changjin daily

Вообще, по плану это должен был быть вполне обычный день. Ну как, если свидание с Хёнджином можно было назвать обычным. Но Чанбин как-то уже привык к ним, даже не смотря на то, что они так и не перешагнули ту черту, которая бы позволяла ему говорить о Хване как о своём парне. — Бини-хён, — Ёнбок тянет его за рукав и жмётся к его боку, задирая голову наверх. — Я голоден. Чанбин смотрит на ребёнка и улыбается умильно, присаживаясь перед ним на корточки. Это должен был быть день обычного свидания с Хёнджином, но теперь это свидание с Хёнджином и двумя детьми. Не их детьми. «А жаль», — высказал ранее своё мнение по этому поводу Хёнджин. — Сейчас Хёнджин вернётся с Чонини, и мы пойдём покушаем, ладно? Ёнбок усиленно кивает и переводит взгляд в сторону леса, куда ранее ушёл его брат Чонин вместе с Чанбиновым всё-ещё-не-парнем. Они договорились встретиться с Хёнджином в парке, что недалеко от квартирки Чанбина, но Со, по обыкновению своему, опоздал буквально минут на десять. И какого было его удивление, когда он прибежал и узнал, что Хёнджин за эти несчастные десять минут успел обзавестись детьми. Двумя. Озорными, улыбчивыми, очень пакостливыми (да, это он сейчас о Чонине) и разговорчивыми детьми. За те полчаса, что они провели с ними, Чанбин узнал чуть ли не всю подноготную их семьи, что мама с папой поругались, что Ёнбоку было страшно, а Чонин, как самый отважный, предложил уйти из дома. А потом они потерялись в парке, где их и нашёл его всё-ещё-не-парень. — Бини-хён! — на этот раз его зовёт уже сам Хёнджин, ведущий Чонина за руку к ним обратно. — Мы сделали все дела, так что готовы найти дом и родителей малышни. — Хорошо, только заскочим взять перекусить что-нибудь, Ёнбок голоден. — Чанбин кивает и встаёт, хватая за ладошку вставшего рядом мальчика. — А Чанбини-Бини-хён тоже? — подходя ближе, Хван кладёт голову ему на плечо и берёт его за другую руку, переплетая их пальцы. Чанбин уверен, что краснеет, но только лишь улыбается немного и кивает: — Поесть не отказался бы. Всю милоту и романтику момента портит Чонин, который несильно пинает Хёнджина в ногу и показывает язык, припевая: — Тили-тили тесто, жених и невеста! Чанбин слышит, как Ёнбок рядом с ним тяжело вздыхает. И сам тоже это делает. Потому что, к сожалению, Хёнджин — да, всё-ещё-не-его-парень. Угостив малышню и самих себя горячим рамёном в ближайшем супермаркете, они всё-таки расспрашивают ребят о месте, где они живут, и если раньше Ёнбок всё-таки не принимал в этом активного участия, то сейчас, на правах старшего и более внимательного, рассказывает больше деталей. И спустя некоторое время дети всё же находят свой дом и беспокоящихся родителей. На прощание Чонин тянет за рукав Чанбина и с самым серьезным выражением лица выдает фразу, от которой на хохот выносит всех: — Хён, позовите нас на вашу свадьбу. Я буду самым очаровательным там. Букет невесты будет нести Ёнбок. Чанбин посмеивается и смотрит краем глаз на Хёнджина, чей взгляд лучится счастьем и весельем. — Обязательно, Чонин-а. Обязательно. А чтобы это случилось, Хёнджин наконец-то должен стать тем самым. И, когда они возвращаются к парку, Чанбин тянет его к себе, дарит первый поцелуй и шепчет в родные губы то, что хотел сказать так давно: — Будешь моим парнем? И ловит с выдохом улыбку Хёнджина и его счастливое «Ну наконец-то. Конечно, хён».