Падение империи

       На дворе стояла глубокая ночь, но я не спал, не хотелось, в отличие от пива. Уже две смятые жестянки валялись возле дивана, на котором пристроил свой зад и просто вдуплял в НСУ стирая старые записи с очков. Шесть… Столько теперь безымянных крестов стоит за стеной. Как сказал Хакс: — «Здесь нет ни одной персональной судьбы, все судьбы в единую слиты…» Вместо имен, на каждом кресте была надпись «2-й штурмовой взвод». Вот, что остается после нас. Могила, в которой даже тела нет, ибо никому не хочется запариваться с его поисками и доставкой, да деревянный крест, на котором даже имени нет. Стук в металлическую дверь прервал погребальные мысли. Спасибо ему за это.        Отодрав свой зад, я дошел до двери и открыл ее. Моим глазам предстал запыхавшийся Хакс в полном обмундировании. — Джон, фух, не спишь? Хорошо! Давай, собирайся! Через пять минут на боевом, это какой-то пиздец! — Джо, что за херь случилась? — Все там, все там… Бегом! Закрыв дверь, я оставил недопитую банку на кухне, надо будет там прибраться, и, заткнув сливное отверстие пробкой, открыл кран с холодной водой. Пока она заполнялась, я вернул на себя бронежилет и автомат, даже не проверив боекомплект, но там точно еще были патроны в магазинах. Закрыв кран, я утопил голову по шею в ледяной воде. Когда воздух начал заканчиваться, я вылез из волы, протер рукой, уже отросшие, до пары сантиметров, коричневые волосы, закрыл их грязной, покрытой царапинами от битого стекла, каской, и вышел на улицу. Со стороны боевого раздавался гул двигателей, что-то неладное происходит… Захлопнув калитку, я побежал, побрякивая снаряжением. За смежными воротами все кипело, опять. Два «Абрамса» сдвинулись с места и поехали к воротам, вслед за ними выстроился грузовик, такой же, как тот, на котором мы вчера колесили. — Джон, сюда, быстро! — Хакс был явно немного не в себе. Подбежав группе, которая состояла из Хакса, Джеффа и пяти охранцов, трое из которых были вооружены «Гарандами», а оставшиеся — «Томпсонами». — Так, все приветствия и прочее после, а сейчас о сути! Первый взвод попал в задницу! Их прижали бронетехникой в здании торгового центра в десяти километрах от сюда. Берем броню и вытаскиваем их! Все, кто не наш по умолчанию — враги. На броню! — Я вскочил на танк и уселся на башню, рядом с торчащим из люка Рэдом. — Вас тоже подняли? — Будто не видно. Ворота разъехались в стороны и мы, под свет фар, которые разрывали ночной мрак, двинулись вперед. — Альфа один, говорит Браво два, мы выдвинулись к вам вместе с «Вихрем» и «Барсуком», будем минут через десять. — Раздался голос Хакса по рации, за которым тут же последовал ответ. — Быстрее мать вашу! Танки нас на куски рвут! Я потерял уже четверых! Двое ранены! — На фоне раздавались звуки стрельбы и взрывов, кажется, там реально жарковато.

***

       Мы ехали, по уже надоевшим, лесам, из чащи которых, в ПНВ, сверкали глаза ходоков, будто прицелы винтовок, направленные на нас. Вскоре, под гул моторов и лязг гусениц, мы выехали из леса прямиком в город, из недр которого, доносились звуки боя. — Взвод, спешиться! Улица была узкая, что полностью противоречило тактике ведения боя с применением танков, но выбора у нас не было. — По четыре с каждой стороны, дистанция три метра! Тылы прикроет ASD из кузова. Прижавшись к стене на указанной дистанции от впереди идущего солдата, мы двинулись дальше заглядывая в каждый переулок. — Альфа один, мы идем с востока, как слышите? — Явились, блять! Вскоре показалось полуразрушенное здание небольшого торгового центра. Вся дорога перед ним, была завалена трупами. — Танк! Снаряд, выпущенный из пушки танка времен вьетнамской войны, срикошетил о бронеплиту башни «Абрамса» и врезался в стену, прямо рядом с впереди идущим солдатом. Раздался взрыв и кирпичная кладка начала осыпаться. Меня повалило взрывной волной, а вот солдату повезло меньше. Его разорвало пополам и выбросило верхнюю часть тела, которая еще умудрялась орать, прямо на дорогу. Было видно, как он пытался отползти, растягивая свой кишечник по асфальту, но многотонная боевая машина, без раздумий переехала его, оставив только кровавую кашу на катках.        Абрамс повернул башню и дал ответный выстрел. Подбитая машина стала издавать ужасный гул, после чего из всех люков ввысь устремились столпы огня. Поднявшись на ноги, я догнал Хакса, сомкнув тем самым строй. На улице показался еще один танк «Шерман», но он даже выстрелить не успел. Снаряд пробил его в бортовую броню и он затих. — Идем внутрь! Рэд, удерживайте улицу! Пробираясь через обломки, залитые кровью нападающих и обороняющихся, мы поднялись на второй этаж, где, укрываясь за обломками крыши, сидели остатки разведки. — Мужики…они тут… — Прошипел один из солдат, под которым была лужа и крови, вперемешку со строительной пылью. Закончив последнюю букву, он свесил голову на грудь и в последний раз выдохнул. — Есть кто живой, эй?! — Тут, из пыли, с хрипом, поднялся силуэт. Все разом вскинули оружие и готовились пристрелить ходячего, как вдруг он поднял руку. — Стойте… я еще жив… — Это был командир взвода — Кирсон, по прозвищу «Бешеный пес»        Мы вытащили еще четверых. Это все, что осталось от пятнадцати бойцов. Двое могли идти сами, а остальных пришлось выносить на руках. — Все, сматываем их этого дерьма! Хоут, мы вытащили четверых, возвращаемся. — У вас новая задача. Квад преследует отступающие на юго-восток силы противника, но у него кончается заряд. Первому взводу приказываю догнать отступающих и установить место их базирования. — Есть… — Шикнул в микрофон Хакс и выруби рацию. — Сука! Гори в аду Хоут! Ловушка, ежу ведь понятно! А и хер бы с ней, взвод, за мной!

***

       Отстрелив пару одиноких ходячих, что странно для города, мы ушли в лес. Мы отставали от отступающих метров на пятьсот-шестьсот. По крайней мере, мы так думали. — Джо, ты на взводе, успокойся. — Хоут просто одержим этими «Спасителями». Сейчас мы в дремучем лесу глубокой ночью и уже потеряли двоих, а от первого взвода вообще ничего не осталось! Откуда у них музейные танки вообще взялись! Все катится к чертям… С ним нельзя было не согласиться. Мы устали, мы несем потери в войне с неизвестным противником. — Как они вышли на них? Это явно спланированная засада. — Думаешь, что у нас есть крыса? — Ну не похоже это на случайность! Кто это может сделать? — Все, начиная от сержантов. — А это двадцать человек… — Вернемся, все вверх дном перевернем!        Прибавив шаг, мы нагнали отступающий отряд на полях. Открыв огонь, мы их спугнули и пришлось вновь идти в лес. — Сдавайтесь, придурки! — Отсоси! — В дерево, за которым я укрывался, ударила пуля. Вставив новый магазин, я пустил, не глядя, короткую очередь. Вскоре выстрелы в нашу сторону прекратились, они либо сдохли, либо у них кончились патроны. Пригибаясь и перемещаясь от дерева к дереву, мы шли на позиции «Спасителей». Тут, как черти из табакерки, начали выпрыгивать люди с занесенными ножами. Прострелив насколько восставших, затвор автомата предательски заклинил. Не удивительно, столько времени без чистки. Еще один любитель ножей, напрыгнул сверху. Его нож застрял в спусковой скобе автомата, и я вырвал его, потеряв при этом оружие. Инстинктивно попытался выхватить пистолет, но тут же получил вторым ножом в плечо. Левая рука тут же отнялась, но я сумел отпрыгнуть вправо и наконец-то достать пистолет. Вот теперь боль дошла и она была явно не приятной. Да что там, она адская! В чем прелесть получить пулю, так это то, что ты просто отрубаешься и не чувствуешь ни хрена, а вот ножевая рана — другое дело! Когда я вытащил лезвие, серая футболка тут же покраснела, а по руке и левому боку, полилась кровь. Я чувствовал, как, еще теплая жидкость стекала по коже и капала на землю. Немного отойдя, я услышал кряхтение за спиной. Одного из наших повалили на спину, я не видел кто это был, а над ним нависал и давил на рукоятку ножа вниз. Лезвие вошло в тело и только после этого я поднял пистолет и трясущейся рукой сделал два выстрела в спину. Победивший в схватке обмяк и завалился на бок. Я отполз к дереву и расстегнул аптечку. Чувствуя, что вот-вот отключусь, я вытащил зеленый шприц, который, как говорил Док, даст несколько дополнительных минут сознанию и ввел его в шею. В голову будто током ударили, мозг пульсировал и болел, но я был в сознании. Достав, уже до боли знакомый, белый пакетик, я засыпал рану. Порошок тут же затвердел от контакта с кровью и остановил ее потерю. Дальше — морфий, чтобы убить эту боль. Вколов серебристый, одноразовый шприц-тюбик в ногу, прямо через одежду, меня немного разморило. — Джон… Джон… — Раздавался хрип сзади. Голос был до боли знакомый. — Хакс! Твою мать! — Тот проигравший оказался моим другом. — П…п…помоги… — Сейчас, сейчас! — Я вытащил нож и бросил его в сторону. — Давай, брат, держись… Красотки все еще ждут, слышишь? — Пра…права? — Конечно! — Повторяя манипуляции со шприцами и порошком из его аптечки, пытался я его заговорить. — По любому где-то да ждут! — После этих слов в вколол ему морфий и сел рядом, откинувшись на дерево. Мы проиграли, впервые за долгое время, это я понял по нашим, которых подтаскивали к нам и усаживали на колени. Тут из глубины леса, к нам подошел мужик в черной кожаной куртке и битой на плече, в сопровождении нескольких десятков людей. — Охренеть! Вау! Признаю, я впечатлен! Вы уничтожили, только вдумайтесь, восемьдесят моих людей! Мда, других бы я поубивал без суда и следствия, но я просто восхищаюсь вашей настойчивостью! И поэтому, сегодня умрут… Спросим у Люсиль… Сколько?.. Двое?..А ты сегодня добрая! Ха-ха! Итак, кто же сегодня накормит Люсиль? — Да пошел ты! Тьфу! — Рявкнул Джефф. — Оу, всегда есть такой смельчак! Как тебя зовут? — Пошел ты на хер! — Рад познакомиться, Пошел ты на хер! Я Ниган, кто мы?! — НИГАН!!! — Ответили солдаты. — Что ж, Пошел ты на хер… — Он, с размаху, врезал битой по голове снайпера. Из виска забила фонтаном кровь, а правый глаз вывалился из орбиты и повис под очками. Второй удар он уже не выдержал и упал на землю с размозженным черепом. Я не испытывал эмоций или чего-то еще, морфий глушил нервную систему и для меня все было как в тумане. Тут раздались крики, затем выстрелы и Ниган, вместе со своими людьми, быстро набрали скорость и удрали в лес. Трусы. — Limpo! — Limpo! — Hood, leve as pessoas e pegue-as! Verifique os prisioneiros, eles parecem ainda estar vivos! В ночи я не мог разглядеть, тех, кто сменил Нигана, но язык был мне не знаком. Сознание отступало и я опускал голову все ниже. — Este é um cadáver… Тут мне на здоровое плечо легла тяжелая рука. Приоткрыв глаза, я увидел здоровую темнокожую харю с картошкой вместо носа, густой черной бородой и красным беретом на всем этом художестве природы. — Этих еще можно спасти! — После этих слов, сказанных с жутким акцентом, я больше не мог держать голову и свое сознание и просто отключился.