Время лечит все раны

Глава 14 Гермиона рассмеялась, когда другая девушка выдохнула ее имя. — Гермиона! Руки Беллатрисы сжали ее в отчаянных объятиях. Она потерлась щекой о густую каштановую гриву и тихо рассмеялась: — Это сон? — она отстранилась и посмотрела в медово-карие глаза Гермионы. — Ты действительно здесь? Гермиона кивнула. — Я действительно здесь. — она рассмеялась, когда Беллатриса переплела свои холодные пальцы с ее теплыми. — Обещаю, это не сон. — Но как? — Беллатриса в замешательстве нахмурила брови, — мои родители объявили бы о тебе, если бы ты… — Я вошла не через парадную дверь. — Гермиона рассмеялась. Сама мысль о том, чтобы войти в дом Сигнуса и Друэллы Блэк вызывала дрожь. Было достаточно трудно собраться с духом, чтобы пробраться внутрь. Она указала в сторону камина. — Я попала сюда через каминную сеть. — Ох. — Беллатриса прикусила нижнюю губу, обдумывая услышанное. Прежде чем она успела что-то сказать, Гермиона продолжила: — До того, как ты уехала из Хогвартса, Андромеда попросила меня прийти. Она сказала, что не знает, что еще подарить тебе на Рождество. — Она подтащила Беллатрису поближе к огню и усадила ее в кресло с подлокотниками, сама села на мягкий стул, который принесла Тимбл. — Несколько дней назад она написала мне, в каком часу прийти, у какого камина выйти и где найти твою комнату. — Она улыбнулась. — Хотя мне это было не нужно, у камина меня ждала прекрасная эльфийка, которой Андромеда велела помочь мне. Она очень хороша в планировании сюрпризов, — улыбнулась она, ожидая, когда до Беллы дойдут ее слова. Она моргнула, осознание медленно распространялось по ней. — Андромеда помогла тебе? Гермиона кивнула: — Да. Беллатриса выглядела подозрительно: — Потому что она не знала, что подарить мне на Рождество? — в ее голосе звучало недоверие. Гермиона быстро встала на защиту Андромеды:  — Знаешь, твоя сестра любит тебя. Нет, она боится, — быстро сказала она, когда Беллатриса усмехнулась, — она боится тебя, ну, большинство людей боятся тебя, потому что они на самом деле не знают тебя, но… — Гермиона покраснела, поняв, что сболтнула лишнее. — Она просто хочет, чтобы ты была счастлива. Беллатриса все еще выглядела скептически, но, очевидно, решила побеспокоиться об этом завтра.  — Откуда ты вышла?  — Из комнаты Андромеды. — сказала Гермиона, подвинувшись немного ближе к огню. — Она сказала, что тебя нельзя отвлекать, пока не приедет министр, и попросила меня на всякий случай выйти через ее комнату. Профессор МакГонагалл разрешила мне провести ночь вне замка, я сняла комнату в «Кабаньей голове» и воспользовалась камином в своей комнате. Она склонила голову набок. — Ты здесь через каминную сеть. Сегодня вечером. Гермиона снова кивнула. — Андромеда приказала эльфам впустить меня и попросила ничего не говорить об этом. Беллатриса задумчиво прищурилась. — Она может это сделать? Брюнетка пожала плечами: — Очевидно. Я же здесь, не так ли? — широкая улыбка растянулась на ее лице, когда она увидела, что Беллатриса задумалась. Медленная улыбка появилась на лице Беллатрисы. — Ты безусловно здесь. — тихо сказала она, протягивая руку, чтобы погладить Гермиону по лицу. — Я так по тебе скучала. Гермиона повернула голову и поцеловала ладонь Беллатрисы.  — Я тоже по тебе скучала. Прошло всего несколько дней, но она скучала по обществу ведьмы. В замке было ужасно скучно, когда Беллатриса не пыталась убедить ее постоянно нарушать правила. Беллатриса встала, потянув Гермиону за собой, и крепко обняла ее за талию.  — Мне было так одиноко без тебя. — Что, внизу нет лихих воздыхателей? — она только наполовину шутила. Туманные воспоминания об объявлении Рудольфуса в розыск всплыли в ее памяти. Беллатриса закатила глаза. — Нет, сегодня у меня был выбор: один из мальчиков Крэбб или Рудольфус Лестрейндж. Гермиона застыла при упоминании Рудольфуса. Одно дело помнить о его существовании, и совсем другое — слышать, как она так небрежно говорит о нем. — Рудольфус Лестрейндж? Какой он? — слова вырвались прежде, чем она смогла остановить себя. Беллатриса усмехнулась, потерявшись в глазах Гермионы. — Абсолютно весь из себя. Он думает, что только потому, что он принадлежит к одной из старых семей, он отличный улов для старшей из дочерей Блэк. — Это так? — спросила она, чувствуя тошноту.  — Ну, он не Малфой. — Беллатриса закатила глаза, — но для ненормальной дочери древнего и благородного дома Блэков он подойдет. Его брат — лучший выбор. Гораздо более уравновешенный. Ходят слухи, что он должен быть в Равенкло. Удачи Лестрейнджам, она им понадобится, если они собираются выдать замуж за Рудольфуса ненормальную. Гермиона взяла руку Беллатрисы в свою и сжала:  — Ты не ненормальная, Белла. — прошептала она. Беллатриса сморгнула слезы, которые угрожали вот-вот пролиться, когда она снова посмотрела на единственного человека, с которым была счастлива. — Если бы ты только знала. - горько сказала она. — Я знаю. - твердо сказала Гермиона. Она взяла лицо Беллатрисы в ладони. — Ты такая особенная, Белла. — прошептала она. Она говорила искренне. Беллатриса неловко поежилась под мягким взглядом своей подруги. Ее щеки порозовели, и казалось, она вот-вот расплачется. Она вырвалась из рук Гермионы, быстро подошла к балконным дверям и распахнула их. В комнату ворвался ночной воздух, принеся с собой порывы снега. Гермиона задохнулась от первого ледяного порыва.  — Что ты делаешь? — спросила она. — Тихо. — приказала Беллатриса, подняв палец и склонив голову. Через несколько мгновений она улыбнулась и поманила Гермиону. — Иди сюда. Гермиона неуверенно шагнула вперед, встревоженная тем, как зрачки Беллатрисы стали поглощать большую часть бархатной коричневой радужки. — Насчет того, что я сказала… — она замолчала, когда Беллатриса зажала ей рот рукой. — Это может подождать, — прошептала она. — Прислушайся. Гермиона немного подождала, сначала не услышав ничего, кроме завывания ветра, а потом послышалась легкая веселая мелодия. — Что это? — удивленно спросила она. Беллатриса рассмеялась: — Это ночь бала Блэков. Празднества только начались. — Я не хотела тебя задерживать! — воскликнула Гермиона, чувствуя себя виноватой, когда к музыке присоединились счастливые голоса. — Я с удовольствием подожду, если ты захочешь вернуться….  — Заткнись. — сказала Беллатриса с веселым выражением на лице. — Я поднялась наверх, чтобы уйти от них. — Она толкала дверь до тех пор, пока та почти не закрылась, музыка становилась громче по мере того, как к ней присоединялись другие инструменты, и заполняла пространство между ними. — Единственный человек, которого я хочу сейчас видеть — это ты. Гермиона улыбнулась, почувствовав облегчение, когда игривое выражение появилось на лице Беллатрисы. Беллатриса насмешливо поклонилась. — Миледи, — промурлыкала она, понизив голос, — окажите мне честь, разделив этот танец со мной? Гермиона рассмеялась, но кивнула, позволив Беллатрисе взять ее за руку и обнять за талию. — Я не знаю никаких шагов. — нервно сказала она. Беллатриса пожала плечами. — Я тоже. Я прогнала слишком много инструкторов. Я в основном копирую мужчин, когда мне нужно танцевать. — она лукаво сверкнула глазами. — нам придется обучаться по ходу. Гермиона была не готова к тому, что Беллатриса поведет ее по комнате бешеным галопом. Песня была быстрой, и они кружились по комнате, опрокидывая стул, когда проносились мимо, больно ударяясь о стену. Смех Беллатрисы был заразителен, и Гермиона не могла не наслаждаться этим. Они протанцевали песню, потом еще несколько, все на одном быстром, безрассудном галопе. Наконец они споткнулись о ковер и упали на мягкий шелк. Легкие Гермионы горели. Ее лицо было красным и потным, несмотря на холод, все еще проникавший через приоткрытую дверь. Грудь Беллатрисы тоже вздымалась, глаза блестели, когда она подползла к Гермионе и поймала ее губы в обжигающем поцелуе.  — Белла! - Гермиона ахнула, когда они разорвали поцелуй. — Это было… — Я знаю. — самодовольно сказала Беллатриса. Она обольстительно улыбнулась Гермионе и притянула ее к себе для очередного поцелуя. Этот был глубже, и их языки переплелись, пока Гермиона не отстранилась, хватая ртом воздух. — Белла, — прошептала Гермиона, когда морозный порыв заставил ее вздрогнуть, — дверь.… Через секунду Беллатриса уже была на ногах, захлопнула балконную дверь и задернула тяжелые портьеры. Затем она подошла к двери спальни и заперла ее. — Что ты делаешь? — с любопытством спросила Гермиона. Беллатриса улыбнулась, подошла к брюнетке и присела на пол рядом с ней. — Я принимаю меры предосторожности. Мы же не хотим, чтобы кто-нибудь вошел и помешал нам, — ее глаза многозначительно сверкнули, — не так ли? — Д-думаю, нет. — сказала Гермиона. Нервы смешались с желанием где-то внизу живота, и она внезапно осознала, каким взглядом одарила ее Беллатриса. Беллатриса улыбнулась в ответ и откинулась на мягкий коврик. Она протянула руку и начала поглаживать вверх и вниз по предплечью Гермионы. — Что ты делала без меня? С того места, где сидела Гермиона, можно было смотреть прямо под одежду Беллатрисы. На щеках Гермионы вспыхнул легкий румянец.  — В основном читала. — сказала она. — А ты? Беллатриса закатила глаза. — Я слушала, как мама говорила о бале или о подготовке к нему. Вчера я ездила кататься верхом с сестрами…. — На лошади? — удивленно спросила Гермиона. Она не представляла Беллатрису как любительницу животных. Беллатриса кивнула. — За домом есть конюшня, — сказала она, пожимая плечами. — Мы начали ездить верхом, как только мы стали достаточно взрослыми, чтобы этим заниматься. Андромеда провела бы все свое время верхом, если бы могла, но мы с Цисси… — она подняла бровь и ухмыльнулась, — ты ведь не хочешь об этом слушать, правда? Гермиона рассмеялась. — Я не возражаю. — сказала она, вытягиваясь рядом с Беллатрисой. Она глубоко вздохнула и запустила пальцы в кудри темноволосой ведьмы. — Я скучала по тебе. — прошептала она. — Я тоже по тебе скучала. — Беллатриса наклонилась и прижалась губами к губам Гермионы. — Нам не нужно разговаривать. — сказала она, наклоняясь над брюнеткой и касаясь губами шеи Гермионы, — я могу думать о другом. — прошептала она на ухо Гермионе. Гермиона вздрогнула, когда дыхание Беллатрисы согрело кожу ее щеки, а затем спустилось ниже. Она вздрогнула, почувствовав, что Беллатриса начала возиться с одеждой. — Что ты делаешь? — тревожно спросила она. — Ты мне доверяешь? — спросила Беллатриса, расстегивая пуговицы на школьной мантии Гермионы. — Да, — ответила Гермиона, кусая нижнюю губу, когда в поле зрения появилась белая комбинация, которую она носила под мантией, — но…. — Ты хочешь, чтобы я остановилась? — спросила Беллатриса, ее взгляд внезапно стал серьезным. Не раздумывая, Гермиона покачала головой. — Нет. Беллатриса ухмыльнулась и погладила Гермиону по плечам, стягивая с них шелковистую черную материю. Она удовлетворенно улыбнулась и встала. — Встань. — тихо приказала она, подталкивая Гермиону вверх. Гермиона, дрожа, последовала за ней, оставив мантию на полу. Она протестующе пискнула, когда руки Беллатрисы потянулись к подолу ее комбинации. Беллатриса снова прикусила губу и осторожно стянула одежду через голову Гермионы. Затем она отстранилась, отступив назад, чтобы полюбоваться брюнеткой. — Не смотри. — пробормотала Гермиона, пока Беллатриса запоминала каждую линию видимой плоти. Кроме черных чулок, на ней были только простой белый лифчик и нижнее белье, которые МакГонагалл заказала для нее в начале года. В то время она не думала, что это будет проблемой, но теперь, стоя перед этими проницательными темными глазами, она пожалела, что не купила что-то… более сексуальное. — Я ничего не могу поделать. — Беллатриса шагнула вперед, прижимаясь к почти обнаженной Гермионе. — Ты такая красивая. — она зарычала на ухо брюнетке. С игривым смешком она толкнула Гермиону назад, пока та не упала на кровать. Через секунду она последовала за ней, приземлившись на брюнетку и сверкнув улыбкой, прежде чем наклониться и осыпать поцелуями бледную кожу шеи Гермионы. Поцелуи Беллатрисы обжигали, когда она спускалась по шее Гермионы к изгибам ее груди. Ее пальцы не дрогнули, когда она ловко расстегнула шелковистый лифчик Гермионы и отбросила его, мгновенно покрывая поцелуями обнаженные холмы. — Белла. — Гермиона застонала, когда Беллатриса продолжала. Она зашипела, когда Беллатриса взяла в рот розовый сосок и жадно его пососала. Тихое хныканье вырвалось из ее горла, когда Беллатриса повернулась, чтобы сделать то же самое с другим. Слишком скоро поцелуи возобновились, двигаясь на юг по животу Гермионы к хлопковым трусикам. — Нет, не здесь. — Гермиона ахнула. Беллатриса удивленно посмотрела на нее и увидела беспокойство на лице Гермионы. Решив пока не давить на нее, Беллатриса сняла чулок с одной ноги, потом с другой. Она опустилась на колени между ног брюнетки и поцеловала внутреннюю сторону ее бедер. Глаза Гермионы были плотно закрыты, когда новые ощущения пронизывали ее тело. Ей казалось, что все ее тело гудит от удовольствия. Каждый нерв, каждый волосок, каждый дюйм кожи казались живыми. Не раздумывая, она села, схватила удивленную Беллатрису и толкнула ее на кровать. — Что ты делаешь? — задыхаясь, спросила Беллатриса. Румянец залил ее щеки и растянулся до груди. Гермиона ничего не сказала, как она придвинулась к Беллатрисе и начала расшнуровывать ее платье. Настала ее очередь целовать обнаженную плоть, стараясь не порвать ткань. Под платьем Беллатрисы ничего не было надето и она повернулась в руках Гермионы, смеясь над удивленным выражением, которое появилось на лице Гермионы. Она сбросила платье и перевернулась так, что они оказались лицом к лицу. — Удивлена? — спросила она. — Немного. — призналась Гермиона. Она была более возбужденной, чем когда-либо. Беллатриса склонилась над ней, ее волосы упали на лицо Гермионы, когда она провела руками по ее телу. — Хорошо. — сказала она, улыбаясь, когда ее пальцы скользнули под трусики Гермионы в ее скользкие складки. — Это нормально? Брюнетка глубоко вздохнула, когда прохладные пальцы Беллатрисы коснулись ее обжигающей плоти. — Даааа, — прошептала она, откидывая голову назад, когда Беллатриса скользнула глубже. Ее пальцы быстро нашли клитор Гермионы, и она описала вокруг него круги, опустив голову и снова обхватив губами сосок Гермионы. — Белла, я х-хочу… — Гермиона застонала. Губы Беллатрисы изогнулись: — Что ты хочешь, любимая? — спросила она, на мгновение остановив пальцы. — Я хочу… — на этот раз она не нашла, что сказать. — Я тоже хочу, чтобы тебе было хорошо. — она покраснела под прямым взглядом Беллатрисы. Темноволосая ведьма улыбнулась и откинула с лица тяжелые волосы. — Тогда сделай это. — сказала она с усмешкой. — Я помогу тебе, если тебе это нужно. — сказала она дразнящим тоном. Прежде чем Гермиона смогла заговорить снова, она наклонилась и продолжила дразнить розовые пики своей возлюбленной. Вскоре Беллатриса почувствовала, как пальцы Гермионы исследуют ее тело. Одной рукой она массировала ее грудь, в то время как другая скользила между ее ног и дразнила ее щель. — Идеально. — проворковала она, когда Гермиона начала водить большим пальцем по чувствительному бугорку. Она задохнулась, почувствовав, как Гермиона ввела в нее палец, и прижалась щекой к щеке Гермионы. Они двигались друг против друга, казалось, несколько часов, пробуя кожу друг друга и в экстазе прижимаясь друг к другу. Их дыхание было прерывистым и тяжелым. Гермиона захныкала, чувствуя, как в животе нарастает напряжение.  — Б-быстрее! — прошипела она, закусив губу, когда почувствовала, что Беллатриса подчинилась. Напряжение нарастало, пальцы на ногах сжались, спина выгнулась, и пальцы сами собой начали судорожно сжиматься внутри Беллатрисы. Затем, наконец, напряжение взорвалось, посылая толчки из самой глубины ее существа. Волна за волной накатывали на нее, и она крепко прижималась к Беллатрисе, едва осознавая, что ее возлюбленная одновременно достигла кульминации. Дрожь перешла в несколько спазмов, и она со вздохом расслабилась в объятиях Беллатрисы. — Хорошо провела время? — задыхаясь, спросила темноволосая ведьма. Гермиона сонно кивнула и поцеловала Беллатрису в губы. — Ты такая красивая. — сказала она. Беллатриса лежала, растянувшись на кровати, ее молочно-белая кожа покрылась розовым румянцем, изгибы тела покраснели тут и там от слишком сильных объятий Гермионы или от слишком грубых поцелуев. Ее глаза были стеклянными и сонными, губы разбиты. Ее волосы в восхитительном беспорядке свисали вокруг лица. Она запустила пальцы в волосы. — Где ты этому научилась? Беллатриса сонно хмыкнула. — В библиотеке Блэков горы книг. Некоторые старые дневники весьма, — она подмигнула, - чувственны. Гермиона покраснела и застенчиво посмотрела на потолок. — Я рада, что ты их читала. Она улыбнулась словам Гермионы.  — Я тоже. — сказала она. — Я люблю тебя. Гермиона крепко обняла Беллатрису.  — Я тоже тебя люблю.