша (коим словом Дженни вряд ли бы его наделила) перешёл все границы дозволенного. Неужели, имея красивую физиономию с хорошим телом, Чимин имеет возможность лезть в личную жизнь чужого человека? Дженни признаёт, что он красивый. Но это не даёт ему право вести себя так самовлюблённо и мерзко по отношению к чужим людям. — Поверить не могу… — тихо прошептала Джиу, когда они с Дженни двинулись в сторону столовой. — Он ещё отвратительнее, чем может показаться. — Вот именно! Я ненавижу этого Чимина и всю его компанию. Один Намджун среди них адекватный. — всё продолжала пыхтеть Ким, поправляя на своём плече маленькую сумочку. Джиу понимала, о какой «компании» говорила её лучшая подруга. Даже в мире будущего всё равно найдутся такие люди в школе, с которыми каждый хотел общаться, потому что от них веяло какой-то особой атмосферой. Они устраивают тусовки, веселятся до рассвета, а потом приходят в школу не в самом лучшем состоянии. Но Дженни ненавидит таких людей, просто потому что некоторые из них невоспитанные. Именно таким был Пак Чимин. — А как же Чонгук? — неожиданно для себя сказала Джиу, от чего старшая закатила глаза. — Не говори так просто потому, что у тебя краш на него. Ты забыла, как поступила с тобой Джису в прошлом году? Ты не заслуживаешь его. Да, он говорит это многим девушкам, но хоть в чём-то он прав. Тем более он всё равно обручен с этой стервой Джису по старому обычаю*****. Просто забей. — махнула рукой Ким. Джиу же поджала губы. Да, Дженни в какой-то степени права. Чонгук и Джису обручены уже почти три года. Сейчас на дворе начало апреля, день рождения Чонгука в мае, а у Джису в июне. Когда им двоим стукнет девятнадцать лет, то они официально вступят в брак, и ничто не сможет разрушить его. Но даже такие формальности не останавливают львиную долю девушек этой школы как-то развести юношу хотя бы на разговор с намёками. Конечно же, все попытки не увенчиваются успехом, так как Чонгук им мягко отказывает со словами «Я не тот, кого ты заслуживаешь». Такое поведение не только удивляло многих учеников, но и вызывало даже какое-то уважение к юноше, что он не видит в девушках предмет для собственных потребностей (что не скажешь о его лучшем друге). Поэтому представительницам прекрасно пола ничего не оставалась, как томно вздыхать вслед юноше, что манил собой своими манерами и красотой. Джиу была одной из таких девушек. Ей нравится Чонгук вот уже второй год, но она старается прикрывать свои чувства за маской злости и ненависти по отношению к нему и его друзьям. Она привыкла быть униженной перед этим юношей из-за выходок его подруг, а именно Ким Джису и Пак Чеён.

***

— О Боже, Чимин. Твоё лицо в этот момент было бесценным, — вовсю смеялся Чону, смотря 3D-видео с гирофона Джису. Чону, Джису, Чеён, Чимин и Чонгук вместе сидели в столовой за своим столиком и обсуждали последние новости из школьной жизни. Столовая была очень просторная и стильная. Основными были три цвета: красный, чёрный и белый. Столы были тёмно-коричневого цвета, в то время как стулья красного. В дизайне помещения присутствовали разные геометрические фигуры. Если на мгновение забыть, что это помещение школы, то можно легко подумать, что это на самом деле очень популярный и стильный ресторан. Ученики особенно любили столовую, так как именно тут можно вкусно поесть, отдохнуть и провести время со своими друзьями. Джису показывала ребятам видео инцидента в классе генетики парочке Чону и Чеён, что смеялись, как ненормальные. — А я же говорила, что вам понравится, — ухмыльнулась Джису, убирая свой телефон. — Блин, нужно было в этом году генетику брать. Такое шоу пропускаю! — досадно проговорила Розэ, кладя голову на плечо своего парня. Чону мягко приобнял Пак за плечи, всё ещё посмеиваясь со всей этой ситуации, в то время как Чимин недовольно накалывал на вилку листья салата. Левой рукой он подпирал голову, буравя глазами дырку в тарелке. — Смейтесь-смейтесь! Легче от ваших слов не стало, — фыркнул он, от чего Чонгук неожиданно для себя прыснул. Чимин метнул «молнию» в сторону своего друга. Поймав на себе убийственный взгляд своего хёна, Гук не сдержался и про себя начала хихикать, поедая свою еду. — И так каждый урок? — проигнорировав недовольство друга, снова начал говорить Чону. — Господи, поверить не могу, что ты был готов такое сказать. Дженни бы точно тебе пощёчину влепила, — Ким отпил немного газировки, внимательно наблюдая за мимикой Чимина, что лишь прыснул и закатил глаза. — Пусть только попробует эта бестия. Сама же пожалеет, — прошипел Пак, всё так же злостно накалывая салат на вилку. Чону же лишь непонимающе вскинул брови. Для него, кажется, навсегда останется загадкой такое поведение друга по отношению к этой девушке. Да, Дженни не подарок, но она достаточно образованная девушка. Чону всегда тихо восхищался её умом, не решаясь сказать такой комплимент вслух, ведь точно получит от своей ревнивой девушки (и не факт, что Дженни останется нетронутой). Такие же мысли посещали и Чонгука, только достаточно чаще, нежели Кима. Ему не нравилось поведение Чимина и вообще его друзей по отношению к Дженни Ким. Имея сложный характер, она всё равно оставалась интеллектуальной и начитанной особой, с которой всегда можно поговорить. — Не стоит забывать о её старшем брате. Он тебе в два счёта голову оторвёт, — ребята услышали знакомый голос. Обернувшись, они увидели, как их друг-выпускник Ким Намджун подсел к ним за столик. Джун был явно в хорошем настроении, судя по его улыбке, и ребята тут же немного взбодрились. Чонгук аж засветился от радости, когда лицезрел своего любимого хёна, что, по всей видимости, задержался на уроке. — А у нас сегодня на уроке генетики Чонгук заснул и Чимин жёстко унизил ту выскочку Дженни, — как ни в чем не бывало подала голос Джису, съедая ложку риса. — Серьёзно? Ты просто взял и заснул? — проигнорировав вторую часть предложения, Намджун обратился к Чонгуку, на лице которого вмиг начала расцветать улыбка. — Да, это из-за вчерашних гонок. Я, между прочим, выиграл! И вдруг все сидящие за столом мигом перевели свои удивлённые взгляды на довольного Гука. Даже Чеён голову подняла со своего парня. Они знали, что их друг хорош в езде на своем ховербайке, но чтобы настолько… Фантастика! — О-о-о! Да ты крут! — первая очнулась Чеён от небольшого шока, что своей маленькой ладошкой прикрыла рот от удивления. — Это же Чонгук, что тут удивительного? — впервые за последние двадцать минут расплылся в улыбке Чимин, хлопая друга по плечу. Все тут же закивали головами, продолжая хвалить Чона, как вдруг Чимин перевёл тему: — Намджун, сегодня же твоё выступление в силе? Мы всё ещё приглашены? — улыбнулся тот, видя, как хён довольно откинулся на спинку стула. Намджун увидел этот выжидающий огонёк в глазах Чимина, и это не могло не тешить старшего. — Конечно всё в силе! Для друзей вход бесплатный, — подмигнул он, отпивая немного воды из стакана. Переглянувшись, ребята спустя пару секунд принялись есть свою еду. Каждый из них уже был в предвкушении сегодняшнего вечера.

***

Всем нам известно, что первое кабаре появилось во Франции в середине девятнадцатого века. Со временем подобный тип заведения стал настолько популярным, что вы можете увидеть такие рестораны во всех уголках планеты. И Корея не была исключением. Намджун, в силу своего увлечения музыкой, решил устроиться на работу в подобном заведении артистом. Только не в каком-то неизвестном, а в самом элитном кабаре Сеула и вообще Корейской Республики «Trivia». Будучи сыном депутата, что активно поддерживает своего сына, господин Ким Хонджэ устроил своего мальчика сюда работать. Владельцы кабаре с руками и ногами взяли Намджуна к ним на работу, потому что юноша был невероятно талантлив, а такие люди им нужны. Именно в Тривию приезжает корейская интеллигенция, иностранные гости, политики и прочие представители высшего общества, чтобы расслабиться, поесть национальные корейские блюда и насладиться фееричными выступлениями. Одним из таких вечеров был как раз сегодня, когда весь зал кабаре заполнен людьми в прекрасных утончённых нарядах. Столы были накрыты красными бархатными скатертями, а на них посередине стояли красивые стеклянные светильники и маленькие вазочки с одной красной розой в каждом. В помещении свет был немного приглушён, что создавало невероятную атмосферу. Между столами, что находились на разных ярусах, ходили обворожительные официантки. За одним большим столом, ближе к сцене, сидели Чеён с её матерью, Чону с Чимином, Джису и Чонгук со своими родителями, а также Джэхён со своей женой Сомин. Все они были в прекрасном настроении, разве что Чонгук был немного подавлен, но старался не подавать виду. На Чеён было красивое платье небесно-голубого цвета до колен. Джису же была одета в чёрное платье с кружевами и открытыми плечами. На Сомин красовался стильный комбинезон с широкими рукавами и штанинами, что подчеркивал её стройную фигуру. Чимин пришёл в блестяще-коралловом костюме, что сочетался с его волосами (конечно же, ребята не упустили возможности подразнить его, хоть и выглядел он очень стильно). Чону пришёл в костюме такого же цвета, что и платье его девушки. Одни Джэхён и Чонгук не сильно переживали за свой внешний вид и пришли в стандартных чёрных костюмах (только Гук вместо рубашки надел чёрную водолазку). Все мило беседовали друг с другом, распивали шампанское и наслаждались вечером. Вдруг свет в зале погас и люди начали аплодировать. Выступление началось. Намджун исполнял одну из своих любимых песен, что называется «Love». Он был в обворожительном белом костюме с такого же цвета шляпой и тростью. Юноша действительно выглядел невероятно стильно, а люди невольно подпевали и в то же время очаровывались харизмой Джуна. Когда он закончил петь, весь зал взорвался аплодисментами, а сам Ким несколько раз поклонился и в последний раз обворожительно улыбнулся перед тем, как спуститься к своими главным зрителям. — Отличное выступление, Намджун! — всё ещё хлопая, проговорила Сомин. Намджун учтиво поклонился и присел за стол. Юношу начали обсыпать комплиментами и родители Джису, а затем и все остальные. Отца Намджуна не было сегодня из-за дел в Парламенте, но Ким знал, что его отец всегда смотрит его выступления, восхищаясь своим мальчиком. А вечер на этом не заканчивался. Были слышны стуки бокалов, на фоне выступали очередные артисты, были слышны отдалённые разговоры людей. Чонгук чувствовал себя не особо комфортно. За весь вечер он несколько раз пытался поговорить с Сомин, но его постоянно отвлекала Джису с её матерью, что без конца заваливала парня комплиментами о том, какой он взрослый и красивый. Понимая, что ему немного не хорошо, и он заметно утомился, Гук принял решение пойти проветриться. Стоило ему только привстать, как Джису легонько схватила его за запястье, заставляя Чона обернуться к ней. — Ты куда? — шёпотом спросила она. На мгновение Чон засмотрелся на неё: на прямые каштановые волосы, красивый лёгкий макияж, стильные серебряные серёжки, бордовые губы, острые ключицы… Сегодня она была особенно красивой, и это не ускользнуло от взора Чонгука. Юноша и не заметил, как сглотнул вязкую слюну. Джису всегда пробуждала в нём томящее желание своими самыми незначительными движениями. Даже сейчас. Гук уже было подумал уйти в какой-нибудь самый отдалённый угол этого кабаре, но усталость взяла верх над своими порывами. — Хочу отойти, проветриться, — так же тихо ответил Чонгук. Затем он едва весомо поцеловал её в щеку и встал из-за стола, снимая с себя давящий пиджак. Стоило ему только выйти на балкон, как перед ним раскрылась роскошная панорама ночного Сеула. Холодный воздух приятно взбодрил юношу, заставляя его прикрыть глаза от наслаждения, что он испытывал в этот момент. Как же он любил ветер, когда он развевает его волосы и одежду, заставляя испытывать чувство свободы. Медленно открыв глаза, Чонгук подошёл к железным перилам, что служили преградой перед ним и пропастью в сто этажей. Снизу виднелись дома, что не были такими высокими. Чувство, словно ты оказался в Нью-Йорке двадцать первого века. Вдали он видел подсвеченную реку Хан, а чуть ближе — центральный банк, а напротив — национальную больницу города, что была немного ниже дома, в котором находился сам Чонгук. Его взгляд остановился на предпоследнем этаже, где были высокие окна с красивой мраморной обделкой. Он знал, что там находятся палаты для пациентов с особыми случаями. Чонгук ненароком посмотрел на балкон, на котором находился Некто, кого парень не мог разглядеть из-за своего состояния. Чон понял по развевающимся длинным волосам, что это девушка. В какой-то момент ему показалось, что она повернула голову в сторону небоскрёба, где стоял сам Чонгук. А может это просто догадка. Юноша не уверен, но он вроде смог хоть немного разглядеть лицо этой девушки из-за светло-голубого света, что отражал очередной билборд слева. Но затем он успел увидеть, как эта же девушка развернулась и медленными шагами зашла в помещение. Её волосы всё ещё развевались на ветру, ровно так же, как и её длинная футболка. Чонгук и сам не понимал зачем он наблюдает за этим неизвестным человеком. Спустя пару секунд после того как незнакомка зашла в помещение свет в палате погас. Гук же лишь как-то разочарованно хмыкнул и слегка опустил голову. — Привет, — вдруг послышался знакомый голос позади. Обернувшись, Гук обрадовался, что это была именно Сомин. Девушка мило улыбалась и подошла ближе к юноше, положив ладони на перила. — Привет, нуна. Я весь вечер пытался с тобой поговорить, — тоже повеселел Гук, рассматривая невестку. Её рыжеватые волнистые волосы из-за ветра немного спутались, от чего Сомин постоянно их поправляла. — Вот как? — мило хмыкнула она. — И о чем же? — Как продвигаются поиски дедушки? Вопрос не застал девушку врасплох. Она была готова к тому, что Чонгук спросит об этом. — Мы пытаемся его найти, но пока никаких результатов, — серьёзнее сказала девушка, переводя взгляд на парня. Такие новости не обрадовали юношу, а лишь больше расстроили его. Работая в отделе полиции по поиску людей младшим лейтенантом вместе со своим напарником Ким Сокджином, Чон Сомин получала не такие уж и важные задания, но именно поиском дедушки Чонгука, одного из близких друзей мэра, девушка вызвалась сама заниматься. — Чонгук, — обратилась она к поникшему парню, поворачиваясь к нему всем корпусом, — ты знаешь его лучше меня. Как-никак, но для тебя он отец твоей мамы, что не является для меня кровной свекровью. Как ты думаешь, у него могли быть враги? Или те, кто недоброжелателен к нему? — Дедушка был прекрасным человеком, — не задумываясь, сказал Гук. — Я не думаю, что кто-то мог желать ему смерти. Но и пропасть он просто так не мог, — нахмурился он, смотря на свои руки, что лежали на перилах балкона. — Господин Чон Субин был также необычным человеком, — подметила девушка. — Слышала, он уже приготовил тебе подарок на твоё совершеннолетие. Может его исчезновение как-то связано с этим, не думаешь? На этот вопрос Чонгук не имел ответа. Он даже и сам не знал, что такого мог приготовить его дедушка на его именины. Сомин верно подметила, что Субин был со своими наклонностями и это делало мужчину воистину интересным человеком, которого все в семье Чон уважали. Гук пытался найти хоть какой-то ответ у себя в голове, но всё выходило тщетно. Он всматривался вдаль, на реку Хан и национальную больницу, где пару минут назад на балконе стояла какая-то девушка. Чонгук действительно и представления не имел, что могло произойти. — Не знаю… Правда не знаю, — опустил голову он, совсем «раскисая». Сомин было больно смотреть на юношу. Она решила больше не говорить на эту тему и заметно взбодрилась. — Ладно, давай не будем пока об этом. Это уже больше моя работа, нежели твоя, — улыбнулась Сомин, вызывая у Гука улыбку. Девушка легонько положила руку ему на плечо, тем самым заставляя Чонгука посмотреть на неё. — Сегодня прекрасный вечер, и тебе не стоит стоять тут одному. Твои близкие люди рядом, тебе не стоит грустить попусту. Я обещаю, что сделаю всё, чтобы найти его. Веришь мне? — Конечно, — улыбнулся Чонгук, а после, Сомин мягко обняла его. Спустя пару мгновений, они оба направились в зал, чтобы вернуться к своим родным и продолжить прекрасный вечер.

***

Чонху перевели в отделение терапии из-за того, что она пробыла в обмороке до самого вечера. Именно там избавились от нежелательных отросших волос на её теле. Также, Чэрён согласилась постричь Ким чёлку и немного укоротить длину косы. Теперь волосы Чонхи были ниже рёбер. Когда её вернули в палату, на часах уже было за полночь. В своей комнате она могла делать, что хочет. Хотя, тут и разгуляться негде было. Единственным развлечением оказался голографический телевизор, что подразумевал собой ту доску, с каким-то чёрным вкраплением (именно эта часть проектировала экран). Сказать, что Чонха была разбита — ничего не сказать. Она была морально растоптана и за весь вечер не обронила ни слова, — в таком состоянии она находилось. В палате находиться было ужасно скучно, и девушка решила снова выйти на балкон. Когда она взялась за ручку двери, её сердце начало бешено стучать. Ей всё ещё было страшно выходить туда. Её словно в чан с кипятком кинули, да ещё и так резко. Да, отчасти она сама виновата, что побежала на балкон сегодня утром, но иначе она бы не поверила в то, что ей сказала Чэрён. Глубоко вдохнув и выдохнув, Чонха открыла двери, и ей в лицо тут же ударил холодный, но приятный воздух ночного города. Делая неуверенные шаги вперед, сейчас она могла рассмотреть всё вокруг детально. Девушка шагала по мрамору медленно, всматриваясь в светящиеся небоскрёбы вокруг. Было ощущение, словно на тёмное полотно художник выплеснул все оттенки синего, фиолетового, оранжевого и розового. Внизу, на огромном количестве метров, можно было увидеть, как по дорогам тоже едут такие же машины, что время от времени пролетают мимо балкона. Подойдя вплотную к балюстраде, девушка положила ладони на холодную мраморную поверхность. На уровне перегородки слева можно было увидеть небольшой выступ. Там точно можно было не только посидеть, оперевшись спиной о выступающею колонну, но и полежать. Даже небольшие ступеньки были к нему. «Отличное место для самоубийц», — шутливо подумала про себя Чонха. Её волосы развевались по ветру, и в какой-то момент девушке стало невероятно страшно. До дрожи в коленках, до хруста в суставах, до стука зубов. Чонха смотрела на этот мир… новый мир. Абсолютно чужой, что вряд ли примет её. Она узнала справа её любимую реку Хан, что подсвечивалась из-под дна, от чего можно было увидеть аквамариновый цвет воды. Повернув голову влево, Ким увидела очередной высокий небоскрёб, что находился ближе к больнице. Чонха посмотрела чуть выше, на балкон, где она увидела тёмный силуэт какого-то человека. Судя по всему, это точно был парень… Хотя какое это имеет значение? Чонха лишь развернулась и направилась к себе, чтобы заставить себя заснуть. Только все попытки были тщетны. Мысли путались в голове подобно клубочку. За всю ночь она ни разу глаза не сомкнула и успела несколько раз поплакать в подушку. Она ужасно скучала по матери. По дому. По всему тому, что её окружало. Чонха не знала, как теперь ей жить дальше. Как теперь она построит своё будущее. Ким слышала, как некоторые люди обсуждали её судьбу: некоторые предлагали отправить в сиротский дом, другие провести кое-какие опыты, а третьи так вообще выдвинули такую идею, чтобы отправить её за океан, в Америку, для того чтобы отправить в космос, как экспонат, которого не жалко. Девушка не хотела ничего из этого переживать. Она даже не желала смотреть в завтрашний день — вот так была отвратительна для неё вся эта ситуация. И лишь под утро она заснула с мокрой подушкой от слёз. Чонха проснулась от солнечных лучей, что неприятно светили прямо в глаза. Но стоило ей поднять веки, как её настигло разочарование: она всё ещё в этой большой палате, окна которой Ким забыла вчера закрыть шторами. Рядом стоял небольшой столик, на котором была остывшая кружка с какао и засохший круассан. Повернув голову, она увидела как на одном из экранов высвечивалось время:

12:03

Чонха лишь хмыкнула. Посмотрев на стеклянную дверь, что вела на балкон, в голову девушки вдруг пришла безумная мысль. Настолько безумная, что сердце начало отбивать чечётку в рёбрах. Хотя подождите, а что ей терять? Всё, чего уже можно было лишиться, давным-давно кануло в небытие. Раньше она бы испугалась своих мыслей и порывов, но не сейчас. Не в то время, когда всё потеряно, и жизнь уже перестала иметь смысл. Чонха и не заметила, как она сама встала с кровати, как опять открыла эту дверь, как опять шла босиком по мрамору. Ким обернулась на тот выступ и шумно сглотнула вязкую слюну. Она так много плачет за последние дни, и сейчас она хочет это сделать в последний раз. Её босые ноги коснулись холодных ступенек, которых было всего четыре. И вот, она стоит на этом холодном мраморном выступе. Один шаг вперёд и пропасть. Мимо пролетают эти машины, воздух бьёт ей в лицо и развевает чёрные волосы. Никому нет дела до того, что Чонха сейчас собирается сделать с собой. Впервые в жизни девушка так сильно не хочет жить. Если бы ей сто двадцать семь лет сказали, что она когда-то захочет покончить с собой, то она бы посмеялась в лицо этому человеку. Миролюбивая, жизнерадостная Ким Чонха. Куда она пропала? Вряд ли кто-то ответит на этот вопрос. Вдох и выдох. Веки закрылись. Горячая влажная дорожка прошлась по щеке, и слеза упала на мрамор. Скулы неприятно заболели. Вот он, этот последний миг. Чонха разбегается и делает шаг вперед. Вокруг ничего нет. Лишь воздух, что свистит в ушах. Тело летит в свободном полёте в сторону земли, и Чонха успела попрощаться с этим миром окончательно. Но вдруг, неожиданно для самой себя, девушка чувствует сильные руки, что вдруг удержали её тело от неминуемой гибели. Чонха не решалась открыть глаза. Этот кто-то всё ещё держал её под коленками и лопатками и оставался на той же высоте, когда поймал хрупкое тело. Переборов свой страх, Ким всё же с опаской открыла веки. Они были на высоте двадцатиэтажного дома. Но стоило Чонхе перевести взгляд на своего спасителя, как её сердце пропустило удар. Этим «Некто» оказался до одури красивым юношей с густыми каштановыми волосами, чья чёлка доходила до краешков милых глаз. — Ты в порядке? — взволнованно спросил парень своим невероятно приятным и мелодичным голосом, что заставил тело девушки покрыться мурашками и окончательно потерять дар речи. ___________________________________ * — в Республике действует закон о десятибалльной системе оценивания. В 2109 году во время Генеральной Ассамблеи ООН ЮНЕСКО, что (не в соответствии с традицией и правилами) проводилось не в Нью-Йорке, а в Сингапуре, было принято декларацию, в которой шла речь о радикальных мерах про смену системы образования на территории всего АТЭС (Азиатско-Тихоокеанское экономическое сотрудничество). Коррективы могли вносить исключительно лидеры держав. Это мог быть как президент, так и парламент. Причиной проведения Ассамблеи не в Нью-Йорке стало 120-тилетие со дня основания сотрудничества, что произошло в 1989 году в Сингапуре. **Гирофоны — разновидность смартфонов, что стала популярной в 20-х годах двадцать второго века. Такие гаджеты совмещали в себе стандартный вид телефонов, который мы привыкли видеть (сенсорный экран), и голографические прожекторы. Гидрофоны обладали возможностью снимать не только в 2D формате, а и в 3D, создавая голограммы. Есть функция голографического экрана. Они имели прямоугольный корпус, что при включении определенного режима мог гнуться, таким образом не давая устройству сломаться. *** Смартмаркер — электронный маркер, который может менять цвет с помощью голографической палитры, что встроена в него. **** Письменные планшеты — гаджет, который заменяет привычные нам тетрадки. Экран сделан из специального материала, чтобы смартручка не скользила по поверхности. Имеет два режима: письмо и чтение. Может вмещать в себя огромное количество конспектов по разным предметам. Есть функция поиска по словам, расшифровка. Так же можно пересылать другому человеку свои конспекты. Помимо таких устройств всё ещё существуют тетрадки, чья бумага сделана из бамбука, что выращивается на специальных фабриках, только они немного дороже стоят, хотя книги нынче сделаны из этого материала. ***** — такая традиция пошла из Японии в конце двадцать первого века. Идея состояла в том, что дети, которые знакомы с раннего возраста и поддерживают общение аж до 16 лет, могут быть скреплены договором о браке. Это непосредственно идет со стороны самих детей. У них есть выбор: принимать это решение, или нет. Договоренность может быть заключена, когда детям 16-18 лет и не может быть расторгнута до свадьбы. Сама свадьба должна состояться тогда, когда каждому из партнеров будет 19 лет. Такая традиция весьма удобная, так как партнеры по браку являются друзьями друг для друга и в будущем могут спокойно думать о карьере. Традиция стала популярной на Западе в конце девяностых. 98% таких браков имели положительные последствия.