Блеск глаз

Тихий бар наполнялся смехом компании. Официанты первый раз за долгое время видели такую оживленность в своем заведении. Семь бокалов чокнулось. — За начало, — больше вопросительно сказал тост Артем. — За нашу теплую компанию! — улыбаясь, произнесла Лера. Повисло неловкое молчание. Настя посмотрела на Кирилла, встретившись с ним взглядом. У каждого в голове была мысль: «да уж, великолепная компания». Парень без единой капли смущенности разглядывал ее, будто действительно видел ее лишь второй раз в своей жизни. «Черт, не могу понять, неужели неловко только мне?» Она отвела взгляд, но все еще чувствовала, как музыкант пожирал ее глазами. «А что, если он не узнал меня?» От этих мыслей девушку охватило оцепенение. От пяток до макушки пробежал холодок. Беспомощность засела где-то глубоко внутри нее, ведь Андреева не могла никому рассказать о своих переживаниях. Хотелось лечь на кровать (в сто седьмой квартире) и заплакать от бессилия. Разум отказывался верить во все происходящее, казалось, что это нелепая сказка, и Насте хотелось, чтобы она быстрее закончилась. «Нет, что за бред» — девушка не нашла аргументов против этой теории и просто попыталась не верить в нее. «Хотя какая мне разница? Лучше, если бы не узнал» Но, конечно же, он понял, что перед ним сидит та самая сероглазая Настя Андреева, которая два года назад свела его с ума, запутала в собственном разуме, а потом стала его жертвой. К слову, все их отношения были похожи на игру «жертва-маньяк», в которой они менялись местами, страдая. «Если он делает вид, что ему все равно, то я тоже могу сыграть в эту игру. Я уже была жертвой, пришло время опять меняться ролями, милый» Андреева встала и подняла бокал. — Да, за нашу чудесную компанию, — громко заявила она, язвительно улыбнувшись. И эта улыбка не осталась без внимания Бледного. «Пахнет жареным». Начиналась детская забава, в которой он не мог не принять участия. Кирилл встал, громко отодвинув стул. Он чокнулся своим стаканом с бокалом Насти и добавил: — Согласен, чудесная компания. Они смотрели друг другу в глаза. Если бы Настя не держала себя под контролем, она бы уже давно побелела, но вместо этого в кровь ударил адреналин. Глаза азартно блеснули. Парень подмигнул и опустошил стакан. «Вот ублюдок» Артем откровенно не понимал происходящего в компании, но делал вид, что все так и должно быть. Руки тихо потянулись к пивным закускам, и в баре снова стало тихо, как это было обычно. Вокруг нарастало напряжение, но только не между двумя виновниками торжества — каждый стремился показать, как ему наплевать. Но разве изо всех сил проявлять наигранное равнодушие — не самый лучший способ доказать свою заинтересованность? — Питер! — опять попытался разбавить обстановку Артем. — Камеру не забыл? — подшутил кто-то из гитаристов. — Забыл, — с сарказмом ответил парень. Завязался диалог, в котором Настя не желала принимать участия. Эта игра слов так вымотала ее, будто она только что сошла с боксерского ринга. Не сразу она заметила, что еще один человек избавил себя от активного общения с друзьями. Взор Насти с тарелки передвинулся на барабанящие по столу пальцы. Ей не нужно было разглядывать татуировки на них, чтобы понять, кому принадлежала рука. Андреева не могла оторвать глаза, сама не зная, почему. Она зажмурилась с мыслями: «Только бы он не видел, что я смотрю» Открыв веки, она аккуратно взглянула на его лицо и сразу же отвернулась. «Черт» Ее надежды не сбылись, Бледный пристально изучал ее лицо. Его пьяные глаза смотрели четко в ее, не стесняясь. Настя посмотрела на своего парня и, убедившись, что он с другими членами группы уже достаточно выпил, резко встала, нащупывая сигареты в карманах. Артем вопросительно посмотрел на нее, положив свою ладонь ей на руку. — Покурить, я быстро, — сказала Настя в тишине. Открывая входную дверь бара, она еще раз взглянула на их столик, встретилась глазами с тем, с кем не хотела, и вышла. «Вот дерьмо» Настя остановилась прямо у входа в бар и достала сигарету. Она медленно оглядывала одну из тихих улиц Питера, лопая кнопки зубами. Мята. Ягоды. Она закрыла глаза, предвкушая запах дыма, смешанного с этими вкусами. Улицу освещал один фонарь, и она была так безлюдна, что казалось, будто город вымер. Дрожащие руки несколько раз нажали на кнопку зажигалки, пытаясь поджечь сигарету. «Вот дерьмо» В конце концов сигарета поддалась и пустила свой ядовитый дым. Бегающие в голове мысли будто в один миг замерли. И больше не хотелось ни о чем думать, словно вокруг не было ничего: ни этого тура, ни его язвительной улыбки, ни этого одинокого фонаря. Неожиданно открылась дверь бара, и Настя вздрогнула. Она ошарашенными глазами посмотрела на какого-то парня, выходившего из заведения, тот, видимо, сам испугался, увидев, как Настя отпрыгнула от двери. Девушка облегченно вздохнула, будто все проблемы ее жизни испарились, и отвернулась. Табак пробирал все ее тело до дрожи. Кирилл остался сидеть в прежней позе, рассматривая только что захлопнувшуюся за девушкой дверь. Он медленно растягивался в улыбке, предвкушая интересный предстоящий месяц в туре. — Все нормально? — наклонилась к нему Лера. — Все отлично, — не смотря на нее, ответил Бледный и встал со стула. Первым обратил внимание на движения солиста Дима — единственный человек, оберегающий Кирилла от необдуманных поступков. Гитарист схватил парня за руку. — Не вздумай, — сказал он, — это плохо закончится, Кирилл. — Что? — делая вид, что не понимает, ответил Бледный. Он поймал на себе взгляды всех, находившихся с ним за одним столом, и боялся, что кто-нибудь что-нибудь заподозрит от слов Димы. И, кажется, гитарист это понял. Он отпустил руку и почесал за затылком. — Не вздумай… пить больше. Кирилл ему улыбнулся. — Я в туалет, — он вышел из-за стола. Начался прежний активный диалог, но краем глаза Дима следил за Бледным. И не мог ничего сделать, когда увидел, как солист закрыл за собой входную дверь бара, попутно подмигивая ему. «Вот дерьмо» Настя сразу же отвернулась, встретившись со взглядом парня. Он медленными шагами подходил к ней, и Настя слышала, как с каждой секундой он становился все ближе. Два года. Два года отсутствия самого нужного человека в ее жизни. И вот он стоит за ее спиной, а она не в силах ничего сказать. Его предательство и наглая ухмылка засели в ее голове так же сильно, как и признания в любви, обещания вечно помнить. Два года она пыталась его забыть. Искренне надеялась, что однажды утром проснется с мыслью о чем-то другом, лишь бы не о нем. Но разве пытаться забыть не значит все время помнить? В сухих глазах показалась слеза. Казалось бы, удар ножом пришелся два года назад, а слезы еще остались. Он встал рядом с ней, смотря в какую-то дальнюю точку. Настя смотрела туда же, не в силах даже покоситься на него. Кирилл замялся. — Хорошие сигареты, — начал он, взглянув на кисть руки девушки. Настя взяла курс на игнорирование, и Бледный понял это сразу. — Девушка, не угостите сигареткой? Игра продолжалась. Настя молча достала пачку и протянула парню. Ей хотелось скорее докурить и вернуться в бар, но почему-то она все медленнее подносила сигарету ко рту, часто поглядывала на нее, боясь, что вот-вот потухнет. Они стояли в молчании, как Кирилл заикнулся что-то сказать. Но тут уже девушка не выдержала, сразу же перебив его: — Ты ублюдок, кретин, последний мудак и редкостный кусок дерьма, — она по-прежнему боялась взглянуть ему в глаза. Кирилл поперхнулся. — Неплохое начало диалога. За два года безмолвия я рассчитывал другие слова услышать первыми… Андреева покраснела и сжала кулак. Она боролась с чувством дать ему пощечину. И тут она пересилила себя, повернувшись к музыканту лицом. Как же давно она последний раз так близко видела эти светлые глаза, эти губы. — А что ты хотел услышать? Ой, Кирюша, я до сих пор люблю тебя! Два года каждый день думаю лишь о тебе! — Настя чуть присела на подкосившихся ногах, наигранным голосом крича на парня. — Насть, Насть…- попытался успокоить пыл музыкант. Андреева растаяла внутри, когда снова услышала свое имя из его губ. — Угомонись, — тихо продолжил парень, — мне тоже все равно. Я хотел узнать, как сложилась твоя жизнь, а ты мне истеришь. В голову острыми ножами ударили слова. Ей хотелось верить, что он еще помнит о ней, хотелось верить, что слова «я буду любить тебя вечно» были правдой. И все надежды и мечты упали с небес, разбившись, а осколки отлетели в ее душу. Она разочаровалась в этом человеке во второй раз. В человеке, который был всем. «Андреева, что ты думала, он сейчас скажет? «Люблю тебя, Насть, до сих пор люблю»? Это было очень глупо. У тебя у самой уже нет никаких чувств» Молчание пожирало каждого. — Эх, а любовь — это тот еще ад. «Зачем, зачем он это говорит?» — Ты испытал невзаимность? — Настя решила играть по его правилам, делая вид, что между ними никогда и ничего не было. — Нет. Посмотрел, что с тобой она сделала, и пришел к такому выводу. Насте уже не хватало обзывательств в ее лексиконе. — Мы ведем себя, как дети. Пятнадцатилетние школьники. Встретились через два года и доказываем друг другу непонятно, что. То, что было между нами, осталось в прошлом. Представим, что сейчас мы встретились впервые в жизни. Она смотрела на него серьезно, пытаясь скрыть, что вот-вот задохнется от сдерживания слез внутри. В голове проносились моменты прошлого. Самая первая встреча, когда она сидела на заднем дворе клуба. Как пьяного впустила домой в два часа ночи. Как он играл ей на гитаре в съемной квартире номер сто семь. Как обещал завязать с наркотиками. Как бежал за ней, пока она в слезах не верила в происходящее. Как он пришел в последний раз в ту же съемную квартиру номер сто семь и со словами «Я знаю, что сок твоих губ разъест меня» поцеловал ее. От последних мыслей глаза покраснели. Андреева видела, как на лице парня набухла вена, как он нервно закусил губу. — Кирилл, — она снова к нему повернулась, говоря абсолютно спокойным, даже не дрожащим голосом, — у меня больше нет ни нежности, ни чувств к тебе, которые ты бы мог поранить. Твои слова меня больше не трогают. Только сейчас она заметила багровые пятна на его шее, оставленные, по всей видимости, Лерой. Сразу отвела взгляд на пол, боясь, что он увидел, куда она смотрела. Настя бросила сигарету на пол и накрыла ее носком кед. Пока она смотрела на то, как последний дым вылетал из-под ее ноги, Кирилл сумел очень близко подойти к ней. Девушка задрала голову, чтобы смотреть ему в зрачки. Между ними были считаные сантиметры. — Ты уверена, что мои слова больше ничего не значат? Настя хотела сказать: «Да», но ничего не ответила, продолжая ровно и упорно смотреть в его зрачки. — А если я скажу, что каждый день на протяжении двух лет я искал причины забыть тебя. Находил их, забывал твое лицо. А потом просыпался посреди ночи и понимал: продолжаю любить. Настины губы искривились. Она начала слабо отрицательно качать головой. Кирилл положил свою руку ей на плечо и склонился над ее ухом. Борясь с желанием коснуться ее мочки губами, он прошептал: — А если я скажу, что все это правда? Кирилл выбросил сигарету. Он еще пару секунд постоял напротив девушки, а потом резко развернулся и зашел обратно в бар. Настя осталась наедине с его словами.