we will meet again

      В понедельник объявился Пак Чимин, но вёл он себя крайне неприветливо, а если быть точной, он избегал контакта со мной. Во время занятий, пока Тэхён поблизости бубнил что-нибудь о своих фантазиях, я смотрела на Пака, испепеляя его взглядом, надеясь, что он хотя бы обернется. Однако он словно чувствовал мой взгляд или ему писала об этом его подружка Ханна, которая, к слову сказать, испепеляла меня своими колкими взглядами, но ни слова не говорила на перерывах, надменно вышагивая рядом и соблюдая дистанцию, наверное, потому, что Тэхён был постоянно рядом со мной и почти не отлучался. Возможно, со мной что-то было не так, но меня пугал такой слишком нежный, милый и заботливый Ким Тэхён, который чуть ли не каждым вздохом говорил о том, как он невероятно счастлив. Это было больше похоже на болезнь или очень хорошую актерскую игру.       Всё это кольцо сдавливало меня сильнее с каждым днем, отчего мне казалось, что рано или поздно это всё должно было закончиться и вернуться на круги своя. А именно я ожидала развязку с Лисой, которая играла в какую-то свою игру с известными только ей правилами.       После занятий пыталась поймать Пака на крыльце школы, но он ушел еще раньше, так что я в который раз потерпела фиаско. Зачем мне нужно было с ним встретиться? Наверное, потому, что во всей этой неразберихе он казался мне единственным человеком, который смог бы объяснить, что же происходит и… И что? Сама не понимала, чего я хотела услышать от него. Быть может, он меня бы выслушал, поддержал, но с какой радости я так думала? Мы не были друзьями, он мне сам неоднократно говорил об этом, но какого черта я всё равно хотела найти у него помощи?       Пока я шла к библиотеке, то заметила недалеко от парковки знакомый автомобиль, из которого вышла Лиса, и в него сел Чимин, явно что-то сказавший в адрес девушки, посмеявшейся над его словами. Водителем точно был брат Чимина, я была уверена на сто процентов. И, возможно, именно с ним Лиса тогда и вела разговор, который беспрестанно крутился в моей голове. Через несколько минут к ней подошел Ким, с которым они вместе ушли. Я видела всё своими глазами, но было ли этого достаточно, чтобы Ким поверил мне? Одержимая сомнениями, вошла в библиотеку и постаралась полностью отрешиться от всей этой канители.       Домой меня провожал Мин Юнги, и каждый раз мы натыкались на Ханну: то на автобусной остановке, то в магазинчике, то на каком-нибудь перекрестке. Я бы, наверное, могла поверить в такие случайности, будь мы в каком-нибудь маленьком городке, но в Сеуле в это верилось с трудом, учитывая, что дом Мина находился довольно-таки далеко. Меня очень напрягали их взаимоотношения, но я не знала, как сказать об этом парню, который постоянно рассказывал истории про соревнования его команды, их победы и бесконечные награды, от которых у него ломились полки. Он был так воодушевлен, когда говорил о чем-то таком, что у меня язык не поворачивался перебить его.       Вся неделя прошла словно на иголках, а наш совместный проект был прекрасно провален, потому что мы больше все вместе не собирались и не обсуждали его. Если мне было как-то всё равно, то Ханна была очень расстроена первым видимо за всю ее жизнь неудом. Тэхёну и Чимину, судя по всему, было наплевать, ведь у Кима были на первом месте теперь дела сердечные, а Пак, наверное, разбирался с какими-то другими своими делами.       Довершением недели служило появление старшего брата Чимина в доме субботним утром, когда тетя вдруг попросила меня спуститься в гостиную. Сказать, что я была удивлена, ничего не сказать. Тетя разливала чай по чашкам, улыбающаяся и сияющая, а дядя и отец семейства Пак выглядели довольными. Для чего им понадобилась я, оставалось только догадываться…       — Ким Сора, здравствуй! — Чисон включил максимум своего обаяния, от которого меня передернуло, потому что вызывало лишь подозрения и сомнения по поводу его искренности.       — Доброе утро, папа, дядя, тетя, господин Пак, — поклонившись взрослым, встала рядом с тетей, сидевшей на диванчике рядом с дядей. — И здравствуйте, Пак Чисон.       — Сора, я спрашивал разрешения о том, чтобы пригласить тебя на обед.       — Чего?       — В качестве извинения за проделки младшего брата. Я знаю, что он доставил много неприятностей… Особенно эта последняя драка на празднике…       Я даже подумала на секунду, что у меня с памятью что-то случилось, и непонимающе оглянулась на взрослых, которые чуть ли не в один момент все неодобрительно кивнули. Они действительно в это верили?       — Я, как старший брат, не смог вовремя их остановить, и в итоге они устроили такой переполох, что теперь все только об этом и говорят. Моя попытка произвести на тебя впечатление провалилась…       — Стоп. Остановитесь, пожалуйста. О чем вы говорите? — Чисон как-то ехидно усмехнулся, но затем его лицо приняло тот же печальный вид, которым он, вероятно, убеждал взрослых в своей правоте. — Тэхён и Чимин не дрались в тот вечер, им нечего делить. Это же вы спровоцировали Тэхёна на драку, — на лице парня изобразилось нечто вроде изумления, но выглядело это как-то неестественно.       — Хочешь сказать, что я солгал? — лица взрослых повернулись ко мне, отчего мне стало не по себе, но ведь я говорила правду, так что мне нечего было бояться.       — Да, вы солгали. Не знаю, почему и зачем. Если вы — действительно старший брат, то должны брать на себя ответственность за проступки младшего, но вы почему-то наоборот скидываете…       — Сора, — приструнил меня папа, потянув за край платья.       Господин Пак выглядел даже растерянным, подозрительно поглядывая на сына, которого, казалось, забавляла вся эта ситуация. Дядя поглядывал то на тетю, то на Пака, видимо, тоже растерянный. Вся их напыщенность и торжественность, с которой они вели свои светские беседы вмиг потеряли важность, поставив всех в неловкую ситуацию. И вот почему не позвали Тэхёна, чтобы он смог подтвердить мои слова? Хотя, наверное, он бы просто промолчал, оставив всё на усмотрение своего отца, который как обычно посчитал бы его во всем виноватым.       — Теперь у меня еще больше оснований для того, чтобы попросить прощения.       Чисон вдруг встал на колени сначала перед родителями Тэхёна и поклонился им, затем поклонился в ноги своему отцу. Когда его взгляд упал на меня, я как-то машинально спряталась за тетю, читая в его взгляде какие-то недобрые намерения.       — Прошу прощения за то, что ввел всех в заблуждение. Мне правда очень стыдно… Особенно перед тобой, Сора, — парень принял вид кающегося человека, и мне на некоторое время захотелось поверить ему. — Я поступил очень некрасиво и готов взять на себя ответственность…       Лица моего папы и остальных взрослых вытянулись в недоумении, а тетя с некоторым подозрением взглянула на меня. Я же покраснела как вареный рак, потому что осознала, что они поняли под словами Чисона, но мне нужно было заткнуть за пояс свое смущение и робость, потому что на кону стояла справедливость.       — В отношении меня вы не сделали ничего. Не придумывайте очередную ложь.       — Сора, прекрати! — папа был сконфужен всей ситуацией, а я не могла понять, почему я должна была замолчать, когда этот парень на ходу всё выдумывает.       — Прошу меня простить! — парень чуть лбом не поцеловал пол, отчего папа подтолкнул меня к нему, чтобы я остановила его.       — Всё, хватит, — шикнула, смущаясь присутствия родителей для того, чтобы дотронуться до него.       — Если ты меня прощаешь, сходи со мной на обед.       Чертов манипулятор добился своей цели, так как в такой ситуации отказываться было бы проявлением неуважения, что меня дико раздражало. Взрослые наконец-то расслабились после моего согласия и продолжили праздные речи, а я пошла одеваться для предстоящей адовой вылазки с Пак Чисоном. Тетя прилетела в комнату спустя несколько минут с очередным новым платьем только уже зеленого цвета и, похихикав, улетучилась обратно к гостю. Мой гардероб определенно точно скоро лопнет от бесконечного количества новых платьев от тети, которая каждый раз воодушевлялась, стоило ей начать подбирать мне платье. Кажется, взрослые достали соджу или макколи, потому что она была какой-то странно улыбчивой.       Когда я натянула платье и пыталась его застегнуть, в комнату вошел вальяжной походкой Тэхён, на лице которого была запечатлена задумчивость. Он словно не заметил того, что у меня вся спина открытая, и спокойно прилег на мою кровать.       — Тэхён, ты дверью не ошибся? Я вообще-то переодеваюсь!       — А? Сора, — он так и замер с приоткрытым ртом, будто действительно только что заметил меня, удивленно хлопая глазами. — Тебе помочь? — поднялся с кровати, а я прижала платье к груди, чтобы окончательно не слетело, и, сжав губы, отвернулась. — Миленько, — холодная ладонь коснулась кожи спины, и у меня пробежали мурашки. — Ты это… для меня? — застегнул молнию, а я тут же отошла в сторону.       — Уж лучше бы для тебя, чем для этого противного типа. Я не понимаю тетю совсем. Почему она меня наряжает как куклу для каждого выхода из дома? Уф, — поправив юбку платья, достала белые кеды и взяла сумку.       — С кем это ты идешь?       — С твоим противником по бою. Между прочим, где ты был, пока я тебя и Чимина отбивала? Этот парень знаешь, что сказал? Будто бы ты и Чимин подрались, а потом вообще начал ерунду нести про то, что якобы драка случилась из-за того, что он мне что-то нехорошее сделал… Ой, долгая история.       — Это мой любимый цвет, — парень коснулся ткани платья, на что я с возмущением покосилась — я тут, значит, целую тираду ему говорю, а он мне про цвет любимый!       — С кем я говорю…       — Я с вами.       — Что? Ой, нет, опять подеретесь.       — Нет, обещаю.       Тэхён сказал — Тэхён сделал. Останавливать его, как и просить что-то сделать — одинаково бессмысленно. Уж не знаю, была ли замешана в этом тетя, но на нем красовалась зеленая шелковая рубашка, на что удивленно повела бровью, ведь раньше он ее точно не надевал.       — Тэхён, я, конечно, всё понимаю, но тебе не кажется, что мы как парочка выглядим? — с сомнением спросила, пока парень спускался по лестнице вниз, неторопливо, ожидая меня на каждой ступеньке.       — М?       — Ты меня совсем не слушаешь…       При родителях Пак Чисон продолжал строить из себя кающегося и даже слова лишнего не говорил, пока мы не вышли из дома и не прошли около двухсот метров в тишине. Вероятно, это было достаточным расстоянием для того, чтобы родители нас стопроцентно не услышали, а я не успела бы забежать в дом.       — Сора, знаешь, а ты мне стала еще больше нравиться, — сказал Чисон, подхватывая меня под руку и быстро запихивая в автомобиль, что я и опомниться не успела. — Тэхён, ты не в тему! — я, наверное, была похожа на глупого воробышка, который вертел головой во все стороны и откровенно не понимал, что происходит.       Автомобильная дверь не поддавалась, так как парень, оказывается ее заблокировал, усевшись за руль. Тэхён дергал с другой стороны ручку, а я пыталась со своей стороны выбраться. Паку, видимо, казалось всё это веселым, и он завел мотор, трогаясь с места.       — Почему вы это делаете? Тэхён должен ехать с нами! Остановитесь! — просила я, но этот неадекватный психически больной человек лишь смеялся на мои слова.       — Да ладно тебе, расслабься! Я же не убивать тебя везу, мне хочется веселья.       — Но Тэхён…       — Если захочет, то найдет, — Чисон подмигнул, а меня всю передернуло от нехорошего предчувствия. — Пристегнись, — я хотела сначала напомнить, что по правилам сначала и следовало пристегнуться, а уже потом трогаться с места, но не смогла, так как что-то мешало, поэтому молча пристегнула ремень безопасности. — Умница. А теперь расслабься и продолжай быть собой…       Что он имел ввиду, я не понимала, но и не горела желанием узнать. Мне стало страшно, потому что вспомнила о том, что телефон всё еще не у меня, и я не могу никому сообщить, где нахожусь. Сжав в руках сумку, пыталась глубоко дышать, чтобы мое волнение не было так сильно заметно. Нужно было что-то делать или говорить, но контактировать с этим парнем у меня совсем не возникало желания.       Примерно через полчаса мы наконец-то прибыли в пункт назначения — это был небольшой ресторан итальянской кухни, отчего я невольно поморщилась. Если это было обычным обедом, то не стоило приезжать в такое место.       — Тебе не нравится? — парень, видимо, всё-таки заметил неудовольствие на моем лице.       — Нет, не нравится. Вы говорили про обычный обед в качестве извинения.       — Слишком крута для такого места?       — Наоборот. Слишком вычурно для простого обеда.       — Ха-ха. А что же по-твоему более подобает?       — Достаточно было извиниться и уехать.       — И всё-таки мы здесь.       — Мне не очень нравится этот район иностранцев…       Парень устало выдохнул и снова завел мотор. Мы проехали около пятнадцати минут и оказались уже в другом районе города, где всё насквозь было пропитано историей. Не смотря на мои горящие глаза, когда мы проезжали мимо дворца Кенбоккун, парень уехал дальше, явно не желая проникнуться историей, побывав на экскурсии.       Наконец мы прибыли в ресторанчик, где основным блюдом был суп с курицей и лапшой. Сделав заказ, снова замолчали, по крайней мере мне нечего было сказать.       — Откуда ты появилась вообще?       — М?       — Откуда приехала?       — Из Пусана…       — Из одного мегаполиса в другой, более крупный. Неплохо. А что там не так было?       — Я обязана говорить?       — Обычный вопрос.       — Это личное, — я поежилась, вдруг вспомнив, в каких условиях мы обитали с папой не так давно. — А можно спросить?..       — В этом смысл нашего обеда — общение.       — Почему Чимин считается виноватым во всех бедах, причиной которых на самом деле являетесь Вы? Почему скидываете ответственность с себя на него? Это же неправильно…       — Это личное, — он наигранно улыбнулся и выпил воды.       У него зазвонил телефон, он достал, посмотрел на экран и, довольно улыбнувшись, ответил:       — Да, братишка? Что делаю? Ну как тебе сказать… О таких вещах не говорят по телефону… Да не кричи ты! Не переживай за нее, я возьму на себя всю ответственность и буду хорошим мужем, если вдруг она залетит…       Сказать, что я была шокирована услышать его слова, — ничего не сказать. У меня несколько минут был ступор от услышанного, и я не могла подобрать подходящих слов, чтобы выразить негодование. Что опять замыслил этот негодяй?       — Что вы говорите? Зачем опять придумываете? — на большее мой словарный запас не был способен.       — Это весело, — пожал плечами в ответ, когда нам принесли заказ. — Ешь. Нам понадобятся силы…       — Что?!       — Не трону я тебя, успокойся.       Верилось, конечно, с трудом во всё, что говорил этот парень, но пропускать прием пищи из-за него тоже не хотелось, поэтому, стараясь не смотреть на него, принялась есть. Удивительно, но за всё время, пока мы ели, Чисон ни слова не проронил, позволяя мне спокойно поесть, но при этом заставляя больше нервничать из-за того, что у него-то точно что-то наметилось в голове, а я понятия не имела, что он замышляет и каким образом планирует использовать меня в своих играх.       Неожиданный гость нас ожидал у входа в ресторан — Лалиса Манобан собственной персоной в коротком красном платье и в туфлях на тонкой шпильке, которой, как мне казалось, убить можно было бы. Весь образ стервозной дряни завершали солнцезащитные очки, брендовая сумка наперевес и взгляд, презиравший всё окружающее.       — Чисон, я уже устала, — при виде меня девушка замолчала и недоумевающе посмотрела на парня, который улыбался как довольный кот. — И как это понимать?       — Я хочу жмж, — ответил он, пожав плечами.       — Что?!       — Захотелось внести в наш секс какой-нибудь новизны. Просто отодрать тебя на заднем сиденье стало скучно, — после своих слов парень получил звонкую пощечину от Лисы, а я непонимающе хлопала глазками, мечтая свалить куда-нибудь. — Да ладно тебе, — он притянул девушку к себе за талию, хотя она сопротивлялась и брыкалась. — Мне скучно, — я понимала, что явно лишняя в этой ситуации, но понятия не имела, что мне делать, а Чисон тем временем грубо схватил девушку за подбородок и посмотрел на нее. — Я знаю, что ты любишь жестко, но ты хочешь прямо сейчас? — всё, я точно лишняя, надо куда-нибудь валить.       Сделав пару шагов в сторону, оглянулась вокруг на поиски спасения в виде автобусных остановок или указателя метро, но заметила я лишь вспышку на чьем-то телефоне, отчего чуть не ослепла.       — Бежим! — меня схватили за руку и поволокли за собой, и я как марионетка помчалась без всякого сопротивления.       Это был Пак Чимин. Держал меня за руку, и мы бежали куда-то по тротуарам и улочкам, пока не добежали до небольшого моста, лежавшего над протекающей внизу речкой. Собственно мы спустились к ней и пробежали еще немного по тротуару, который опоясывал ее с обеих сторон. Оказавшись в тени деревьев, наконец-то остановились, чтобы передохнуть и восстановить сбившееся дыхание.       — Что… это… было, Пак? — мне казалось, что у меня легкие сбились в кучу.       — Компромат, — выдохнул парень и выпрямился. — Брат что-то задумал и мне нужен козырь, чтобы его остановить…       — Что? Козырь?       — Расскажу Киму правду, пусть хотя бы один из его карточных домиков летит к чертям!       — Да? А чего же ты раньше молчал?       — Я сразу ему сказал, что не при делах, но он не поверил, — пожал плечами и поправил сбившуюся челку.       Восстановив дыхание, я наконец осознала, что произошло и что задумал Чимин. Конечно, это было правильным решением — рассказать и показать доказательство неверности Лисы. Однако что-то мне подсказывало, что нельзя это делать вот так просто: скинуть фотографию Тэхёну и сказать «вот видишь, я тебе не лгал». Он ведь после воссоединения с ней стал таким открытым, чуть не летал от счастья, так что после второго удара от нее вряд ли он станет прежним. Это было ужасно подло и жестоко со стороны Лисы, но ведь лучше сразу ему узнать об этом, пока не стало еще хуже?       — Чимин, — я коснулась руки парня, который, видимо, уже искал контакт Тэхёна в своем телефоне. — Так нельзя… Давай я сначала поговорю с ним, подготовлю так сказать, а уже потом ты…       — Чего? Что за…       — Прошу тебя, — я посмотрела ему прямо в глаза, надеясь, что он поймет, какие чувства мной движут, но на его лице увидела удивление и гнев.       — Ты вообще за кого? Перешла на сторону моего брата?       — Нет, конечно! Что ты такое говоришь? Я за тебя переживаю, ведь тебе может попасть…       — Чего? — парень непонимающе смотрел на меня, а я чуть не раскраснелась, настолько стало жарко от дум, как же правильно сформулировать свои мысли.       — Ну… я… это…       — Тебе что-то сказал мой брат?       — Нет, ничего, просто…       — Тогда не понимаю, — и он нажал «отправить», а у меня чуть сердце не остановилось.       — Почему?..