Акт V. Туфелька Золушки
12 февраля 2020 г., 17:04
Из-за духоты в помещении, полного свечей и распаленного камина девушка решает охладиться на улице, где весело смеялась часть гостей. Разговоры в гостиной уже стали более раскрепощёнными, а голоса поднялись на полтона. Приглашенные все еще держали аристократичные осанки и плавность по-прежнему присутствовала в каждом движении, но чуть блестящие глаза и широкие улыбки говорили о том, что вечер в самом разгаре. Девушка еще раз обводит гостей в помещении и не найдя ничего интересующего покидает сначала комнату, а затем и дом, перед этим вновь ощущая на себе чей-то взгляд, но отмахивается от этого ощущения как от назойливой мухи. Ночной воздух дурманил своей свежестью, остужая разгоряченную кожу и разум, полного мыслей о красивых утонченных вампирах, вытесняя оклики сознания о том, что это истинные охотники и убийцы. Тьма ночи стала более непроглядной и густой, усыпанное мириадами тысяч звезд небо приковывало к себе внимание, а большая бледная луна, подернутая красной пеленой вуали поднимала случай многолетней давности, из-за которого жизнь превратилась в книгу «1000 и 1 вопрос». И Мия готова была посвятить еще одну ночь терзаниям, сидя на подстриженном зеленом газоне, облокотившись на каменную изгородь, что скрывала за собой блеклый самшит, закинув голову, потирая затекшую шею, если бы к ней не присоединился сам граф Дракула. Отчего девушка смеется, прикрываясь рукой, в которой бокал, из-за чего рубиновая жидкость окропила чуть дрожащие пальцы.
— И снова здравствуй.
Незнакомец извлекает белый платок из недр кармана, протягивая ведущей, которая с благодарностью принимает кусок ткани, промачивая его вкусно пахнущим вином, с досадой глядя на пустой бокал.
— Не очень-то мрачно на вампирской вечеринке, да?
И хоть девушке нравилась атмосфера, но созданное видение книгами и кино заставляло желать ощущать чего-то жуткого, отчего будешь хвататься за сердце. Парень ничего не успевает ответить, как к ним подходят еще двое. Нос журналистки улавливает знакомый запах, а подняв глаза она встречается с желтыми, горящие безумием и азартом глазами Красной маски, конечно, в сопровождении ее парня.
— Мы сейчас собираем всех для квеста, - девушка довольно хлопает в ладоши, и такая перемена в её настроении поднимает буран вопросов у Мии. - гости уже успели заскучать и было бы неплохо размяться. Все поддержали идею.
Взгляд говорившей был полон неподдельной радости и счастья, словно она пришла на этот вечер ради этого и наконец дождалась, как ребенок Рождественского подарка, несмотря на свое поведение.
— Вы предлагаете игру? - Незнакомец в костюме воодушевляется, в глазах появляется искра интереса. Пара синхронно кивает, неотрывно смотря на ведущую, которая этого не замечает. - Что за игра?
— Все делятся на «Вампиров» и «Людей», - в опьяненное сознание журналистки с шелестом макушек деревьев доносится вкрадчивый голос Черной маски, - и исполняют свои роли. Все просто: первые охотятся, а вторые выживают. Что скажете?
Мия обдумывает и взвешивает все нюансы, смотрит на обувь, в которой бегать практически невозможно, в подернутом дымке алкоголя сознании яркой вывеской пестрит «Откажись!», однако предупреждение игнорируется. Оглядывая пришедших их пригласить, что ждут ответа, загадочно улыбаясь друг другу, первой прерывает тишину.
— Предпочту охотиться, - журналистка чуть прикусывает губу, глубоко втягивает носом воздух, - хочу крови.
Голос ведущей томный, заигрывающий. Её не интересует, что ответит граф Дракула, кем будут эти двое. Сегодня ночью она будет той, кем хотела быть после первого просмотра Сумерек в подростковые годы. И пусть это неправда и у нее нет способностей, как у вампиров из этой саги, в данный момент Мия хочет именно этого. Колоритная парочка будто и ждала этого ответа от нее, словно что-то выдавало ведущую, так казалось ей в тот момент. Красная маска протягивает ей руку и с легкостью поднимает журналистку, отчего единственные вопросы в голове последней: откуда столько силы в таком хрупком, почти болезненном теле. Собрав в доме всех гостей, обладатели демонических масок рассказывают о том, как правильно играть, объясняя тонкости и особенности такого квеста.
— Играть будем до рассвета, - он смотрит на левую, одетую в тату руку, на которой чуть болтаясь покоятся часы, - сейчас 01:35, а восход будет в 4:16. Победитель будет определен по превосходству численности, относящейся к одной из групп.
— А где будем играть? В доме не интересно, да и мало места, а на улице особо нигде не спрячешься.
Юноша в черной маске будто ждал этот вопрос и усмехается от того, словно место игры было таким очевидным, что спрашивать о таком глупо и должно быть стыдно.
— В лесу.
По комнате проносится чуть недовольный гул, женщины возмущены больше всего, ведь пришли они в обуви отнюдь не для ночных забегов по лесной местности. Но гомон быстро стихает, словно по щелчку чьих-то пальцев, обладающих магической способностью и недовольных как не бывало. Все грузной толпой двинулись в сторону леса, что находился не больше, чем в пятистах метрах от коттеджа, где они отдыхали. Из толпы Мию выдергивает холодная цепкая рука, это Черная маска, что, зажав что-то в руке говорит с ней.
— Что? - переспрашивает ведущая, не услышав, о чем он говорил, из-за того, что глубоко погрузилась в мысли, далекие от всего, что сейчас происходит. - Извини, не расслышала.
Они чуть отстают от толпы, оставаясь в полутьме, накрытые ночным небом и светом от жужжащего фонарного столба, на свет которого слетелись, как могло показаться, все мошки района. Парень внимательно следит за чуть осоловевшим взглядом девушки в черном комбинезоне, как она облизывает пересохшие губы, избавляясь от остатков помады и как она раз за разом поправляет спадающий локон. Взгляд Мии напряжен и ее сердце пропускает пару ударов, когда шатен поднимает верхнюю губу оголяя заостренный резец. Расширившиеся зрачки от страха почти полностью заполняют радужку глаз, что токсичным наслаждением плавит парня изнутри. Однако, как бы он не желал утолить дикую жажду от нахождения рядом со вкусной закуской, что-то его останавливало. Какой-то мерзко шепчущий низший демон, что он сам может пострадать от рук слабого человека, стоявшего перед ним и пока, он, не зная, что с этим делать решает оставить все как есть. В зажатой ладони он протягивает искусственные накладные клыки, замечая, как плечи девушки расслабляются.
— Это чтобы ты была вампиром не только на словах. - Парень натянуто улыбается, и смотрит как гостья с легкостью надевает бутафорию, про себя отмечая, что имей он власть и силу, обязательно обратил бы ее. - Мы уже отстали от всех, наверное, нас потеряли и ищут.
— А может вовсю веселятся, не заметив нашу пропажу.
Парень странно хихикнул, отчего вдоль позвонка пробежали предательские мурашки. А потом ускорив шаг добавил:
— Без нас не начнут.
Мия не понимала, отчего он так был уверен, но подходя к месту назначения только уверилась в словах тянувшего ее за собой парня, который явно замерз, в одной тонкой футболке, ведь его руки чуть ли не обжигали холодом её разгоряченную кожу. Красная маска недовольно фыркнула, глядя на опоздавших, закатив глаза. Остальные же никак не отреагировали на появление отбившихся.
***
Со стороны леса стояла приятная тишина, разбавленная пением насекомых и перекрикиванием ночных птиц. Поднявшийся легкий ветер отрезвлял окутанное сатиновой алкогольной нитью тело, оставляя прежнюю легкость. Ведущая закрывает глаза, отдаваясь внутреннему порыву, которое разрушается чьим-то назойливым взглядом, лениво разлепляя тяжелые веки ощущение отпускает ее, словно это забавы уставшего истерзанного сознания. Приглашенные получают последние установки и партиями уходят в темную гущу высоких деревьев с интервалами между группами, чтобы точечно рассеяться, а после сигнальной ракеты начать охоту. Мия не смотрит с кем заходит, повинуясь собственному внутреннему рвению, словно компасу, движется вдоль высоких толстых стволов деревьев, покрытых вьюнками и плющом, макушки которых уходят наверх, закрывая вид на небо. Кроны деревьев, густые и темные, шелестят от лёгкого порыва ветра, что ласковой рукой проходится по их макушкам, заставляя участников нервно озираться по сторонам. Лес был полон стрекота сверчков, что начинали свою деятельность только после захода солнца, подобно существам, которым журналистка будет подражать в течение нескольких часов. Облака мошек висели на уровне лиц играющих, отчего заставляли их отплевывать попавших собратьев в плен влажных ртов, ведущая же отмахивалась от них руками. От влажного воздуха волосы начинали подвиваться, а некоторые прически дам, что были плохо уложены разрушались и неопрятными кусками свисали. Мия идет неторопливо, вбирая каждую деталь ночного летнего леса в себя, а еще для того, чтобы не растереть набухшие мозоли в кровь. Девушка останавливается, чуть напрягает слух и слышит, как под ногами приглашенных хрустят ветки, что ломаются под их лакированными туфлями, как скатываются маленькие камушки, сбитые тяжелыми шагами и как кто-то с южной стороны запускает ракету. Проходит не больше десяти секунд слышится хлопок над укрытым густым слоем листьев пространством, а потом вспышка зеленого света озаряет ночную гладь неба: игра началась. Лениво плутая по узким, усыпанным опавшими жухлыми листьями, тропинкам ведущая случайным образом находит укрывшегося в кустарных зарослях незнакомца. Он стоит, чуть облокотившись на испещрённую кору дерева, что внизу покрыта зеленым мхом. Весь его вид: расслабленная поза, закрытые глаза и скрещенные руки, что обхватывали ткань рукавов свободной рубашки с закатанными манжетами, с чуть удлиненной спинкой говорил о том, он наслаждается атмосферой, которая соткана из только свойственного лесу запаха и трели черных усатых сверчков, что играют свои мелодии для самок. Мия делает аккуратный шаг, но не осмотрительно наступает на сухой сучок, отчего треск разрушает идиллию, которой наслаждался до этой минуты незнакомец.Спокойный чуть меланхоличный взгляд угольных глаз скользит по нарушительнице покоя. Ни тени заинтересованности, ни возмущения нет на его лице, по крайней мере то, что можно различить за серой маской, покрытой черным хитросплетением узора. — Вечер добрый. Высокий стройный мужчина, ноги которого облачены в темно-серую ткань брюк, уже не смотрит на ворвавшееся в его тихий уголок недоразумение, что приняло решение сыграть в игру с хитрыми лисами. Но в замешательство вводит то, что запах духов, которым в меру сдобрена шея и запястья девушки скрывает отсутствие аромата, который определяет ее тип. Но размеренно перекачивающее насыщенную кислородом кровь сердце указывает на то, что гостья человек.Голос говорившего тихий и внятный, без излишка эмоциональности, отчасти обладающий гипнотическим свойством. — Скорее ночь. - Подмечает, пришедшая в ярких неудобных туфлях, что выбиваются из монохрома образа, девушка. - По правде говоря, - после короткой паузы продолжает она, - я пришла не для этого. - отчего-то брюнет грустно усмехается, что ускользает от волнующейся и не продумавшей диалог Мии, что же придется импровизировать, - Ты моя жертва и должен пойти со мной. — Серьезно? - Сложившаяся ситуация забавит мужчину, но он не показывает своих эмоций лишь убедившись тому, насколько нелепо это выглядит. - Ну, раз ты вампирша, то укуси меня. Ведущая теряется, но несмотря на откровенную провокацию грациозно ступает по практически незаметной дорожке, видимо мало кто из отдыхающих захаживал сюда. На удивление самой «вампирши» нет бурной реакции со стороны нервной системы, и она останавливается буквально в нескольких шагах от бледного мужчины, словно не решаясь сделать то, что он попросил. — Ты даже убегать не собираешься? Мужчина опускает взгляд на ноги ведущей, обращая внимание на то, как они чуть подрагивают от напряжения и усталости. — В такой обуви крайне неудобно бегать, а я как джентльмен не смею заставлять даму делать те вещи, которые принесут ей вред. Лицо девушки вытягивается от удивления: манера речи, спокойствие в голосе и переживание за абсолютно незнакомого человека, в частности одинокую женщину. Если такое было бы возможно, то журналистка подумала бы первым делом о том, что стоящей перед ней мужчина потомок аристократов с Викторианской эпохи., воспитанный в точности, с точки зрения образа, сформированного в общественном сознании. Однако, мир давно перестал быть таковым, а джентльменство теперь едва ли можно встретить, даже в высших кругах общества, остается довольствоваться песнями и кинематографом. — Вот как значит, - тянет ведущая, - спасибо за заботу, но так игра теряет для меня смысл, зачем мне тот, кто сам по доброте душевной готов отдать мне свою, - Мия изображает жест кавычек, быстро сгибая чуть замерзшие пальцы в воздухе, - «жизнь». Некоторое время она смотрит на незнакомца, который, судя по всему, даже не удивлен такой реакцией, словно она была настолько естественна и понятна, что не догадаться было просто невозможно. Девушка плавно разворачивается, бросая через плечо пожелание хорошей ночи, но не успевает сделать нескольких шагов, как Серая маска ее окликает. — Скажи, как ты сюда попала? Мия чувствует на себе заинтересованный, слегка обеспокоенный взгляд, но он не похож на тот, что преследовал ее весь вечер, отчего она разочарованно вздыхает и небрежно бросает, не оборачиваясь и не сбавляя темп шагов: — В коттедж на такси, - чуть смеется ведущая, - а на маскарад по странно полученному приглашению. Ей казалось, что он хотел сказать что-то еще, но не стал, возможно это просто недоразумение, однако с первой жертвой не повезло. Оттчего остался неприятный осадок. В целом сама встреча была нестандартной: не отпирающейся и не убегающий гость, что играл роль человека, которому стало жаль ее из-за обуви. Такое просто возмутительно и никакое услужливое поведение не спасло эту провальную сцену. Впредь, решает журналистка, она будет тише, аккуратней и с начала будет нападать, а потом выяснять, кто стоит перед ней. Ведущая злиться сама на себя: «Черт возьми, какой вампир будет говорить: ты моя жертва, пошли со мной? Как же это глупо!». Мия останавливается на широкой тропе, перед развилкой и от осознания несуразности её фразы, сказанной обладателю Серой маски готова биться о ствол сухого безжизненного дерева в истерике. Не глядя, куда идет, ведущая, погруженная в проигрываемую раз за разом пленку под названием «Провал века Мии Бэггинс № 1056», которая даже не смягчается чуть хмельным настроем не слышит шагов позади себя. Однако, какое-то предчувствие пробивается сквозь толстый слой пленки и заставляет обернуться. Все тело отчего-то разом напряглось, журналистка замедляет шаг, улавливая шорох сзади себя останавливается, несколько раз глубоко вдохнув, набирается смелости повернуться, на удивление не обнаруживает никого, кроме сипухи, что ищет себе перекус. Прикрыв глаза и чуть расслабившись, девушка разворачивается, возвращаясь на прежний курс, но от испуга вскрикивает, когда перед собой видит Красную маску. — Испугалась? Как жаль, я ведь так не люблю привкус страха. Девушка сетовала, ведь она уяснила, что страх не добавляет крови вкуса, скорее наоборот, придает горечи. Выбирать не приходится, как же хорошо, что она поспорила со своим спутником на то, что тот, кто найдет эту гостью первым, тот и будет ее обладателем. Радость, что испытывала она была такой легкой и приятной, отчего хотелось поиграть с жертвой, поэтому вампирша начинает медленно подходить к ней. В движениях бледной девушки, плавных и грациозных, словно у дикой кошки чувствовалась угроза и плохое предчувствие, неосознанное, но вполне реальное начало разливаться по телу ведущей. — Постой, ты сделала неверный выбор, у меня та же роль. - Чуть дрожащими пальцами Мия приподнимает губу, открывая вид на белые пластиковые клыки, что так любезно ей выдал Черная маска. - Тебе придется продолжить поиски. Незнакомка звонко рассмеялась на такое заявление и в один прыжок оказалась перед шокированной ведущей. Она хватает Мию за ткань у выреза комбинезона, отчего та издает жалобный скрип и с силой ударяет ее о ствол вяза, с легкостью удерживая растерявшуюся девушку. Холод, что исходит от напавшей на нее сумасшедшей особы отрезвляет и с небольшим трудом она откидывает её. — Как ты это сделала? - Шипит на нее желтоглазая, лицо которой исказила злоба и желание причинить вред, - А впрочем, это не так важно, все равно живой ты отсюда не уйдешь. Журналистка пытается рассмотреть глаза напавшей, возможно, что она под действием наркотиков. Однако ситуация все равно патовая и легче от этого не станет, ведь кто знает, что творится сейчас в ее сознании. Любое сказанное слово или действие может вызвать в ней агрессию, а драться с человеком в таком состоянии не стоит. Ведущая думает, как можно выйти из сложившейся ситуации с наименьшими, для нее, потерями. Но отряхнувшая с себя пыль девица встала и вновь надвигалась на Мию, которая, опустив взгляд на свою обувь неутешительно вздохнула и бросилась бежать, отчего врезавшаяся в дерево Красная маска взвыла и с нечеловеческим рыком бросилась прямиком за ней. До сегодняшнего дня ведущая даже и не подозревала, что может так быстро бегать и была благодарна надпочечникам за выделенный адреналин. Как бы быстро она не бежала, девушка не отставала от нее, отчего страх за собственную жизнь рос быстрее, чем население планеты. Мия бежит не разбирая дороги, изредка ноги утопают в незаметных ухабах, которыми наполнены тропинки леса и зацепляется за корни дерева, что таким образом пытались получить больше влаги, отчего стремительно летит в заросли кустарников и по склону скатывается к реке.***
Стоная, она подбирает под себя ноги, замечая, что осталась только с одной туфлей, потеряв вторую в неравном бою с природой. Ведущая смотрит на ободранные руки и поломанные ногти, что кровоточат и болят, отчего она чуть шипит. Онемевшая губа и чувство чего-то мокрого, что тянется по подбородку и прочерчивает дорогу по шее говорит о том, что губы рассечены. Все тело пылает в огне от боли полученных травм. Она сплевывает соленую вязкую субстанцию и чувствует, как подходит Красная маска. Дрожь пробирает тело полностью и только из последних сил ведущая сдерживается, чтобы не зарыдать в голос. — Скажи, - голос подрагивает, чуть срываясь на верхние ноты, - что тебе от меня нужно? Вампирша обходит израненную, приятно пахнущую сладким гостью и усаживается на корточки перед испуганным, испачканным грязью и кровью лицом, ставя перед ней недостающую деталь. — Принесла туфельку для Золушки, - Красная маска протягивает руку к лицу ведущей и быстрым движением собирает кровь, что текла из рассечённых губ и с особым смакованием облизывает пальцы перед удивленным лицом, - даже страх не испортил твой вкус. Голова у Мии кружится от разворачивающихся прямо сейчас событий, все ужимки, холод тел, движения, бледность, болящее тело, запах крови, слова, события шестилетней давности и гребанный Бенни Барт. О, нет-нет-нет ведущая машет головой из стороны в сторону, снежный ком, что был на вершине столько лет решил скатиться на альпийскую солнечную долину, которой была жизнь ведущей и устроить хаос. — Черт возьми. Выплевывает журналистка, а вампирша и рада была устроить такой перфоманс и довольна своей работой. Сердце по ощущениям Мии бьётся сейчас в районе горла, отчего дышать становилось труднее, она смотрит на затянувшиеся ссадины и царапины, вокруг которых запеклась кровь. И понимает, что вполне может побороться за свою жизнь. Незаметно она сбрасывает туфлю, что осталась у нее на ноге и с неприсущей прытью перепрыгивает пораженную нежить, но видимо переоценив свои силы, чувствует, как крепко за волосы ее держит Красная маска. Холодными пальцами зарываясь в шелковистые пряди, накручивая их, чтобы лучше держать шипящую от боли журналистку. — Я уже сказала и еще раз повторюсь: живой ты отсюда не уйдешь. Одна рука тянет журналистку за растрепанные волосы, в которых запутались мелкие веточки и листы, вторая же, перехватив поперек туловища разгорячённое тело пытается удержать вырывающуюся ведущую, сильнее раздражаясь от того, что обычный человек может противостоять вампиру. В затуманенное злобой сознание не может проникнуть одна простая мысль: смертный не может быть таким сильным. Красная маска проводит носом вдоль тонкой шеи, чуть закатывая глаза от приятного запаха, отчего она пропускает момент, когда к реке выходит еще один вампир. Острые клыки уже готовы прокусить артерию и вкусить теплое яство, если бы ее резко не отдернули назад, приподнимая над землей, словно провинившегося котенка. Мия оседает наземь, судорожно глотая воздух, вперемешку со слезами. — Какого черта? - Возмущается вампирша и пытается вырваться из стального захвата мужчины, но все попытки терпят крах. - Улыбка от этих слов и жалких попыток вырваться мгновенно украшает лицо мужчины, а появившиеся ямочки придают ему совсем добродушный вид, если бы не одно «но». Холодное дыхание опаляет затылок сопротивляющейся Красной маски из-за чего она в страхе замирает и не успевая сориентироваться падает, больно ударяясь коленями о речные камни, резко разворачивается, готовая сделать рывок, чтобы напасть. Однако встречается с надменным, бесовским взглядом янтарных глаз. - Ты не в свое дело лезешь, красавчик. Мужчина в золотой маске отходит на несколько шагов, чуть задирает голову, смотря на ночной темный океан, потирая узкий подбородок длинными пальцами, раздосадовано нарочито громко вздыхает, чем вызывает недоумение у низкой девушки. — Что же будет, когда Князь узнает, чем вы тут занимаетесь без его согласия, сладенькая? - лицо девушки багровеет от злости, нарисованные тонкие брови вздымаются вверх, но ни одно слово не срывается с сомкнутых в тонкую полоску губ, - Но знаешь, - вампир медленно подходит к ней, наклоняется и тихо шепчет на ухо, - он ничего не узнает, если ты отдашь мне эту конфетку. Лукавый взгляд скользит за спину вампирши, где ничего не понимающая, шокированная ведущая смотрит за развернувшейся сценой, несомненно, узнав в незнакомце гостя своей программы. Смотрит напряженно и с недоверием, отчаянно думающая о том, как такое вообще возможно. От наблюдения за наполненным кутерьмой эмоций человека его отвлекает скрип зубов раздражающей девчонки. — Черт бы тебя побрал, красавчик. Забирай эту, как ты там сказал, конфетку? - девушка кивает сама себе, вспоминая как этот надменный, оказавшейся угрозой их веселью певец назвал прыткую закуску, с которой она хороша веселилась. - И держи свой длинный язык за зубами. Напоследок пнув испорченные туфли Мии она уходит, оставляя наедине этих двоих.
