Званый Ужин
31 марта 2021 г., 13:00
Добиться прощения Питера Питтигрю оказалось не так сложно, как думал Джеймс. Уже через несколько минут четверка гриффиндорцев вернулась к уже ставшему привычным дружескому общению. Хотя Джеймс продолжал настаивать, что вчера со снитчем происходило что-то странное, а остальные с ним не соглашались.
Самой главной заботой компании стала работа над картой. На этот раз проект Сириуса и Джеймса обсуждался с куда большей серьезностью. Сириус предложил работать всем вместе во время перемен, обследуя один этаж за раз и помечая каждый коридор или кабинет, что встретится на пути. Чего он не учел, так это размеров замка и количества времени, что прийдется потратить на составление плана одного этажа. Почти все свободное время первого дня работы они потратили на изучение первого этажа, но не успели осмотреть и половины до ужина.
— Черт, — пробормотал Джеймс, усаживаясь за стол. — Такими темпами мы закончим школу раньше, чем карту.
— Жаль, что мы не можем работать ночью, — заметил Сириус. — Будет намного проще, когда никто не будет нам мешать.
Он был совершенно прав. Несколько раз их прерывали решившие поздороваться с Джеймсом старшекурсники. Его слава по-прежнему гремела по школе.
— Если нас поймают, попадем на отработку к Филчу, — сказал Римус. — Не знаю, как вы, но я этого совершенно не хочу. Кто знает, что он заставит делать!
— Я тоже не хочу, — поддержал его Питер.
— Скорее всего, туалеты отскребать, — мрачно произнес Сириус, не обратив на реплику Питера внимания.
— Жаль, нет никакого способа заниматься этим незаметно, — нахмурился Джеймс.
— Прийдется стать невидимыми, — сказал Сириус.
— Удачи с поиском нужного заклинания, — усмехнулся Римус. — Ты ведь еще левиосу не до конца освоил, верно?
— Вингардиум Левиоса, — произнес Сириус, направляя палочку на тарелку Римуса.
Кусочек мяса вздрогнул, но не взлетел.
Следующие несколько дней были похожи один на другой: уроки, работа над карьой, обед, домашние задания, ужин, отбой. Что-то мало-мальски значимое случилось только в четверг — перед уроком полетов.
Мальчики сидели за столом, доедали свои бутерброды и со смехом вспоминали только прошедший урок Трансфигурации. Когда профессор МакГонагалл поняла, что ластик трансфигурированного Питером из спички карандаша по-прежнему легко воспламеняется, у нее сделалось такое лицо! У Джеймса хорошо получалось его изобразить. Пожалуй, лучше, чем у самой МакГонагалл. Внезапно рядом с ними раздался чей-то сухой кашель. Обернувшись, четверка гриффиндорцев увидела профессора Зельеварения — Горация Слизнорта.
— Добрый день! — профессор широко улыбнулся и положил руку на плечо Римуса. –Мистер Люпин, я верно понял, что Вы приходитесь сыном Лайллу Люпину?
— Да, — ответил Римус, плохо понимая, к чему ведет профессор. — А что?
— Мальчик мой, — Слизнорт улыбнулся еще шире. — Твой отец же известный человек, верно? Он же подписал Акт Ограничения Оборотней.
— Скорее, написал, — пробормотал Сириус.
— Да, это так, — кивнул Римус.
— Мальчик мой! — воскликнул Слизнорт. — Как же я мог не пригласить тебя на наши небольшие посиделки сегодня вечером!
— Вечеринка? — оживился Сириус.
— Мне жаль, Клиффорд, — тут же осадил его профессор. — Это только для определенных студентов, понимаешь?
— Сириус, — поправил Римус.
— Да, мальчик мой, конечно, — отмахнулся Слизнорт. Все его внимание снова было приковано к Римусу. –Вечером, после занятий, приходи ко мне в кабинет. Разумеется, там будет еда и напитки. Увидимся.
Прежде чем Римус успел отказаться, профессор ушел. Мальчик разочарованно вздохнул и вернулся к своему обеду.
— Что вздыхаешь? — спросил слегка обижено Сириус. — Тебя ведь позвали.
— Потому и вздыхаю, — ответил Римус.
Чуть в стороне Лили Эванс хмуро наблюдала за происходящим, но когда Римус встретился с ней взглядом, поспешно уткнулась носом в свою тарелку.
После очередного урока полетов мальчики разошлись кто куда. Сириус, Джеймс и Питер отправились в Большой Зал, чтобы поужинать и, если повезет, поболтать с командой факультета. Римус же сделал глубокий вдох и направился в подземелья. Примерно на полпути он услышал позади себя чьи-то еще шаги и, обернувшись, увидел Лили.
— Тебя тоже пригласили? — изумленно спросил мальчик.
Девочка ничего не ответила.
— Почему тебя пригласили? — Римус поравнялся с ней. — Я думал, что ты — магглорожденная.
— Почему же тебя это так удивляет? — резко обернувшись, спросила Лили. — Ты один из тех поборников чистоты крови, о которых говорят все вокруг? Думаешь, я хуже всех, раз мои родители — не волшебники?
— Нет, черт возьми, нет. Мне совершенно все равно, кто твои родители. Просто это причина, по которой позвали меня. И я думал, что Слизнорт знает родителей всех, кого приглашает.
— Ох, — Лили замерла. — Нет, меня пригласили из-за моей успеваемости.
— Повезло, — искренне сказал Римус.
Они, молча, шли до самого кабинета Слизнорта.
— Прости, что накричала на тебя, — неожиданно произнесла Лили, когда они уже почти добрались до цели. — Просто я очень устала от всей этой шумихи вокруг чистоты крови.
— Поверь мне, — тихо сказал Римус. — Я последний, кто станет осуждать кого-нибудь за то, что не было его собственным выбором.
Лили улыбнулась. Это был первый раз, когда Римус видел ее улыбку. Лицо девочки словно светилось изнутри. Римус не мог не улыбнуться в ответ.
Внезапно дверь кабинета распахнулась. На пороге стоял Слизнорт. Из его кабинета доносились слегка приглушенные звуки музыки — играла какая-то старая группа из сороковых или может даже двадцатых.
— Добро пожаловать! — воскликнул Слизнорт, широко улыбнувшись и зачем-то всплеснув руками. Вино в кубке, что профессор держал в руке, чудом не расплескалось. — Проходите.
Слизнорт пропустил их внутрь, и ребята оказались в просторной комнате, стены которой были занавешены длинными изумрудного цвета шторами. Наверное, это было сделано для того, чтобы избавиться от ощущения подземелья. Вдоль стен стояли шкафы с редкими ингредиентами для зелий и колбами с причудливыми разноцветными растворами. В углу комнаты стоял небольшой столик со старым граммофоном. Именно оттуда доносилась музыка. А еще здесь был огромный камин, окруженный мягкими креслами.
Когда Слизнорт называл посиделки небольшими, он вовсе не шутил. В комнате собралось от силы человек пятнадцать. Римус и Лили без сомнения были самыми младшими. Девочка растеряно посмотрела на мальчика. Римус пожал плечами. В этот момент они оба поняли, что если застряли здесь вместе, то, как минимум здесь, будут друзьями.
— Возьмите себе перекусить и присоединяйтесь к нам у камина, — распорядился профессор Слизнорт.
Он махнул рукой в сторону длинного стола, уставленного кубками с той же темной жидкостью, что пил он сам, и кружками тыквенного соку, а также тарелками с разнообразными закусками. Лили и Римус взяли по кружке и по тарелке и отправились на поиски свободных мест. Все кресла оказались уже занятыми, поэтому ребята сели прямо на ковер, рядом друг с другом.
— Так на чем мы остановились, — пробормотал профессор Слизнорт, задумчиво потирая щеку. — Ах, да! — он взглянул на одну из старших девочек и спросил: — Думаете, в этом году вам удастся найти хороших игроков в команду и выиграть наконец кубок школы?
— Я каждый год так полагаю, — ответила та. — Проблема в том, что студенты на Когтевране больше интересуются учебой, чем тренировками. Из-за этого бывает сложно научить команду играть слаженно.
Девушка вздохнула. Римус узнал в ней капитана команды Когтеврана. Он смог вспомнить ее только потому, что о ней рассказывал Дерек Белл. Кажется, ее звали Гвен, и, если верить Дереку, уже сейчас ею интересовалась какая-то профессиональная команда и была готова взять к себе чуть ли не сразу после выпуска. Дерек говорил, что Гвен — по-настоящему талантливый игрок и что она — единственная причина, по которой Когтевран удерживал за собой второе место в турнирной таблице уже третий год.
— Да, это верно, — согласился с ней Слизнорт. –Не стану скрывать, у нас — на Слизирине — несколько иное отношение к спортивным успехам.
Профессор улыбнулся. Гвен натянуто улыбнулась в ответ и сделала большой глоток из своего кубка, пытаясь наким образом избавиться от дальнейших расспросов.
— Совершенно иначе, верно, Исаак? — Слизнорт повернулся к высокому, подтянутому парню, тщательно пережевывавшему огромный кусок мяса, — звездному загонщику слизиринской сборной — Исааку Хорану.
Вечер продолжался в том же ключе. Слизнорт переключал свое внимание с одного гостя на другого, обсуждал с ними то, что делало их достаточно особенными, чтобы быть здесь. У Римуса сложилось впечатление, что Слизнорт собрал всех самых значимых людей в школе. Кто-то из них был важен благодаря его собственным достижениям, как Гвен, Исаак или даже Лили, а кто-то — благодаря своему происхождению, как он или Гарри Варбек, чья мама была набирающей популярность певицей.
— Итак, Римус, твой отец выдающийся политик, да? — наконец, Слизнорт дошел и до самого мальчика.
— Он работает в Министерстве, — пожал плечами тот. — Но в политике не сильно участвует.
— В Министры баллотироваться не собирается? — уточнил Слизнорт.
— Нет, — ответил ему Римус.
И это было правдой. Время, когда Лайлл Люпин мечтал об этой должности, прошли. После того, как Римус был укушен, главной заботой семьи стало сокрытие своего маленького секрета. Если бы Лайлл баллотировался, назойливые журналисты из Ежедневного Пророка непременно сунули бы носы в частную жизнь Люпинов. Вскоре правда о Римусе стала бы достоянием широкой общественности, и каждый волшебник в Британии гадал бы, как могло выйти, что человек, написавший Акт Ограничения Оборотней, сам был отцом оборотня. Последствия могли бы быть просто ужасными, поэтому Лайлл Люпин отрекся от своих политических амбиций и предпочел более неприметную должность все в том же Министерстве Магии.
Слизнорт помолчал немного, а затем задал следующий вопрос:
— А что насчет тебя, сынок? Планируешь строить карьеру в правительстве, когда придет время?
— Не думаю, — честно признался Римус.
Слизнорт повернулся к Гарри Варбеку, и Римус понял, что скорее всего это был первый и последний раз, когда его позвали на встречу Клуба Слизней. Мальчик глянул на Лили. Та сочувственно кивнула ему, и снова уткнулась в свою тарелку.
— Как прошла вечеринка? — спросил Сириус, стоило только Римусу войти тем вечером в спальню.
— Так себе, если честно, — ответил Римус. — Мы просто сидели и слушали, как Слизнорт говорит о наших навыках и родственниках. Я несколько разз чуть не заснул. Лили пришлось меня будить.
— Лили Эванс была там? — оторвался от учебника по Истории Магии Джеймс.
— Да, — кивнул Римус. — Она очень хорошо учится. Слизнорт сказал, она лучшая в нашем классе. Но удивляться тут особо не чему. Если посмотреть, с кем ей приходится соревноваться.
Мальчик поочередно указал на каждого из них четверых.
— А Северус Снейп там был? — спросил Джеймс.
— Нет, — сказал Римус и, достав пижам, начал готовиться ко сну.
Джеймс вернулся к учебнику, но Римус был готов поклясться, что думает тот совсем не о Гоблинских Войнах.
