Падение империи

       Ночь, лес и только ночные насекомые создают атмосферу жизни в этом месте. Темнокожие солдаты сливаются с темнотой и выдают их только дыхание и отблеск от металлических частей оружия. Я и Кирсон замазали грязью свои рожи, чтобы не светить ими в лунном свете. Наш взвод наматывал уже десятый круг по лесополосе в километре от первой линии окопов, иногда пересекаясь с третьим взводом и ходячими, которые бесцельно забредали сюда.        А этот «Томпсон» мне нравится намного больше! В частности — рукоятка вместо цевья. Специальные выемки под пальцы реально добавляли удобства, не приходилось сильно изгибать руку. — Внимание всем взводам! Вернуться на закрепленные позиции на второй линии обороны! — Раздалось в наушнике. — Крепость, повторите? Что происходит? — Задался вопросом Кирсон, а остальные остановились и уставились на нас, ибо только у нас были рации. — Возможна атака на базу. Ангаса, Миллиса и Кирка считать врагами! — Взвод! Возвращаемся на вторую линию, бегом! Приподняв ствол автомата над головой, я повернул налево и побежал вслед за остальными огибая деревья и перепрыгивая камни. Миновав лес и поле, мы запрыгнули в первую линию. Неглубокий ров, целью немногочисленных обитателей которого, было обнаружение противника и создания видимости «дохлой» обороны. Как только противник появляется в поле зрения, они пускают ракету в воздух, отправляют по тугой очереди в сторону врага и отступают, через узкую полосу леса, на основную, вторую линию. Здесь «Спасителей» должен был ждать ад. Восемьсот метров открытого холма с тремя рядами колючей проволоки, а сверху, рядом со второй полосой леса, на них должны были смотреть наши пулеметы. Но если эта линия падет, то у самых стен их ждала третья линия, которая была слабее предыдущих, но ее прикрывали турели со стен.        Проводив взглядом Кирсона, мы поперлись в блиндаж, где сидели все командиры взводов, начальник охранной группы и Хоут с Савимби. — Что за хрень творится?! — Ворвавшись в блиндаж рявкнул Кирсон. — Ангас был крысой… Он подорвал трансформаторную и вывел из строя все оборонительные системы базы. Мы предполагаем, что в скором времени состоится атака, поэтому всех и подняли по тревоге. Пятый и первый взвода, вы занимаете восточное направление, свободны. Покинув блиндаж, который прикрывал лишь кусок ткани, Кирсон остановил меня. — Собирай людей и скажи, пусть пишут завещание. Они если и попрут, то с востока, вот тебе мое слово! А я пока позицию осмотрю. Чтоб через семь минут там были! — Есть! Пробираясь по окопу через других солдат, которые сновали туда-сюда с боеприпасами и пулеметами, я дошел до своего взвода, которые сидели в одном из «гнезд» — Подъем! Мы занимаем позицию на востоке, будем контролировать дорогу! Кирсон жден нас там. — Там мы все и ляжем… — Похоже, что Кирсон заведет нас в жопу, как и свой старый взвод! — Отставить разговоры! Вы ни хрена не знаете о том, что случилось тогда в Гленнвилле! Он выполнял приказ по разведке, а его взвод просто сдали со всеми потрохами! Сегодня, всем бы нам столько смелости и отваги, как ему тогда… Пошли, времени у нас нет!        Окопы, только частично, успели обшить деревом и листовым металлом, так что довольно большая часть оставалась просто земляным рвом, глина из которого, плотно прилипала к ногам. Нам повезло, наш окоп успели привести в нормальное состояние. Кирсон уже ждал нас. — Так, видите дорогу? Ее мы должны удержать любой ценой! Эта сторона наша, через дорогу будет стоять пятый взвод. Но на них надежды нет, у них половина состава — бабы, поэтому, Маршалл, Кроуди и Лингард — идете сейчас туда в качестве усиления, здесь мы удержимся, к тому же Савимби обещал еще людей подбросить. Все, разошлись!        Пятый взвод где-то заплутал, так что сидели мы втроем возле одного пулемета и ждали красной ракеты, но ее все не было и не было. — Слушайте, мужики, а может и не будет ничего? А этот ебнутый шотландец просто решил съебаться? — Если это он сливал инфу о наших операциях, то вряд ли они упустят такой момент. Тут послышались голоса, в основном женские. — Похоже пятый идет. — Я вернул каску на голову и встал. В окоп спрыгнули десять женщин, среди которых были обе Рэйдж и два мужика с «Томпсонами». Таки уломала Хоута, во дает! — Мужички, вы к нам? — Подошел ко мне взводный Мейсон и пожал руку. — Да, Кирсон в усиление отправил. — Это хорошо! Сам видишь, кого мне, блин, выдали! Как воевать будем — не знаю… — Предлагаю рассредоточиться по длине окопа и взять по два «груза». — Ага. У нас три «Браунинга» восемь «Гарандов» два карабина и два автомата, у вас что? — Один «Томпсон» и две винтовки. — Не густо, ладно… Кассандра и Эл, за сержантом на правый фланг! Соня и… — Взводный продолжил распределять «груз», а я обошел их и поперся к пулемету, который стоял в деревянном ДЗОТе. Станок, пулемет и два ящика с патронами, что еще надо для косплея первой мировой? А вот мои подопечные похоже не спешили, их просто не было. Фух… Блять, натерплюсь я с ними… — Здорова, калека! — Запрыгнула в ДЗОТ блондинка, а вслед за ней и темнокожая, низкая девушка, винтовка в рука которой, смотрелась как «Бэсс» Абэ. — Ты, чего, равновесие не удержал, вся рожа в дерьме? — Маскировался. Ты, я погляжу, уломала Хоута? — Да! — С самодовольным видом высказала она, поставив винтовку возле ящика с патронами. — В этот раз хватило лишь сказать, что лишний ствол не помешает. — Ладно, не лишний ствол, кто из вас им пользоваться умеет? — Я указал на пулемет. — Я умею! — Да и я тоже. — Окей, ты, забыл имя, будешь сегодня урожая косить, а мы с тобой будем в окопах и постараемся не допустить их в ДЗОТ. Да и если у них есть что-то потяжелее пуль, то всех сразу не накроет. — Эм… — Замялась темнокожая. — А что? Негров на базе теперь полно, а вот белую популяцию сохранять надо! Правильно говорю, а, Кэсс? — В точку, калека! — Она ударила поникшую темнокожую. — Да расслабься ты! Шутим же! Я встал, взял автомат и вышел из блиндажа.        На улице начинало светать и первые лучи солнца едва появились из-за кромок деревьев. Так ли я представлял себе свое будущее? В окопе со старой каской на голове и сжимая в руках «Томпсон»? Хах! Нет… Сколько себя помню, всегда представлял себя солдатом в новенькой форме, новейшем снаряжении, где-нибудь в странах третьего мира, гордо спускаясь по тросу с парящей в небе вертушки. Но вот, теперь, я сыч с «Томпсоном», каске, рваном бронике и выцветших шмотках. Но хоть очки и НСУ в стиле «Нigh-tech» подвезли! — Чего высматриваешь, калека? — Хватит меня так называть! — Хочу и называю, калека, ты мне не указ. — Она встала рядом высунув голову из-за бруствера. — Я старше тебя по званию, так что… До Хоута, совершенно случайно, может дойти рапорт о твоей психической неустойчивости и полетишь ты на кухню, да потных мужиков в койке ждать! — Вот же с… ержант! — Она ударила меня в плечо. Хорошо, что в правое. — Думаешь придут? — Да… Причем очень скоро и… — Джонатан! Мой белый друг! — Савимби! Не уж то еще людей привел? — Да! Двенадцать человек! — Действительно, в окоп спрыгнуло несколько чернокожих и, что странно, Норрингтон. — Что дроны показывают? — Сбили дрон, в трех километрах от первой линии. Много их там! Сегодня точно что-то будет… Готовьтесь. — Договорил он, и поправив алый, цвета крови, берет, пошел дальше. — Док, а ты что тут забыл? — Переквалифицировался в полевого врача, временно. Буду смотреть, чтобы вы не откинули концы от первого же ранения. — Резонно…        Когда солнце вышло из-за деревьев, произошло то, чего мы ждали все последние часы. Красная ракета, как молоток судьи на заседании, взмыла вверх и тут же упала. Раздались первые глухие очереди и громкие одиночные хлопки. Первая линия выполнила свою работу. — Они идут, братья мои! В бой, братья мои!!! — Воодушевляющие кричал Савимби стоя на дороге. — Всем приготовиться! Огонь только по команде! — Крикнул я на весь ближайший окоп, снимая предохранитель с автомата и клинка на левой руке. Кобура пистолета расстегнула, каска на голове, а автомат заряжен…        Из лесополосы выбежали силуэты с красными повязками на руках. Тут же, в небе, раздался тугой свист. — Артиллерия!!! — Проорал кто-то из наших и перед нашими окопами вздыбилась земля. Звук пришел потом, свист, который непременно заканчивался взрывом. Прижавшись к деревянному покрытию, я уставился на Кэсс, которая явно впервые услышала нечто подобное. Да что там говорить, я был точно в таком же полном ахуе от происходящего! Снаряды рвались справа, слева, сверху снизу. Только крики людей живых или мертвых перебивали эту задорную канонаду смерти. Но вот Кэсс бросило вперед и прямо на меня. Желтые, полные страха глаза, словно мертвые смотрели на меня. И снова снаряд, земля взвыла словно раненое животное и засыпала нас кровью своей. Вернувшись в сидячее положение мы увидели на месте, где секунду назад был деревянный ДЗОТ, только гору поленьев и торчащий из-под них ствол пулемета. Снаряды рвались, а мы не могли ничего сделать, только молиться, чтобы очередной «подарок судьбы» не упал слишком близко.        Но вот прекратился тот свист и разрывы. Стали отчетливей крики раненых и хрип убитых. Одиночные выстрелы прерывали второе пришествие мертвых. Поднявшись на ноги, я увидел окровавленную руку с тремя пальцами и красной повязкой на локте, хозяин ее лежал дальше, метрах в пяти лицом в свежей, вспаханной земле. — Маршалл! Помоги! — Кричал док, который навис над негром. — Да не стой, чтоб тебя! — Только сейчас, мой мозг дал команду согнуться коленям. Плечо солдата буквально разорвало и из сосудов брызгала кровь. — Держи! — Он протянул мне инструмент похожий на ножницы. — Видишь артерию?! Джон! Соберись! Тебя этому и учили! Живо зажми артерию! — Да-да… — Засунув инструмент в мясо, я зажал небольшую трубку из которой кровь брызнула прямо мне на лицо. — Хорошо! — Перекрикивал ор солдата Норрингтон, который копошился в рваном мясе. — Все, дальше я сам! Я встал, поднял автомат с сырой от крови земли и уставился на лесополосу. Меж деревьев, в полный рост, шли сотни, казалось не реальных, безликих людей. Облокотившись на край, я нажал на курок. Пули летели, гильзы звенели, а от ствола, все более густой, поднимался дым. Сотни живых, сотни бездушных, будто железных машин, шли на пролом. Словно по банкам били пули, но вместо тира, вместо тира война! «Убей или умри!» — сидела мысль у меня внутри. Я знал, что каждый из них готов, хоть сейчас, вонзить в меня свой штык.        Восемьсот… Пятьсот… Четыреста… Двести… Вся эта армия дошла проволоки. Трупы, скошенные нами из пулеметов и прочих винтовок, стали мостами, прямо к окопам. К концу подошел второй «барабан» и теперь только тридцать патронов, но вот взгляд мой скользнул по человеку с светлыми волосами, который сидел прижимая колени к груди, будто боясь их потерять. — Кэсс? Кэсс? — Я присел чуть ближе. — Эй?! — Глаза ее наконец поднялись. Раньше нахальные, с живым огоньком за желтым стеклом, в них более не было страха, не было ужаса, а только полная пустота. — Вставай! Нам нужен лишний ствол, помнишь?! — У…у меня нет оружия… Вновь скользнул я глазами вокруг и винтовка заветная лежала у трупа, которого бросил оперировать док и пустил лишь пулю в висок. — Вот. — Вложил я ей винтовку в руку. — Маршалл! — Прокричал подбежавший, вдруг, Кирсон. Весь в крови и грязи, но все с тем же яростным лицом. — Связь мне, живо! — Тут я увидел перебитый проводок гарнитуры, свисающий с его головы. Сняв гарнитуру, я отдал ее капитану. — Крепость! Это Альфа — главный нам нужна танковая поддержка на востоке! Они вот-вот прорвутся! Какие, нахер квады?! «Абрамсы» сюда и как можно, блять, быстрее!

***

Захлопнув люк, я быстро подключил шлем к рации. — Так, Альфу и Эхо прижали на востоке! Идем туда, надо прикрыть наших парней! Маклауд, заряжай осколочный, там техники нет. Проверив управление боевым модулем, я убедился, что мехвод прошел ворота без проблем. — Альфа-главный, мы в минуте от вас. — Шевелитесь! — Связь пропала. — Похоже, что там реально жесть! — Давай, Майк, жми быстрее! — Машина набрала обороты и уже через несколько секунд мы выкатились на дорогу между двумя окопами. — Наводчик! Огонь по усмотрению, не ближе пятидесяти метров! — Договорил я и переключился на управление модулем.

***

       Бой перетек в рукопашную. Автомат я давно потерял, а патроны в пистолете уже закончились. Удерживая левой рукой заведенный на меня тактический топор, правой я врезал по лицу мужика с красной полосой на лбу, но должный эффек возымел только удар ниже пояса. Припал на одно колено, он выпустил топор из рук и ослабил хватку. Не упуская момента, я воткнул клинок ему в шею и рванул на себя. На бронежилет вновь брызнула кровь, а враг, схватившись за шею, упал на землю. Тут же, по лицу я получил увесистым кулаком и повалился на землю. Щуплый, с виду, мужичек, напрыгнув сверху, решил закончить мое существование. Удерживая лезвие ножа в сантиметре от своей шеи, я увидел, как его черепушка разлетелась вдребезги залив меня мозговой кашей. Столкнув тело, я поднялся, это была Кэсс с той самой винтовкой. Танк отсекал Спасителей от наших окопов из своих пулеметов и пушки. — За мной! Быстро! — Кричал дальше по окопу Кирсон. Подняв чей-то «АК» с темно бордовой земли, я побежал к танку изредка поглядывая на бегущую позади Кэсс. — МАМА!!! АААА!!! — Орал тощий чернокожий, которому, на вид было, не больше чем мне. Его внутренности лежали рядом и он пытался запихать их обратно в брюхо. Выйдя из окопа на дорогу, я видел, как бегут Спасители в лес. Танк взревел и двинулся вперед. Савимби, который стоял закрыв один окровавленный глаз, вышел вперед, перед несколькими нашими, которые стояли на дороге. — Смотрите! Они бегут! Мы их прикончим! Вперед! — И мы побежали вслед за танком.        За лесом, было чистое поле, по которому бежали остатки Спасителей, падая один за одним. Жонаш уже стоял на танке подняв свою винтовку. — Наш путь к победе начался! Смерть Спасителям!!! — УРА!!!

***

Когда все оставшиеся Спасители пали, мы вернулись к нашим рубежам. Сотни тел лежали на холме и в окопах. Из тридцати солдат, стоявших здесь, выжило семь… — Сегодня мы сражались как львы! Мы показали Спасителям и прочим мудакам, что мы будем стоять здесь до последнего солдата! Запомните эту историческую дату друзья! Сегодня, погибло много хороших людей, ведь атаковали не только нас, но именно здесь, на этой дороге, мы отразили главный кулак врага! Каждый, кто пал сегодня, кто стоит сейчас передо мной, будет увековечен в камне! Наши потомки будут знать, что их отцы и матери, сделали ради их свободы! Так похороним же павших и залечим свои раны, ведь Спасители — еще не повержены! В этот день, многое поменялось в наших сознаниях. Клянусь, даже Кирсон улыбался! Да, мы победили, но эта картина, холм на котором лежат трупы и тот парень, с кишками наружу, отпечатаются навсегда.