Падение империи

       Все участники одного из самого ебанутого в мире испытания, собрались возле ворот. Вот же бред, родители детишек ревут как ненормальные, будто уже схоронили своих участников. Хотя, если подумать, то больше половины здесь присутствующих, можно смело закапывать заживо, чтобы не мучались. На одного черного пацана, вместо пары пушек и патронов, навесили здоровенный тулуп, чтобы не замерз, видимо. Да он в нем и двигаться то нормально не сможет, а учитывая его небольшой рост, тощее телосложение и дохлый расклажной ножик в купе со старым шестизарядным револьвером, в качестве оружия, то он не протянет и двух суток. — Эй, чего кислый такой? Испугался что-ли? — Проговорил Хэнк, после чего хорошенько дал мне по плечу. — Нет, мне то что будет? На этих вот смотрю и понимаю, что кирдык им скоро. — Это уже их проблемы. Ну-ка, попрыгай. — Я пару раз прыгнул. — Вот! Не зря я тебя неделю муштровал на укладке снаряги! А то, помню, нацепил, понимаешь, магазинов под пятерки, и идет, бренчит. А потом один и вовсе вывалился ха-ха! — Ой, да пошел ты, Хэнк! — Идет, макгрегор, блять! Руки оттопырены, чтобы не снести подсумки с боков, вот умора был! — Придурок… На обратном пути, захватить что-нибудь? — О, да, сигарет прихвати и, если найдешь, журнальчиков, ну, ты понял каких. — Чувак, здесь девочек и реальных хватает! Давай, у тебя неделя, вернусь — проверю! — Журналы захвати, проверяющий. — Ладно, извращенец, захвачу. — Вот, это по нашему! Тут, с наблюдательной вышки раздался голос. — Следующий участник — Дарвин! — После этих слов ворота открылись, а толпа из людей расступилась, открыв мне путь. — Ни пуха! — К черту! Как только я вышел за ворота они захлопнули, а это значило, что теперь я один на всю неделю. Если верить картам патрулей, которые мне любезно предоставил Иисус, ладно, я их спиздил. Так вот, на севере враги и соваться туда не стоит. С запада мы приехали и там уже тоже не фига искать, на юге- город, но там слишком много патрулей и поисковых групп, а значит туда тоже лучше не лезть. Остается только восток. — Восток, так восток. — Убедил я себя и повернул направо, в чащу леса.        Раз уж я теперь один на несколько суток, то можно и подумать обо всем. А о чем, обо всем? Община? Мда, гнилое это местечко. От него прямо несет демократией, толерантностью и прочим дерьмом прошлого. Но, кажется, многим такой по душе. Но не мне, не хочу сидеть и слушать приказы жирных сук, которые никогда за пределами одного здания то небыли! Надеюсь Вудверт решится на то, чтобы свинтить отсюда, а если и нет, то свалим с Хэнком. Куда? А хер его знает, куда-нибудь. Наверное — на юг. Зима уже в затылок дышит и похоже, что она будет суровой. Где-то в лесу, километрах в трех, раздался выстрел. — Интересно, ходячий или же недавний сожитель? Ну да не мое дело. Нужно идти дальше, не хочется ночевать в лесу. — Крутилось в моей голове.        Через четыре часа, я оказался на замечательной пригорке, на краю леса, с которого открывался просто очешуенный обзор на небольшой городок. Начав приближать изображение на очках, я выкрутил зум на максимум. Городок вы низине был довольно маленьким. Он стоял на перекрестке двух шоссе и служил местом отдыха для путников. Тех, кто сейчас сбились в толпу прямо в центре города. Благодаря зуму, я даже суме примерно посчитать их количество. — Восемь десятков голов. Одному мне это не осилить… А если с юга зайти? — Тут мое внимание привлекло здание супермаркета. Оно как раз было на южной стороне города, где ходячих не было видно. Но идти придется по полю, в открытую. Но если подумать, то этот город не помечен как обследованный да еще и такое количество ходоков, говорят о том, что его еще никто не обыскивал. Если все прокатит, то прочешу магазин, соберу припасы и отсижусь на крыше оставшиеся дни как царь! — Ну, ни к черту, ни к богу. Спустившись с пригорка на поле, я перебежал дорогу и нырнул в высокую траву, которая закрывала меня по плечо. — Дождь, отлично! Звук воды перекроет мой шум. Выбравшись из травы, я прижался к стене дома, и обшаривая стену, продвигался к входу в небольшое здание. Дверь была открыта. Перехватив автомат в левую руку, я прижал его к дверному косяку и аккуратно, без резких движений, заглянул внутрь. Похоже, что здесь был бар. Внутри, между барных столиков, бродили ходячие. Быстрым рывком, в один шаг, я перешел к противоположной стороне двери. Убедившись, что эти мешки с дерьмом меня не заметили. Я завернул за угол. Все ходячие были на центральной улице, интересно, что их собрало? — Черт, решетка! Полезу, шуму будет дофига. Присев на колено, я снял с пояса лазерный резак, я включил его и начал вырезать отверстие в сетке. Капли дождя испарялись подлетая к резаку, от чего поднимался легкий дымок. Хоть при резке и не издавалось много шума, но я все равно постоянно осматривался. Срезав сетку, я аккуратно положил ее на землю, убрал резак, подхватил SCAR и подбежал к служебной двери супермаркета. Возле нее, в узком дворике, стоял белый пикап. Вот он, комфортный путь к отступлению. — Заперто, естественно! И бак не проверить… Ладно, попробую найти ключи. Дверь в супермаркет была открыта, а на ступеньках была размазана, уже запекшаяся, кровь. Легонько оттолкнув дверь, я включил ПНВ ибо электричества тут давненько небыло. — Твою… — Запах стоял отвратный. Сладковато — блевотный — так его можно описать. А вот само помещение было просто клондайком. Ничего толком не тронуто. Похоже, что здесь была бойня за еду и победителей не оказалось. Все пространство у касс и запертых дверей было завалено телами. Стоило мне задеть какую-то банку, как из глубины магазина раздался хрип. Вскинув автомат, я тут же отдал себя мысленный приказ: — «Не стрелять, долбаеб!» Закину винтовку за спину, я вынул саблю. Переступая через тела, вышел в отдел бытовой химии, где зависали четыре домохозяйки в поисках порошка. — Дамы, разрешите? — Идеальная линия, как учил Иисус. Разрубив черепушку первого тела, я воткнул клинок в гнилую рожу второго, в которой он и застрял. Отпустив ручку сабли, уже в процессе замаха левой рукой, дернув за нитку, выпустил черный клинок из рукава и тут же воткнул его в голову третьего. Резкий рывок вверх, и сталь, преодолев мозг, вылетела наружу подняв вверх фонтанчик из мозгов и крови. Последнего я уделал по спартански и когда тело пролетело пары метров, добил клинком. — Фух… класс! С хрустом вытащив саблю, я обошел все помещение, чтобы убедиться, что мне никто не помешает. Двери заперты намертво, чего не скажешь о люке, ведущем на крышу.        СПУСТЯ 8 ЧАСОВ. — Fields of Verdun And the battle has begun Nowhere to run Father and son Fall one by one Under the gun Thy will be done And the judgement has begun Nowhere to run Father and son Fall one by one Fields of Verdun! — напевал я припев одной из моих любимых песен, пока дожирал вторую банку фасоли в томатном соусе, сидя на крыше здания. А вот Хэнк терпеть не может фасоль. Называет ее недопродуктом, что бы, блин, понимал! Откинув банку, я достал один из журналов, которые взял для Хэнка. — Ля, какая цаца! Так сейчас не до этого! А вот журнальчик, я возьму, найду, потом, применение.