Изгои

В школе, в принципе, ничего плохого не происходит, да и хорошего тоже. Одно радует, мы с тобой постоянно держимся за руки, хорошо, что я левша. Везде ходим вместе, «однокласснички» замечают, да и пусть хихикают, мне по барабану на их мнение. Я никак не отойду от того, что хотел сделать Львиносвет. Повезло, что у него не получилось, и из-за вспышки вышла смазанная фотография. Даже не хочу представлять, что могло быть. Теперь твой брат снова живёт с нами. Поэтому спим с тобой на одной кровати. Как солдаты, только за руку держимся. Этот Львиносвет всю ночь на нас свои зенки таращит, надоел. Пдрс, бегает вокруг Ветерка, как собачка, то принеси, это принеси, и ведь несёт же. Как можно вообще быть таким? Все продолжают порции из столовой красть, не поесть нормально. Воюют они с нами. Пфф. Мне даже нравиться стала такая война, пусть такая, мелкая, главное, чтобы они пуще Львиносвета ничего не придумали. Проходит несколько дней... Утро. Встаю. Когда глаза привыкают к солнечному свету, обвожу взглядом комнату. Остролистая стоит около зеркала, сушит феном голову, она всегда встаёт раньше всех. Львиносвета уже нет, ну и фиг с ним, без него лучше, мы можем хоть свободно говорить. – Воробей, когда ты будешь краситься? – спрашивает Остролистая, обращаясь к тебе. О чём она говорит? Я не понимаю. – Корни уже видно. – Сильно видно? – интересуешься ты, подходя к зеркалу, начиная разглядывать свои волосы, – ладно, сегодня вечером покрашусь. – Я могу останавливать вас, но мне тоже просто так это не проходит, – говоришь мне ты, увидев мой вопросительный взгляд, – я полностью седой, приходится краситься. Мы позавтракали, оделись, пошли в школу. У входа в школу стоит несколько шестёрок Ветерка, они странно смотрят на нас троих, как-то вроде с ухмылкой что ли, я крепче сжимаю твою руку, мне не нравится их взгляд. Даже очень. Когда мы проходим в школу, я вижу, как многие оборачиваются на нас. У всех разные взгляды. У кого-то с небольшим страхом, у других брезгливый, у третьих понимающий, а кто-то и вовсе не желает смотреть. Неужели Ветерок настроил всю школу против нас? На главном месте школы, где висит доска с объявлениями, расписанием и проводятся собрания-линейки, собралась толпа. Почему они все стоят здесь? Что-то случилось? Подходя ближе, я вижу, что все они рассматривают какой-то плакат. Я немного слаба на зрение, хоть и не ношу очки, я не могу разглядеть, что там. Мы пробираемся сквозь толпу, теперь я вижу, на что они смотрят. Плакат, от пола до потолка, шириной около двух метров. На нём изображены я и Воробей. Огромная фотография, мы лежим на кровати, в обнимку, ночью, под одеялом. Я не злюсь, мне совсем не стыдно, всё равно. Нет эмоций. И что они хотели сделать этим? Опозорить? Унизить? Смешно. Их жалкая попытка мести. Я вижу, как ты ужасно злишься, ты первый раз в таком гневе, конечно, это же сделал твой брат. – Львиносвет! – кричишь ты имя брата на всю школу, и бежишь в кабинет алгебры, где, скорее всего, собрался весь класс. Мы с Остролистой еле поспеваем за тобой. Ты забегаешь в класс, обыскиваешь глазами кабинет в поисках Львиносвета. – Уже видели? – улыбаясь, спрашивает Ветерок, обходя тебя вокруг, – Вы ведь уже спите? Хотя нет, наш маленький Воробей до сих пор девственник. Вот будет славно, когда по школе пойдёт слух, что Луна спит, допустим, не только с тобой, но и, к примеру, со мной? – договорив, он хватает меня за руку. Сволочь. Почему нет ярости, когда она нужна!? – Ветерок, мы так не договаривались, ты обещал её мне, – слышу голос Львиносвета, выступающего из тени. Мало того, что они нас опозорить хотели, так он меня ещё и «обещал»! Сумасшедший дом! И после всего этого они хотят называть себя людьми, братьями, друзьями. Да вас и животными назвать нельзя, ведь они так не поступят. – Мы? Договаривались? Что-то не припомню такого, – продолжает играть свою роль Ветерок, крепко держа меня. Убила бы, если бы было чем. Да и не сжалилась бы. – Вы помните, чтобы мы с ним договаривались? – все либо покачали головой, либо дали отрицательный ответ. Быдло. Даже бараны умнее вас. Все отвлеклись на стычку Ветерка и Львиносвета. Я чувствую, что Ветерок чуть ослабил хватку. Мне, кажется, лучшего момента не будет. Только сейчас. Я встречаюсь с тобой полувзглядом. Ты понимаешь, что нужно действовать. Повезло, Остролистая стоит рядом с дверью. Ещё несколько секунд... Три... Два... Один... – Я знаю только одно, вы все сволочи, – неожиданно говоришь ты, приводя всех в ступор, делаешь выпад в мою сторону, быстро вырывая меня из рук Ветерка. Остролистая моментально открывает дверь, мы втроём выбегаем из кабинета. Быстро проскакиваем по лестнице, лучше не оборачиваться, и так понятно по звуку, что за нами гонится уж точно половина класса. – Ни у кого нет ножика? – с напущенной серьёзностью спрашиваю я, запыхавшимся от бега голосом, нужно, как-то разбавить обстановку, – а то хочется ушатать сейчас этим, да нечем. – Я бы тебе помогла, – весело говорит Остролистая, – может, в магаз сгоняем? – Я, конечно, не против, но за нами гонятся, – напоминаешь ты, – я вот один раз не смог убежать. Помнишь, Остролистая? – Ещё бы, я тогда еле нашла тебя, – со злостью в голосе ответила твоя сестра, видно это были очень яркие воспоминания, – ещё бы чуть-чуть, даже не хочу думать, что могло произойти, если бы я опоздала. – Так что, давайте, бежим быстрее, – торопишь ты нас, – за нами, как-никак, маньяки-извращенцы бегут. Ещё три дома осталось. Эти всё продолжают бежать за нами, настырные, мерзкие, как их только земля держит? Я уже вижу подъезд, нужно быстро шмыгнуть туда. – У кого ключи? – интересуюсь я. – У меня – выкрикивает Остролистая, шаря по карманам, – фак, я их в ветровке оставила. – Замечательно, – бормочешь ты, недовольный, но мне в голову приходит одна мысль. – Тогда заскочим ко мне, – предлагаю я, – я всегда ношу ключи с собой – Отлично, кидай мне ключи, – просишь ты меня, – я быстрее дверь открой, а то она тяжёлая. – Лови, – кидаю я. – А ты мне так не говорил, – шутливо надулась Остролистая. Жалко, что у меня нет такой сестры, как у тебя. Понимающая, заступится, не предаст в трудную, верная, весёлая. – Конечно, не говорил, а сразу открывал, – оправдываешься ты, быстро открываешь дверь, мы моментально пролетаем в подъезд. Ох, наконец-то.