Безумие

Как то странно жить, Не ощущая пространства и времени… Когда я даже не знаешь, сколько времени прошло. Неделя? Два дня? Три? Все сливается в один безумно долгий день, наполненный разнообразными жуткими событиями: Например, вчера я впервые увидел, как убивают человека. Хотя, тело, покрытое рваными пятнами язв, уже нельзя назвать человеком, но все же… И я был причиной его смерти. Точнее ее. Мы шли с Сашкой по коридору, он что-то увлеченно начал мне рассказывать про пилюли, отвлекся. Хотя, не понимаю, как можно отвлечься, когда вокруг тебя стены психбольницы и множество ее пациентов, желающих тебя убить? Но факт остается фактом… Внезапно, я увидел перед собой девушку. Искривленный позвоночник, скрюченные пальцы, лицо искаженное болью и тот визг. Тот визг, когда она в несколько секунд оказалась рядом со мной и неожиданно цепкие и сильные пальцы сжали мое горло. Я даже запаниковал. В глазах потемнело, когда в затуманенный мозг пришла мысль. Судорожно, сжал в пальцах ручку скальпеля и ударил им куда-то в район живота девушки. Крик прожег барабанные перепонки насквозь, пациентка отшатнулась, скальпель, оставшийся в ее теле, выскользнул из моих пальцев. Еще несколько тягучих секунд мы соображали, как нам поступить дальше: девушка, пытающаяся зажать пальцами рану, пачкаясь в собственной крови, что-то скулящая; и я – испуганный до полусмерти. И снова одновременно мы сблизились. На этот раз молча. Я вытащил из кармана второй скальпель, она попыталась перехватить мою руку. Не успела. Стремительное движение, широко раскрытые глаза. Я заворожено наблюдал над тем, как скальпель неожиданно легко вспарывает плоть, проходя наискосок под левой грудью, утыкается в кость ключицы. Больная испуганно смотрит на меня, затем медленно опускает взгляд вниз, пытаясь сфокусироваться на предмете, прошившем ее живот насквозь. Губы приоткрываются, она будто хочет спросить: «Что это?». И девушка падает на пол, кровь заполняет трещины в плитке. И Саша смотрит на меня в упор все еще сжимая и разжимая пальцы, совсем недавно, державшие кусок стального прута. Мы оба смотрим друг на друга. Но парень не выдерживает первым, он отворачивается, опускается на колени перед человеком и начинает шарить по карманам больничного халата. Без выражения какого либо отвращения на лице. Будто для него это – обычное дело. Поднимается, сжимая в пальцах баночку из темно-коричневого стекла. -Это таблеточки, -улыбка, -они кровь останавливают. Пошли дальше И уводит меня за руку из коридора И снова вечер. Снова Сашка нашел где-то кипяток и мы, грея ладони о чашки со сколотыми ручками, пьем чай. Делаю очередной глоток и, внезапно ощущаю странное желание сейчас уткнуться парню в плечо и обнять его. И так сидеть, спрятавшись от окружающего меня бреда. Дело в том, что я хоть и не вздрагиваю уже от ночных криков больных, меня не выворачивает наизнанку от вида бордовой крови и мягких кусков плоти, но я безумно боюсь самой психиатрической больницы. Она пугает меня. Вроде бы простое старое здание: сколотая краска, острые края плитки, сумерки превращают коридоры в вязкое болото. Но я чувствую. Я почти физически чувствую ее щупальца, которые с каждым днем все крепче, плотнее опутывают меня, мое тело, мой разум, мои мысли, забираясь под самое сердце. Они как будто стремятся лишить меня сознания, ведь с каждой новой открытой ключами Кристабеллы палатой, я все сильнее боюсь пропасть и потеряться: лабиринты коридоров сильнее путаются… Осознание страха сковывает меня как паутиной. И только Сашка – единственный, кто может если не спасти меня, то хотя бы пытаться ослабить путы. Парень смотрит на меня, ухмыльнувшись, прижимает к себе за плечи, заставляя расплескать чай. Шепчет на ухо: -Отдыхай. У тебя сегодня был трудный день. Забудь все, что было сегодня, - его улыбка завораживает меня, улыбаюсь в ответ, утыкаюсь куда-то в его плечо Обвиваю руками его шею, тесно прижимаясь к единственному источнику тепла здесь, Саша, судя по движениям, опустил чашку на тумбочку. Тонкие пальцы аккуратно коснулись моих плеч, прижимая ближе. Ласково провел ладонью по спине. Черт, это так приятно. Зажмуриваюсь, растворяясь в нежности Внезапно мозг прошивает мыслью, что я могу доставлять неудобства Сашке, пытаюсь отстраниться, но меня не отпускают. Неожиданно горячие губы прижимаются к виску: -Что ты? – грудной тихий голос мягко касается сознания -Ну, неудобно же меня так держать… -Неудобно спать на потолке, глупый Улыбаюсь в плечо парню, он мягко опускается на кровать, утягивая меня. Моя голова оказывается на его груди. Закрываю глаза и, впервые за все время, что я провел в этой больнице, мне удалось успокоиться и хоть немного расслабиться. Саша улыбается, раскрытой ладонью проводит по моим волосам. И в движениях столько нежности. Он действительно натурал? Наплевать… Главное – чтобы он не отстранился от меня. Иначе я сойду с ума в одиночку. Осторожно поворачиваюсь к парню и шепотом спрашиваю: -Саш, а сколько времени уже прошло? -А тебе зачем? – глухая усмешка, - Вроде бы… неделя Улыбаюсь, обнимаю его за шею, прижимаюсь ближе, чтобы не соскользнуть с больничной койки. Саша стягивает кусок простыни, комом собравшийся на бедрах, укрывает меня, накидывает себе на плечи. Тонкая ткань, влажная, но все же лучше чем без нее. Ночью в этой психушке становится очень холодно и чтобы согреться нужно сильно постараться. Глаза закрываются, сознание окутывает липкий беспокойный сон. Но, не удивительно, что долгий сон мне не светил… Когда я засыпал, в палате было холоднее обычного. Так что проснулся я дрожа от холода. Саша резко открыл глаза, посмотрел на меня, поежился: -Замерз? – я молча кивнул, - Я тоже. Мы сели на кровати. Заметно машинальным движением парень приобнял меня. Влажная ткань с глухим шлепком упала на плитку. Теперь меня било крупной дрожью, даже зубы стучали .Саша пристально взглянул на меня, со вздохом прижал к себе, поглаживая по спине. Я выдохнул в выемку ключиц, обнял в ответ. И я внезапно разбил тишину несколькими словами: -Саш, я очень замерз, - не хотелось жаловаться, просто я не знал как согреться -Женя, я тоже замерз. Я же сказал… Вот только не так как ты… Ну и что мне с тобой делать? – парень смерил меня взглядом, зажмурился на несколько секунд, вздохнул, - Поцелуй меня -Тебя?! – он удивлял меня все больше и больше, я даже перестал дрожать, - Зачем? -Не спрашивай, а? Целуй лучше, пока я не передумал, - голос звучал тепло, а взгляд захлестывала неуверенность -Но… И, как в этих старых голливудских фильмах, меня заткнули поцелуем. Саша просто выдохнул и, когда я раскрыл рот, чтобы задать очередной вопрос, поцеловал меня. Хотелось истерично засмеяться, когда я почувствовал его губы. Ну крайне же нелепо и странно это выглядело… Но смеяться мне не позволили… Сашка… Он умеет целоваться… Язык скользнул по моим губам, а я уже подавился стоном. Как будто я прихожу в себя после долгой болезни: давно забытое ощущение заставляет сердце быстрее гнать кровь по венам. Саша отстранился, пытаясь восстановить дыхание. Мы молча смотрели друг на друга. Странно все же это… Я попробовал сообразить что-то. Но… как говорится, кровь отлила от головы… Причем вся и причем окончательно. Теперь думать было сложнее . А, впрочем, это уже и не нужно было. Но, тем не менее, с возбуждением нужно было что-то делать и, причем, немедленно. Я заволновался и, видимо, Саша мое волнение почувствовал. Он пристально посмотрел на меня, положил руку на мое плечо: -Жень, что с тобой? Тебе плохо? – нет, Саш, мне хорошо! Мне просто охренеть как хорошо! -Мне? Нет… Мне не плохо. Просто… - машинально я опустил взгляд. Саша проследил его, улыбнулся -Из за меня? Хм… Ну, для подобных случаев у тебя есть руки, - смешок, - Я кстати могу отвернуться, если хочешь -Не надо… - не хочу, не хочу чтобы он отворачивался -А что тогда? – в глазах отразился даже какой-то испуг -Не отталкивай тогда… Я подался вперед, желая снова поцеловать парня. Он отклонился назад, уперся спиной в стену. И во взгляде тот же испуг. И даже стало как то обидно… Но,с другой стороны, я сам виноват: без каких либо чувств целовать человека… Это же неправильно, так нельзя Но… Не знаю о чем я тогда думал. Меня безумно тянуло к парню. Я хотел чтобы он был рядом. И все таки мои пальцы запутались в его волосах и я прижался к его губам. Кончиком языка скользнул по ровному ряду зубов, углубил поцелуй. Сердце начало отбивать какой то сбившийся ритм, когда Саша ответил. Жадно ответил, задыхаясь. И поцелуй как-то незаметно перерастал в более глубокий, жаркий… Возбуждение стало особенно болезненным, когда тонкие пальцы коснулись моей шеи, соскользнули ниже и начали расстегивать пуговицы на рубашке. Я прижался губами к венке на шее Саши, сжал ее зубами. Парень глухо застонал, на щеках появился румянец. И опять же во взгляде испуг… Он как будто сам боится того, что сейчас происходит. Но, судя по тому что сейчас упирается в мое бедро, не настолько сильно, чтобы отказаться от всего того. Саша тяжело дыша аккуратно надавил на мои плечи, вынуждая опуститься на рыхлый матрас. Я никогда не любил смотреть на парней снизу вверх, сразу чувствовал себя каким-то беззащитным, мне становилось неуютно. Вот и сейчас я попытался приподняться на локтях. Но Саша уже не отпускал меня. В карих глазах уже появились искорки желания. И теперь я не денусь никуда. Парень опустил ладонь на замок моих джинс, расстегнул. Собачка замка, обиженно взвизгнув, съехала вниз. Внизу живота потянуло уже болью, я подался вперед, обвивая руками шею парня, стягивая футболку. Саша жарко выдохнул мне в плечо, прижался губами к ключицам. Все… Определенно, он дошел до той точки, когда неважно, насколько ты натурал, когда просто жизненно необходимо кого то зажать в углу и изнасиловать. Теперь ты понимаешь меня, Саш? Думаешь мне лучше было все это время? Удары сердца эхом отдавались где-то в груди, когда положил руки на бедра парню и стянул с него брюки. Он тесно прижался ко мне, кожа к коже, проводя ладонью по моей спине, прослеживая пальцами каждый позвонок. До меня все же дошло, что как бы сильно мне не хотелось сейчас этого тела, посягать на него необязательно. А то утром оно проснется и меня будут избивать…. Я уже знаком с такими помешательствами. Спасибо, больше не надо. Саша скользнул ладонями по моей талии, еще раз смазано поцеловал меня куда-то в шею, и резко перевернул на живот. От этого движения моментально закружилась голова, а в висках застучала кровь. И вот именно в этот момент я понял, что меня сейчас просто грубо трах… Кхм…. И я был недалек от истины: Парень резко толкнулся бедрами вперед, заставляя меня громко вскрикнуть от боли и вцепиться до хруста в пальцах в стальные прутья кровати. Но, ко всему постепенно привыкаешь, и все постепенно проходит… Саша прижал меня к себе и коснулся губами позвоночника. Да… И когда я подался назад, стремясь теснее прижаться к парню, полностью почувствовать его, что-то довольно громко скрипнуло… Было два варианта: либо незваный гость попытался проникнуть в палату, либо это кровать… Но думать как то не хотелось. Тем более когда Саша резко продолжил движения. Я застонал, руки подогнулись, и я упал грудью на холодный матрас. Разгоряченное тело чуть ли не зашипело, когда влажная ткань коснулась его. Я получал от этих резких, немного грубых рваных толчков какое-то извращенное удовольствие. Ощущение горячего тела рядом, того, что оно не только рядом но и в тебе… Все это захлестнуло меня с головой. Особо резкое движение, заставившее меня подавиться вскриком и обжигающий жар. Саша, утробно застонав, целует меня в висок. И тогда я выгибаюсь и…