Рокировка

      — Привет.       Гермиона начала шагать по направлению к гостиной в окружении тишины. Гарри и Джинни немного испуганно на неё смотрели, Драко резко сел, принимая более официальную позу и явно желая освободить место для девушки.       — Привет.       — Какая… неожиданная встреча.       — Но оттого ещё более приятная.       Грейнджер, падая на диван, улыбнулась блондину и кинула едва заметный взгляд на Уизли.       — Что ж… — произнесла Гермиона, прерывая молчание, — мне кажется, я помешала диалогу.       — Нет, вовсе нет, — пожал плечами Малфой. Снаружи он казался непринуждённым, таким же спокойным, как и обычно, хотя внутри у парня всё бушевало сильнее шторма. — Мы просто обсуждали квиддич. На который мы сходим в ближайшее время, да?       Она оглядел Гарри и Джинни, что всё ещё растерянно хлопали глазами.       — Ну разумеется… — произнёс Гарри.       — Надо же будет кому-то отпраздновать мою победу, — усмехнулась Джинни.       — Вот теперь я узнаю вас, ребята, — Гермиона поднялась с удобного места. — Ну что, тебе помочь, Джинни?       Рыжая оглядела зал и кивнула. Девушки удалилась на кухню.       Поттер перевёл взгляд на блондина; брови его подпрыгнули, на диве появилась ухмылка.       — Ну что?       Малфой «удивлённо» посмотрел на парня.       — Что?       Гарри едва заметно кивнул в сторону проёма. Драко отрицательно мотнул головой. Поттер нахмурился, кивнул более уверенно, но Малфой не поддался. Они походили на каких-то агентов-дилетантов, пришедших на задание и не решающихся переместиться из одной точки в другую. Комичную картину немой борьбы прервал голос Джинни, оповещающий о готовности ужина.       Через десять минут они уже занимали огромный стол, занятый только лишь четырьмя персонами и оттого кажущийся неимоверно длинным.       — Тут как-то пусто… — вдруг сказала Джинни.       Она произнесла короткое предложение, расставляя кружки, резко поймала себя на мысли, что произнесла фразу вслух и как-то боязно огляделась.       Занимателен был уже тот факт, что всё это долгое время они жили с Гарри на Гриммо 12 всё это время, но обедали всегда на самой кухне, за маленьким столиком. Они занимали стол, обретённый в случае большой компании, во время большого праздника, а сейчас четыре человека казались крохотной частью пространства, такого шумного и весёлого в былые годы.       Кажется, приступы ностальгии по их большой дружной семье не отпустят её никогда. Да, семья это всё такая же дружная, но того, что было, уже не будет никогда.       Порой от безысходности хотелось кричать во весь голос.       Джинни ни капли не понравилось то молчание, что воцарилось в помещении и те выражения лиц, что застыли на Поттере и Гермионе. Она поспешно села рядом с Гарри и спросила, глядя на Малфоя, о том, что было связано с её тогдашними мыслями:       — А как вы отмечали Рождество?       Неожиданный вопрос заставил парня застыть с кружкой в руках, он отвёл глаза в потолок и задумался.       — Ну, в нашем… в поместье отца. Каждое Рождество было похоже на предыдущее как две капли воды. Эти воспоминания, объединённые в одно, остались в моей памяти. В восемь вечера мы всегда принимали гостей в доме. К нам приходили все дальние и не очень родственники. — Уточнять, какие именно родственники, Драко не счёл необходимым: в ряды тех людей входили Беллатриса и некоторые другие личности, связанные у сидящих за столом с далеко не приятными воспоминаниями. Парень опустил кружку на стол. — В девять мы садились за стол. В одиннадцать приходили в гостиную. После полуночи все начинали какие-то переговоры и детей обычно прогоняли в комнаты. Среди них был и я.       Гермиона внимательно слушала рассказ Малфоя, хоть и не решалась неотрывно на него смотреть. Услышанное должно было бы казаться сценарием самого обычного рождественского вечера Англии, но всё же было видно, что вызывало у рассказчика далеко не те тёплые эмоции, которые испытывают обычно в особый день люди.       — Я искренне не понимаю, зачем мы всё это делали. Отец и мать ходили с каменными лицами, как и все присутствующие. Они будто бы совершали этот ритуал чисто из принципа, потому, что так делают все.       Наступило недолгое молчание. Драко поковырял вилкой в тарелке, после чего поднял глаза на троицу, глянув на каждого:       — Думаю, ваши воспоминания будут больше похожи на Рождество, описываемое обычно детьми. Я много таких слышал за столом Хогвартса после каникул.       Гермиона и Гарри переглянулись, в то время как Джинни произнесла:       — Моё Рождество было схоже каждый год, но оно было чудесно. Каждый год я ждала того дня, хоть каждый год мы и ругались с Роном или Перси… Близнецы устраивали кавардак в доме, мама ругалась, но потом всё вставало на свои места, мы собирались своей большой шумной семьёй в зале у камина и вместе встречали праздник.       Как же сильно она грустит из-за того, что семья их уже не такая большая и шумная.       Веретено тишины, пронизанное грустью, оборвалось улыбкой.       — А потом мы начали вместе с Гарри и Герми праздновать, прямо здесь, в бывшем штабе Ордена. Хорошие были времена…        Кончик её пальца описал дугу окружности, не отрываясь от края стакана. По щеке вдруг потекла слеза, которую Джинни поспешно смахнула и огляделась по сторонам.       — Так, ну что, все поели? Я завариваю чай?       Вскоре девушка удалилась на кухню, а Гарри последовал за ней, дабы помочь успокоиться.       — А… Как ты праздновала? Ну, в семье…       — Магглов? — бровь девушки поднялась, а на лице заиграла усмешка. — Проще, чем ты думаешь. Я бы даже сказала, точно так же, как и у вас, просто без магии, — она сделала паузу. — Хотя, признаюсь честно, магическое мне нравилось всегда больше. Видеть, как миссис Уизли управляет летающими тарелками с разными праздничными угощениями, а ёлочные украшения сами-собой становятся на места было просто невероятно, особенно когда я была ребёнком.       — Забавно.       — Что?       — У нас для этих целей всегда были слуги. Я только сейчас понял, насколько это абсурдно.       Драко тихо засмеялся, а девушка легко улыбнулась. В дверном проёме появились Гарри с чашками и Джинни с чайником в руках.       Всё-таки весьма приятно было сидеть летним вечером в этом доме вчетвером, когда за окном вместо огромного пылающего диска мерцала огнём точка, грозившаяся зайти за горизонт, и расплескавшая за собой напоследок яркие краски по небу. Беседовать с Драко было довольно интересно, ведь, как ни крути, они все росли в разных семьях, в которых царили разные принципы. Слушать воспоминания было очень занимательно, а отковать друг в друге новые стороны — лучше всего. Разговоры оказались потрясающим способом провести время, расслабляющим и познавательным.       Чашки уже опустели, и Джинни не смогла не вернуться к интересующей её теме:       — Так что там с матчем? Всё в силе?       Отрываясь от чашки ароматного чая и взгляда на Гермиону, Драко ухмыльнулся и уверенно кивнул.       — Когда там первая игра?       — Стыдно тебе не знать. Двадцать пятого августа.       — Отлично. Завтра же возьму билеты.       — Один билет. Для тех, кто верит в мои силы, — она скользнула взглядом по Гарри и Гермионе, — всё бесплатно.       Брови Малфоя вскинулись вверх, а сам он откинулся на спинку стула.       — Посмотрим, чья возьмёт.       Он глянул на часы.       — Одиннадцать. Что ж, я итак слишком долго смущал вас троих своим присутствием. Думаю, мне пора. — Он поднялся с места.       — Как скажешь. Но мне было интересно заключить пари, в котором я точно возьму верх. — Поднялась и Джинни.       — Хватит вам уже, — улыбнулся Гарри, — напоминаете маленьких детей.       — Как скажешь, милый, — проворковала Джинни, с чашками в руках шагая к выходу из комнаты и чмокнув Поттера в щёку. — Но я запомню, что вместо поддержки моей стороны ты сказал это.       Гарри закатил глаза, Грейнджер улыбнулась.       — Зато я точно знаю, кто поддержит меня.       Серо-голубые глаза впились в шатенку, но она сумела быстро выйти из оцепенения.       — Я пока не решила.       Она задвинула стул и, нарочито гордо подняв голову, шагнула в сторону.       — И это говорит человек, живущий в нашем доме! — воскликнула Джинни.       В голове Драко мелькает что-то вроде «посмотрим, так ли это надолго», но он тут же отмахивается от подобных мыслей. Парень надевает пальто, жмёт руку Поттеру, кивает Джинни и улыбается Гермионе. Вскоре за ним закрывается дверь.       Когда Уизли залетает на кухню, гриффиндорка занимается посудой. Кажется, порой она забывает о существовании магии.       — Так, бросай ты это, — хмурится Джинни. Она бросила нужное заклинание в сторону раковины, и тарелка, что держала в руках шатенка, вырывалась, подставляясь под взлетевшую секунду назад губку. Грейнджер закатила глаза, но послушно плюхнулась на стул.       — Может, мне нравится делать это самой?       — Сейчас есть вещи куда важнее домашних хлопот.       — Правда? И какие же?       — Например, то, как Малфой неотрывно смотрел на тебя весь этот вечер.       Пришлось вновь закатить глаза. Кажется, скоро её будет уже тошнить от подобных разговоров. Продолжение этого вечера должно было складываться иначе.       — Давай я лучше всё-таки помою всё сама… — она хотела встать с места и уже подняла руки, но Уизли быстро их перехватила. — Ох, Джинни, перестань. Как только что-либо, помимо одного взгляда, произойдёт, я тебе сообщу.       Она прищурила глаза.       — Точно?       — Непременно. И вообще, чего это ты весь вечер смотрела на Малфоя? — Её бровь саркастично поднялась, а руки почувствовали, как хватка Уизли слабеет. Вскоре она и вовсе опустила ладони.       — Существует такая вещь, как боковое зрение, — констатировала Джинни. Она поднялась с табуретки и начала чем-то занимать руки. — Ну ничего, ничего, скоро нам будет, что обсудить.       — О чём ты?       — Держу пари, она про чемпионат, — в кухню заявился Гарри. Он подошёл к окну, что-то в нём высмотрел и повернулся на девушек. — Я прав, Джин?       — Конечно! Вы должны непременно прийти и посмотреть на то, как мы с девчонками утрём всем нос!       — Дай-ка угадаю, а во главе этих «всех» будет стоять Малфой? — смеялась Гермиона.       Джинни нарочито приторно улыбнулась и чуть сморщила носик, не переставая что-то нарезать на стойке:       — Только о нём и думаешь, да?       Эффект был произведён нужный: Грейнджер замолчала. Джинни победоносно вернула взгляд к недорезанной моркови, тряхнув хвостом. Гарри цокнул.       — Не уверен, что хочу знать, из-за чего вы, словно вредные сёстры, пытаетесь уколоть друг друга, и не хочу уточнять, причём тут Малфой, а потому не буду и спрашивать. А вот на матч действительно не мешало бы сходить.       — Я достану билеты на неделе.       Джинни обернулась на парня, и тот быстро поцеловал её. Они оба просияли.       — Так, думаю, мне пора, — громко произнесла Гермиона. — Всем спокойной ночи.       Подъем по лестнице сопровождался кавардаком мыслей, царящих в голове Грейнджер, но за день она настолько устала, что нашла в себе силы лишь на то, чтобы отбросить всю путаницу происходящего и свалиться в постель.

***

      В квартире без неё было одиноко.       Силы написать или как-либо ещё связаться с Гермионой Рон в себе пока не нашёл. Он был твёрдо уверен, что ей стоит просто немного остыть, и она сама вернётся домой. Это ведь её дом. Их дом.       Дом, в котором он уже несколько минут подряд стоял, уперев руки в стол и склонив голову над кружкой, покрытой кофейным налётом.       В такие минуты ему казалось, что те ребята из бара тёмной части Косого Переулка куда больше понимают его, нежели кто-то из близких.       Но нет, клевать на их удочку не стоило, ведь тогда он был увлечен в бурю эмоций. Стайка тёмных волшебников с лёгкостью могла искать встречи с такими же разбитыми, как он. Кто знает, что скрывалось за их улыбками? Так или иначе, после того вечера в баре ему стало легче.       Возвращение домой было неожиданным: там парень обнаружил родителей и Билла, причём весьма обеспокоенных. Быстро объяснив, что он в полном порядке, и лишь решил прогуляться с утра, Уизли уже успел было выдохнуть спокойно, когда старший брат с укором во взгляде указал ему на откупоренную бутылку. Но и это удалось уладить.       С тех пор жизнь Рона стала походить на затворническую, только работа не давала возможности подтвердить тезис. На той работе Джордж уже который день пытался выведать, что же такое случилось, что брат ходит «мрачнее тучи», но тот лишь отмахивался. Даже приколы из магазина не доставляли больше радости, даже малейшей.       С Гарри он тоже не общался, как, соответственно, и с Джинни, и не знал толком, почему. Ему вообще мало с кем хотелось тогда общаться.       И всё же наведаться на Гриммо 12 на неделе Рон твёрдо решил. Не сейчас, чуть позже. Может, позвать сестру и друга на чемпионат по квиддичу, который должен был вот-вот состояться. Кстати, Джинни даже вроде будет играть…       Резкий стук заставил Рона вскинуть голову. Его глазами предстала сова, грозившаяся выбить стекло окна и тем самым заставившая Уизли быстрее кинуться к стене. Через минуту на столе уже лежало письмо, а точнее, говорилка.       Как только сова — кстати, министерская, — вырвалась на воздух, говорилка взлетела.       — Нет времени писать, Рон! — бумажка заговорила голосом Гарри, — Где ты? Ты в порядке? Прошу, свяжись со мной, как только сможешь: пошли мне искорок и срочно приходи в Министерство. Отложи все дела. Они подождут.       На этих словах говорилка самоуничтожилась. Глаза Уизли к концу речи походили на два галлеона, но он сумел собраться с мыслями, распахнуть окно и взмахнуть палочкой нужное количество раз, чтобы из неё вырвались фиолетовые искры — их с Поттером и Гермионой условный знак.       Что происходит? Что-то с Министерством? Пожиратели сбежали из Азкабана? А если что-то с Гермионой? А вдруг Тёмный Лорд?..       Нужно было срочно выяснить, в чём дело.

***

Двумя часами ранее.

      Рабочий день шёл своим чередом, Гарри спокойно себе разбирал бумаги, когда кто-то в середине огромного пространства отдела крикнул:       — Привезли тёмных волшебников!        Парень по долгу профессии вынужден был тут же сорваться с места и в ряду некоторых других таких же мракоборцев проследовать по коридору в нужном направлении.       Вскоре они оказались в помещении, разделённом на две части стеклянной перегородкой. За стеклом находились трое мужчин. Один не выражал никаких эмоций, другой был явно напуган, а третий, с серьгой в ухе и тёмной бородой, глядел на вошедших ястребиным взглядом.       По эту сторону стекла находился молодой парень в мантии охранника. Рядом с ним стояла коробка, в которой находились некоторые предметы.       — Взяли сегодня в северной части Косого Переулка, пытались ограбить магазин мётел, — Заговорил парень. Затем он подвинул коробку ближе к вошедшим. — Конфискованные вещи.       Гарри нахмурился и подошёл к коробке. Там валялась пара монет, три волшебные палочки, какие-то вещи и…       Глаза Гарри широко распахнулись.       …делюминатор Рона.       Тот самый, что оставил ему Дамблдор.