Падение империи

***

       Легкие удары в область живота, будто пытались меня разбудить. Сознание стало понемногу возвращаться вместе со зрением. Глаза едва открылись и передо мной оказалась небольшая комнатка, кафельные полы и стены которой были обильно покрыты густой кровью. — Эй, паренек! Вставай, сейчас эти придут. Готовься, по моей команде… — Кто… — Тихо!        Приподнявшись и сев на колени, как и еще двое узников, я пытался развязать руки, но тщетно. Стянуты намертво… Скрипнула и с жутким грохотом раздвинулась стальная дверь, которая сначала казалась обычной стеной. В комнату вошли двое в черных сапогах, брюках и кожаных куртках. — Так-так! Нам попались аж двое «вольных» разведчиков. Обычно мы не вмешивались в дела вашей группы, но здесь особый случай. — Мерзким голосом растягивал тощеватый мужичок в очках. — До или после того, как вы убили наших людей, гнида?!  — Говори тварь лесная, где ваш лагерь! — Хер тебе! Делайте, что хотите, вам не сломать нашу волю! — Как же вы меня утомляете… — Он вытащил пистолет и наотмашь выстрелил в грудь ближайшему из разведчиков. Захрипев, тот повалился на пол. — Я все расскажу! Только не здесь… — Все бы так! Этого в мой кабинет. А это что за мерзкая черная обезьяна?! Почему он еще здесь?! — Бери офицера!        Лысый, со шрамом на правом глазу и небольшой щетиной, накинулся на второго мужика в кожанке и начал душить. Очкарик уже целился, когда я сообразил, что делать.        Бросившись ему в ноги у меня получилось повалить его на пол. Прогремел выстрел… Офицер врезал мне сапогом по лицу, сломав нос, судя по хрусту и хлынувшей крови, и навел на меня пистолет. Я закрыл глаза. Вновь, оглушительным звоном, раздался выстрел. — Ну, чего расселся? Нет, конечно можешь остаться с этими красавцами, дело твое.        Путы пали с моих рук и я открыл глаза поняв, что еще жив. Офицер лежал с дыркой в шее и проливал свою кровь на бетонный пол. Тут перед моим лицом появилась рука, грязная, покрытая мозолями и ранами, а ее владелец, лыбясь, стоял надо мной. Приняв помощь, я поднялся на ноги и оказался чуть ниже разведчика. — Уфф… Ну у тебя и видок. Ну нам же и не девчонок охмурять, правильно? Ха! Ты, я так понимаю, с тем здоровяком пришел? — Данте. — Ага, он пригодится… Бери оружие и переоденься, будем выбираться из этой жопы! Одному от сюда точно не выбраться, да и вдвоем тоже не факт, а вот с твоим другом у нас шансы есть! Я — Пар, разведчик из «Вольных», ну это ты уже слышал. Я этих говнюков уже дне недели пас, пока этот вот болван… — Указав он на второго разведчика. -… не решил выпендриться и напасть на их патруль, ну не идиот?! Эх нам бы только добраться до высоты четыре три пять… — А что на этой высоте? — Штурмовая группа! Десяток здоровых мужиков в толстой броне и лучшим оружием! Уж с ними то мы наведем тут шороху! — Клем… — Подружка? Тоже взяли? — Да… — Значит во втором блоке… Там они «продолжают род». Женщин имеют ежедневно, чтобы наверняка забеременели, а детям промывают мозги и отправляют работать во имя «Императора». Тупее еще ничего не слышал! Но не будь трухлом! Если доберемся до высоты, то и деваху твою вытащим. Тебя звать то как? — Луис. — Готов, Луис? — Да. — Тогда пошли. Иех!        Пар поднял люк, находящийся в углу у крайней стены. Оттуда повалил жуткий смрад, казалось, что сейчас потемнеет перед глазами и я упаду… Я привык к запаху ходячих, но от этого меня тут же вырвало. — Согласен, запах наиприятнейший! Блять… И нам придется туда залезть, если хочешь вернуть свою пассию и выжить, разумеется. Ладно, первый пошел! — Он скользнул в трубу и снизу раздался смачный глухой удар. — Вот же… Блять, пиздец!        Проверив патрон в патроннике, и одернув черную куртку, ворот которой напитался кровью предыдущего владельца, я соскользнул вниз. Под ногами что-то хрустнуло и чавкнуло, а запах… Что-то между уксусом, мочой и ходячими, которых перемешали между собой и распылили в воздухе. Опустив взгляд, я понял, во что провалилась одна из моих ног. Левый ботинок, по щиколотку, ушел в спину сгнившего трупа. Мы оказались в тоннеле, заполненном телами. — Трупная яма, мать ее… Так, ты уже облегчился, теперь я… — Пара вырвало. Меня бы тоже вывернуло, да уже нечем. — Ну, потопали! — И куда? — Значится так, слушай план. Раз в неделю из этой ямы вывозят трупы, а чтобы их кто-то сюда скидывал, я не видел… Видишь трубы? Вот, я думаю, что они все ведут в другие помещения завода. Всего их восемь, но функционируют только два, а значит твой дружок в одном из них и я думаю, что в северном. Там как раз сырьевую нефть разгружают и такого здоровяка по любому на бочки поставили! — Нефть? — Не в курсе? Здесь нефтеперерабатывающий завод, бензин они тут гонят, а нефть им с юга поставляют. Короче ценнейший ресурс и нашей группе он ой как нужен! — А где второй блок? — Второй блок это бывшее общежитие, вот там то у них и столовая и жилая площадь и бордель, разумеется. Две сотни метров от завода. — Мне надо туда! — Ну на входе и словишь пулю. Героически, не спорю, за любовь и все такое, но, как по мне, лучше будет с группой штурмануть и, возможно, в живых остаться. — А если не успеем? — Ну да, пойдешь сейчас, точно на тот свет успеешь! Не кипишуй, окей? Придерживайся плана и все в ажуре будет. — А в какую трубу то? — Элементарно, Ватсон! Вот, гляди, свеженький… — Склонился он над тощим трупом. -… руки в мозолях, ранах, аж до локтя, а одежда вся в нефти. Что-то значит? — Он бочки носил… — Верно! А значит вот он, наш лаз. Ну, полезли!        Труба была почти отвесной. Пришлось лезть в распорку и за десять минут нам удалось преодолеть эту вонючую трубу. Толкнув люк, мы выбрались наружу и вдохнули свежий воздух. Вновь кафель. И люди, тощие, изможденные, перетаскивающие черные бочки. — А теперь представь, что ты маленькая, сука, мышка и потихоньку…        Прикрываясь бочками с «черным золотом», которым когда-то грезил мой отец, мы продвигались в дальний угол зала, где виднелась лестница на второй этаж. — Есть закурить? — Стой! — шикнул Пар, а перед нами выперлись двое солдат. — А то! — Кха… Из чего ты крутишь ту херь? — Я тебе дам «херь», чистый табак с юга! Два магазина заводских за полкило отдал! — Забористый… — Да, то что надо. — Слыхал, новое бабье привезли, молоденькие! — Слыхал. Третий на черненькую! — Да ладно?! Гонишь?! Тебя кто поверх начальства то пустил? — Сам Император! За отвагу и героизм, так сказать. Хех… — Ничего себе, могешь! Это за тот отряд вольных? — Ага. — Во пруха! А я с дырой в ноге валялся. До сих пор не отошел, вон прихрамываю… — Ничего, на твой век еще баб хватит! — Ага, как же! Вон, в том месяце старуху приперли, страшная, как атомная война! Ну, а пацанам в очереди че делать? Император сказал «Надо!» — боец полез в койку… Уж лучше на разгрузке стоять трое суток, чем туда… — Мда… Паршиво… А чего там по «Свободным» слыхать? — Пока ничего, молчат, похоже, гады! Найдем, никуда не денутся!        Передо мной сейчас стоял тот, кто этой ночью пойдет во второй блок и… Даже думать не хочу… Но я могу это предотвратить! Мельком взглянув на черный пистолет с гравировкой «Beretta» на затворе, я медленно поднял его и прицелился прямо в висок курящему солдату. Но тут Пар резко прижал мою руку к земле и движение головы и взглядом говорил: — «Не вздумай, мать твою!» Я понимал его, но рука так и рвалась нажать на спуск. — А вы двое что тут делаете? — Так законный перекур у нас. — У вас рабочие там прохлаждаются, а еще пол грузовика! Марш работать! — Есть! — Солдаты ушли с нашей дороги и Пар, отпустив мою руку, пополз дальше.        Взобравшись по лестнице мы оказались на узком железном мостике, который словно опоясывал весь ангар. Внизу, разгружая грузовик, сновали восемь рабочих и Данте сильно выделялся среди тощих людишек. — Тааак… — Полушепотом протянул Пар. — Трое внизу и один сверху и плохое освещение… Черт, этот «альпинист» нам всю малину портит! Сможешь его тихо снять? — Смогу. — Тихо снять, а не пристрелить нафиг, понял? Ножом по горлу и смотри чтобы ничего не громыхнуло! Вот, действуй как только я сниму того, возле бочек. — Он дал мне небольшой нож с двусторонней заточкой. — Не посрами! А то все тут ляжем! — Прошипел он и спустился вниз по лестнице.        Спрятав пистолет за пояс, я пополз по мостику, цепляясь руками за решетчатый пол. Через грязные окна, у самого потолка, пробивался солнечный свет. Значит уже утро… Или день… Или вечер, часы, как и все остальное, у меня отобрали. Приподнявшись на колени, я задел металлической кнопкой на рукаве куртки, металлические перила. Звон был достаточным, чтобы часовой услышал. Но он и не ухом не повел! Подойдя ближе, я понял, что дело в наушниках и маленьком квадратном плеере. В детстве у меня был похожий…        Стоящий около бочек солдат резко, явно не по своей воле, нырнул в темноту и исчез. — А? — Встрепенулся было часовой, но я уже решился. Если я хочу выжить и вернуть Клем, то должен полюбить убивать!        Одним резким движением вскочив на ноги, и занеся нож над солдатом, я воткнул его прямо в кадык, да так, что кончик лезвия показался с противоположной стороны. Захрипев он еще немного подергался и обмяк у меня на руках, едва не придавив своим весом. Аккуратно уложив тело, я стал снимать с него бронежилет. Расстегнув все карабины и перекинув плитник через шею, я затянул все как можно туже, снял с рук убитого перчатки и часы в пластиковом корпусп и подняв винтовку, занял место часового.        В темноту нырнул второй солдат, но последний это заметил и вскинул автомат. — Внимание! Трево… — Не успел он договорить, как Данте приложил бочкой ему по голове, отчего та лопнула и разлетелась в стороны.        Рабочие попрятались в углы, словно крысы, кроме Данте и еще одного мужика. На свет выбежал Пар и махнул мне. Пока топал к лестнице, я внимательно рассматривал старое оружие в моих руках. Это была винтовка с затвором, не знаю, как правильно он называется, но пусть будет «щеколдой», очень уж похож, и длиннющим, почти во всю длинну винтовки, прицелом. Странно, но деревянное основание было теплым, или мне так казалось? -… конечно возьмем, отец, не волнуйся. — похлопывал он по по плечу худощавого старика с грязными, но от этого не менее роскошными седыми усами и небольшой бородой. — Тебя Данте зовут? — Обратился он к здоровяку. — Да. Луис… — Так, так, так! Все приветствия когда выберемся! Значит так, слушайте внимательно! Сейчас без десяти пять вечера, а значит пересменка у всех караулов через десять минут. Это наш единственный шанс убраться отсюда. Через десять минут, когда найдут тела этих — начнется полный ахтунг и все их силы будут брошены сюда и к воротам, и там не пройти. У нас один выход — прыгать через забор! Когда начнется суматоха, тут же бежим к южной стене, поднимаемся на наблюдательный пункт и вниз. Сугробы глубокие — должно получиться. Вопросы есть? — А… — Нету, отлично, тогда за дело! У нас семь минут. Отец, Данте, шмотки и оружие с трупов возьмите, не пляж Майами все-таки!

***

       Через семь минут, как и было обещано разведчиком, взвыла сирена и из второго блока, который напоминал прямоугольную коробку с окнами, повалили люди все в тех же черных куртках. — Пунктуальны, черти. Сидите тихо, сейчас я его…        Пар встал в полный рост и потопал к наблюдательному пункту на самом углу второго яруса стены, который больше напоминал простую насыпь из мешков с песком. — Друг, закурить будет? — Какой закурить, болван! Тревога на ба… — Прямо с ходу Пар вонзил нож в горло часовому и махнул нам. — Ну, теперь только вниз. — Ваше благородие, так высоковато тут! — Метра четыре всего, а там снег мягкий. Все некогда ждать! Первый пошел! — Перемахнув через край, Пар скатился в снег и провалился почти по пояс. Следующим спрыгнул Данте. — Ох боязно мне, сынок, колени то уже не те! — Другого выхода нет, давайте. — Господи помилуй! — Старик соскользнул вниз.        Дождавшись, когда старик отошел, я встал на край и тут что-то сильно ударило в спину и я полетел вниз. А дальше ничего — темнота.

***

       Спина жутко болела и пульсировала. Неужели жив? — Справа! — Последовали выстрелы. — Фейер заканчивается! — Рад был с вами сбежать, мужики! О, Луис! Зря ты очнулся, нас сейчас жрать будут!        Я лежал у стены дома, сделанной из красного кирпича, который казался кровавым из-за алого света гаснущего фальшфейера. Нас окружила целая стая тех самых упырей. Они рычали, тянули к нам свои длиннющие лапы, но когда фейер «чихнул», потухнув на мгновение, твари слегка отступили. Поняли, что больше источников света у нас нет и решили не мучать себя и просто подождать, когда мы канем в темноту. Через несколько секунд свет погас и твари «радостно» взревели, но, внезапно, из соседнего переулка ударил яркий свет и в стаю полетели какие-то бутылки. Твари вспыхнули и переключились на своих обидчиков, которые, в свою очередь, не жалея патронов стали выкашивать упырей одного за одним.        Осознав свое поражение, вся стая, точнее ее остатки, удрапали в глубь города. Десять солдат, увешанные броней с головы до коленей, создали оцепление вокруг нас. Один из них, в шлеме с металлическим забралом и автоматом в руках, подошел к Пару. — Кажется, мы чертовски вовремя? — Ты не представляешь как! Ха-ха! — На плече и шлеме солдата виднелся шеврон с серым черепом, который перегрызал красную цепь. — Это Луис, Данте и… Отец, как тебя величать? — Архип, вашбродь. — Бежали с ними он этих «Имперцев». — Слыхали, старые знакомые! — Знакомые?        Солдат поднял забрало и в свете фонариков, на меня, а потом и на Данте, переводил взгляд Уильям Кирсон, командир штурмовиков «Фольтеста». — Бойцы, взять этого! — Двое крайних солдат быстро вывернули ему руки и поставили на колени. — Данте О’Нил. Давно не виделись. — Давно. — Что, позволь спросить, ты тут забыл? Неужели Хоут нами заинтересовался? — Я больше не имею дел с Хоутом. — Даже так! А во я что-то не верю… — Это правда! — Выскочил я из-за спины Пара. — Луис? — Послышался знакомый голос справа.        Повернув голову, я увидел человека с маской на лице и в старой каске, на которой виднелась, едва заметная, надпись «Не пробили!» — И ты здесь. Ладно, разберемся, давайте убираться куда-нибудь с этой чертовой улицы!

***

       Мы заныкались в старую парикмахерскую. Луис уселся возле левой стены и пытался что-то найти в подсумках. Усевшись рядом, я повесил каску на колено знаком нашего отряда вперед. — Добрался? Герой! Нашел ту карту, что я тебе оставил на АЗС? — Нет. Нас на ней и взяли. — Мда… Паршиво… Чего мрачный то такой? — Они забрали Клем… Она там, на заводе. — Будь спок, вытащим ее, как и остальных. Видишь этот знак? Он означает «освобождение от пут», и мы стараемся соответствовать этому символу и названию «Свободные». Кстати, как револьвер, пригодился? — Я убил Гейба. — Молодца, вник в суть! — Только Клем и остальным не говори… — Я — могила. Ладно, переведи дух, на вот, воды хлебни. Через тридцать минут выходим.        Едва сумев подняться в этом тяжелом костюме, который, на секундочку, весил почти пятьдесят килограмм и был способен остановить винтовочную пулю в упор и ни одну. Эти костюмы использовались только при обороне нашей скромной общины или на таких вот вылазках, когда пальба была не побочным эффектом, а целью.        Что до людей в этих костюмах, то здесь был весь старый состав штурмовиков, а помимо нас четверых были еще двое безбашенных близнецов Кастеров, когда-то бывшие квотербеками в футбольной команде. Если эти двое вместе, то можно не волноваться, их позицию никто не займет! Следующим в списке был вечно пьяный демоман-любитель Тавиш ДеГрут. На этой почве очень сдружился с Хаксом. Одноглазый негр шотландец с манией к взрывчатке и алкоголю. Что может пойти не так? Командир второго звена — Мэтт Мактавиш. В прошлом офицер полиции, крайне схож характером с Кирсоном, но, в отличии от последнего, крайне педантичен. Последними в списке, но далеко не по значению, были полевые медики Ли Куаргманн и Стефан Изенберг. Оба были заброшены в Атланту, когда все началось. Оба дезертировали, поэтому и выжили. Обычно на задание брали одного из них, но предстоящая работа была совершенно неординарной. — Вашбродь! Разрешите вопрос? — Подбежал старик к Кирсону. — Говори, отец. — Понимаете, вашбродь, я три года, почитай, у этих нелюдей пробыл. Они моих внучат постреляли, а меня увели! Некуда мне, старику податься… Не сочтите за дерзость, милсдарь, но слыхал я про вашу общину. Не приютите? Я по хозяйству помогать могу! Аграрным хитростям обучен! — Конечно, без вопросов. — Спасибо, вашбродь, спасибо! — Бойцы! Все сюда!        Отряд столпился возле небольшого прилавка, и склонились над картой и небольшим тетрадным листком, на котором, карандашом, бы начерчен план. — Значит так, мужики… В лоб эту стену не взять, а герои, как известно, всегда идут в обход! Вот здесь есть небольшой лесок примыкающий прямо к стене, оттуда и зайдем. По словам Пара, стены у них из говна и палок, а значит Тавишь проделает нам новый вход как раз за вторым блоком. — Да как два пальца в гексоген запихать! — Дальше придется разделиться, чтобы охватить завод со всех сторон. Близнецы, на вас ворота. Взять и держать любой ценой! — Братья с ехидной усмешкой стукнулись шлемами. — Моисей, Идиот, на вас второй блок и постарайтесь убивать только вооруженных. Это в первую очередь касается тебя Маршалл! Поаккуратней с гранами, а то я тебя знаю. — Это как пойдет! — Я тебе дам! За каждого убитого отчитаешься! — Есть… — Я беру Хакса и Данте, мы зачищаем завод, он не такой уж и большой. Мэтт, бери кого надо и захватите бензовоз — это ключевая цель. Кто остался — в резерве, держите наш ход. Не приведи господь ходячие или упыри нагрянут! — Разрешите мне во второй блок! — Выкрикнул окончательно отощавший Луис из-за спин парней. — Уилл, у пацана, так сказать, «личный интерес». — Разрешаю, но смотри на за ним, Джон, мне тут трупы союзников не нужны! — Пригляжу. — Всем все ясно? — ТАК ТОЧНО! — Тогда нечего тут жопы морозить, вшей кормить можно и в более гламурных местах!

***

       Мы сидели у самой стены, пока ДеГрут устанавливал свои примочки, я сунул луису пистолет с тремя полными магазинами, ибо воевать в коридорах с его «Спрингфилдом» дохлый номер, а к его «Беретте» магазины «Глока» не подходили. — Готово! — Отрапортовал подрывник и отполз от стены за дерево. — Все все помнят? Тогда — вперед! Давай!        Взрыв разворотил металл создав проход метр на полтора и мы устремились внутрь. Царапнув наружной пластиной по краю металла, я таки протиснулся туда и, дождавшись Пальму и Идиота, двинулся вокруг здания, искать вход. Завернув за второй угол, я увидел троих, в одних майках, которые судорожно натягивали черные куртки. — Ку-ку. — Обратил я их внимание о положил одной очередью. — Внутрь! Луис, замыкаешь, ищи своих!        Здание был трехэтажным, с один входом, а значит нам придется зачищать этаж за этажом. На лестнице показались еще двое и тут же повалились с нее, Идиот сработал. — Идиотыч, держи лестницу, мы направо! — Ага.        От лестницы отходило два коридора в разные стороны, но они оба оказались пустыми, просто жилые комнаты, а вот сверху нас так и наровили прибить, пуская длинные очереди по лестнице. Прижимаясь, а стене, мы продвигались наверх, на второй этаж. Где меня радушно встретила пуля, прямо в грудную внешнюю пластину. Ее пробило, но пуля тормознула где-то дальше и пока я отходил, Идиот с Луисом наказали, более «тонкого», противника. Помимо пяти трупов на втором этаже тоже ничего не было, а вот третий… Отделенный красной бархатной шторкой от остальных, он был полон сюрпризов, а в частности целым взводом солдат противника в правом коридоре, которые только и ждали нашего появления. Пока я пытался отстреляться, Мой напарник выбил ближайшую дверь и втащил нас с Луисом внутрь.

***

       Прикованная к столу, абсолютно голая, лежала уже обратившаяся, Вайолет. — О боже… Они убили ее… — Ножом по горлу после секса, кажется я знаю, какой смерти хотел бы Хакс! Ха! — Не очень вовремя, Джон!        Пусть она будет жива… Пусть она будет жива… Повторял я в своей голове. Я не хочу видеть Клем такой… Преодолев рвотный позыв, я воткнул нож в лоб Ви. — Мужики, хорош патроны тратить! — Крикнул Маршалл в проход и стрельба утихла. — Слыхали, гранаты подешевели! Ловите, зацените!        От взрыва посыпалась штукатурка с потолка, а когда звон в ушах утих, послышались стоны из коридора. — Чисто! Пойду проверю этих красавцев.        То место в проходе, где стояли солдаты, превратилось в кровавое месиво из тел, кусков стен и потолка. Но мне было не этого… Толкнув соседнюю дверь, я увидел такой-же стол, возле которого лежал, в луже собственной крови, труп мужика без штанов, а в углу, сжавшись калачиком, сидела она — Клем. — Клем! — Бросился я к ней, выронив пистолет. Вся ее спина была покрыта синяками и царапинами, ее трясло. — Клем… Это я, Луис. — Что за шум, а драк… Оу, драка уже была… Это она ему горло перегрызла?! — Порой мы сильно недооцениваем людей. Вот и он недооценил… — Монотонно констатировал Идиот. — Клем, они трогали тебя? Дайте же вы одежду! — Сейчас, поищем чего-нибудь… — Клем?! Посмотри на меня, не молчи! — Их было много… Я… Я… — Весь рот, шея и грудь у нее были залиты кровью того мудака на полу. — Оставь ее, это шок. Такое сразу никогда не проходит… А, порой, вообще никогда… — Вот, что нашел. — Маршалл принес куртку, штаны и ботинки, явно снятые с одного из убитых. — Вы тут покумекайте, а проверю ту железную дверь.

***

       Дверь была металлическая, но довольно тонкая. Эх мне бы резак… Но и граната, я думаю, должна подойти. Просунув ее за ручку двери, я выдернул чеку и быстро ретировался в комнату с мертвой девчонкой. Взрыв, сопровождаемый лязгом металла, дал свой результат. Дверь выгнуло внутрь и замок разворотило в хлам. — Да ладно… — По коридору, из кучи тел подорванных мной, выползли двое ходячих.        Усевшись на колено, я нажал на спуск. Гильза отскочила от стены и ударила прямо мне по каске и первый ходячий упал. Но второго выстрела не последовало, спуск не нажимался. Повернув «калаш» на бок я увидел, что патрон, сделанный нашим оружейником Кольтом, не зашел в ствол и заклинил затвор. — Да чтоб тебя! — Заело намертво.        Но есть один способ! Установив автомат на землю, хорошим усилием ноги, мне удалось пропихнуть затворную раму назад и выкинуть злополучный патрон и следующий зашел как надо. Через секунду упал и второй ходячий. А я поднял с пола патрон, на самодельной пуле которого, виднелся рубец, который и послужил причиной клина.        Развернувшись к подорванной двери, я увидел трех детей. Два темнокожих пацаненка и, чуть повыше, девчонка лет пяти-шести. Стоило мне подойти, как двое из них отпрыгнули дальше в коридор, а последний, знакомый мне, стоял как вкопанный. — Привет, малой, помнишь меня? — Сказал я сняв шарф с лица. — Где Клем?! Она кричала… — Спокойней, жива, вон в той комнате, но не советую туда… — Не дав мне договорить, Эй-Джей, так, вроде, его звали, устремился в комнату «плотский утех». — Ну, а вы чего глаза вылупили? Пошлите, мы вас тут спасаем, вроде как! — Устремившись за малым, я вернулся в комнату.        Тело мужика оттащили к стене, а девчонку, закутанную в одежду, висящую на ней мешком и сапоге, размеров на пять больше положенного, усадили на стол. Вокруг нее сновал Луис, о чем-то там бормоча. — Клем! — Воскликнул малой и кинулся к одноногой. — Растяпа… — Луис!        Я уселся на пол рядом с Идиотом и вытащил рацию из-под брони. — Это Моисей, мы взяли второй блок. Нашли трех детей и одну девчонку, прием. — Понял тебя. Завод мы зачистили, тут тридцать человек рабов. Что по бензовозу, прием? — Взяли две полностью загруженные машины и один транспортный грузовик, прием! — Отлично! Ворота, как вы там, прием? — А хрен им с маслом! Человек двадцать положили, прием! — Сами то целы, прием? — А чего нам будет?! Мы же того, контуженые, ха-ха! Прием. — Значит так, слушай мою команду! Всем собраться у ворот и подгоняйте транспорт. Конец связи. — Ну, что все приказ слышали? Поднимаем задницы и уходим! Пальма, донесешь ее? — Да. — Окей, детишки, трупов не боитесь? — Оба отрицательно кивнули. — Тогда за дядей Идиотом, шагом, марш!        Пропустив вперед Идиота с детьми и Луиса с Клементиной на руках, я потопал к воротам, где уже собрался весь отряд, а рабы выстроились напротив тех самых ворот. Девчонка сразу убежала в толпу к мужику, судя по всему, ее отцу, а пацан пытался там кого-то высмотреть. — А это кто? — Кивнул Кирсон на Луиса. — Личный интерес. — Ясно… Становись! — Рявкнул он и вышел к столпившимся людям. — Минуту внимания! Все знают кто мы такие? — А как же не знать? — Раздалось из толпы. — Тогда опустим вступление. Меня зовут Уильям Кирсон и я командую сводным штурмовым отрядом «Свободных»! Отныне вы все свободные люди и ничем никому не обязаны! Мы возьмем бензин, часть еды и патронов чтобы покрыть затраты на эту операцию. Все, что останется здесь после нашего ухода — ваше по праву! Если есть те, кто желает примкнуть к нам — выйти из строя! — Из первого ряда сразу шагнул отец той девочки. — Мы пойдем! — Назовись. — Марк Титч, а это моя дочь Элеонора. — Хорошо, еще желающие? — Я! — Вышел низенький мужичок из последних рядов. — Кларк Максим, ударение на первый слог. — Все? — Остальные молчали. — Значит так тому и быть… Вы, идите сюда, остальные свободны! — Кирсон развернулся к нам. — Мужики, вы знаете, что искать. Выдвигаемся с рассветом, за дело. — А я только прикорнул… — Быстрее закончите, Джо, больше поспите! А вы трое, садитесь, объясню вам основные положения нашей группы.

***

       Обыскав завод и собрав патронов, даже больше, чем потратили, мы загрузились в машины и покинули территорию завода. Я сидел у самого края кузова напротив Луиса, Клементины и Данте. Луис буквально прилип к девчонке, чей взгляд на заснеженную дорогу, одновременно восхищал и пугал. Идиот назвал его «взглядом на тысячу ярдов».