На руке, дарящей розы, навсегда останется их аромат

Твой путь, который ты построил у себя в уме, никогда не будет опрометчивым. Доверяйте своим мыслям и делайте то, что пожелаете. Именно тогда вы будете проживать жизнь, которой искренне наслаждаетесь, и просто испытывать счастье.

      За это время Тэхён успел вернуться к себе. В День Рождение Чонгука мы переспали с ним. А так же я смог узнать, что Намджун и Сокджин-хён не знали об идее резкого переезда Юнги и Хосока. К слову, Юнги ещё и номер телефона, похоже, что сменил, хотя… Я попытался позвонить ему всего лишь один раз, тогда мне сообщили, что абонент вне зоны действия сети. Больше я не звонил, не писал, даже толком не говорил о нём, но каждую ночь я плакал. Запирался в комнате и рыдал так, как никогда в жизни. И официально могу заявлять о том, что я, Пак Чимин, потерял абсолютно всё, что только мог потерять. Увы, но вы не прошли отбор в танцевальную группу. Пожалуйста, закройте меня в гробу и не пытайтесь открыть, я не хочу этого.

***

      Очередное утро осеннего дня. Очередные утренние рутины. В очередной раз я пропускаю завтрак. В очередной раз выхожу из дома под обеспокоенные взгляды родителей. И да, брат переехал и теперь живёт самостоятельной жизнью. В очередной раз лениво направляюсь в школу. И в очередной раз заставляю себя улыбнуться, как только вижу своих друзей и парня. Всё как обычно, всё не меняется уже более месяца. Спокойная жизнь без происшествий. Чем-то похожая на мою предыдущую, около года назад, но тогда у меня не было друзей, не было никого рядом, но… Хоть я и не убиваюсь сейчас так, как тогда, но я также запираюсь и рыдаю, только вот теперь по-другому поводу. Если раньше я рыдал, что могу не выдержать физически того, что со мной происходит, то теперь я не боюсь. Ломаюсь, я к слову, морально. Для меня всегда моральная боль казалась куда мощнее физической. И да, всё правильно, я не боюсь. Почему вдруг так?       А какой смысл в страхе? В чём теперь мой смысл страха? Раньше я боялся, так как считал, что жизнь в один миг может резко наладиться, как только я изменюсь, что все сразу же захотят со мной познакомиться. Я добился своего, теперь у меня есть друзья, есть любимая семья, но нет огромной частички моего сердца и души. Оно покинуло меня вместе с ним. Он уехал. Он оставил меня. А кто в этом виноват? Неудивительно, так как виноват именно я сам. Я побоялся признаться. Моя слабость взяла вверх, как и обычно. И к чему это привело, Чимин? Теперь ты ходячий мертвец, который плюхается за парту рядом с Чонгуком.       — Ну что, мелкий, уже придумал, что будешь делать в этот день? — с искренней улыбкой на лице поинтересовался брюнет, сидящий рядом.       Я не смог выдавить из себя ни слова, а просто повернулся к нему, посмотрев сонными глазами. Уже более месяца я не могу избавиться от пугающих синяков под глазами, так как просто-навсего сплю часа по три максимум. Нет, ложусь-то я не поздно, но не могу заснуть. Кошмары постоянно мучают меня. В них я чаще всего бегу по пустому коридору, слышу его голос, но не могу никак добежать до источника самого звука. Иногда я падаю, в таком случае, наоборот, сначала я хорошо слышу голос Юнги, но с каждой минутой голос становится всё тише и тише. Он наверху, а я падаю вниз. Правильно ведь, Юнги выбрался из ямы, а я не смотрел под ноги и провалилися в новую. Только вот она оказалась более глубокой, а так же тут не земля, а стены по бокам под девяносто градусов, ещё и такие гладкие. Не выбраться никак. Хоть убейся — не вылезешь. Здесь нужна помощь того, кто стоит наверху. Но вот незадача, друзья не могут найти меня, хотя я кричу, нет, я срываю голос, но они не слышат, а тот, кого именно я зову, он очень и очень далеко, физически не может услышать мой зов. Ведь я сам попросил держать между нами расстояние, вот он и не в курсе того, где я нахожусь в данный момент. Глупый, глупый Пак Чимин!       — Чимин-щи, тебе восемнадцать стукнет через неделю, где же идеи празднования? — весь энтузиазм Чонгука, как ветром сдуло после того, как он в очередной раз увидел мои «прекрасные» произведения искусства под глазами и впалые скулы.       — А что в этом такого? Постарею на год. Тут грустить нужно, а не радоваться, — без каких-либо эмоций проговорил я в ответ.       — Говоришь, как мой дед. Так, решено, я провожу тебя до кафе, а после твоей работы прогуляемся, тебе необходимо развеяться, — поясняет старший, не спрашивая моего мнения.       «Да я давно стараюсь развеяться, вот только ничего не выходит», — крутится из раза в раз у меня в голове, когда Чонгук говорит подобное. Да, это уже случалось не один раз. Я правда благодарен ему, возможно, что именно Чон и держит меня ещё на ногах, но, увы, он не в силах вылечить меня окончательно. Лекарство закончилось во всех аптеках мира. Ах, да, его же вообще не продавали никогда. Оно уехало. Даже не попрощалось. Тихо, без лишних слов… И, чёрт возьми, Мин Юнги, я так и не понял смысл твоей любимой фразы! Что значит: «На руке, дарящей розы, навсегда останется их аромат»? В чём заключается главный смысл? Причём здесь руки и розы? Как они связаны с нами? И снова мысли о нём. Снова слёзы подступают к глазам. Снова покидаю класс и быстро выбегаю на крышу здания. Снова смотрю на горизонт. Снова вспоминаю куртку, которую Юнги накидывал на меня, когда я замерзал, прямо как и сейчас. Я замёрз, но никакой куртки нет. Я вспоминаю, как он внимательно слушал меня… Как мы любовались звёздами вместе. Я не вечен, поэтому не могу сдержать сильный поток слёз. В руках рефлекторно оказывается сигарета. Это уже вошло в привычку постоянно курить. Сигареты стали заменять мне приёмы пищи. Да и никакая еда в рот не лезла, словно ком, который я никак не мог проглотить. Верно, у меня ведь в горле «опухоль» образовалась, узел затянулся, теперь не кричать, не есть нормально не мог. Только всхлипывать постоянно. Вот ведь эгоист. У тебя есть всё, но так же одновременно — ничего.       Кстати, связи с Миёном я благополучно разорвал, а сами занятия танцами бросил. Хватит. Я не добился того, о чём мечтал, так тогда в чём смысл? Не прошёл сейчас, так не пройду и в следующем году. Бессмысленно тратить на это своё время. На самом деле, бессмысленно тратить время на жизнь, но так уж и быть, Чонгук, Намджун, Сокджин-хён, Тэхён и семья будут горевать, если меня не станет. Только ради них я буду стоять на ногах, но вот только я не уверен в том, сколько ещё продержусь. Может быть всего лишь пару дней, а может неделю, может месяц. Кто знает? Хотя, как бы я не хотел с этим соглашаться, но где-то в уголке моего остатка от сердца жила надежда. Надежда на то, что через неделю, на моё восемнадцатилетие Юнги всё-таки приедет. С белыми розами в руках, с крышесносной улыбкой, при которой можно разглядеть его дёсна. Вот он будет стоять передо мной и поздравлять. И всё, больше никогда никто из нас не отпустит друг друга, вцепимся мёртвой хваткой. Но ведь… Я думал, что испытываю к Юнги всего лишь лёгкую привязанность, но вот ведь смешно вышло, я влюбился в него без памяти. Так хочется наругать себя за такие мысли, наругать за то, что надежда всё ещё есть, но и она держит меня на ногах. Может быть, это не семья, не Чонгук, не друзья, а всего лишь эта надежда? А если она умрёт? Надежда всегда умирает последней. А вот и нет, я умру следом за ней.       Протестовать Чонгуку не было никакого смысла, поэтому попрощавшись с Намджуном и Джин-хёном, мы вместе направились в сторону милому кафе. Тому самому, в котором я прежде подрабатывал. Да, после того, как я узнал, что не прохожу в группу по танцам, то решил вернуться к привычной подработке. Думаю, для того, чтобы окончательно не сойти с ума. Я взял на себя максимальное количество времени. Так же, к слову, загрузил себя самостоятельно большим количеством дополнительных уроков, изучил сферу бизнеса и начал помогать родителям. Загрузил себя так, чтобы как можно меньше думать о том, что так сильно тревожило меня изо дня в день.       Зайдя в кафе, Суан как обычно встретила меня и Чонгука лучезарной улыбкой. Как обычно пошёл переодеваться. Как обычно попрощался с Чоном на время. Как обычно стал обслуживать посетителей. Как обычно смотрел на входную дверь в надежде, что вот сейчас сюда зайдёт странный парень с книгой в руках. Он тихо сядет за свободный столик, закажет горький американо и продолжит читать. А затем заплатит, выйдет, сядет на свой мотоцикл и уедет. Но я готов всё отдать, лишь бы это произошло. Хотя бы один раз. Ещё один раз взглянуть на него. Хотя, кого я обманываю? Если я увижу Юнги, то не выдержу, сорвусь с места и обниму настолько крепко, что ему придётся будет умолять меня о пощаде.       Я много думал, на что теперь похожа моя жизнь? Порой мне казалось, словно время остановилось, а меня остановить забыли. Вот я и хожу по привычным мне местам, только я не в курсе того, что всё, оказывается, остановилось.       После работы, как и обещал, Чонгук встретил меня, и мы направились на вечернюю прогулку. Мы держались за руки, дышали свежим воздухом, смотрелись, как самая настоящая пара, вот только один в этой паре продолжал совершать огромную ошибку. Я не любил своего парня. В один момент, что-то во мне щёлкнуло, и я окончательно понял, что Чонгук никогда не сможет заставить меня влюбиться в него. Я разобрался в себе, наконец-то развязал все ниточки, расставил всё по полочкам, но осознал всё слишком поздно.       — Зайдём в кафе? Хочу выпить кофе, — дёрнул я Гука в тот момент, когда заметил знаменитую кофейню-кафе.       Когда Чонгук посмотрел на то место, куда я предложил зайти, то улыбка моментально испарилась с его лица. Такое чувство, словно его камнем ударили, серьёзно. Чон изменился в лице, весь напрягся, побледнел даже.       — Ты точно уверен, что хочешь зайти именно в эту кофейню? — неуверенно спросил Гук.       — Да мне не важно, но ты ведь всегда любил это место, — я с подозрением постарался заглянуть в глаза парня, но у меня не вышло, смог увильнуться, засранец.       — Ага, но… — он выдержал паузу. — Я нашёл место ещё лучше! Тут недалеко есть ещё одна кофейня, в которой кофе подают во много раз лучше. Идём скорее!       Чонгук крепче сжал мою руку и постарался поскорее уйти от этого места. Я сразу же понял, что он лжёт. Он всегда любил это место, я знал, что когда в Пусан приехал Тэхён, то эти оба практически каждый день сидели здесь по вечерам. Да и вообще, Чонгук стал как-то остро реагировать на любое упоминание о ТэТэ. Может быть, они поссорились? В любом случае, у всех свои тараканы. И да, кофе, который мы купили в другой кофейне, оказался отвратительным. Я выпил всего лишь из-за того, что за него заплатил Чонгук, а он кривился, говорил, что бесподобно, но он не смог скрыть от моих глаз того, что вылил его за куст. Он был невыносимо горьким, таким, каким всегда любил брать Юнги. Может из-за этого он мне и не понравился? Этот вкус напомнил мне о больном.

***

      Хоть мир и остановился, как мне казалось числа почему-то менялись. И вот настало тринадцатое октября. Восемнадцатилетие. Через год я стану совершеннолетним, но я до сих пор не знаю, чем хочу заниматься в будущем. Кем хочу работать. Это потеряло какой-либо смысл. Я даже подумывал о том, чтобы после исполнения девятнадцати, устроиться на полную ставку в кафе. Так и проживу всю жизнь. А что такого? Очень даже хороший вариант. Хотя, если я вообще доживу до своего совершеннолетия.       Как только я проснулся, то родители принесли мне завтрак в постель. Как только я увидел любимые панкейки со сгущёнкой, то к горлу сразу же подошёл рвотный рефлекс. Эта сладость. Это сахар. Это sugar. Это Suga. Родители поздравили меня, а я улыбнулся в ответ, наигранно, конечно же. Мне пришлось отрезать кусочек и положить его себе в рот ради родных. Я видел в их глазах счастье впервые за полтора месяца, они увидели, что я положил себе в рот хоть один единственный кусочек чего-либо съестного. Вот только, когда они вышли из комнаты, этот самый кусочек, да и все панкейки, пошли в пакет, который я спрятал в своём школьном рюкзаке. Я благодарен им за заботу, за то, что они приготовили это для меня, но не могу я есть. Не спорю с тем, что я сильно похудел, что стал выглядеть болезненно, стал чаще носить мешковатую одежду, стал находить любые отговорки для Чонгука, когда тот хотел заняться со мной сексом. Я не хотел, чтобы кто-либо увидел, насколько всё плохо под одеждой. Многие и так заметили изменения на лице. Мои щёки сошли практически на нет, стали сильно выпирать скулы, а глаза постоянно были красными. Кожа перестала быть светлой, теперь она отдавала синевой. Болезненный вид, не спорю, но ничего с этим поделать не могу.       С самого утра я получал большое количество звонков и сообщений с поздравлениями, но я ждал, весь день ждал сообщение от любимого ника Suga. Ждал хотя бы одного стикера. Днём даже приехал в гараж Юнги. Я не мог заставить себя появиться здесь полтора месяца, а теперь вдруг с таким желанием приехал. У меня всё ещё находились ключи от этого места, поэтому мне не составило труда зайти внутрь. Я обнаружил внутри всего лишь одинокий диван и пустые шкафчики-комоды. Нет мотоцикла, нет никаких вещей, которые ранее хранились в данном месте. Пустота. Такая же, как и у меня на душе. И да, так я и провёл весь день. Поднялся на крышу и любовался видами. Стемнело довольно рано, звёзды сразу же окрасили всё тёмное небо. Каждая звёздочка старалась сиять ярче другой. И в один миг, я заметил падающую звезду. Потрясающее зрелище. Ах, да! Нужно ведь загадать желание! Я подскочил на месте, подбежал к краю, сложил руки перед собой, закрыл глаза и загадал. Пожалуйста, пусть последняя мысль перед смертью будет о Юнги. И знаете, вдруг стало так легко. Так спокойно на душе. Удивительно, я добивался этого более месяца, старался не думать о Юнги, чтобы не убиваться, а здесь, наоборот, подумав о нём, стало так спокойно. Одно желание, которое поменяло всё. Я оживился, улыбнулся искренне и понял, что с этого дня, вплоть до момента смерти, я не буду думать о Мине. Теперь всё по-другому, теперь спокойно. И я понял, что именно сейчас должен сделать что-нибудь правильное для закрепления своего желания. Я быстро достал телефон, быстро набрал нужный номер и быстро договорился о встрече в парке через полчаса. Я не знаю откуда вдруг во мне такой прилив энергии, возможно потому, что я знал, что собираюсь сейчас поступить правильно. Да, впервые за последнее время я действительно решил сделать так, как я сам хочу. Поэтому на часах уже практически полночь, а я стою напротив Чонгука, который широко мне улыбается. Он стоит с букетом алых роз.       — Поздравляю С Днём Рождения, любимый, — Гук подошёл и протянул мне шикарный букет роз.       Впервые за последнее время я смотрел ему в глаза с улыбкой, искренней улыбкой. Я не взял букет, некоторое время стоял и просто улыбался. Я знал, что это будет больно, больно скорее для Чонгука, что теперь я не смогу держаться за него. Но моя надежда умерла. А я ведь говорил, что умру за ней, ведь так? И я ведь уже загадал желание для своей смерти, поэтому мне так легко и спокойно.       — Чонгук, давай расстанемся! — выкрикнул я и почувствовал такое облегчение.       Букет роз упал на холодный асфальт. Улыбка с лица брюнета упала следом и разбилась на огромное количество мелких частичек. И он ушёл, кивнув мне в ответ. Я обязательно извинюсь, обязательно добьюсь того, чтобы мы остались друзьями, но позже, сейчас я хочу просто поспать. Хочу выспаться спустя столько времени.       Да, вот так вот и подошёл к концу мой праздник, моё восемнадцатилетие. Но обман окружает этот мир всегда. Всё бы и дальше плыло по такому пути, по такой закономерности, вот только я бы был теперь более спокойным, но нет… Я думал, что наконец-то смогу нормально спать, но мне приснился очередной кошмар. Поздравляю, Чимин, ты просрал абсолютно всё.

***

      Расставание с Чонгуком ни к чему не привело. Что там следующее по пункту? Умереть после надежды? Время шло, а я так и не умирал, хотя уже слабо был похож на живого человека. С моего восемнадцатилетия прошло более двух месяцев. На дворе зима, за окном идёт редкий снег. Совсем скоро Новый Год, который ни о чём мне не говорит.       Очередное время подработки в кафе. Настороженный взгляд Суан в мою сторону, когда я вдруг резко упираюсь об стену, закрывая глаза.       — Чимин, скажи честно, когда ты в последний раз хоть что-нибудь кушал? Сколько ты сейчас весишь? — обеспокоенно поинтересовалась девушка.       — Всё в порядке, правда. Сегодня утром, а о весе я не знаю, не взвешивался долгое время, — частичная ложь, но я не хотел заставлять её волноваться ещё сильнее прежнего.       — Я заметила, как ты вернулся сюда, Юнги никогда не заходил к нам… Между вами что-то произошло? Вы сильно поссорились? — голос девушки эхом раздался в моей голове.       Точно! Надежда не умерла! Я всё ещё надеялся на то, что Юнги может придти в кафе! Вот в чём проблема! Нужно перестать об этом думать, тогда я обрету покой.       Смена закончилась. Я вышел из кафе, сильнее укутавшись в тёплый шарф. Нужно перестать думать о Мине. Мин Юнги больше нет в моей голове, его нет в моей жизни. Я дал себе клятву, что не буду думать о нём, так нужно прекратить это делать. Из-за мыслей я не заметил, как свернул с пешеходной дорожки, а в следующий миг меня резко скрутило. Дикая боль в желудке. Невыносимо. Я не могу этого терпеть. Да ещё и сознание начало покидать меня. Нет, только не обморок, прошу. Но в следующую же минуту я слышу крики людей, слышу сигналы машины. Мои глаза резко открываются, и смотрю в сторону доносящихся звуков. Сигналы, крики. А затем всё. Громкий гул в ушах и темнота. Через пару секунд резкая тишина. Что произошло? Меня сбила машина? Я умер? Но ведь, я не думал о Юнги, я ведь не мог вот так вот погибнуть. Что за темнота? Почему я здесь один? Где все люди? Где город? Почему я ничего не вижу и не слышу? Это конец? Это мой конец? Вот так вот быстро? Так просто? А я ведь тоже… тоже не попрощался с ним. А может быть ещё не поздно? Я попробую…       Что же, прощай, мой любимый Мин Юнги. Спасибо за жизнь, которую ты подарил мне. Всему приходит конец, да? Но я действительно счастлив. Спасибо огромное за всё. Спасибо, что появился в моей жизни. Последнее, что я вижу — это то, как Юнги улыбается мне.       — Чимини, вперёд! — самый сладкий голос для меня.       Да… Да, только вперёд! Слышишь, Юнги? Иди только вперёд, а мой путь закончился. Всему хорошему и плохому приходит конец, ничего не вечно. Я готов поспорить лишь с одним. Единственное всё же вечное в этом мире. Я не верил в это, думал, что и этому приходит конец, но нет, как оказалось… Я влюбился. Так сильно, что не мог разлюбить. Я старался, но тщетно. Моя любовь к Юнги вечна. Да, путь закончился, но любовь продолжит жить, я уверен.

Любое пожелание исполнится, если сильно этого захотеть…