Изгои

Путь к месту нашего «обитания» неблизкий, я очень далеко ушла. Я не хочу идти туда. Совсем не хочу. Ну и приду, и что? Опять врать, что всё нормально? Я ненавижу их и врать не собираюсь, ну разве что, ты, Остролистая и Листопад исключения. А остальные... Ненавижу. Я знаю, у меня уже развилась паранойя ненависти, но... мне всё равно. Они во всём виноваты, я даже чуть рада, что мы сюда попали, хоть получат по заслугам. Мне плевать, если я получу наказание вместе с ними. – Я некуда не пойду, я хочу остаться одна, – выкрикнула я, освободившись от твоей поддержки, – я должна быть одна. Так надо. По крайней мере, сейчас. – Успокойся, там мы всё обсудим, а здесь опасно, – уже голосом не психолога, а психиатра говорил ты. Я знаю, я псих, и мне это очень не нравится. – Убей его... – Убей, ты же уже делала это однажды... – Убей, он заслуживает это... – Убей, он разозлил тебя... Нет. Только не они. Только не эти голоса. Я не хочу... – Ты слышишь? – спрашиваешь меня ты. Конечно, слышу, они обращаются ко мне, но... Но только я могу их слышать... Они так говорили... – Убей... – Уходи. Сейчас, – бросила я, они снова добиваются от меня, чего хотят. Но сегодня не добьются. Нет, я не буду. Я не хочу... – Я никуда не уйду, мне даже самому интересно... – задумчиво протянул ты. Что тебя может интересовать?! Как я буду убивать тебя, это тебя интересует?! Ладно, надо присесть, успокоиться... Может они уйдут?.. Она же оставляли меня на долгое время... На три года... Но тогда я выполнила их просьбу... – Убей... Я не могу больше этого слышать. Так. Так, нужно... Что же нужно... Надо выбросить всё, что может помочь мне в убийстве... Нож. Пусть летит ко всем чертям... Вроде больше ничего нет... – Я уж думал, что вы перестали приказывать убивать, после меня и Остролистой, – едко сказал ты, вглядываясь в пустоту перед собой. О чём... о чём ты говоришь? Что значит перестали?.. после тебя и Остролистой... Какое отношение голоса имеют к вам?.. Я... Я не понимаю... – Ты и твоя сестра, быть лишь побочным действием... – Ты смог понять это... – Но не смог изменить судьбу... – Ты слишком силён... – Ты не можешь убивать... – И никогда не сможешь... – А за ней мы следили с её рождения... – Она связана с нами... – Зачем вы приказываете нам убивать? – спросил ты. Что всё это... такое... Все эти потусторонние тайны... всё ужаснее... – Это мой единственный вопрос к вам. – Мы хотим, чтобы вы страдали... – Мы страдали, почему же вы должны быть счастливы?.. – И мы никогда не приказываем вам... – Вы делаете всё сами... Они правы, мы сами всё делаем... Я бы обдумала всё это... но я не хочу. Наше бытие настолько мало, а мы ещё умудряемся его испортить... Что сказать?.. Люди... – Пошли, – я не заметила, как ты подошёл ко мне, – пошли, пошли. Надо идти. – Зачем идти? Разве в этом есть смысл? – покачала голова я, – Я не хочу больше ничего, вдруг я кого-нибудь убью? – Не убьёшь, – спокойно говоришь ты, садясь рядом со мной на землю. – А как же... они? Я так и не поняла кто они, – тихо спросила я, смотря на закат, сколько же прошло времени? – Духи, бесы. Твоей болезнью были они, ты больше ничего не сделаешь, они отпустили тебя, вернее сказали, что отпустят и кое-что показали мне... – задумчиво ответил ты, поднимаясь, – мы должны кое-что сделать, я тебе всё объясню, когда мои предположения подтвердятся, а пока что нам пока идти обратно, скоро стемнеет. Ты подал мне руку, помогая встать. Ноги не слушаются, слишком много нервов, слишком много событий. Почему у меня не может быть всё как у всех? Почему всё обязательно на пере косяк? А хотя, откуда мы знаем, что нормально? Кто нам это сказал? Всё относительно... всё. – Ты знаешь, хоть, куда нам идти? – спросила я, безразлично глядя на вершины деревьев, густо скрывающие небо. – Нет, – спокойно сказал ты, доставая что-то из кармана, – но скоро узнаю. Ты сел на траву, вытягивая руку, держа в нет нитку... с камнем? – Что это? – поинтересовалась я, глядя на странный предмет. – Маятник, – просто ответил ты, – я говорю с помощью него с духами. Есть разные духи, некоторые не против пообщаться с нами. Я слышала об этом, но никогда не видела, как это происходит. Я бы спрашивала бы у тебя больше, но не сейчас. Хотя меня это очень заинтересовало. – Нам туда, – ты указал кивком в сторону чуть поредевших деревьев, вставая с земли. Пройдя несколько долгих минут в нужном направлении, я увидела яркие языки костра впереди. Значит, мы и вправду пошли в правильном направлении. Хотя у меня была доля сомнения в этом. Даже очень большая доля. – Вы... Вы пришли? – прошептала Светлоспинка, но около нас нависла такая тишина, что её слова были отчётливо слышны даже издалека. На её заплаканном лице ещё виднелись остатки слёз, она наверно только недавно успокоилась в объятьях брата. Остролистая сидит рядом с Листопадом, устало глядя на нас, я думаю, она была здесь за главную, пока не было нас. Он же смотрит взглядом подобным, сапёру с миной, вроде он и уверен, а в тоже время сожалеет обо всём, но и понимает, что только так можно было поступить. Пеплогривка что-то нашёптывает Львиносвету, видно что-то успокаивающее, хотя кто её знает. Ветерок... лежит, но завидя нас заметно оживился, меня наверно боится, я же его второй раз чуть не убила. Это было ужасно... всё, что происходит... всё ужасно. – Мышеус и Совка так и не вернулись? – спокойно спросила я, садясь рядом с ними, ожидая, что они отскочат от меня или ещё что-то на подобие, но никакой реакции, как будто ничего не произошло. – Нет, не вернулись, – вздохнул Когтегрив, – и, наверное, уже не вернутся. Львиносвет, ты был с ними, что там случилось? – Ну, мы это... как... повздорили, – промямлил он, отводя взгляд. Что-то он не договаривает, да хотя в этом ли суть? Мы всё равно в итоге все пропадём, умрём. Раньше? Позже? Но это случится, даже, может, не здесь, и не сейчас, но случится. – Мы поругались из-за того, что кто наберёт больше веток, поэтому разделились, я пришёл, а они... а они... нет. – Все будут пропадать и умирать, что же сделаешь? – обычно сказал Ветерок, поворачиваясь в нашу сторону. Его слова звучали так просто, словно он рассуждал, что лучше пить на завтрак, чай или кофе? – Что ты такое говоришь? – сурово посмотрела на него Светлоспинка. Мне кажется, она единственная, надеется на хороший исход, ведь у остальных уже есть догадки о нашем конце, хотя они никогда не узнают правду, сильно разделяющую нас. – А что не так? Всё правильно, сначала Ивушка, потом Мышеус и Совка, осталось только ждать, кто следующий, – ответил Ветерок на её возражение. – Эм... Ну, давайте... Поедим что ли... У нас тут всё готово... – прервала тишину Остролистая. Похоже, она всегда пытается успокоить всех едой. Но главное, действенный же способ. – Ты думаешь, в этом есть смысл? – ворчливо спросил Ветерок. Что это его на смысл потянуло? Всегда был чёрствой скотинкой, а сейчас чувственным размазнёй, даже не знаю, что из этих зол хуже. – Есть смысл, нет его, а если я и собираюсь помирать, то точно не голодной смертью, притом, что рядом еда пока что есть, – съязвила Остролистая, раскладывая кашу по пластиковым тарелкам. Поев в полном молчании, все начали пытаться устроить себе место для ночлега. Остролистая вместе с Листопадом подошли к нам. – Что же нам делать? – спросил Листопад, когда мы вчетвером сели. – Я имею ввиду, точнее мне кажется, что ты, Воробей, знаешь что здесь происходит. – Пора вам всё объяснить, – начал ты рассказывать обо всём, что мы успели узнать, у тебя получалось это очень искусно, ты подбирал такие слова, которые полностью отражали все события. – Раз так... надо жить... по крайней мере, пока есть возможность, – вздохнул Листопад, когда ты закончил рассказ. – Ладно, давайте не будем о грустном. Я конечно, сейчас не в тему скажу, но мне кажется, что ты, Луна, и Листопад, очень похожи. Не ну правда, тот же цвет волос, такие же серо-зелёные глаза, да и вообще не которые черты похожи, – сказала Остролистая. С чего она взяла? Хотя, я никогда не замечала, но если присмотреться, можно заметить нашу схожесть. – Вы похожи, с этим и спорить нечего, притом так же, как и я с Воробьём, только у нас цвет глаз разный, вы как брат и сестра. – Я, кстати тоже замечал это, – поддержал ты, странную мысль своей сестры. Не ну вы сговорились что ли? – Не хочу тебя обижать, но мы не единственные люди с русыми волосами и зелёными глазами, – попыталась я опровергнуть её мысль, своими верными доводами. – Да и притом, где я жила, а где он. – В первом я согласен, вот во втором... – сказал Листопад, – Я до года жил, в этом городе, в детдоме. Потом меня взяла одна молодая пара, они очень любили меня, я прожил с ними до двенадцати лет, а потом... они разбились на машине, и меня взяла сестра моей приёмной матери из Голландии. Так что можно сказать, я жил здесь. Ещё больше загадок, спасибо Остролистая. – Когда у тебя день рождения? – решила спросить я, ведь это будет веским опровержением её мыслей и подтверждением, что это всё просто совпадение. У меня-то двадцать второго апреля, как раз второй день нашего пребывания здесь, в этом чёртовом лесу. – Так-то я отмечаю двадцать шестого февраля, тот день, когда меня взяли в семью, а в паспорте двадцать второе апреля, – ответил Листопад, не догадывающийся, какой весомый аргумент в пользу Остролистой, только что сказал, – А у тебя какого числа? Его слова заставили меня переглянуться с тобой, такое же число... но у меня не могло быть брата... просто не могло... – Двадцать... второго... апреля... – выдавила из себя я, сколько же ещё тайн скрыто от нас? Хотя сто процентной уверенности быть не может, но слишком много совпадений... слишком много... Улыбка с лица Остролистой, затеявшей всё это, заметно сползла, Листопад было хотел открыть рот и что-то сказать, но быстро закрыл, ведь говорить-то нечего. Что же всё это значит? – Что же всё это значит? – повторил Листопад мои мысли. Он, что тоже мысли читает? Хотя может просто у таких близких родственников, какими мы оказались, бывает совпадают мысли? – Ладно, не будем зацикливаться на этом, мы не можем говорить уверенно, – сказала я, – но я знаю способ, как узнать правду, завтра я всё скажу вам. Когда уже все легли, Ветерок потушил костёр. Я раньше не замечала, как весной холодны ночи. Конечно, мне же не приходилось спать на земле. Ты быстро заснул, прижавшись ко мне. Приятно чувствовать твоё тепло, твоя любовь может согреть в любую погоду, мне всё равно, что сейчас происходит, и что произойдёт, ты есть, ты рядом и это главное. Но сейчас, нужно узнать на самом ли деле Листопад мой брат. Я знаю, как это сделать, я спрошу у своей матери.