Блеск глаз

— Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу! Настя в бессилии упала на кровать, закрыв лицо руками. Она хотела начать плакать от жалости к самой себе, но не могла. На полу валялся открытый чемодан, в который уже были кинуты некоторые вещи: ее и Артема. Пока парня не было дома, в комнатах царил бардак. Андреева встала с кровати и, пока шла до окна, сумела пару раз споткнуться о разбросанные вещи и обматерить всё и всех на свете. Она достала свою тонкую сигарету и высунулась в окно, пощурившись от яркого солнца. Погода налаживалась. «Ненавижу этого ублюдка. Почему, ну почему, когда в моей жизни все прекрасно, он снова в ней появляется?!» Даже мирно щебетавшие птицы раздражали девушку, нервно теребившую в руках сигарету. «Нет, я убью его. Я убью этого самодовольного, эгоистичного идиота!» Она сглотнула и помассировала закрытые веки, выпуская дым изо рта. Андреева начала копаться в своей голове, уже в сотый раз вспоминая, как все это произошло, в какой момент ситуация потеряла контроль и полетела в бездну, к чертям. Секунды первой встречи до сих пор всплывали в голове с такой точностью, будто все произошло только что. Еще долго фразы, сказанные друг другу, она будет вспоминать: — Ну, привет, — сказал тот, чье имя девушка вспоминала с трепетом. — Это Настя, моя девушка, — Артем встал со стула и приобнял шатенку за плечи. Та задрала брови, не зная, куда смотреть. Она переживала те же эмоции, что на их первой встрече: глаза беспомощно бегали, искав предмет, за который можно зацепиться. Руки мялись, потому что Настя не знала, куда их деть. Ноги подкосились, а рот искривился то ли оттого, что Андреевой хотелось засмеяться от глупости ситуации, то ли от смущения. Она постоянно поправляла волосы и делала вид, что ее не интересует Кирилл. Хотя парень в открытую смотрел на нее, не отводя взгляд. Он важно развалился на стуле, облокотившись одной рукой на его спинку, а другой ковыряясь во рту зубочисткой — не потому, что там что-то застряло, а ввиду привычки. Рядом сидела девушка, на которую периодически падал взгляд Насти. Смотря на нее, она задавала себе миллион вопросов о ней, догадываясь, почему она здесь. — Насть, это Кирилл, — продолжил Артем. Андреева на шатающихся ногах смотрела на своего парня, боясь, что Бледный произнесет хоть слово, и тогда она просто упадет. — Красивое имя, — он гадко улыбнулся. Андреева сконфузилась. «Какого черта» Она улыбнулась в ответ. — С ним мы позавчера пересеклись в баре. Я думал, он бредил, когда кричал про Олимпийский. Но оказалось, что он реально популярный артист, — продолжал Артем. Слова летели мимо сознания Насти. Она смотрела куда-то в пол. Вся ее кожа резко побледнела, сливаясь со стенами. Самым ужасным для нее было чувствовать, как он на нее смотрел. «Почему он выглядит так, будто решил затеять со мной какую-то игру? Почему он выглядит так, будто смеется от всего этого?!» Внутри нарастала былая злость, и лицо начало принимать привычный румянец. Девушка будто отключилась от внешнего мира, держась за руку Артема, боясь упасть. Она была погружена в свои мысли, пока Беспалов рассказывал ей про знаменитого Кирилла Бледного. Рассказывал вещи, которые она знала. Лучше него. — У меня для тебя сумасшедшая новость! От этих слов в шок пришло два человека. Усмехающийся Бледный резко подавился содержимым стакана и поставил его на стол, растерянно взглянув на Артема и парней из группы. Поведение музыканта разбудило и Настю, и она повернула голову на говорящего парня. Она увидела его растерянность. — Они предложили мне снять фильм об их туре! Настя нахмурилась, не понимая, что это значит. В голову закрадывались пугающие мысли, в которые она старалась не верить. Артем кивнул Кириллу, желая, чтобы он продолжил. Тот нехотя улыбнулся, потом эта улыбка обрела другой смысл. Он уже начал смеяться от нелепости ситуации, заливаясь каким-то истерическим смехом, смотря на парней из группы. — Короче, — начал он. «Боже, нет, не говори ни слова, прошу» Ноги подкосились сильнее. — Твой парень крутой чувак, который неплохо снимает видео. Мы… Кирилл еще раз взглянул на гитариста, как бы спрашивая, точно нужно ли это делать, когда они узнали такие обстоятельства. — Мы подумали, что было бы круто, если бы он снял нам видео о нашем коротком туре в этом месяце. Это десять… одиннадцать городов. До Насти не дошли сразу эти слова. Она не понимала, что это означало. Кирилл поднял глаза на нее. Они несколько секунд смотрели друг на друга в полной тишине. И это была уже не просто игра в гляделки. — Я… я не понимаю, — Настя обратилась к Артему, все еще отодвигая страшные мысли. — Он предлагает снять им фильм, для этого нужно будет поехать с ними в тур. Я, естественно, не могу упустить эту возможность. А ты, естественно, едешь со мной. И снова Настя обрела цвет белой стены. «Вы издеваетесь?» — такой вопрос показывали ее глаза, с упором смотревшие в зрачки Кирилла. Больше всего сейчас она хотела спросить у него: «Ты совсем чокнулся?». Она отвела свой взгляд и смущенно двинула носком по полу. — Я… я не знаю…

***

— Ненавижу! Ненавижу! — вслух произносила Настя, пиная какие-то сумки, разбросанные на полу, — Идиотизм, дурдом, судьба насмехается надо мной! Она снова села на кровать, безэмоционально заглядевшись на точку на полу. Потом она резко встала и начала ходить по комнате из одного угла в другой. — «Ну, привет»! Привет-привет! — передразнивала слова Кирилла Андреева, — А эта ухмылка! Отдельный вид искусства! Как после всего человеку не совестно смотреть мне в глаза? Да пошел ты! Она яростно бросила сложенные джинсы в чемодан. — Идиот! Кретин, поломавший немало женских судеб, я уверена! — Настя кинула футболку в чемодан и приостановилась. Она взглянула на время: половина одиннадцатого. «Самое время» Белые кеды, легкая кожаная куртка. Ключ повернулся в замочной скважине — через полчаса она уже в баре. — Мне нужно что-то, что поможет потушить бешенство во мне. Бармен покосился на Настю, задрав одну бровь. Тем не менее, спустя минуту он уже протянул ей стакан. Первый, второй, третий. Звонок. Сбросила. Насте медленно, но верно срывало крышу. Она прижала холодные от горя руки к губам и вместо того, чтобы забыть, заставила себя вспомнить. Она чувствовала себя опустошенно, когда думала о нем. Алкоголь лишь сильнее заводил ее в тупик. Прекрасно зная этот бар, что в нем можно побаловать не только спиртным, Настя подошла к бармену. Пьяные зрачки бегали по бутылкам алкоголя. Девушка поднесла два пальца к губам, показывая жест курения. — Секунду, — ответил бармен. На заднем дворе клуба все пропахло наркотиками. Там было сыро, периодически бегали крысы. Андреева сидела на ступеньке, в руках было нечто крепче, чем сигарета. Рядом стояли парни, курящие то же, что и Настя. Они смеялись, громко матерясь. Но Настя даже не смотрела в их сторону, докуривая. Дым косяка медленно таял в воздухе. От смешивания алкоголя, никотина и наркотика в голове словно что-то хрустело от боли. Виски пульсировали, но девушка вовсе не обращала на это внимание. В голове другое. Она смотрела на тлеющий косяк и разбирала альбом своих мыслей, в котором хранила его взгляд, его прикосновения, его чувства и обветренные губы. «Кретин. Редкостный идиот»

***

— Кирилл, ты редкостный идиот! — говорил в трубку Дима. — Да, тот еще, — смеясь, отвечал Бледный. Он курил на общем балконе, через смех выдыхая дым. И только он сам знал, какой это был горький и истерический смех. — И что будешь делать? — поинтересовался Дима. Бледный медленно одарил двор своим взором. Он пожал плечами. — Хм, пожалуй, ничего, — рука судорожно притянула сигарету ко рту. В трубку молчали. — Тебе… нормально? — Мне фиолетово, — улыбка спала с лица фронтмена. Кирилл нервно закусил губу, и его беспокойство Дима словно почувствовал через трубку телефона. — Уверен? — он знал, Бледный был на пределе. Кирилл потушил сигарету, неровно дыша. «Будь спокоен, будь спокоен, будь спокоен…» — Да, черт возьми, мне все равно! — начал он кричать в трубку.- Сколько раз мне надо это повторить? Я забыл ее, забыл, ты понял? И она тоже! У нее есть парень, у меня- любимая девушка! Так что заткнись и перестань задавать эти тупые вопросы! Дима молчал. Он не верил парню хотя бы потому, что в его «мне все равно» уловил те ноты отчаяния и безысходности. Он говорил одно, но его эмоции твердили о другом. — Ладно, я понял. Увидимся. Послышались короткие гудки. Кирилл кинул телефон в карман и достал вторую сигарету. Ему хотелось говорить. Говорить вслух о том, что было внутри, выражать мысли, высказывать несвязные между собой слова. Но говорить было не с кем. Двор, светящиеся окна домов и прохладный май служили ему собеседниками. Дверь на балкон открылась, за ней показалась Лера. Бледный даже не повернулся, не обратив на нее внимания. Она встала рядом и взяла сигарету из пачки парня. Она знала, что происходило что-то не то, но не понимала, что. Девушка положила свою голову на его плечо, и каштановые волосы упали на его руки. Пара смотрела на дом напротив, но только Кирилл смотрел далеко за него, как бы мысленно отодвинув здание. Неожиданно для него самого из горла вырвалось: — Я скучал. Рядом с ним послышался смешок умиления. — Ты соскучился за те пять минут, которые стоишь на балконе, куря? — спросила девушка. Кирилл не ответил, да он и не слышал ее слов. Как она не поняла, что слова были адресованы вовсе не ей?