Время лечит все раны

Глава 15 На следующее утро свет в комнате Беллатрисы был мягким и тусклым. Она умоляла Гермиону остаться на ночь, и та охотно согласилась. Теперь брюнетка стояла у кровати, наблюдая, как ее спящая возлюбленная дергается во сне. На ней был шелковый халат, таинственным образом появившийся сегодня утром рядом с кроватью, а также появился маленький столик. Дымящиеся тарелки с едой, которые, на самом деле, все еще дымились, наполняли комнату восхитительными запахами. Я должна сказать ей, грустно подумала Гермиона. Мы не можем продолжать, не так, если она не будет знать. Она вцепилась в пояс халата, сжимая его в руках. Было так приятно проснуться в объятиях Беллатрисы. Гермиона никогда в жизни не чувствовала себя такой довольной и так по-домашнему. Внизу спали представители самой крупной чистокровной элиты в волшебном мире, и она только что провела ночь, обнимая человека, который станет самым известным Пожирателем Смерти в мире. Могла бы стать, напомнила себе Гермиона, более чем когда-либо полная решимости предотвратить это. Трудно было представить, что девушка, запутавшаяся в простынях, однажды станет правой рукой Воландеморта. Гермиона провела рукой по взъерошенным кудряшкам и сделала большой глоток воды из стакана на столе. Стакан задрожал, когда она поставила его на место. Думаю, лучше покончить с этим, подумала она, чувствуя, как внутри у нее все дрожит. Она села на кровать и положила руку на плечо Беллатрисы. — Белла? Ответа не последовало, и она слегка встряхнула спящую девушку. — Белла, проснись, мне нужно с тобой поговорить. — Неееееет, — простонала черноволосая ведьма, уткнувшись лицом в подушку. Она пробормотала что-то вроде «слишком рано» и натянула одеяло на голову. — Белла, это важно. — Гермиона стянула одеяло. — Иначе я бы тебя не разбудила. Она подождала несколько минут, гадая, заснула ли Беллатриса. Когда она подняла руку, чтобы еще раз встряхнуть девушку, снова послышался приглушенный голос: — Хорошо. Гермиона почувствовала, как уголки ее губ дернулись, когда Беллатриса встала с кровати с драматизмом ребенка. Она упала на пол, прихватив с собой одеяло и простыни. С почти неслышным ворчанием она поднялась, обнаженная, и прошествовала туда, где был оставлен второй халат.  — Х-холодно. — сказала она, глядя на камин. Наконец ее взгляд остановился на Гермионе и смягчился. — Доброе утро, любимая, — сказала она. Она подошла к Гермионе, сидевшей на кровати, и поцеловала ее в лоб. — Хорошо спала? — Да, — ответила Гермиона. Беллатриса села рядом с ней и схватила со стола булочку. — Лучше, чем за многие годы, — добавила она, покраснев. — Фантастически. — Беллатриса ухмыльнулась. — Мы должны сделать это снова. Гермиона кивнула, затем сказала: — Беллатриса, нам нужно кое о чем поговорить. Беллатриса махнула рукой. — Не волнуйся, я не обижена, и в книге сказано, что это совершенно естественно. — Я не об этом! — взвизгнула Гермиона. Ее уши горели, когда Беллатриса хихикнула через рот, полный булочки. — Белла, есть кое-что действительно важное, что ты должна знать обо мне, — сказала она, — и я хочу, чтобы ты это знала. — Это не важно. - сказала Беллатриса. Она доела последний кусочек булочки, вытерла руки и повернулась на кровати лицом к Гермионе. - Что ты имеешь ввиду «не важно»? — спросила Гермиона. — Я имею в виду, что уже знаю. — Беллатриса говорила так, словно это была самая очевидная вещь в мире. — Когда я узнала тебя поближе, то поняла, это не так уж трудно. — Что ты имеешь в виду? — Я имею в виду, что это объясняет все твое странное поведение. Это объясняет, почему у тебя фамилия, которую никто не знает. Это объясняет, почему ты никогда не получаешь писем, почему ты встречаешься с МакГонагалл раз в неделю, что, как я могу только догадываться, является для поддержки, это также объясняет, почему ты так защищаешь грязнок… — настала ее очередь краснеть. — магглорожденных. Гермиона напряглась. — Значит, ты думаешь, что мой большой секрет в том, что я…  — Магглорожденная. Именно так. — Беллатриса улыбнулась и взяла Гермиону за руки. — Мне все равно. Ты — это все еще ты. Мы все еще можем быть вместе. — сказала она, ее глаза блестели от возбуждения. Гермиона почувствовала разочарование. Это было здорово, что Беллатриса так поддерживала ее статус крови, не то, чтобы это имело значение, подумала она, но почему-то было бы намного легче, если бы Беллатриса знала все.  — Это еще не все. — сказала она. Беллатрикс ухмыльнулась: — Что, у тебя есть лишний палец? У наших детей будет зеленая кожа? Последнее заявление ошеломило ее, но как бы ей ни хотелось задавать вопросы, она заставила себя покачать головой. — Я не отсюда. Беллатриса подняла бровь. — Хорошо, тогда откуда ты? Шотландия? Германия? Новая Зеландия? — она рассмеялась. — Я должна сказать тебе, любимая, это даже близко не так важно, как то, другое.  — Нет, я не это имела в виду, — нетерпеливо сказала Гермиона, — я просто не отсюда. — она сжала руки Беллатрисы, пытаясь найти хороший способ объяснить.  — Я тебя не понимаю. — медленно сказала Беллатриса. Она с опаской посмотрела на свою возлюбленную. — Ты в порядке? — Я из будущего! — выпалила Гермиона. Ее уши снова горели. — Ты уверена? — спросила Беллатрикса пристально глядя на нее. Гермиона кивнула.  — Абсолютно. Я родилась в 1979 году. Беллатриса отпустила руки Гермионы. Ее глаза стали отстраненными. — В 79-м? — она прикусила нижнюю губу, делая подсчет в уме. — Это значит, что я… — она замолчала, глядя в пространство, в то время как Гермиона несчастно сидела рядом с ней. Когда ее глаза прояснились, она повернулась к Гермионе со смущенным взглядом, — но ты старше меня. — Здесь я старше, — сказала Гермиона, — но в моем времени… — Мы знакомы в твоем времени? — спросила Беллатриса. — Нет. — слишком быстро ответила Гермиона. Беллатриса встала и скрестила руки на груди.  — Да мы знакомы. — в ее голосе послышалась горечь. — Ты меня знаешь? Гермиона покачала головой. — Не лично, нет. — Но ты знаешь обо мне. Гермиона уставилась на нее, внутренне борясь с собой. Почему я этого не спланировала? задумалась она. От волнения она забыла придумать, что сказать Белле о своем будущем. — Да. — осторожно сказала она. Глаза Беллатрисы сузились. — Ты не слишком высокого мнения обо мне в будущем, не так ли? — ее глаза расширились. — Вот почему ты не хотела иметь со мной ничего общего в начале семестра. Гермиона покачала головой. — Ты не тот человек, Белла. Она поднялась на ноги и попыталась дотронуться до плеча темной ведьмы, но та отшатнулась. — Не трогай меня! — закричала Беллатриса. — Не трогай меня! — Ее глаза были воспалены, когда она посмотрела на брюнетку. — Кто я? В твоем времени, кто я? Гермиона покачала головой. — Это не имеет значения… — она снова попыталась дотронуться до Беллы, но та отшатнулась от ее рук. Голос Беллатрисы звучал холодно и настойчиво. — Кто? Ветер бился в окна, пока Гермиона обдумывала ответ на этот вопрос. Наконец она выпрямилась и посмотрела в глаза Беллатрисе. — Восстает могущественный темный волшебник. — начала она. - Прямо сейчас, в твоем времени. Он будет преследовать всех нечистокровных ведьм и волшебников, — она глубоко вздохнула, — и ты поможешь ему. Беллатриса ничего не ответила, между ними тянулись минуты. Камин потрескивал, ветер продолжал завывать, и Гермиона дрожала в своем халате, наблюдая за девушкой, которую она любила. Наконец Беллатриса расправила плечи и отвернулась.  — Тимбл, — сказала она громко и отчетливо, — сюда. Эльфийка тут же появилась с легким хлопком и поклонилась старшей из дочерей Блэк. — Мисс Беллатриса звала? Голова Беллатрисы чуть шевельнулась, и Гермиона не поняла, кивнула она или нет. Когда она снова заговорила, голос Беллатрисы звучал холодно и конкретно. — Пожалуйста, отведи мисс… — она бросила сердитый взгляд через плечо, — ее обратно в «Кабанью голову». Она мне больше не нужна. — Да, мисс. — сказала Тимбл, низко кланяясь. Она вскочила, и ее длинные ловкие пальцы схватили Гермиону за руку. — Не двигайтесь, — ласково сказала она. Гермиона не успела среагировать, как внезапно оказалась посреди своей комнаты в «Кабаньей голове». — У мисс есть смена одежды? — спросила Тимбл. Гермиона в шоке оглядела себя, осознав, что все еще в халате. Она кивнула. — Очень хорошо, мисс. Тимбл лучше уйти. Эльфийка замолчала и посмотрела на нее долгим испытующим взглядом, а затем щелкнула пальцами. В тот же миг появилась дымящаяся ванна на когтистых лапах, за ней лежали мягкие белые полотенца. — Мисс Беллатриса часто приводит мисс Андромеду и мисс Нарциссу в такое состояние, — мягко сказала она. — Тимбл говорит им принять ванну. Мисс должна сделать то же самое. — она улыбнулась и похлопала Гермиону по руке. — Тимбл, должна вернуться, мисс Беллатриса зовет. — она снова кивнула и нежно похлопала Гермиону по руке. — До свидания, мисс. И она исчезла. Гермиона онемела. Снова и снова она слышала голос Беллатрисы. То, как Беллатриса сказала «ее». Каждый раз, когда она вспоминала, это было как пощечина. Она не помнила, как сбросила халат или скользнула в ванну, но следующее, что она помнила, то, что она была по шею в самой роскошной воде, которую она когда-либо чувствовала. Теплая волна медленно ослабила оцепенение, и не успела она опомниться, как разрыдалась. Она чувствовала себя так, словно в груди открылась большая рана и слезы хлынули из самого центра ее существа. Они текли и текли, и Гермиона свернулась калачиком в ванне, которая, казалось, никогда не остывала, и одна-единственная мысль постоянно крутилась в ее голове: Я потеряла ее.