Свет и Тьма

- Винк, ты Мерчанта не видел? Эти слова вместо приветствия бросил шуту Хиро, лишь появившись в дверях. Рыцарь, поспешно зайдя в особняк и сняв с себя насквозь промокшую под дождем шляпу и мантию, быстро прошел в гостиную и был очень обеспокоен. Красный понял, что что-то не так и сразу отложил какую-то книгу, которую пытался прочесть вверх ногами. - Нееет… Сегодня его не было дома. - Как и вчера, и позавчера… Я думал, он опять ушел в запой и только что проверил все таверны в городе. Но его не было нигде, даже в «Ржавом мече», даже в самой дрянной забегаловке! Стражники говорили, что в последний раз он появился в городе три дня назад, заколол одного новичка сгоряча, и теперь все считают, что он сбежал, чтобы избежать наказания. Но ведь он всегда предупреждал меня, если бежал куда-то! С этими словами Хиро упал в кресло в углу комнаты и потерянно уставился в одну точку на полу, перебирая руками мокрые светлые волосы. Его темная, пепельно-сизая кожа от сильного волнения побледнела и теперь была болезненного могильно-серого цвета. Он сильно устал, бегая по городу и проверяя каждое хоть немного подозрительное заведение, а внезапно начавшаяся гроза добила его, заставив поспешно заканчивать поиски, седлать верную светлогривую кобылку Хельгу и мчаться по мгновенно размывшейся от сильного дождя дороге в свое поместье. Темный искренне не понимал, почему его брат так внезапно и надолго пропал. Да, он скорее всего в бегах после убийства того стражника… Но ведь он всегда говорил о том, что на время уходит, или хотя бы оставлял записку, уходя из особняка с необходимыми вещами! Неужели на этот раз все настолько плохо? Не может быть. Да и никаких вещей из его комнаты не пропало после этого… - Ты точно уверен, что Мерчант не возвращался домой, Винк? - Он даже не закрыл дверь в подвал, Хиро! Я сам ее прикрыл сегодня утром, пока Сэр Уинс не сбежал опять… - от воспоминания о норовистом живом цветке шута передернуло, и он прищурил восемь своих зеленых глаз. А Хиро побледнел еще сильнее, хотя куда уж было больше. Подвал – святыня Мерчанта! Как бы лекарь ни спешил, как бы ни рисковал, оставаясь в доме, он обязательно найдет минуту, чтобы тщательно запереть эту подземную оранжерею. И вот она осталась открыта. Что же такое, черт возьми, могло случиться с ним, что он даже на это не обратил внимания? Уж не нашлась ли на разбойника рыбка покрупнее?... Хиро отчаянно тряхнул головой, пытаясь отогнать от себя мысли, которые нагло лезли в его сознание, одна темнее другой. Но даже если определенные образы отступали, то тревога не уменьшалась, а только росла. Ужинать Хиро не стал, а сразу отправился в свою комнату. Некоторое время он беспомощно лежал на кровати, не раздеваясь, и прокручивал в голове самые разные варианты событий, которые могли привести к нынешнему положению вещей. Но обязательно что-нибудь да не сходилось. Мерчант залег на дно? Но он не предупредил брата. Попал в тюрьму? Хиро лично проверил все камеры и карцеры – пусто, а в другой город увезти его не могли – долго и бессмысленно. Кто-то осмелился… убить Мерча? Нет, это совершенный бред. Никому даже в голову прийти не может напасть на известного разбойника – любому известно, что в итоге нападавшего найдут где-нибудь в канаве за городом спустя пару дней. Так что же случилось такое ужасное, что Мерчант пропал, будто и не существовал вовсе? Мысленно перебирая все возможные ветки событий, Хиро совершенно потерял счет времени и очнулся уже глубоко за полночь. Свечи давно потухли, и комнату затопила густая тьма. Громовые раскаты ни на мгновение не утихали за окном, и ослепительные удары хлыстов-молний нещадно разрывали огромное пространство вокруг поместья. Завывания ветра и шипящие всхлипы потоков дождя навевали какой-то первобытный, языческий ужас, напоминая в своем жутком сочетании песнопения ведьм и вопли приносимых в жертву юношей. Хиро, подойдя к окну, потерянно наблюдал за буйством стихии, не в силах уже даже думать о пропавшем брате. Рыцарь, хоть в народе и нарекли его Черным, имел душу светлейшую, подобную его глазам. И в этой душе, в самом теплом, защищенном ее уголке, на протяжении всей жизни трепетно хранился образ Мерчанта, его брата. Что бы ни происходило, Хиро всегда в первую очередь думал о своем родном бунтаре, заботился о его сохранности и готов был пожертвовать даже жизнью ради него. Темный редко слышал от разбойника слова благодарности… Но любил его. Хиро не нужно было слышать от брата «спасибо», чтобы понимать, что тому не все равно. Поэтому Рыцарь даже не сомневался в том, что если Мерчант пропал так внезапно, то это только из-за какой-то кошмарной трагедии, о которой он даже не подозревает… Гневный рев грома прервал мысли Хиро, заставив того отойти от окна, закрыв его плотными шторами, и, скинув до сих пор сырую верхнюю одежду, улечься в кровать. Некоторое время Темный еще не закрывал глаза, пытаясь восстановить порванную нить рассуждения, но вскоре сон милосердно укрыл беднягу своими тяжелыми, мягкими крыльями, опустил веки и стал нашептывать тихие сновидения. Впрочем, на этот раз они были не совсем тихими: кто знает, может, несчастный слишком переволновался из-за пропажи брата, или же гроза навеяла ему тревогу, однако Хиро во сне видел бой. Видел он себя в ослепительно-белой кольчуге во главе огромного войска посреди пламенной пустыни, кишащей демонами. Рядом с Хиро был еще один воин, закованный в тяжелые, обсидианово-черные латы. В паре они рванулись сметать легионы нечисти, и войско самых разных рас последовало за ними. Рыцарь чувствовал, будто с чернолатным воином он воюет плечом к плечу чуть ли не всю жизнь – настолько их разные, но точные движения гармонировали в завораживающем, смертоносном танце клинков. Победу праздновали они тоже вместе – торжественно проходили по ликующему городу и вызывали восхищение всех и вся. Хиро чувствовал какую-то особую связь с воином в черных латах, будто всю жизнь был с ним неразлучен в беде и в счастье, словно они были братья. И он верил ему… Но что-то резко изменилось во сне – мгновенно праздничный город умолк, будто отчаяние пролилось на него свинцовым ливнем, а Хиро оказался лежащим на земле… Пронзенный клинком рыцаря в черных латах. Тот торжествовал и кричал, что победил лжеца и заслужил почестей, а гневная толпа бушевала... Мгновенная вспышка – и перед взглядом Хиро два силуэта – чисто-белый и обжигающе черный, идущие прочь друг от друга. Еще мгновение – светлый силуэт предстал перед рыцарем, пронзая душу своими чистыми, голубовато-белыми полными грусти и невинности глазами, протянул руку к Хиро и легко коснулся его лба… От касания светлого силуэта Темный немедленно проснулся и, глубоко вдохнув, обнаружил, что утро уже во всю старается согреть и высушить разбитую после ночной грозы землю слабыми, рассветными солнечными лучами. Мягкий свет, льющийся из-за полураспахнутых штор, быстро успокоил рыцаря и он, расслабленно потянувшись, встал с кровати и подошел к окну. Погода стояла замечательная – на горизонте уже не виднелось ни единого облачка и солнце светило тепло и приветливо, а о прошедшем буйстве стихии напоминали лишь сломанные ветки деревьев и обилие луж на земле. Птицы радостно щебетали, радуясь, что пережили ночь, и вся природа отряхивалась от последних тяжелых капель и поднимала руки к восходящему диску дневной звезды. Хиро тоже улыбался разгорающемуся теплому летнему дню, по-кошачьи щурил белые глаза от солнечных лучей и вообще поверил в то, что сегодня обязательно случится что-то хорошее… Но его мечтам помешал Винк, без стука ворвавшийся в комнату с визгом ужаса: - Хиро, беги за мной! Беда!