Наследие

Когда туман, вызванным магией ведьмака, перед глазами Лео и Пайпер развеялся, они очутились в помещении, похожим на пустую классную комнату. — Где он? Тори?! — женщина позвала своего младшего сына, и осталась без ответа. — Не смей нас бросать, молодой человек! Но полуаватар был вне зоны доступа. Она устало опустилась на парту, точно крик лишил её моральных сил. Опустив подбородок на скрещенные пальцы, Зачарованная уставилась в доску невидящим взглядом, в то время, как Лео к чему-то хмуро и усиленно прислушивался. Казалось, что прошла вечность, прежде, чем Пайпер нарушила молчание. — Я просто не понимаю, как он мог… почему он отвернулся от нас?.. — дрогнувшим голосом безнадёжно вопросила ведьма. Она стукнула кулаком по столу. — Неужели внушение какого-то паршивого артефакта сильнее всех тех воспоминаний и нашей связи, что была… Всё так хорошо начиналось. Лео было нечего сказать, он просто стоял, пребывая в задумчивости. Пайпер же отзеркалила жест ведьмака: расстроенно закусила нижнюю губу. — Не понимаю… Тут её внимание привлёк белый конверт, который выглядывал из-за края парты, где ведьма стукнула кулаком. Пайпер осторожно потянула за конверт, вытащив его на свет. Сглотнув, она аккуратно раскрыла его, чтобы обнаружить две фотографии, на которых был запечатлён Виктор в прошлом. На первой явно до встречи с Зачарованными: парень в окружении своих друзей по баскетбольной команде счастливо улыбался, махнув в камеру. Он не ведал неприятностей, демонов и Старейшин, а был обычным подростком со своими заботами. А на втором фото словно прошли месяцы, а то и год. Виктор заметно скинул в весе и вытянулся, так, будто красная клетчатая рубашка и чёрная футболка висели на нём, как с чужого плеча. Замызганные коричневые джинсы, усталый вид и явно напряжение в позе, словно парень был готов к контратаке. Он сидел на бревне у яркого огня, в полуоборот, а рядом примостилась девочка не то десяти, не то одиннадцати лет. Что-то в ней было странное, не от мира сего. Пайпер бы даже сказала бы, что с трудом может различить её черты лица и белую одежду. Девочка скорее походила на призрак, нежели на живую. Но для Тори, который тепло, по-дружески положил руку ей на плечо, она явно была дорога и реальна. — «Наверное, это и есть Клэр, о которой он заботился и волновался, » — пронзило осознание Пайпер. — «Наша племянница…» Зачарованная почувствовала себя виновато перед дочерью Коула и Прю. — «Она была потеряна, и именно к ней привязался Тори. Если бы мы знали о ней, может мой сын бы не ушёл от нас.» Горечь вновь коснулась и потянула в свои сети Пайпер. Она перевернула фотографии белой стороной вниз и положила их с конвертом на парту. — Коул был прав, я — никудышная мать и тётя, если не смогла предотвратить нынешние события. — Напротив, — отмер Лео, закончив что-то мысленно проверять. — Ты — человек, а не святая, а людям свойственно ошибаться и извлекать уроки. Мужчина явно был чем-то воодушевлён, в отличии от своей жены. Он подошёл и приобнял её в качестве поддержки. — Хотя в одном этот бывший демон прав: мы некрасиво с ним поступили, возгордились и это нам аукнулось. Пайпер согласно кивнула. — Да, после встречи с сыном, я способна это признать: я была слепа по отношению к Коулу. Он явно будет в восторге услышать это от меня, — закончила она на саркастичной ноте, не сдержавшись. — Но так будет правильно, — произнёс её супруг, и услышал вздох. Он поцеловал жену в макушку. — Мы справимся со всем этим, — Лео послал ей волну уверенности. Однако ведьма не разделила его чувства. — Как? Тори порвал с нами все связи, даже заклинание не поможет… И она была ошарашена следующими словами: — Касательно предпоследнего… Не думал, что наш младший такой любитель пускать пыль в глаза, — высказался Лео не одновременно с восхищением и осуждением. — Так и тянет ему накостылять по шее. — Пыль в глаза? То есть? — переспросила Пайпер. — Связь между нами до сих пор существует, пусть и слабая. Он не способен её отсечь, для этого понадобился бы ритуал. Всё, что мы видели — было весьма недурственным спектаклем, — поведал мужчина. — Ты хочешь сказать, что… — Он притворялся и притворяется плохим, — закончил за неё хранитель. Пайпер на несколько секунд лишилась дара речи. — Что?! — выдохнула ведьма. — Я не утверждаю, что он — истинно положительный, но ауры тьмы на нём нет, я бы ощутил. Да и если читать между строк: Тори не желает, чтобы мы вмешивались в какие-то его дела. — Наверняка тлетворное влияние черепа повлияло на него, — добавила миссис Холливелл. — Не спорю. Я зря упомянул Старейшин, для него это ещё больная тема… — с сожалением проговорил Лео. — Вряд ли мы что-то изменили, как утверждает моя интуиция, артефакт нашёл бы другое. Однако, что именно задумал Виктор? — вслух построила догадки Пайпер. И её точно пронзило озарение. Зачарованная опять перевернула одну из фотографий так, чтобы её муж увидел изображение с костром и мутной девочкой. — Когда я пришла, то Тори рассматривал и читал текст из книги про Загробный мир, — произнесла женщина. — Он собирается отправиться за сестрой в Мир Мёртвых, за её душой. *** После размолвки с преданным сторонником, Бенедикт вернулся в свой кабинет, где были сокрыты родители Джессики. Демон с предвкушением остановился около матери чародейки, проигнорировав её отца. Призвав зелье, ректор просто капнул несколько капель на свои ладони, чтобы прижать их ко льду, где покоилась Кимберли Таин. Небольшой рывок, и он в её сознании. Только вместо ожидаемой цветущей долины, леса и замка, окружённого озером, полутёмный коридор с тупиком и потрёпанными доспехами. Бенедикт хмыкнул. — Надеешься так уберечься от меня? — он исследовал тупик и доспехи. — «Кимберли за ними, как за защитой, » — раскусил её демон. — Я пришёл поговорить в последний раз о твой дочери, — Бенедикт дотронулся до холодной стены, осознавая, что его слушают. — Если тебе интересно, ей необязательно умирать… Фигурка за преградой пошевелилась, но постаралась не выдать себя. — Есть способ сохранить ей жизнь: ценой всего клана Уорренов-Холливеллов, — интригующе прошептал Бенедикт. *** Коврин вздрогнул и замер. Только что временное колебание прошло сквозь него и исчезло. — Что такое, брат? — различил его тревогу Кристофер. — У меня появилось очень дурное предчувствие. Кажется, будущее переменилось отнюдь не в лучшую сторону, — не стал скрывать правду полуаватар. — Для нас? — Не только, для всех Холливеллов, включая Другого меня и его родню, — бросил Корвин.