Иду за тобой

Микеле умел быстро справляться с плохим настроением. Вот и сейчас он, позабыв о вчерашнем фиаско и очередной бессонной ночи, влетел в помещение, традиционно споткнулся на пороге и громко хлопнул дверью. - Молилась ли ты на ночь, Дездемона? – встав в позу, грозно вопросил Мике. - Да, милый мой Отелло, - как ни в чем не бывало отозвался Реми, который, как и всегда, сидел, скрестив ноги, в углу с блокнотом в руках. – Еще и кофе сварила. Будешь? - Еще спрашиваешь, - хмыкнул Локонте, обнимая друга и принимая из его рук чашку с крепким эспрессо. Да, кофе ему явно не помешает. Четырехчасовой сон не способствует бодрости тела и крепости духа. По утрам Мике иногда казалось, что его голову изнутри заполнили густым серым дымом, а притяжение Земли увеличилось в несколько раз. Не похмелье – недосып. Не слишком приятное, мягко говоря, ощущение. - Ван Гог, картина «Звездная ночь», - прокомментировал Реми, внимательно осмотрев его с ног до головы. Микеле оторвался от кофе и удивленно взглянул на него. - Это еще почему? - В зеркало посмотри. Ты себе эту звездную ночь на шею нацепил. Откуда эта страсть к побрякушкам? У тебя в роду были цыгане? Локонте усмехнулся и потеребил одну из многочисленных звезд, висевших у него на шее. «Может, и были, кто их знает» - С утра уже кто-нибудь заходил? - Нет, - Реми пожал плечами. – Еще же девять утра только. Какому маньяку в девять утра может понадобиться губная гармошка? «Действительно». Микеле улыбнулся, присел на диван и покрепче обхватил кружку с кофе. Он работал в этом музыкальном магазине уже три года и успел крепко привязаться к этому месту. Мике безумно любил музыку, но построить карьеру в этой области у него не вышло. Он никогда об этом не говорил, поэтому никто не знал, почему талантливый молодой человек, так часто развлекающий посетителей неплохой игрой на фортепиано и гитаре, вынужден продавать инструменты. Впрочем, никого это особо и не интересовало – люди вообще существа нелюбопытные. А Микеле не жаловался. Ему нравилась его работа, нравилась близость к музыке, нравились посетители, нравился Реми. Реми появился здесь около полугода назад. Ему было двадцать лет (Лоран утверждал, что двадцать три), но выглядел он от силы на шестнадцать – щуплый, невысокий, светловолосый, с редкими веснушками на тонком носу и светло-голубыми глазами, которые при определенном освещении могли принимать оттенок морской волны. Он переехал из родного городка в столицу совсем один, не имея ни высшего образования, ни хоть какого-нибудь жизненного опыта за плечами. В Париже Реми долго перебивался случайными заработками – по его собственным словам, он успел перепробовать все, кроме наркоторговли (просто не знал, где найти товар). Осенью он познакомился с хозяином этого магазина, Лораном, который и пристроил его сюда. Реми здесь нравилось. Он не умел играть на чем-либо или петь, зато с удовольствием слушал, как упражняется Мике. Настоящей страстью Реми было рисование. Когда не было покупателей, он сидел на своем любимом диванчике в углу зала, пил чай и рисовал что-то в блокноте или на отдельных листах бумаги. Карандашом, углем, акварелью, тушью…да чем угодно. Пятна краски виднелись в самых неожиданных местах, на шкафу лежало несколько самолетиков, сделанных из неудачных набросков, а на кнопки, которые Реми постоянно рассыпал и терял, регулярно наступал Лоран. Микеле не удивился бы, если бы однажды Реми притащил сюда мольберт. Локонте сам увлекался живописью в школе и тоже немного рисовал, поэтому мог оценить работы парня по достоинству. Он вообще опекал его, как мог. Хотя всем остальным иногда казалось, что опекать нужно было скорее самого Микеле. Из размышлений Мике вырвал стук входной двери. - Микеле, мальчик мой, солнце мое чериньольское, свет души моей, ты опять опоздал! – злорадно заметил Лоран, заходя в магазинчик и на ходу снимая куртку. Тот тихо застонал. Ну почему, почему его шеф – чертов экстрасенс? - Я не опоздал, - вяло пробормотал он. - Нет, опоздал. В 9:00 ты уже должен был быть здесь. Но вместо этого в 9:00 ты стоял на перекрестке и считал ворон. Кстати, сколько их там было? - Лоран, отстань от меня, - буркнул тот. - Ух ты, какие мы недовольные с утра. Ну и ладно, - Лоран усмехнулся и направился к себе – на второй этаж, где он обычно работал. - Кстати…тебе нитки с иголкой дать? – обернувшись на полпути, спросил он. - Зачем? – не понял Микеле. - Твои джинсы похожи на решето. Ты неудачно упал, или тебя собаки покусали? Реми фыркнул. - Так надо, Моран. Так надо, - сквозь зубы прошипел Локонте. - Ну, как знаешь, - и Лоран, ехидно улыбаясь, скрылся на лестнице. Микеле прикрыл глаза и откинулся на спинку дивана. Иногда шеф бывает просто невыносим. - Мике, я схожу за кофе? Он закончился, - Реми уже застегивал куртку. - А? Да, конечно, иди. Купи мне шоколадку еще. - Обязательно, - Реми улыбнулся и, уже направляясь к выходу, положил Микеле на колени лист бумаги. Локонте взял его в руки и прищурился. На рисунке был изображен он, Мике – его взлохмаченные волосы напоминали лучики солнца, а сам он, как и полагается небесному светилу, плыл в небе над домами…в решете. Микеле восхищенно посмотрел на только что захлопнувшуюся за Реми дверь и звонко расхохотался. И когда только успел, поганец?