Время лечит все раны

Глава 22 Гермиона с несчастным видом уставилась на дождь. Был вечер пятницы и профессор МакГонагалл сообщила им, что вместо вечернего урока трансфигурации они будут отбывать задержание. — Отлично. — саркастически произнесла Беллатриса. — Как раз то, что мне всегда хотелось — бегать по территории под проливным дождем. Гермиона взглянула на скользкие ступени замка и плотнее запахнула плащ на плечах. Может, Хагрид заставит нас отполировать ключи, подумала она. Ее губы скривились в усмешке. Если у него были гиппогрифы в первый день обучения, интересно, что у него будет в первый день задержания, улыбка исчезла. Может, ей стоит на всякий случай попросить Слагхорна предупредить мадам Помфри? — О, нет, — простонал Слагхорн, подходя к ней сзади. Он слегка хрипел, когда прищурился на облака. — Это выглядит совсем не хорошо. Гермиона и Беллатриса переглянулись. — Вам незачем мокнуть, профессор, — сказала Беллатриса. — Мы можем дойти до хижины Хагрида самостоятельно. Слагхорн, казалось, всерьез задумался над этим, а потом вздохнул. — Нет, — сказал он, — я лучше пойду. Я бы хотел поговорить с Хагридом. Беллатриса пожала плечами. Был неловкий момент, когда все трое сгрудились в дверях. Слагхорн вздохнул с выражением человека, готового принести великую жертву. - Тогда пошли, — быстро сказала Беллатриса. Она вышла под дождь, грациозно спустилась по лестнице и остановилась у подножия. Гермиона последовала за ней. Она слышала, как Слагхорн бормочет что-то о своем уютном кабинете. Она улыбнулась Беллатрисе, а затем, к ее великому смущению, поскользнулась и скатилась вниз по лестнице, приземлившись у ног Беллатрисы. Беллатриса поспешила помочь ей подняться. — Ты в порядке? — спросила она с беспокойством в глазах. — Я в порядке, — ответила Гермиона, чувствуя, что краснеет. — Вы поранились, мисс Гриер? — спросил Слагхорн. Он медленно спустился по ступенькам и тяжело вздохнул. Гермиона покачала головой и густо покраснела. — Вы уверены? — спросил Слагхорн. Он шагнул ближе к Гермионе, пристально вглядываясь в нее. — Возможно, нам стоит вернуться в замок, Вас следует как следует осмотреть…. — Она в порядке, — сердито сказала Беллатриса. Она перебросила волосы через плечо и пристально посмотрела на профессора Слагхорна. — Вы хотите, чтобы мы опоздали? Профессор Слагхорн выглядел озадаченным. — Нет! — воскликнул он. — Я просто… я просто… — он выглядел так, словно что-то искал. — Я забочусь о благополучии своих студентов! Гермиона недоверчиво посмотрела на Беллатрису. Очень медленно, надеясь, что Слагхорн не заметит, она покачала головой. Беллатриса вызывающе посмотрела на нее. Дождь намочил ее кудрявую гриву, и тонкие пряди прилипли к лицу. Она выглядела так, словно готовилась к битве. Прищурившись, она посмотрела на Слагхорна, потом снова перевела взгляд на Гермиону. К удивлению Гермионы, ее челюсть смягчилась. — Простите, профессор, — процедила Беллатриса сквозь стиснутые зубы, — просто МакГонагалл велела нам прибыть… — она вытащила карманные часы из промокшего плаща и холодно посмотрела на них, — двенадцать минут назад. Я не хотела бы разочаровывать ее, объясняя, почему мы опоздали на первое задержание, которое мисс Гриер и я получили. Гермиона не стала ее поправлять. Профессор Слагхорн выглядел так, словно собирался снова закричать, но вместо этого слабо улыбнулся Беллатрисе.  — Всегда студент. — сказал он. — Тогда к Хагриду. Он поплелся через парк, Беллатриса и Гермиона последовали за ним. — Белла, — прошептала Гермиона, готовая начать лекцию о негативной стороне грубости по отношению к учителям. — Да ладно тебе, Гермиона! — Беллатриса впилась взглядом в спину Слагхорна. — Он весь вечер пытался оттянуть это. Сначала он забыл запереть дверь своего кабинета, потом ему пришлось поболтать со старостой, он поднимался по лестнице медленнее, чем кто-либо из тех, кого я знаю, и как только он добрался до вершины, ему нужно было вернуться и взять что-нибудь из своего кабинета. — ее глаза сузились. — И ты знаешь, что это было? — Белла, — предупредила Гермиона. Вода стекала по ее лицу и заливала глаза. Она слегка покачала головой, щурясь сквозь мокрые ресницы. — Другой плащ! — прошипела Беллатриса. — Мы так долго ждали из-за другого плаща, — она указала на спину Слагхорна, — и он выглядит точно так же, как тот! — Может быть, у него есть защита от дождя, — предположила Гермиона, — что-то, чтобы не пропускать влагу. — Это не так, — решительно сказала Беллатриса. Гермиона была вынуждена согласиться, что плащ действительно насквозь промок, но, с другой стороны, все, что угодно, с трудом выдержит дождь. Он лился с неба так сильно, что было трудно что-либо разглядеть, и все трое прижались друг к другу, склонив головы перед серебристой бурей. Наконец они подошли к хижине Хагрида. Слагхорн громко постучал в дверь, и Гермионе потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что изнутри не доносится громкого лая. Ну, конечно нет, сказала она себе, Клык еще не живет. Ее мысли вернулись к Гарри и Рону, и волна одиночества захлестнула ее. Что-то холодное и мокрое коснулось ее руки, отвлекая от мыслей. Беллатриса. Ведьма переплела свои пальцы с пальцами Гермионы, и Гермиона повернулась к ней. — Люблю тебя. — сказала Гермиона. Обе подскочили, когда Слагхорн снова постучал в дверь. — Хагрид! — позвал он. — Пожалуйста, здесь льет как из ведра. Гермиона сжала руку Беллатрисы, когда знакомый голос ответил из-за двери. — Я тоже тебя люблю. — прошептала Беллатриса, целуя Гермиону в щеку. Они разошлись как раз вовремя. Молодой Хагрид открыл дверь и улыбнулся им. — Наконец-то! — сказал Слагхорн. Не дожидаясь приглашения, он протиснулся мимо полугиганта. — Входите, — приветствовал их Хагрид, ничуть не смущенный невоспитанностью Слагхорна. Гермиона вошла в знакомую хижину и огляделась, удивляясь, как мало она изменилась. Или изменится, поправила себя Гермиона. Ее снова охватила тоска по дому, комок застрял в горле, и она судорожно сглотнула, бессознательно прижимаясь к Беллатрисе. — Хотите что-нибудь выпить? — спросил Хагрид, переводя улыбку с одного лица на другое. — Нет, спасибо, — быстро сказал Слагхорн, — пожалуй, лучше продолжить задержание. Я понимаю, что мои студентки будут помогать тебе в некоторых ремонтных работах. Беллатриса презрительно скривила губы. Гермиона мягко толкнула ее локтем. Ведьма оглядывала комнату с выражением, которое напомнило Гермионе Драко Малфоя, и ей это не понравилось. Она снова обратила свое внимание на Хагрида, который хмыкнул. — Можно и так сказать. — ответил полугигант. — Они будут помогать мне в Запретном лесу. — Что? — в унисон воскликнули Беллатриса и Слагхорн. Гермиона вздохнула, она ожидала этого. Она посмотрела на Беллатрису и с удивлением заметила, что на ее лице появилось возбужденное выражение. Слагхорн был менее доволен. — Ты… ты должно быть шутишь. — сказал он. Хагрид покачал головой.  — Вовсе нет. — Дамблдор знает об этом? — спросил Слагхорн. — Конечно. — сказал Хагрид. — Он считает, что это уместно, учитывая навыки студенток и все такое. — Это небезопасно, Хагрид. — сказал он. — Если с ними что-то случится… — он понизил голос. — Ты ведь знаешь, кто ее семья, не так ли? Он кивнул в сторону Беллатрисы, которая ощетинилась. — Моя семья тут ни при чем! — прошипела она. На мгновение Хагрид растерялся. Он дернул себя за бороду, посмотрел на Беллатрису и улыбнулся. — Дамблдор сказал, что это две лучшие ведьмы, которых он видел за последние десятилетия. — сказал Хагрид. — С ними все будет в порядке. Слагхорн попробовал еще раз. Хагриду потребовалось почти полчаса, прежде чем он смог убедить Слагхорна позволить Гермионе и Беллатрисе остаться на задержание, и даже тогда он пригрозил послать за Дамблдором, прежде чем Слагхорн уйдет. — Прекрасно, — проворчал, наконец, Слагхорн, — я ухожу. Но если с ними что-то случится, тебе придется иметь дело с родителями. Гермиона была уверена, что он имеет в виду не вымышленных Гриер. Наконец Хагрид закрыл дверь за Слагхорном. Он вздохнул с облегчением и повернулся к Гермионе и Беллатрисе, которые стояли посреди хижины. — Я бы предложил вам снять плащи, но вам придется их снова надеть. — сказал он. Они смотрели, как он подошел к столу, на котором лежало его пальто со множеством других вещей. — Что именно мы будем делать в лесу? — спросила Беллатриса. Хагрид, не поднимая глаз, надел пальто и начал набивать карманы различными предметами, но его голос дрожал от волнения: — Мы будем ловить келпи. — Келпи. — сказала Беллатриса. Она переглянулась с Гермионой. — Значит, мы идем к озеру? — Нет, — сказал Хагрид. — Келпи, за которой мы охотимся, находится на поздней стадии беременности. Она будет уходить все дальше и дальше от озера в поисках пищи. - он улыбнулся дождю. — Они любят такую погоду, келпи любят. Это делает их смелее, их легче поймать. — И намного опаснее. — вполголоса добавила Гермиона, обращаясь к Беллатрисе. — Какую форму она приняла? — спросила она у Хагрида. — Кобылы — сказал Хагрид, улыбаясь. — Во всяком случае, такой я видел ее в последний раз. Великолепное создание. — он бросил на них быстрый, ободряющий взгляд. — И не волнуйтесь, до сих пор она даже не подумает трансформироваться. Темноволосая ведьма ухмыльнулась Гермионе, а затем обратилась к Хагриду:  — Значит, мы просто используем на ней заклинание, чтобы обуздать ее и привести сюда? Улыбка Хагрида застыла. — Ну, не совсем. Видите ли, жеребенок, то есть малыш келпи, поглощает магию. — он слегка пожал плечами и виновато улыбнулся. — Никакие чары на нее не подействуют. Беллатриса выгнула бровь. — Ты хочешь, чтобы мы столкнулись с келпи безоружными? — спросила она. Гермиона почти пожалела, что Слагхорн не вернулся. Если бы он это слышал…. — На самом деле все не так уж плохо. — сказал Хагрид успокаивающим тоном. — Магглы делали это до более строгих законов контроля. Конечно, немногие выжили, но они смогли это сделать. И кроме того, — добавил он, — она будет спокойнее с женщинами-пленителями. Вы бы, наверное, не знали, кто она, если бы я вам не сказал. — Что ты имеешь в виду под «женщинами-пленителями»? — внезапно спросила Гермиона. — Ну, она не подпускает меня к себе, — сказал он. — убегает всякий раз, как учует мой запах. Я думаю, она может позволить вам приблизиться к ней. — Так ты не будешь с нами? — спросила Беллатриса. — Я буду достаточно близко, — сказал он. — Если кто-то из вас попадет в беду, просто пошлите искры или еще что-нибудь, и я буду рядом. — он сунул Беллатрисе в руки веревку. — Не потеряй ее, — сказал он. — Никогда не знаешь, когда понадобится лишняя веревка. Гермиона ожидала гордого ответа от ведьмы, но его не последовало. Вместо этого Беллатриса свернула его в аккуратный круг и перекинула через плечо. Гермиона последовала ее примеру, затем, чувствуя себя глупо, сняла уздечку и взяла ее в руки. Беллатриса дразняще рассмеялась и помогла ей перекинуть уздечку через плечо. — Ну же, вы двое. — сказал Хагрид более авторитетно, чем выглядел. Он открыл дверь, взял арбалет и фонарь, лежавший за ним. — На всякий случай. — сказал он Беллатрисе, которая с восторгом разглядывала арбалет. Гермионе хотелось улыбнуться ему и заверить, что он хорошо справляется, но вместо этого она вышла через открытую дверь и снова оказалась под дождем. — Надень капюшон, — сказала Беллатриса Гермионе, делая то же самое. Гермиона натянула шерстяной капюшон и проверила, надежно ли спрятана палочка в рукаве. — Мне не нравится идея идти против келпи без магии. — прошептала она Беллатрисе, когда они вошли в лес. Беллатриса рассмеялась. — Не думай об этом, — сказала она. — Ты слышала, что сказал Хагрид. — она кивнула в сторону Хагрида, который убирал упавшее дерево с дороги. — Если магглы могут это сделать, то и мы сможем… Гермиона не ответила. Они шли через лес, часто останавливаясь, чтобы Хагрид расчистил тропинку. Наступила темнота, и обе девушки вытащили палочки и пробормотали «люмос». Хагрид, следуя их примеру, зажег фонарь и высоко поднял его, освещая крутую тропу, по которой они собирались спуститься. — Почти пришли. — весело отозвался он. Тропа сузилась, и им пришлось идти друг за другом через густой подлесок. Несколько раз Гермиона теряла равновесие и сохраняла баланс только благодаря Беллатрисе. Беллатриса сменила положение, чтобы идти позади Гермионы, и крепко держалась за край плаща на шее Гермионы. Всякий раз, когда брюнетка начинала падать, Беллатриса подтягивала ее обратно. Наконец земля выровнялась, позволив Хагриду идти немного впереди них. В боку у Гермионы закололо, и она пожалела, что не догадалась взять воды. — Ты думаешь, он заблудился? — спросила Беллатриса. Гермиона не ответила. Она надеялась, что нет. — Здесь лучше задержать дыхание. — крикнул Хагрид. Перед ними на тропинке лежала большая гнилая туша. Массивные лапы были погружены в землю, а деревья вокруг были испещрены глубокими следами когтей. От исходящего от него запаха у Гермионы заслезились глаза. Она осторожно обошла его и поспешила за Хагридом вниз по еще одному крутому склону. — Мы идем по меньшей мере час. — проворчала Беллатриса, когда земля снова выровнялась. — Мы когда-нибудь доберемся туда? Гермиона промолчала. Она задавалась тем же вопросом. — По крайней мере, дождь не идет. — заметила Беллатриса. Она была права. Деревья росли так близко друг к другу, что их листья заслоняли дождь. Они слышали, как капли дождя стучат по верхушкам деревьев, но внизу не было слышно никаких звуков, кроме них троих, бредущих по истоптанной тропинке. Спускался легкий туман, и холод начал пробираться сквозь их промокшие плащи. Хагрид резко остановился, и опустился на колени на мягкую землю. — Что он… — начала Беллатриса, но Гермиона быстро шикнула на нее. Хагрид встал и уставился в землю.  — Она направляется туда. — сказал он, указывая в сторону леса. Гермиона увидела несколько сломанных веток, отмечающих тропу. — Это в стороне от тропинки. — заявила Беллатриса. — Да, ну… — Хагрид снова выглядел извиняющимся. — Келпи не любят использовать человеческие тропы. — он предложил ей слабую улыбку. — По крайней мере, она расчистит путь для вас. Беллатриса скривила губы. — Будь милой. — пробормотала Гермиона так тихо, чтобы Хагрид не расслышал. Беллатриса бросила взгляд на Гермиону и ничего не сказала. — Ладно, — сказал Хагрид, выглядя чрезвычайно довольным собой. — вы двое просто идите к ней и приведите ее обратно. Может, с ней будет трудновато, но когда ее обуздают, она станет послушной, как кошка. — он похлопал по арбалету. — Встретимся у меня в хижине, а потом я пошлю сову в Министерство. К завтраку она будет на пути в свой новый дом. Он перевел взгляд с Гермионы на Беллатрису. — Вы обе понимаете, что нужно сделать? Они обе кивнули, не говоря ни слова. — Отлично, тогда я вас оставлю. — сказал он. — Ты оставишь арбалет? — спросила Беллатриса. Гермиона попыталась стрельнуть в нее взглядом, но в темноте трудно было разглядеть выражения лиц. — Извини? — нервно спросил Хагрид. — Твой арбалет. — сказала Беллатриса. — Ты-то вернешься в свою милую, уютную хижину… Гермиона внутренне застонала. Она поправила уздечку на плече и безуспешно попыталась поймать взгляд Беллатрисы. Беллатриса продолжала: -… в то время как мы вдвоем отправимся в лес, чтобы поймать зверя, который в настоящее время невосприимчив к магии. У нас нет другой защиты, разве это не кажется немного безрассудным? Хагрид откашлялся.  — Эээ…. — он снова откашлялся, явно пытаясь придумать ответ. — Все в порядке, Хагрид, я уверена, все будет хорошо. — сказала Гермиона. Она мельком увидела благодарную улыбку Хагрида, прежде чем схватила Беллатрису за руку и потащила ее к неровной тропе, которую проложила келпи. Они не останавливались, пока свет фонаря Хагрида не исчез из виду. — Что это было? — сердито спросила Беллатриса. Быстро оглядевшись, чтобы убедиться, что Хагрид не находится в пределах слышимости, Гермиона ответила: — Ему арбалет нужен больше, чем нам. Глаза Беллатрикс сузились. — Что ты имеешь в виду? — Его палочка была сломана. У него нет другой защиты от лесных существ. — Гермиона подняла палочку и начала искать следы. — Единственное существо, на котором мы не можем использовать магию, это келпи. Беллатриса вздохнула. — Я все еще думаю, что это безответственно. — Не ври, — Гермиона с улыбкой посмотрела на темноволосую ведьму. — Тебе нравится быть здесь одной. Нет учителя, чтобы задушить тебя, нет правил, чтобы нарушить. — Это просто фантастика. — сказала Беллатриса, возвращая улыбку Гермионе. — Полная свобода. — она засмеялась. — Тебе тоже это нравится. — Вовсе нет! — Да, нравится! Гермиона покачала головой, не в силах сдержать улыбку. Сломанная ветка привлекла ее внимание, и вскоре она нашла грязные следы копыт, которые вели прочь от нее. — Сюда. — прошептала она. Они нырнули вниз по тропе, скользя, ударяясь и иногда падая сквозь подлесок. Тропинка стала скользкой и такой крутой, что в какой-то момент им пришлось сесть и скатиться по склону с очень высокого валуна. — Интересно, Дамблдор это имел в виду, когда Хагрид получил его одобрение. — угрюмо сказала Беллатриса. Она осматривала глубокую рану на руке — результат удара о колючую лозу, когда они пытались пройти мимо. Гермиона никогда раньше не видела ничего подобного, но оно исчезло, как только коснулась кожи Беллатрисы. — Жаль. — сказала она, когда они продолжили идти. — Держу пари, профессору Спраут захотелось бы это увидеть. — Может быть, она хотела бы добавить ее в удобрения. — саркастически сказала Беллатриса. Гермиона открыла рот, но ответ застрял у нее в горле. — Белла, — она схватила Беллатрису за руку и присела. — ты видишь это? Темноволосая ведьма повторила действия Гермионы. — Вижу что? — ее взгляд метался по лесу. Гермиона указала на поляну перед ними. — Там. Ты видишь это? Беллатриса подняла палочку над головой, вглядываясь в темноту. — Опусти палочку, — приказала Гермиона, — и ты сможешь лучше видеть. Беллатриса так и сделала, и они обе стали молча ждать. Вскоре послышался треск сломанных веток, и впереди них темная фигура двинулась через поляну. — Это келпи? — спросила Гермиона, чувствуя, как от холода у нее перехватило дыхание. Беллатриса наклонила голову и прислушалась к шагам. — Это определенно стук копыт, — сказала она. — Фигура не похожа на кента… — …. и слишком темная, чтобы быть единорогом, — вставила Гермиона. Беллатриса кивнула. — Это та часть, где мы прячем наши палочки? Пальцы Гермионы сжались вокруг палочки. — Насовсем? — Ну, мы не можем использовать их, — напомнила ей Беллатриса, — и ты указала, что мы лучше видим в темноте. — Но если она уйдет с поляны, мы ее не увидим. — Гермиона узнала блеск в глазах Беллатрисы. — Конечно увидим. — Беллатриса пожала плечами. — Здесь не так темно. Она была права. Здесь деревья стояли дальше друг от друга, снова начал накрапывать дождь, и кое-где виднелись плотные облака. Их грозовые тела давали немного больше света, чем через завесу из листьев. Гермиона вздохнула. Когда Беллатриса была в таком настроении, спорить с ней было бесполезно. — Нокс. — сердито прошептала она и спрятала палочку в рукав. Беллатриса рассмеялась и быстро поцеловала Гермиону, убирая свою палочку. — Идем. — Беллатриса подняла Гермиону на ноги и направилась к поляне. Она двигалась с пятки на носок, на ходу снимая с плеча веревку. Гермиона последовала за ней, видя, как Беллатриса держит веревку, она сняла уздечку с плеча и сжала ее в руках. Когда они достигли края поляны, Беллатриса выбросила вперед руку, не давая Гермионе подойти ближе. Поляна была маленькой, меньше, чем их спальня. Трава была серебристой от росы, кое-где цвели ослепительно белые цветы с переливчатыми лепестками, несмотря на отсутствие лунного света. Повсюду были разбросаны несколько бревен. После того как они вошли в лес, в воздухе повис туман. Дождь был слабее, чем раньше, но все еще не прекращался. Несмотря на мистическую сцену, Гермиона не сводила глаз с черной кобылы, стоявшей посреди поляны. Ее большие влажные глаза с любопытством смотрели на них. На первый взгляд она была похожа на любую другую лошадь. Она была крупнее большинства лошадей, которых Гермиона встречала, с густой длинной гривой и хвостом. Волосы вокруг ее копыт тоже были длинными и покрытыми толстым слоем грязи. От других лошадей ее больше всего отличал запах. От нее пахло точно так же, как от озера: землей и изобилием, с легким запахом рыбы. Ее грива была покрыта водорослями, как и хвост. Когда она фыркнула, из ее ноздрей вырвался тонкий туман, а когда она подняла голову и гортанно заржала, Гермиона увидела два ряда острых зубов. Но она не волновалась. На самом деле ей казалось, что все ее заботы исчезли. Это было легко, конечно, легко. Келпи не была монстром, она была пони, о котором мечтали маленькие девочки по всему миру. Только больше и с более острыми зубами. Как сторожевой пони. Гермиона улыбнулась, точно, сторожевой пони, подумала она. Она почувствовала, что идет вперед, отпуская уздечку. Она ей больше не нужна, зачем она ей? Келпи подпустила ее поближе, и все, что Гермионе нужно было сделать, это сесть на нее. Потом они все поедут в замок. Беллатриса что-то говорила, но голос ее звучал глухо и словно издалека. Гермиона была уже на расстоянии вытянутой руки. Она протянула руку, улыбаясь в эти теплые, манящие глаза, и …. Бух Гермиона упала на землю, ее тело кричало от боли. Она смутно сознавала, что Беллатриса слезла с нее, задев носком ботинка. — Проснись! — зарычала Беллатриса. — Неужели ты ничего не знаешь о келпи? Никогда не смотри им в глаза! — ее голос стал пронзительнее. — Вставай, Гермиона, сейчас же! Гермиона открыла глаза и посмотрела вверх. Острые копыта келпи приближались к ней. Повинуясь инстинкту, она откатилась в сторону. Беллатриса крепко выругалась и закрутила веревку над головой, как пропеллером. — Возьми уздечку! — закричала она. Гермиона с трудом поднялась на ноги и стала лихорадочно искать уздечку. Она осмотрела землю в направлении выхода на поляну. Паника сдавила ей горло, когда позади нее закричала Беллатриса. — Белла! — она огляделась в поисках другой ведьмы. — Не беспокойся обо мне. — последовал болезненный ответ. — Просто возьми уздечку! Гермиона продолжила поиски. Ее сердце болезненно забилось. Беллатриса взвизгнула, и Гермиона заставила себя продолжать поиски. Казалось, прошло несколько часов, прежде чем она заметила потрепанную кожу, торчащую из-за деревьев. Она схватила ее и, повернувшись на каблуках, бросилась к Беллатрисе. Каким-то образом Беллатрисе удалось обмотать веревку вокруг шеи келпи. Она ухватилась за оба конца и попыталась удержаться, когда келпи оторвала ее от земли. Она дико билась, тряся Беллатрису в попытке сбросить ее. — Я нашла! — позвала Гермиона, раздраженно наблюдая, как Беллатриса плюхнулась на плечо келпи. — Не стой столбом, — крикнула Беллатриса. — похоже, что я получаю удовольствие? — Прости! — ахнула Гермиона. Она подошла ближе и раскрыла уздечку. — Просто не двигайся, — нервно сказала она. Беллатриса горько рассмеялась. Гермиона посмотрела на дергающую головой келпи, а затем сделала выпад, пытаясь натянуть уздечку на голову. Келпи щелкнула зубами, и Гермиона отскочила назад, ее плечо кричало от боли. — Аргх! — закричала Беллатриса, натягивая веревку повыше на шею келпи. Гермиона попыталась снова, и на этот раз келпи ударила ее головой, сбив с ног. Гермиона увидела звезды и снова едва избежала острых копыт. — Дай мне уздечку! — крикнула Беллатриса. Гермиона, не задумываясь, сунула уздечку в руки Беллатрисы и взяла веревку. Теперь келпи дергала за нее. Она почувствовала, как ее поднимают. Ей потребовался каждый дюйм силы воли, чтобы снова встать на твердую почву. Где Беллатриса? Подумала она, оглядываясь. Словно произнеся эти слова вслух, Беллатриса отозвалась: — Приведи ее сюда. Гермиона резко повернула голову и увидела Беллатрису, стоящую на одном из бревен. Она крепче сжала веревку и бросилась к Беллатрисе. Келпи кружилась, вертелась из стороны в сторону. Гермиона уперлась пятками в землю и сильнее, чем когда-либо, потянула в сторону Беллатрисы. Каким-то чудом келпи последовала за ней. На мгновение Гермиона ощутила триумф, а затем ее сердце упало. Келпи перешла на бег. Они направились прямо к бревну, все быстрее и быстрее. Они собирались убить Беллатрису, Гермиона была уверена в этом. Она дернула за веревку, позволив своему телу обмякнуть так, что весь ее вес оказался на шее келпи. Ее глаза остановились на Беллатрисе. Девушка стояла, согнув колени, с выражением жесткой решимости на прекрасном лице. Гермиона молилась каждой клеточкой своего существа, чтобы келпи остановилась. Слишком скоро они добрались до бревна. Гермиона закрыла глаза и поджала ноги, пока келпи пробиралась сквозь лес. Колено больно царапнуло по шершавой коре, но она открыла глаза и оглянулась. Беллатриса сидела верхом на келпи. Она села, расположив колени по бокам, и медленно двинулась вперед. Ее руки вцепились в гриву келпи, и вскоре она наполовину лежала на шее. Келпи нырнула в лес. Она задевала деревья, когда пробегала мимо. Это было все, что Гермиона могла сделать, чтобы удержаться. Ее ноги кричали от боли, но они двигались слишком быстро, чтобы она могла их опустить. Она зашипела, ударившись спиной о дерево. — Я не могу дотянуться до ее рта! — воскликнула Беллатриса. Гермиона стиснула зубы и дернулась так, что ее тело оказалось перед грудью кобылы. Затем она обхватила рукой нос келпи и крепко прижалась к груди. — Скорее! — она плакала. Ее сердце билось стаккато. Кобыла боролась, не сбавляя шага. Это было слишком, тело Гермионы кричало, она должна была отпустить.… А потом кусочек оказался во рту келпи! Беллатриса быстро перекинула остальную часть уздечки через голову келпи. Келпи замедлила шаг. Ее дыхание выровнялось, и она перестала сопротивляться. Вскоре Гермиона смогла поставить ноги на землю. Она так и сделала, и у нее было достаточно времени, чтобы отойти в сторону, прежде чем ее колени подогнулись и она упала на землю. В мгновение ока Беллатриса оказалась рядом с ней, поглаживая по волосам и проводя руками по телу Гермионы, словно проверяя ее на наличие травм. Гермиона посмотрела на нее и разразилась истерическим смехом. Беллатриса присоединилась к ней, и они обе закричали от смеха, пока Беллатриса не захватила рот Гермионы в поцелуе. Келпи спокойно стояла, переминаясь с ноги на ногу, пока две ведьмы прижимались друг к другу. Наконец Гермиона отстранилась.  — Я была уверена, что ты собираешься… — она прикусила губу, глядя Беллатрисе в глаза. Кончиками пальцев она задела синяк на челюсти Беллатрисы. — Я знаю. — сказала Беллатриса, целуя Гермиону в висок. — Я тоже так думала. Некоторое время они сидели молча, а потом Беллатриса мрачно усмехнулась. — Что касается меня, то мы отбыли задержание за тысячу ночных блужданий после комендантского часа. Гермиона рассмеялась и снова ее поцеловала.